Дима любит людей

      Диме одиноко в последнее время, что ли.              Ему всегда одиноко. Это уже привычка, от которой не так просто избавится. Он живет один. Девушки нет, из друзей только Гром и Юля. Он раньше поддерживал какую-то связь с ребятами из школы и университета, но им не о чем говорить. Нет общих интересов, только попытки зацепиться за что-то веселое из прошлого. И когда такие люди рядом трудно строить какую-то жизнь.              Дима решает, что лучше он уже останется один. Он и не один, он всегда есть сам у себя. Лучший друг, единственный, кому можно довериться.              Они сблизились с Громом. Игорь был… Игорь был бешенный просто, непонятно как его за столько лет не выперли из полиции. Каким бы хорошим работником он ни был, его способы работы были негуманными. У него небольшая грань между тем, бороться со злодеями, или самому стать им. И сначала у Димы к нему было искреннее обожание, слепая любовь. Игорь был его вдохновением, человек, который доказал, что он правильно выбрал работу. Он постоянно влипал в неприятности и прославился.              Сначала он к Диме относился скептически, привык работать всегда в одиночку. А Дубин в это время помогал ему. Рисовал эти портреты, верил всегда, общался, выходил на связь в любое время суток. И они вроде как стали друзьями, но в большинстве своем Игорь снова работал один. Дима работал уже над своими делами, иногда помогая по просьбе. Вырос за это время. И остался снова один.              Известность Игоря ему, конечно, помогала. Люди его любили, звали на гулянки и вечеринки. И он соглашался. А Дима нет. Не только потому, что его не звали, что тоже было обидно, но и потому что его такое не особо интересовало. Он такое не любил, его больше привлекали душевные встречи с редкими, но друзьями.              Так и жили. Не то чтобы счастливо, но стабильно. Дима уже думал кошку завести, или собаку какую, как пришла новая опасность.              Его могли уволить. Нет, его бы, конечно, не уволили, все-таки помог герою, который спас весь Питер. Но его коллег могли. Не только потому, что они были теми еще распиздяями. Это было больше связано с реформой полиции, которую хотели провести чтобы не возникало никаких проблем по типу Разумовского. Закупили для этого несколько дронов, чтобы они выполняли их работу. Полностью они не заменили бы полицию, но многих бы оставили без работы. И правильно, наверное. Диме нравилась тема дронов и ботов, ему было интересно в этом копаться и им бы правда в работе помогла такая система, как дроны в небе. Это бы лучше помогало справляться с заданиями, но люди больше тряслись за свои души, чем за общее благо, ради которого и шли в полицию.              Прокопенко был добрым человеком, он всегда брал на работу тех, кто в этом нуждался. Пытался всем помочь в этом мире. Потому в отделе и работали люди, которые гражданам помогать не хотели. Но весь отдел компенсировал один Гром. Ну и он, Дима.              Игорь злится на создателей «пылесосов», как он сам обозвал дроны. Потому что людей машинами не заменить. Потому что на кону Прокопенко и его карьера. И они не могут проиграть бездушным железякам. Пока Гром об этом рассуждает вслух, Дима всматривается в мужчину рядом с Архиповой. Август ван дер Хольт, или как его правильно называть. И вроде на него хочется разозлиться, что он нашел им замену, а с другой Дима не может. У него вообще характер такой, он ни на кого долго злиться не может, а этот…              Ну Август красивый, это нельзя отрицать. Объективно красивый. И Гром, наверное, так же думает. Гром правда вообще редко думает.              Дима залипает на мужчину, пропуская моменты работы дронов. И в какой-то момент Хольт ловит этот взгляд. Подмигивает совершенно нагло, и Диме на это хочется высунуть язык. Переводит взгляд на Архипову. Наверное, слишком резко, и кажется, что он взглядом убегает от иностранца.       

***

      Дроны уделывают их всухую, потому из павильона все выходят уставшие и грустные. Болят мышцы и хочется совершенно полностью игнорировать все, что ему говорит Игорь. Для приличия надо бы что-то ответить, но он даже не может уловить мысль. Игорь говорит много, кидается из крайности в крайность, меняет темы и быстро-быстро талдычит.              — Дмитрий, — резко говорит кто-то вне фонового шума в виде Грома. Дима поднимает глаза и видит того самого парня, Августа, который только что возвышался над ними. Гром в удивлении поднимает брови, но вместо того, чтобы начать встревать в конфликт, уходит в сторону Юли, прося Диму потом написать, как освободится.              — Да? — не понимает Дубин.              — Вы бы не хотели сходить на кофе? — с акцентом спрашивает мужчина.              «Ох нет, определенно нет, вот сейчас что угодно кроме работы. Сейчас нужно помыться, лечь в теплую кровать, уснуть и не просыпаться пару дней».              — Боюсь не сегодня, — вежливо улыбнулся Дима.              — А когда?              — Я вам позвоню, — врет, хочет отвертеться, ничем не лучше тех работников, которые приходят и ничего не делают. Ему можно, он очень устал.              — У вас нет моего номера, — почти вдогонку говорит Хольт.              — Я работаю в полиции, — улыбается Дубин внаглую, —обязательно будет.              Хорошо, игра началась.              Сначала Дима думал, что Хольт думает, что Дубин на него что-то копает. Хотел, наверное, предложить деньги, чтобы ничего грязного не вылезло. Ведь одна из близких людей полицейского — Юля Пчелкина. Журналист, да с какой репутацией. На все пойдет ради того, чтобы показать все обычным гражданам. Независимая журналистка.              И Дима соглашается на встречу раза с четвертого, когда ребята в отделе начинают странно на него смотреть.              — Игорек, что у нас этот мужик с молнией в позвоночнике постоянно ошивается. От Дубина ни на шаг не отходит.              — Федор Иванович, решим, не переживайте.              Игорю тоже не совсем ясно, почему Хольт так часто наведывается в участок. Он спускается по лестнице и находит Диму за три минуты.              — Дубин, сходи пожалуйста на свидание, потрахайся и возвращайся к работе, ты совсем никакой уже.              Дима в последнее время правда сдал. Потому что хотел помочь. Потому что стрессовал невероятно и боялся. Потому что думал, что в следующий раз Хольт будет ждать не около участка, а около его дома. Ведь он пытается выйти на связь, а Дима не соглашается, придумывая дебильные отмазки. Дима ведь такой. Он себя так накрутит, что все вокруг в это уже поверят.              От слов Грома пробивает. То есть только Дубин чувствует опасность. То есть Грому вообще наплевать. А Грому не наплевать, он просто уже хочет нормально работать, а рядом с вечно паникующим коллегой это почти невозможно. И всем, кроме поди самого Димы, было понятно, зачем Хольт его сторожит у мать его порога полицейского участка. Никто его отсюда не украдёт, и не убьет. А если бы было желание нашлась бы уйма шансов.              И Дима соглашается. Правда первое их свидание проходит со скрипом. Со скрипом от стула, на котором нервно качается Дубин. Хольт сидит спокойно и слегка вежливо улыбается.              — Так о чем вы…ты хотел поговорить? — непривычно для себя обращается полицейский. Он привык общаться на «вы», но Хольт его сразу остановил, сказав, что это не деловая встреча.              — Узнать, как работа?       «Подкупить хочет».              — Личная жизнь?              «Узнать слабости».              — Любая тема, какая тебе нравится.              Никакая. Хочет ответить он, но молчит, смущенно улыбается и начинает все-таки про работу. Ему физически дискомфортно, он все еще осторожен и старается не дергаться лишний раз.              А потом как-то развязывается все само собой. Разговор не тянется, а течет, страх и паника уходят и появляется непонятное доверие. Дима заставляет его попробовать пельмени, рассказывает про детство в Питерских дворах, улыбается и ловит чужую улыбку.              На прощание разрешает оплатить счет, хоть чуть ли не со скандалом и осторожно поцеловать куда-то в скулу. Ведет себя как совсем маленький, внутри столько эмоций, а на лице только тень улыбки. Уходит счастливый. Обещает, что когда-нибудь они повторят. А потом сам забывает про обещание, потому что пока не до этого.              Первое свидание у них проходит быстро и неловко. Второе идет двадцать минут, пока Хольт провожает Диму до дома, а третье в больнице.              Там вообще было не до свиданий, потому что только что чуть не взорвали Питер, Хольт пошел в рукопашную против Волкова, а Дима пережил клиническую смерть. И все так быстро. Скоро суды. А Диму все-таки заставили лечь на денек отдохнуть. Он во время своего личного расследования вообще на кофе и энергетиках жил днями, а теперь все закончено.              Хольт приезжает пафосно, с цветами и какими-то фруктами. Его вообще пускать не должны были. Но узнали, пустили по блату, каким-то образом, но разрешили. Да и Хольт бы нашел обходные пути.              — Дим, Дима, прости, пожалуйста, — сразу встает рядом с кроватью на колени Август. Он берет руку Димы, на что тот даже не реагирует. Просто смотрит. Немного крутит голову, но после всех событий это меньшее, что могло случится.              Непонятно за что Хольт извиняется. Он считает себя виноватым за дроны? Но ведь это Разумовский их перекодировал. За то, что не пришел раньше? Так приходил, сколько раз. Дима сам отказывался от встреч. Сейчас в общем не важно. Дима не умел долго ненавидеть людей. Он их любил, особенно этого сумасшедшего иностранца.              Хольт поцеловал его куда-то в костяшки пальцев.       Хорошо, сходят они хотя бы на одно полноценное свидание.