Ну тип какое-то название, ок?

Миф сидя на толстой ветке дерева, пристально следил за какими-то левыми игроками, которые решились призвать его, явно не зная куда они вляпались. Впрочем ему было чертовски скучно. Он был бы даже не против компании тех двху надоедливых букашек..как их там..Берг и Роменский? Те двое всегда лезли куда им не надо, но почти что всегда выходили сухими из воды. Да и если честно, то ему больше симпатизировал именно только один Роменский, средь всей ихней надоедливой компании. Берга он вообще не взлюбил сразу же с самого первого взгляда, когда тот его призвал в первый раз. Никита его раздражает просто до одури, что впрям хотелось снести голову и выпотрошить его нутро. Про остальных он говорить уж точно не будет и так все понятно. Но все же он решил наконец то действовать, а не прохлаждаться. Игроков всего-то было два, что было хорошо и немного плохо. Но вринципе он закончит быстро, что все же не было огромным плюсом. Спрыгнув ловко вниз и поправив свою изношенную маску в более ровное положение, он быстро и окуратно подошёл за спину парню, которому было где-то около 13 лет. Он был не особо любителем убивать людей такой возрастной категории. Сюда бы уж лучше подошёл бы Лик, который через чур любит детей в своём искаженном понимании. А если быть точным, то эта персона любила сначала заманивать и играться в свои больные игры, а потом уже убивать и расчленять, ну и собственно есть их мясо. Лик как-то ему рассказывал, что детское мясо довольно нежное и мягкое, если конечно правильно его приготовить. Но Мимик не особо был каннибалом, он был где-то в области садиста, с букетом еще различных описаний. Это кстати относилось ко всем мифам.. ну почти ко всем Но сейчас он обязан разобраться с мелкими детьми. Единственные на его памяти, кто смог от него кое как спастись, конечно были те два проклятущих мифоискателя. Но дети вряд-ли от него смогут убежать. И ему хватило всего лишь пары движений что-бы шустро свернуть шею мелкому спиногрызу. И пацан даже среагировать не успел, впрочем что было не удивительно. -Один есть..остался второй.. Ждать собственно долго не пришлось. Завидев на горизонте свою последнюю жертву, он не церемонясь наслал эффект иссушения, со скукой наблюдая как ребёнок корчиться. Если бы это был Никита, то тут бы вся территория была бы в крови и кусках плоти. Но детей он не будет разрывать на шматья. Ему лишь стоит сказать Лику, что тут есть пару свежих трупов и тот быстро прискачет, и радостно утащит в свою берлогу мёртвых детишек и будет с ними развлекаться как его больной душе угодно. Впрочем, он же своё дело сделал? Ему конечно мизерно жаль мелких, поскольку ещё жизни не видели, но все же не нужно лезть куда не надо. В следующее мгновение, он уже был в своём личном доме, если конечно можна так выразиться. Темно, холодно и сыро. Впрочем его все устраивает, ему не нужна ни теплая постель или другие человеческие условия. Он миф, а не смертный человек. Но единственное что скрашивало эту скромную  обитель, был единственный цветок, который он все же оставил при себе. Миф мягко провёл грязными пальцами по нежным и белоснежным лепесткам Ромашки, снова ощущая какое-то странное чувство. Было все же немного странно, чувствовать запретные для него чувства. Но он не смог ни выкинуть, ни сжечь подобранный случайным образом цветок, который Роменский ему бросил. До него конечно доходили слухи, что оба мифоискателя кидают ради забавы разные цветы мифам. Но он точно не думал, что и до него дойдёт эта дурацкая "эстафета" Но все же он каким-то образом нашёл у себя подходящий и задрыпаный цветочный горшок, в который поместил ту проклятую Ромашку. Он конечно немного добавил от себя магии, поскольку цветок мог вскорее увянуть. Ну и собственно теперь у него есть комнатный и вечно цветущий цветок, за которым он все же немного присматривает. Было конечно не привычно видеть по началу в своём доме вообще какое-то растение, но он все же привык. Роменский.. Роменский.. Роменский... Все его мысли были заняты о верном напарнике Берга. И его это сильно раздражало по началу, что хотелось аж завыть на луну. Он не мог нормально охотиться, доставать внутрености, следить за кем-то и в общем делать всю свою мистическую роботу. Он как бы вообще должен ощущать огромную не приязнь, а не романтическое влечение. Но он не мог объяснить то странное чувство при виде молодого человека. В те моменты будто сотни разных бабочек порхали в его животе, а ещё он чертовски нервничал. Это вроде то чувство которое называют любовью в обществе смертных? Он даже через силу прочел пару книжек про сопливые романы, стараясь тем самым разобраться в своей "болезни". И кто же знал, что сам Пустой читает литературу такого жанра? Но теперь он вполне мог здраво описать это не изведанное по началу чувство, и через это он хотел разорвать кого-то на шматья. Это была самая настоящая любовь Наверное это началось ещё в первую их встречу(когда Никита и Давид записывали свою первую совместку на счёт Мимика). Он был тогда в правду слишком раздражён очередным призывом со стороны Берга. Он ведь уже и показался и напугал, и проявил себя в конце концов! Но тому было все ещё мало! Лез куда не надо и возомнил себя бессмертным. Но было как то не ожиданно увидеть незнакомого человека рядом с паршивцем (Бергом), ведь всегда видел этого тупого человека в одиночку, а тут решил обзавестись напарником? И собственно поэтому, он повременил со своими действиями и агрессивными настроем, решив понаблюдать уж лучше за новым живым объектом.  И во время всего этого, он узнал имя и саму фамилию парня: Давид Роменский. И он показался ему не таким уж и раздражающим, был немного громким конечно, но это был не большой пустяк. Спустя некоторое время, он даже решил рискнуть и использовать свой не большой трюк. Он мог быть в двух местах одновременно, но этот фокус-покус был очень сложным и отнимал большую часть его сил на тот момент, но все же он захотел попробовать и подойти поближе что как раз позволялось. И когда он уже был рядом с человеком в образе Берга, его впервые накрыло огромное волнующее чувство, которое сохранилось до этих пор. Мимик теперь уж точно был уверен, что его тянуло к Роменскому. Даже Пустой не помог ему со своими советами. Ему буквально нравилось все в том человеке, начиная с волос и заканчивая теми же очками. -Я влюбился в человека.. Миф раздражённо скрипнул зубами, усаживаясь на свой излюбленный задрыпаный диванчик, вальяжно закидывая ногу на ногу. Он мог вполне смириться с этим фактом.. точнее уже смерился -Давид Роменский, жду не дождусь нашей новой встречи... Но с этим стоит повременить, он должен снова обдумать все как следует. Если он проявит открытую симпатию в сторону Роменского, то это может плохо кончиться для самого же человека. И если кто-то все же прознает о его единственной слабости.. это будет очень не хорошо. В этом округе мифов негде нет святош, каждый преследует свои цели. А он не может рисковать собой и..и своим любимым смертым человеком.. Миф почесал край своей кирамической маски, тем самым немного задумавшись. Ему явно будет нужно разузнать ещё больше информации о людях. Конечно он и так все довольно хорошо знает, но лишние знания ему явно не помешают. И он прекрасно помнил, как впервые услышал информацию о половом акте между людьми, после чего он прочитал кучи книг на эту же извращённую тему. И он наконец то узнал, как называется то странное чувство появляющиеся внизу его живота, и после этого ему наверное впервые стало стыдно. Он возбуждался от одного вида Роменского..Было немного трудно представить куда его это все могло привести И чем дальше он читал, тем больше он узнавал и практиковал на себе(дрочить тип, лол. Самоотсоса нету😋). Узнал так же о самой ревности, которая на его удивление проявлялась всегда, когда он замечал рядом с  Давидом каких-то девушек и парней. Было немного даже смешно, что он спустя все же нескольких столетий, решил что-то поизучать о людях.  И все через одного человека, засевшего в его не такое уж и не возможное сердце. Но сейчас ему все же следует сказать про трупы Лику, пусть он веселиться.