Ради тебя

— Подожди сколько? У тебя чувство сострадания совсем отсутствует? – вопил архитектор на заявление торговки о выплате долга. – Что тебе не нравится? Я даю неограниченное количество времени и всего лишь под 9% годовых. Это очень щедрое предложение, учитывая сколько ты мне должен – непреклонно продолжала Дори, скрестив руки на груди. Ей надоело спорить с Кавехом, могла бы уже столько товара продать. – Агрх... Чëрт с тобой. Выплачу – парень зло зыркнул на девушку. И ушëл по тропе в другую сторону, едва сдержавшись, чтобы не зарыдать прямо перед Дори. Он бы себе не простил такого позора. Он углублялся всë дальше в лес, даже не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Голова заполнена лишь злостью, грустью, обидой и чувством безысходности – это всë смешалось в один большой комок, нависший мëртвым грузом. Хотелось кричать, потому что он не знал, как ещë выплеснуть все эти эмоции. И он закричал протяжно, яростно. Кавех замахнулся и чуть ли не бросил свой мехрак со всей силы об землю, но вовремя остановился, а после застыл. Горячие слëзы текли по щекам, оставляя после себя мокрые следы, капали с подбородка вниз. Он упал на траву, надеялся, что его никто не услышит, никто не узнает, что это именно он. Но в груди всë сжималось при каждом вздохе. Мысли о его положение, о практической невозможности что-то сделать оставляли свой след в каждой клеточке тела, делая его ватным, так что даже поднять руку казалось непосильной задачей. Прекрасный момент, чтобы сейчас резко пошëл дождь, нет ливень! Холодный ливень, с крупными каплями, которые уже через пару минут не оставят на Кавехе ни одного сухого места, но как назло меж густой листвы яркими лучами светило солнце, будто насмехаясь над ним. Ну отлично! Даже природа против него! Просидев так на земле некоторое время архитектор всë же нашëл в себе силы подняться. Он оттряхнулся, поднял мехрак и направился в сторону города. Идти придëтся долго. Зато по пути можно придумать план дальнейших действий. По крайней мере сейчас мысли немного прояснились. * * * – Ха-ха-ха, реально? Этот придурок продал дом и влез в долги ради какого-то сарая? – смеялся учëный, едва не надрываясь. – Ну, во-первых Алькасар-сарай. Во-вторых, это слухи, насколько они верны я не знаю – с меньшим энтузиазмом говорил второй. – Ой да пофиг, как можно быть настолько тупым? – всë не унимался первый. – Как его хоть зовут? – Кавех. Его ещë называют вроде Светочем Кшахревара. – смех резко прервался. – А... Это этот. Тогда... Возможно он и правда что-то стоящее построил, но всë равно было тупо тратить всё деньги. Аль-Хайтам невольно цыкнул, в который раз размышляя о недалëкости коллег. Но всë же информация про Кавеха его заинтересовала. Он уже давно ничего не слышал о старом товарище, как-то не сложилось их общение после выпуска. Знает лишь Хайтам то, что Кавех и правда талантливый архитектор, каких поискать надо, что уж говорить, он и сам видел его работы в живую и даже засматривался. Насколько хорошо получилось в этот раз? Если слухи окажутся правдой, то судя по всему постройка заслуживает большого внимания. От размышлений на данную тему секретаря прервал резкий шум со стороны - опять кто-то книги уронил. Дальше мыслей по поводу архитектора не было и Хайтам погрузился в исследование. * * * – Что делать? Куда идти? – за всю дорогу он так и не придумал где ему жить. Парень не имел хороших друзей, чтобы можно было прийти к ним, а снимать квартиру было бы слишком дорого для него, учитывая то, что сейчас он полный банкрот. Он же не может остаться на улице? Также не случится, да? Почему-то последний вариант казался самым реалистичным и Кавех даже чересчур быстро с ним смирился. Но какая-то навязчивая мысль всë его крутилась, пытаясь вырваться на волю. – Аль-Хайтам! – еле слышно прошептал он и побежал к академии. Секретарь явно там. И вот запыхавшись он открывает масивные двери и по памяти плетëтся к кабинету, надеясь, что его единственный шанс окажется там. Негромокий стук раздался по комнате, но в условиях абсолютной тишины, он был отчëтливо слышен. Хотелось проигнорировать гостя, который внезапно пришëл, что собственно секретарь и сделал. Через пару секунд за дверью послышалось бормотание, а ещё через несколько мгновений ручка дëрнулась и на пороге встал парень блондин. – Привет. Прости, что так внезапно вламываюсь, но мне нужна твоя помощь – несмело сказал архитектор, теребя рукав. – Жить негде? – уточнил Хайтам, не отрываясь от документов. – Как ты узнал – смутившись спрашивает светоч Кшахревара. Понимая, что слухи слишком быстро доползли до академии. – Да так, птичка нашептала – хмыкнул он и всё-таки убрал из рук листы. – Дай угадаю, ты пришëл, потому что хочешь жить у меня? – Кавех перемялся с ноги на ногу, не выдерживая пристального взгляда. "Лучше бы он и дальше пялился в свои бумажки" – подумал архитектор. – Да. – Что же, я не против, но ты же понимаешь, что это будет не бесплатно – секретарь откинулся на спинку стула слегка надменно смотря на бывшего товарища. Последний лишь скривился, но кивнул - у него нет другого выбора. – Сколько? – Хайтам на пару секунд задумался. – Учитывая твоë финансовое положение, мне кажется ты не будешь в состоянии выплачивать слишком большую аренду, но при этом мне должна быть выгода – слишком честные размышления в слух. Нельзя было оставить их при себе? Или он специально издевается над ним? –Давай так, с тебя 500 моры в месяц и ты выполняешь всё дела по дому - убираешь, готовишь. – Чего? Агрх... Ладно. Я принимаю такие условия. – недовольно сказал Кавех, покосившись, на сидящего спереди. – Вот ключи. Я буду здесь до вечера, так что иди первым. Но учитывай, если я не смогу войти в дом, то даже не надейся на мою помощь – кажется слово "помощь" здесь смотрится не уместно, Хайтам не умеет помогать, он всегда должен получить выгоду из своих действий. Бездушный умник. – Ага, понял – пробубнил блондин и, взяв ключи, поплëлся к выходу. Напоследок он кинул немного огорчëнный взгляд в щель двери , перед тем, как та закрылся со стуком. К счастью, Кавех прекрасно знал адрес дома, приходилось ранее там бывать. Точнее этот дом когда-то принадлежал и ему. Жаль, что в порыве ярости он отказался от него, а ведь сейчас бы мог спокойно здесь жить без всяких условий. Но этого уже не случится и единственное, что ему остаëтся - любоваться на "неправильное" расположение мебели, от которого хочется выколоть глаза. Оставшуюся часть дня Кавех провëл в ожидании хозяина дома. Решил даже что-то приготовить. Свой выбор он остановил на мясном рагу, которое у него весьма неплохо получалось. Хорошо, что холодильник был набит различными продуктами. К сожалению, готовка слишком много времени не заняла, а ждать архитектор не любил от слова совсем, но не найдя себе других дел, лëг на диван (или я хз, как это называется. Кто был в доме Хайтама поймëт) в зале. В голове пусто... Совсем пусто. Что дальше делать? Как быть? Как выплачивать долг? Было бы хорошо об этом подумать, но как назло думать мозг совсем не хотел. Засыпать было нельзя - у Кавеха крепкий сон, не факт, что услышит Аль-Хайтама, стучащего в дверь. Взгляд упал на высокий стеллаж с книгами. Никто же не будет против, если он возьмëт себе одну? "Зоны увядания". "Артерии земли". " Все сведения об Ирменсуле". "Руины царя Дершрета". "Таинственные аранары". "Руины Дахри". "Роботы прошлой цивилизации". "Была ли четвëртая дюна?" (Речь идëт о дюнях, расположенных недалеко от Гробницы царя Дершрета). Последняя кажется самой интересной. Не задумываясь, он достал с полки книгу и плюхнулся обратно. "Вступление. Гробница царя Дершрета была основана в *** г. Она представляет собой сеть запутанных каридоров, которые сходятся в Великом зале истин, судя по исследованиям в данном зале проводились суд над изменщиками веры, преступниками, подношению царю Дершрету. Зал смещëн от центра гробницы к юго-западу и имеет весьма большие размеры. Площадь примерно равна 16900 м^2, а длина одной стены 130 метров. Когда длина стороны у основания пирамиды 300 метров. К югу от зала истин находится Зал Дуат. Большая часть зала находится под невидимой стеной, представляющей собой лабиринт..." (Автор не ходит в Сумеру, тем более в пустыню, поэтому данные могут быть недостоверны. Вычисления проводились с помощью линейки и калькулятора, а также длина записана по мере длины Тейвата (там метр явно больше, чем у нас)) Кавех не очень любит подобный стиль написания, а именно научный, но данная тема его заинтересовала. Даже появились мысли самому наведаться в пустыню и провести расследование. Он как архитектор изучал не только строения, но и историю, древние языки. Может быть с помощью этих знаний он найдëт что-то. Но, пожалуй, сначала он дочитает книгу. Незаметно пролетело время. Мясное рагу уже давно остыло, стоя на плите. Кавех отложил книгу в сторону, пытаясь не заснуть, а Хайтама так и не было. Архитектор уже думал как будет предъявлять ему, что из-за него он не смог спать, но сил наврядли хватит. Со стороны двери послышались заветные постукивания. Сон как рукой сняло блондин вскочил с дивана и резко открыл дверь, пропуская хозяина дома. Тот безмолвно вошëл, повесил плащ на крючок и протянул ключи. – Держи, это твоë. – устало сказал Аль-Хайтам. – Спать будешь в зале. Больше мест нет. Кавех взял ключи и кивнул. В доме воцарилась напряжëнная атмосфера молчания. Хайтам рылся в шкафу, пока гость зажато сидел, залипая в пол. – Может ты есть хочешь? Я рагу приготовил. – всë же решился сказать парень, поднимая взгляд вперëд на широкий плечи. – Нет. Завтра поем. – безэмоционально ответил секретарь и кинул на второй диван одеяло, простынь и подушку с наволочкой. – Если что-то надо - я в этой комнате. Но по пустякам лучше не буди меня. На этом закончился диалог. Один ушëл, захлопнув дверь, а второй остался сидеть, слегка рассеяно смотря на груду белья и понимая, что здесь он будет выживать. * * * Утром Кавех проснулся от ярких лучей солнца, который пробивались цветные стëклыгки окон и светили прямо в глаза. Он недовольно повертелся, но сон уже не шëл. Пришлось сесть, осмотреть комнату, найти взглядом расчëску и начать приводить себя в порядок. Собрав волосы в низкий хвост, он направился в кухню, где уже сидел Хайтам. – Доброе утро – поздоровался архитектор, подходя ближе. – Ага, доброе. – секретарь даже не поднял взгляд, вчитываясь в строки книги. – Как тебе рагу? – всë же решает спросить Кавех, заметив приготовленное им блюдо в тарелке. – Получилось неплохо, но мясо ты немного передержал – настроение упало ещë со слова "но", нельзя было просто промолчать? – Значит готовь сам. – недовольно ответил блондин, выбирая руки полотенцем. – Или терпи мою еду. – Во-первых, готовить - твоя обязанность. Во-вторых, если ты будешь готовить слишком плохо, то я подниму арендную плату. – аль-Хайтам поставил тарелку в раковину и вышел из кухни, не проронив больше ни слова. – Придурок. – ну теперь кроме настроения ещë и аппетит пропал. А ведь ему ещë мыть чужую посуду. После всех утренних дел, архитектор пошëл в Академию, чтобы начать новый проект или разобраться с заказами. Деньги как-никак нужны. Единственное, он надеялся не встретить там своего соседа, хотя это мало вероятно. Зайдя в свой кабинет, парень уселся за стол и открыл один конверт, который получил несколькими днями ранее. "Здравствуйте, господин Кавех, я наслышан о вашем таланте и чувства вкуса. Потому хочу обратиться к вам, как к знающему специалисту, с просьбой консультации. Передо мной встала задача, как лучше обустроить сад перед домом, но, к несчастью, определиться не могу. Надеюсь на вашу помощь. Приходите в любое время. Можете без предупреждения. Оплата: 10.000 Адрес: *** Заказчик: *** " Похоже этот заказ не такой сложный. Возможно удастся даже решить всë на месте, что было бы весьма кстати. Дочитав письмо, Кавех сразу взял папку с когда-то подготовленными планировками обустройства сада и отправился на место. Хорошо, что идти нужно не очень долго. Нужный дом находился внизу, метрах в 250 от входа в большой базар. На подходе к двери отдалëнно стали слышаться крики. По мере приближения они становились всë громче, и громче. Были хорошо различимы уставший женский голос и грубый мужской. Архитектор несмело постучался в дверь. Ничего не происходило, ругань не прекратилась. Наверное его не услышали. Он постучал ещë раз, но уже более настойчиво. Голоса стихли, теперь слов было нельзя разобрать. Наконец-то дверь открыли. Мужчина, стоявший на пороге приветливо улыбнулся и жестом пригласил пройти за ним. Краем глаза Кавех заметил рассеянно стоящую девушку, которая потом цокнул и ушла куда-то в глубь дома. Обойдя здание взору открылся больщой сад с различными цветами. Они были узорчато посажены в клумбы и пестрили под лучами солнца. – Как видите, у меня чудесный сад. Но в нëм чего-то не хватает. Я бы. Хотел добавить в центр фонтан, вокруг скамейки. Ещë можно было бы оградить каждую клумбу ровным бардюром из серого камня. – идя дальше по саду, заказчик рассказывал где какие зоны хочет устроить. У Кавеха было много замечаний, но он предпочëл пока записать их в блокнот. – Собственно на это всë. Что вы думаете? – Какую ерунду ты уже намелил уважаемому гостю? – не успел архитектор открыть рот, как подошла девушка и взяла его за руку. – Пройдëмте, я расскажу свою идею. – Мужчина что-то невнятно буркнул, но препятствовать не стал. – Оба варианта неплохие, но есть недочëты. Я считаю, что в центре сада и правда лучше поставить фонтан, а по краю площадки лавочки, желательно с навесом над ними – заказчик надменно хмыкнул и глянул на девушку, улыбнувшись. – Однако, беседка тоже неплохой вариант, но есть лучше разместить на месте, где вы хотели сделать мини-гольф. – Чего? Какая может быть беседка! Это идеальное место для гольфа! – внезапно завопил мужчина. – Ты даже не играешь в гольф зачем он тебе – вступила девушка. – Это смотрится дорого и красиво! Не то, что твоя дряхлая беседка! – Прошу, успокойтесь. Место предложенное вами слишком мало, даже для мини-гольфа. На подобной территории едва удастся разместить несколько небольших площадок, в которых вы даже поиграть нормально не сможете. Да что там, даже для одной площадки это мало, вам быстро наскучит подобная игра, а обустройство гольфа будет вам стоить порядка 500.000 моры, обустраивание же обычной беседки примерно 15-20 кв. м. Выйдет не более 200.000. Да и второй вариант будет более практичен. – пытался объяснить Кавех, чем ещë сильнее разозлил мужчину. Последний начал кричать о недалëкости Светоча Кшахревара. В итоге архитектор был выгнан с территории и сопровождëн её очень ласковыми словами. И снова... Почему люди настолько ранимы, что не могут признать свою неправоту и подумать головой прежде, чем кричать на эксперта, будто они умнее него. К злости добавилось воспоминание о том, что скоро надо будет возвращаться "домой", где снова выслушивать недовольство Хайтама. Но пока что он не придумал, как справиться с этой проблемой. И чтобы хоть как-то оттянуть время встречи с секретарëм, который явно уже вернулся, так как сегодня суббота, Кавех пошëл обратно в Академию взял от туда пару писем, бумагу для чертежей и только после направился к дому. – Явился наконец-то. – недовольно сказал Хайтам, перелистывая страницу книги. – А что соскучился? – язвительно ответил Кавех и швырнул накидку на диван. – Опять с клиентом не поладил? – уточнил хозяин дома. И вроде это можно было посчитать за заботу, вроде интересуются твоей жизнью, но... – Твои проблемы, твоя работа заключается в том, чтобы угождать клиенту. Незачем психовать, лучше бы просто извлëк урок. – Заткнись, придурок. Я твоих советов не спрашивал. – блондин резко развернулся и ушёл в ванну, закрывшись. Это было единственное место, где он мог побыть один. – Ну и ладно – он скривился и продолжил читать книгу, понимая, что сердится. Хотя это странно, обычно ему нет дела до того, что говорят и думают люди. Похоже новый сосед чересчур бесячий. (Нет) Кавех тем временем сидел на полу, облокотившись подбородком о колени. За что ему всë это? Почему аль-Хайтам такой чëрствый и бесчувственный? Была бы в нëм хоть толика сострадания, было бы намного проще. Но нет, ему придётся терпеть херовое отношение к себе, просто потому что он не хочет спать на улице. А что если бы... Был шанс погрузиться в свои мысли и хоть немного отвлечься от ничему не привлекающей реальности. Но послышался настойчивый стук. – Выходи. Ты не один в доме живëшь. – Кавех поднялся на ватных ногах, нехотя повернул защëлку, и открыл дверь. Проходя в комнату, намеренно толкнул плечом Хайтама. – Неженка. Пора бы научиться принимать реальность, а не жить в своëм мирке. – думал секретарь, оглядываясь на уходящего блондина. Больше разговоров в этот день не было. Соседи молча поужинали и молча прошли спать. Оно и к лучшему. – Что за паршивое чувство... – думал Хайтам, лëжа на кровати и смотря в потолок. Внутри почему-то всë непонятно крутило, будто что-то пошло не так. Но что? – Хм, ладно. – он накинул одеяло и отвернулся к стенке, закрыл глаза, желая как можно скорее избавиться от этого ощущение. * * * В таком темпе прошло ещë порядка нескольких месяцев (ладно полгода). Кавех сначала выполнял заказы, потом готовил, убирал и снова выполнял заказы. Заработанные деньги он откладывал: одну часть для Хайтама, вторую для Дори. Собственно между собой соседи по дому не особо контактировали. В основном было два варианта их разговора: первый - его полное отсутствие, второй - ругань. Но чаще всего всë же молчание. Кавех не хотел быть зачинщиком нового спора, да и время не было. А Хайтам был рад, что его не трогают. Хотя некоторые не очень приятные мысли метались в голове, но он принципиально не обращал на них внимания. Всë изменилось в один день. Не сказать, что неожиданно (смотря для кого). Кавех уже давно готовился к походу в пустыню. И вот, наконец-то дочитав книгу, он составляет план и начинает собираться. Немного одежды, вода (много), еда, блокнот для записей и ещë много других вещей, которые помогут в расследовании. На полный сбор ушло около 3 часов. Перед уходом последнее, что сделал Кавех - приготовил Хайтаму еду, положил небольшую бумажку с посланием и ещë раз оглянул дом. Первый пункт его назначения - Караван-рибат. Там он закупит недостающих припасов и отправится в деревню Аару. После он остаëтся один на один с пустыней. * * * Путь до Караван-рибата хоть и занял около дня, но тем не менее прошëл без каких-либо происшествий. Ни хиличурлов, ни механизмов, разве что пару раз встретились плесенники, но и они не были сильно заинтересованы в архитекторе. Повезло ещë, что в лесу было прохладно и влажно, поэтому большинство воды осталось. Уже по приходе Кавех понял, что дойти до деревни ему не удастся и придëтся ночевать здесь. Не хотя он достал из кармана мешочек моры и взвесил его в руке. Должно хватить. – Здравствуйте, я хотел бы заказать номер на ночь. – парень подошëл к стойки регистрации. – Здравствуйте, да конечно на чьë имя? – мило отозвалась девушка. – Кавех. Мне пожалуйста без завтрака и простой однокомнатный. – чтобы хоть как-то сократить диалог добавил он. – Хорошо, вот ваш ключ. – архитектор кивнул и как можно скорее пошёл в комнату. Хотелось искупаться и наконец-то лечь. Из-за долгого маршрута у него болят ноги. Поднявшись до своей двери, он облегчëнно выдохнул. Скинув рюкзак где-то в коридоре он поплëлся в сторону кровати. Мутным взглядом нашëл примерное очертание и упал на матрас, расплываясь в улыбке. Всë, ванная отменяется. В итоге, не раздевшись, не искупавшись Кавех заснул глубоким сном. * * * Утром он проснулся от непрекращающегося стука за дверью - туда-сюда ходили люди - иногда слышались тонкие голоса детей. – Началось... – подумал парень и потянулся на кровати. – Надо бы в душ – найдя в рюкзаке сменные вещи он направился в ванную. После водных процедур времени оставалось не так много. Всë таки ему нужно как можно скорее уйти, чтобы быстрее дойти до нужного места. Собрав все вещи и сдав номер, он сначала позавтракал в столовой, а затем направился в деревню Аару, до неë идти вполне не далеко, порядка 40 минут. И всë было бы как нельзя лучше: лëгкий ветерок, который был не настолько сильным, чтобы поднимать в воздух столпы песка, слегка затянутое белыми, словно вата, облаками небо, если бы на подходе к деревне не началась песчаная буря. Кавех кое-как успел добежать до дома Кандакии. Девушка добродушно приняла его у себя и позволила переждать бедствие. – Ох, прости, что я так вломился – виновата бормочет Кавех, уставившись куда-то на стену. – Не беспокойся об этом, я всегда рада гостям. Вот выпей. – защитница поставила на стол кружку с крепким прохладным чаем. – Куда держишь путь? – К Гробнице царя Дершрета. – ответил архитектор и сделал глоток. – Новый последователь Царя пустыни или исследователь? – уточнила девушка, не сводя глаз с гостя. – Можно сказать исследователь, а так я архитектор, – усмехнулся Кавех и на секунду опустил взгляд на мехрак. – Интересно, а что привело тебя в столь дальние края? Беседа продолжалась ещë долго. Блондин без устали рассказывал обо всëм о своей жизни, об архитектуре, о мифах связанных с богами, пока Кандакия сидела и с удовольствием слушала его, изредка перебивая, чтобы задать вопрос или вставить что-то своë. Так продолжалось, пока стрелка часов не приблизилась к 10 часам ночи. Защитница Аару постелила новое постельное бельë, подготовила комнату и оставила гостя на едине с собой. В то время за окном ещë гудела буря, постукивая деревянными ставнями окон и песком перекрывая звëздное небо. Было непривычно засыпать под шум, даже боязно, хотя Кавех подсознательно и понимал, что дом выдерживает уже не в первый раз подобные атаки. Но в итоге, со временем ужасающий скрежет и вой уходили на второй план, убаюкивая своей монотонностью и шипением. * * * – Почему его до сих пор нет? Хайтам весь день не находит себе места. Его насторожило, что архитектор в прошлую ночь не явился, но тогда он ещë мог списать всë на то, что последний пошëл выпить, но второй день подряд. В голове проносились неприятные мысли совсем не весëлого содержания. "Почему? Почему он ушёл? Это всë из-за меня?.... Почем я не могу перестать думать о нëм?" - секретарь ходил по комнате из стороны в сторону. Он никогда не чувствовал ничего подобного. Страх, тревога, обида, вина и что-то ещë. Невозможно нормально думать мозг раскалывается от вопроса на которые ответов не найти от слова совсем. Хайтам не может понять, почему Кавех ушëл, он что-то сделал не так? И почему он вообще о ком-то волнуется? Размышления расплывались по разным сторонам и непонятно над чем думать, лишь изредка возникали более осознанные домыслы на пересечениях. Но этих домыслов было мало. Кусочки никак не хотели склеиваться между собой. Он упал на кровать, закрывая глаза. – Зачем он мне сдался. Даже лучше без него - никто не тревожит, не ноет по вечерам. Я радоваться должен. – пытается сам себе внушить Хайтам, но наоборот ещë больше задумывается о Кавехе, о его постоянных возмущениях, о том, как он мило дуется, о его растрëпанных после сна волосах и синячках под глазами – Всë. Спать. – но как бы сильно не хотелось забить на отсутствие недавнего соседа, пришлось ещë около часа ворочаться с мыслями о нëм, а потом видеть не очень хороший сон, с плохим исходом, который в итоге и разбудил Хайтама от и без того не очень глубокого сна. На утро секретарь вяло встал с кровати, покачиваясь, мутно смотря на привычный дом, казавшийся каким-то пустым. Аппетита не было от слова совсем. Он ничего не хотел. Но рука сама по себе привычно потянулась к книге, что лежала на столе. Страницы с тихим шелестом перелистывались, пока Хайтам искал место, где остановился. – так, 154, 155 – в слух считал он, мельком просматривая номера. – Дюна Магм... Стоп, какая дюна? – он вернулся на лист назад, чтобы убедиться, что не ошибся. И правда, внизу страницы большими буквами было написано "Дюна Магм", Хайтам резко захлопнул книгу и перевëл взгляд на стол, на котором лежало ещë одно издание. – Это тогда?.. – после прочтение названия на обложке пазл в голове начал складываться – Неужели он ушëл в пустыню. – наконец-то всë встало на свои места. Кавех просто пошëл исследовать руины в пустыне. "– Говорят в пустыне сезон песчанных бурь. Стоит повременить с проектом. –Ты так считаешь?" - всплыл в голове диалог, и только что успокоившееся сердце забилось с новой скоростью. – Мне надо идти за ним! – внезапное осознание всего пришло за пару секунд, а вместе с ним и черезвычайное волнение. Кавех ушëл в пустыню, учитывая то, как он переносит жару, да ещë и в сезон бурь. Нет. Хайтам просто так это оставить не сможет. Он не сможет простить себе этого. Он просто обязан найти Светоча Кшахревара. И откуда у него подобные мысли? Он потом с этим разберëтся. Сейчас не время. * * * – О, доброе утро – приветливо улыбнулась Кандакия, встретившись с недавно проснувшимся Кавехом. – Доброе, буря стихла? – уточнил парень, заглянув в окно. – Да, ещё пару часов назад, – ответила защитница и сделал глоток кофе. – Если собираешься идти дальше, то будь осторожен. Возможно скоро будет новая волна – он кивнул и пошëл собирать вещи, чтобы не терять время. По окончанию подготовки Кавех попрощался с добродушно приютившей его Кандакией и выдвинулся в путь. Идти предстоит долго. Очень долго более дня. Поэтому ему придëтся ночевать в пустыне, по среди песка, гор и пустынников. * * * Кавех тяжело вздохнул, бросив последний взор на деревню Аару и по деревянному мостику перешëл на другой конец оврага. Солнце в это время уже стояло высоко-высоко на небе, оставляя без своего внимания лишь тонкие полосочки тени под скалами. Песок уже давно раскалëн до 50 градусов, ещë немного подождать и можно с лëгкостью приготовить яичницу (лишь бы этой яичнице не стал ты сам). Кавех достал из рюкзака длинный тонкий платок и накинул его на голову, обмотав пару раз, чтобы держался. Чуть дальше,пройля за каменную арку, можно отчётливо увидеть среди высоких столовых гор Гробницу Царя Дершрета, пускающую свои лучи, которые тянутся на несколько километров, прямиком к небу. За ней простирается океан песчаных дюн, грядами тянущиеся куда-то за горизонт. Вид поистине прекрасный и чарующий, но вечно любоваться на него нельзя. Дорога слишком длинна, чтобы наслаждаться картинами, которые так старательно воссоздаëт веками природа. Надо спускаться вниз, к яме Абджу, представляющей из себя глубокий разлом. Кавех где-то слышал, что где-то в еë глубине есть руины "Дорога Абджу". И ему безумно хочется спуститься, но его цель иная. Поэтому он обходит яму по краю и продолжает свой путь к Гробнице. Протоптанная тропа всë тянется вперëд, всë только начинается, но уже парень едва избежал встречи с пустынниками. Они чудом не заметили его, пока он пробежал за камнем. Будет ли ещë такая встреча? Стоит надеяться, что нет. Он мало вероятно, что сможет убежать с весом за спиной и головной болью, что уж говорить про бой. Время шло, пейзаж менялся, разбойников более не было видно. И за это стоит благодарить судьбу, может Нахиду. Кавех отблагодарит любого. Ему давно не приходилось бывать в пустыне под обжигающим солнцем и тяжëлым воздухом, из которого будто высосали весь кислород. Хочется быстрее сесть, нет, лучше лечь. И такая возможность скоро предоставится, ведь небо уже давно начало синеть, а в более тëмных участках были тусклым гроздями рассыпаны звëзды. Пора готовить ночлег. Недалеко от основной дороги было небольшое озерцо, около которого и расположился Кавех. Он соорудил небольшой шатëр прямо у подножия горы и, скинув с плеч тяжëлый рюкзак, упал прям так, на землю, чувствуя, как медленно расслабляются мышцы, а голова пустеет. Так он пролежал порядка десяти минут. Всë-таки лежать на песке не очень. Пришлось достать плед, расстелить его под собой, достать ещë один и положить его на всякий случай, если станет холодно. А дальше можно было идти немного обмыться в водоëме, смыть с себя липкий пот, которым покрылось тело, и пропиталась одежда за время нахождение Кавеха в пустыне. Последнее что сделал блондин перед тем, как лечь спать – отошëл чуть в сторону от лагеря, посмотрел на сияющую вдалеке Луну, на золотистое заревом, разгоняющей ночную мглу и почувствовал толчок ветра, резко подувший в спину. Не к добру это, совсем не к добру. * * * — Надеюсь, он не успел сильно далеко уйти. — шептал под нос Хайтам, складывая в небольшой рюкзак бутылки воды, еду и аптечку. — Надо быстрее выйти. Он перекинул обе лямки через плечи, сунул плеер в сумку и вышел из дома, закрыв дверь на ключ. Потом вздохнул и быстрым, непривычным для него шагом направился к выходу из города. Улицы пролетали незаметно, вот вокруг засветился зеленой лес, пока ещë утренне бледное солнце пробивалось сквозь листву. Но секретарю не было дела до того, что происходит вокруг. Хоть рухнет Селестия, хоть наводнения, гроза, ему главно - найти Кавеха как можно быстрее. Он понятия не имеет почему? Зачем? В голове то и дело проносятся мысли одна страшнее другой. То Светоча Кшахревара застали врасплох пустынники, то буря погребла его где-то под слоями песка, то он упал в очередную яму, или его заманили зыбучие пески. Что из этого и как скоро? Быстрый шаг сменился бегом. Бежал он до самого Каравана, не обращая внимания на боль в ногах, на сбитой дыхания и поцарапанные о колючки штаны. Когда на глаза попались каменная арка, он сбавил темп, остановился и опëрся о собственные колени, пытаясь отдышаться. Резкая боль, на которую ранее не было и намëка, пронзила бок, так что стало невозможно вдохнуть. Пришлось простоять около минуты, перед тем как Хайтам смог разогнуться и пойти дальше. — Лишь бы успеть... — хоть страх и волнение не оставили его, но чувствовалась какая-то радость, будто у него ещë есть шанс, шанс прийти раньше, чем что-то случится. — Ты чего здесь делаешь? — стоило подумать, что не всë потеряно, как на дороге появился юноша в маске и белыми волосами до лопаток. — С каких пор тебя волнует то, что я делаю? — секретарь снова скривил физиономию безразличности, не желая вести разговоры с подобным собеседником. — Не разводи не нужного шума. — небрежно кинул Сайно и развернулся, намереваясь уйти. — Стой. Ты Кавеха видел? — всë же звучит вопрос, и после следует тишина. — Нет. Зачем он тебе? — удивляется Махаматра, пытаясь догадаться что такого случилось, что кто-то, как Аль-Хайтам ищет кого-то, как Кавех. На ум ничего не приходит. — Не важно. Тогда давай так, я тебе плачу столько, сколько хочешь, а в замен ты помогаешь мне его найти. — секретарь нащупывает в сумке мешочек с морой. — Чего? Помочь? Тебе? Найти Кавеха? — ещë с большим изумлением уточняет Сайно. Теперь он не уверен тот ли перед ним человек или он на солнце перегрелся. — Да. — Хорошо, согласен. Деньги потом отдашь — юноша махнул рукой в сторону выхода из Караван-рибата. Шли оба быстрым шагом. Сайно – потому что привык, Хайтам – хотел найти быстрее Кавеха. Но как бы они не торопились, всë равно пришлось оставаться в той же деревне Аару, у той же Кандакии. И хоть секретарь академии не желал тратить время на сон, да и к тому же, когда они вошли в деревню солнце ещë на половину выглядывало из-за горизонта. Казалось, что время ещë есть, значит можно быстрее дойти к цели. Но к сожалению, или к счастью, Хайтам не слепо следовал своим капризам и обдумывал все действия. Поэтому, подавив в себе чувство волнения хотя бы ненадолго, постучал в дверь. На пороге гостей встречала та же девушка с синими короткими волосами, по её выражению лица было понятно, что она удивлена таким количеством поситителей, но против не была. Кандакия пустила парней в дом, угостила и приготовила спальное место. Никаких разговоров за чашкой чая не было. Просто все начали заниматься своими делами. Но всë-таки пару слов проскользнуло между защитницей и Хайтамом. — Ты случайно не видела парня со светлыми волосами? Он ещë постоянно с роботизированным наборов инструментов ходит. — спросил секретарь. — Да, он сегодня утром ушëл в пустыню. А что? — Кандакия, слегка прищурившись, посмотрела на парня перед собой. Но тот лишь кинул: "Ничего", а после ушëл в подготовленную комнату, надеясь, что объект поисков не ушëл слишком далеко. Ближе к середине ночи на улице начал дуть сильный ветер, врезающийся в окна и с грохотом проходящий дальше. Хайтам в это время ещë не спал. Он пытался понять, почему находится в деревне Аару в дне ходьбы от дома? Почему его сердце с силой сжимается, когда он думает о том, как Кавех сейчас спит где-то там в пустыне? В его голове пролетали моменты жизни с соседом, как они ругались из-за интерьера, как пытался внушить ему Кавех о том, что неправильно стоит мебель, о том, что неправильная цветовая гамма. В общем всë не так. Единственное, что Кавеху нравилось - это расположение книг, уж очень правильно они были рассортированы: по размеру, жанру, алфавиту. Он даже сам это не раз говорил. Говорил ещë, что когда съедет Хайтам будет без еды сидеть и в грязи. Потому что Кавех всë делает по дому (почти всë). Вспоминалось и то, как ключи Кавеха случайным образом оказывались в чужой сумке, и он потом ругался, что не мог домой попасть. Особенно после трудного дня, когда клиенты выжали из него всё соки, Кавех сначала, едва не матерясь, заходил в дом, кидал обувь и начинал свой долгий рассказ. И по началу Хайтаму особо не было до этого дела, он просто лежал, читал, пока сосед думал, что его слушают. Но по прошествии времени, всë также, лëжа с книжкой, он уже не всматривался в строчки, а слушал все жалобы Кавеха. И хотелось что-то сказать, объяснить ему, может помочь, но перебивать не хотелось. Вот только когда рассказ заканчивался Кавех махал рукой, вставал и уходил. А его никто и не останавливал, хотя возможно надо было. И теперь Аль-Хайтам жалеет, что не сказал тогда хоть чего-то. А перед глазами тем времененм всë ещë мелькают воспоминания, их дни вместе. Вроде как, нельзя сказать, что те дни были радостными, но и плохими их не назвать. И везде Кавех. На каждом кусочке воспоминаний видны его не наигранные эмоции, по его лицу можно прочитать всë, что он думает, всë что чувствует. Он - открытая книга, а Хайтам любит читать. Поток мыслей прервал более резкий и сильный удар в окно, похоже ветер поднял какой-то камень и забросил его в стекло. И только сейчас пришло осознание того, что на данный момент середина ночи, а снаружи бушует песчанная буря. Буря! Аль-Хайьам подскочил с кровати и устремил взгляд в окно. Ничего не было видно: ни звëзд, ни Луны, ни покачивающихся фонариков на соседних зданиях. Всë застелили пыль, грязь, песок, камни, которые порывами поднимал ветер с земли и гнал на километры вперёд. Но что с Кавехом? Он же сейчас ночует под открытым небом! Сердце ушло в пятки и неистово бьëтся уже там. Воздух большими рывками вдыхался через приоткрытый рот и рваными частями выдыхался. Секретарь сел на кровать и облокотился руками о колени. В ушах зазвенело, перед глазами начали мелькать непонятные фигуры, который то собирались в размытую картину, то растворялись в темноте. Что делать? Насколько велик шанс, что с Кавехом всë будет в порядке? А что если... В уголках глаз почувствовалась влажность, в носу неприятно защипало, а подбородок стал подëргиваться. Ещë чуть-чуть и... Хайтам ударил себя по щекам с обеих сторон так сильно, что звук шлепка ещë пару секунд гулял по комнате. — Что со мной такое? Даже если с ним что-то случилось, я на данный момент ничего не могу сделать. — разум смог взять верх над чувствами. Можно спокойно ещë раз всë обдумать. — Завтра тоже может быть буря. Стоит начать идти, как только погода успокоится — шептал себе под нос секретарь. — Надо лечь спать. Он попытался откинуть все мешающие предрассудки, догадки и волнения, чтобы наконец-то отдохнуть хотя бы пару часов. Вот только заснуть получилось лишь спустя пол часа. * * * — Вставай. Не мне надо искать твоего архитектора! — Сайно барабанил в дверь, иногда дëргая ручку. — Отвали. Скоро выйду. — нервно отозвался Хайтам и поднялся с кровати. Нужно собираться. Буря за окном прекратилась, поэтому можно продолжать поиски. Не долго думая парень начал приводить себя в порядок, что было весьма сложно. Растрëпанные, спутанные волосы, синяки под покрасневшими глазами - словом идеальный вид. После пары подготовки от генерала секретарь всë же вышел из комнаты. Поблагодарил Кандакию и попрощался с ней, сказал пару равнодушных фраз спутнику и вышел на улицу. — Как ты живёшь с таким паршивым характером? — внезапно спрашивает Сайно, презрительно смотря на идущего впереди Хайтама. — Как видишь, неплохо — он ушëл вперëд, показывая, что бесед вести не планирует. Собственно юноша и не собирался с ним общаться. * * * — Ну что за ужас?! Почему именно когда я решился что-то исследоваться, то всë против меня! — вопил Кавех, смотря на разбросанные в песке, еле видные вещи. Пришлось раскапывать рюкзак, вот только когда он был извлечëн на поверхность, блондин заметил, что верхний отсек был почти настежь открыт, на внутри была только половина всего, что он взял. — Да ну нет! Почему именно со мной?! Пришлось ещë окло получаса порыться в песке чтобы обнаружить лишь пенал. Всë остальное бесследно пропало. Уже не сдерживая себя от матов Кавех собирал "лагерь". А если быть точнее - просто скомкал одеяло с силой запихнул его внутрь рюкзака, застегнул молнию и собирался идти. На последок он пнул ногой песок, так что тот взлетел, а под ботинком осталось углубление. Недовольный всем он пошëл вперëд. Теперь он уже был не против встретиться с пустынниками. Хоть на них можно выпустить всë, что накопилось. Но как назло, кругом тишина, лишь изредка перед носом пролетали шарики из веток, рассыпавшиеся от простого прикосновения. И вот снова Кавех плетëтся под палящим жарким солнцем, его обувь наполнена песком, а одежда уже пропиталась потом. Только если раньше у него была мотивация идти вперëд, то сейчас она постепенно угасала, оставляя после зудящие пустоту, которую так и стремились заполнить апатия и выгорание. Он так хотел пойти в руины, исследовать всë до мельчайших подробностей, сделать записи, а после преподнести, как научный труд. Он хотел зарисовать всë, что увидит. Но толку сейчас от его желаний, когда в рюкзаке лежит пара бутылок воды, закатники, орехи, персики и одинокий пенал. Все его тетради с заметками, блокноты остались погребены песчаной бурей. Он потерял не только возможность что-то записать, но и всё свои многолетние труды, мысли, которые он уже не сможет воссоздать в том виде, в котором они были изначально. А что у него вообще теперь есть? Дом не его, тетради, которые он так бережно оберегал, потеряны, денег нет. Пустыня - вот что олицетворяет его состояние. Пустыня с еë яростной жарой, разбойниками и бурями. Здесь сложно просто так выжить, здесь почти невозможно жить. Теперь он жалеет, что не взял с собой бутыль вина. * * * Солнце медленно но верно клонилось к западу, хоть до горизонта и оставалось ещë долго, но Кавех уже чувствовал, что силы на исходе. С каждым часом его шаги становились короче, темп медленнее. Голова грозила вот-вот расколоться от духоты и жары. Всë тело ломило от сна на твëрдой земле под скалой. Взгляд был затуманен. Не хотелось о чëм-то думать, хотелось просто лечь закричать, а потом в мгновение оказаться в чьих-нибудь объятиях. Чтобы хоть кто-нибудь утешил. — А может я этого не достоин? Что я сделал, чтобы меня жалели? Я не открывал ничего сверхнового, как учëные, я не защищал город от разбойников и беззакония, как матры, я не лечу людей и не забочусь о нашей земле, как лесной патруль... Что я вообще сделал? Зачем я вообще тогда здесь? Мной постоянно недовольны, заказчики постоянно спорят со мной. Может я и правда просто хреновый архитектор? Блять! Да что я вообще могу?! Хайтам и тот больше меня нужен! Я ни на что не годен... Я... Да лучше я сдохну прямо здесь! Миру без меня будет лучше.... Не будет очередного повода для нервов... Ахаха, блять. Почему? — он опустился на раскалëнный песок, чувствуя под собой что-то твëрдое. Но не придал этому значения. Ему уже было без разницы. Его голова опустела. Тëмным песком рассыпались все мысли, плохие, хорошие. Всë, что он когда-то делал, казалось бесполезностью. Даже Алькасар-сарай. Он вложил всë, но ради чего? Чтобы вот так жить. Разве это жизнь? В одночасье потерять всë к чему ты стремился, потерять интерес ко всему. Но почему? Что не него нашло? Из-за бури, которая разбросала все его вещи? — Блять, какая же ты тряпка, Кавех! — крикнул блондин и со всей силы ударил себя по руке так, что возможно даже будет синяк. Стоило идти дальше, но он почувствовал резкую колющую боль, постепенно перерастающая в жжение, где-то в районе голени. Песок зашипел и последнее, что из под него выглянула тонкое каплевидное жало. Скорпион! Что делать? Он метался из стороны в сторону. Взгляд бегал по песку, выискивая что-то. Вдруг пришло осознание. Кавех сорвал с головы платок и не сильно плотно обвязал его выше ужаленного места. Пришлось порыться в рюкзаке, прежде чем он нашëл бутылку воды, которую почти залпом выпил, и обезболивающую мазь. Но даже после лекарства жжение нарастало, так что терпеть было почти невозможно. Он судорожно схватил мехрак и едва не на ощупь нашëл небольшой ножичек и, сделав надрез, попытался высосать яд. Но тщетно. Он чувствовал, как тяжелеют веки, как немеет тело. — Пожалуйста, найди кого-нибудь — дал он последнюю команду роботу прежде, чем закрыть глаза. Мехрак посмотрел на хозяина, моргнул пикселями и помчался на поиски помощи. * * * Безмолвие между парнями продолжалось. Сайно лишь иногда вздыхал, всматривался куда-то вдаль. Глаза Хайтама бегали из стороны в сторону, он пытался найти хоть какие-нибудь подсказки, что здесь был Кавех. — Там — глухо сказал он и вернул с дорожки. Буквально в метрах 5 слегка занесëнная песком валялась чëрная книжечка. Секретарь поднял еë. Обложка была немного потëрта с почти неразборчивой надписью. Подписи чья она не была ни изнутри, ни снаружи. — Чего ты её вертишь? Брось уже. Мы вроде не книги пришли искать. — недовольно сказал генерал, уже давно пожалев, что пошёл с таким спутником. — Помолчи. — буркнул Аль-Хайтам, не отвлекаясь от изучения страниц. — Оно! Это книга Кавеха! — на немного помятом листе яркими краски пестрил нарисованный Алькасар-сарай, а рядом его чертëж. — Похоже, там ещë что-то есть. — Сайно отошëл в сторону и немного разгрëб кучу песка. Показалась ещë одна книжка, но уже другого цвета. Секретарь задумался. Что случилось, что тетради для заметок остались здесь. В памяти всплыли недавние картины из дома, когда Кавех с гордостью рассказывал про свои идеи, показывая иллюстрацию каждой из них в тетради. Он постоянно говорил, как важны для него эти записи, что в них не только его труды, но и его история жизни. Сначала Хайтам не понимал, как обычный чертежи могут быть "жизнью", но пролистав немного одну из книжек, стало понятно, что речь шла вовсе не о рисунках, а о записях, которые оставлял Кавех после каждого значимого события или чтобы излить душу. На многих страницах были различные слова поддержки, скорее всего, адресованные самому себе, иногда попадались детские рисунки, письма от мамы, которые выделялись отдельно красной рамочкой. "Если с ними что-то случиться... Я даже представить себе не могу, что буду делать... " Это были последние слова Кавеха в тот день, перед тем, как он пошëл спать. И почему они въелись в голову. — Насколько я помню, таких книги три, — сказал секретарь и глянул на матру, — надо найти ещë одну. —Ты сейчас смеëшься? Мы не за этим столько шли! — возмутился Сайно и сжал зубы. Он скоро совсем из себя выйдет. — Ищи давай. Кавеху эти книги важны — юноша цыкнул, но возражать не стал, а принялся сдувать песок, вращая копьëм. Спустя минут 10 ещë один дневник был найден. Можно продолжать поиски и хозяина всех этих записей. Но не успели парни далеко отойти, как в них едва не врезался мехрак. Встретив препятствие, в виде людей, на пути робот стал указывать направление сторону, где лежит Кавех, мигая и издавая звуки. — Это разве не... — не успевает договорить Сайно, как его прерывает возглас "Да". Хайтам дëргает его за руку, таща за собой. Теперь они вдвоëм бегут за роботом. Сначала было зверское желание добраться как можно быстрее, ведь если они встретили мехрак, а не его хозяина, то ничего хорошего от этого ждать не стоит. Но по мере продвижения силы угасали. Дыхание сбивались так, что начало колоть в боку, со лба струйками катился потом, порой преграждая обзор. Темп снизился. И если Сайно хоть немного привык к такому, то Хайтам едва сдерживался, чтобы не остановиться. Сухой воздух вытянул всю влагу и во рту неприятно вязало, голова кружилась и болела. Единственное, что им движило - понимание того, что Кавех где-то рядом. Хоть секретарь ещë не понимал почему ему так нужно было увидеть своего ушедшего соседа, почему сердце так быстро бьëтся при мысли о нëм, но это всë ему казалось правильным и очень логичным. Спустя получасового кросса в поле зрение попал парень лежащий на камнях и суетившиеся вокруг него другие люди. По мере приближения стало ясно - это пустынники. Сайно прокрутил в руках копьë, чуть ускорился и резко выпрыгнул, в мгновение оказавшись около разбойников. Аль-Хайтам тоже медлить не стал. Пару секунд на прицел - он уже раскидывает врагов, не задумываясь о том с какой силой он бьëт, ранит ли их. Возможно в иной ситуации, он бы не стал действовать настолько агрессивно, но сейчас кровь бурлила, голова опустела от мыслей, отдав телу полный контроль. Удар, ещë удар. Руки сильнее сжимают клинки, когда парень парой движений оставляет в накауте 5 пустынников. Ещë взмах, и обрушивается дождь острых мечей. Крик, брань, рык - всë смешалось в один гул, отдававшийся звоном в голове, и не было ничего слышно кроме. С каждым ударом всë новые брызги крови разлетались по поверхности, оставляя свои следы на песке, камнях, одежде. Оставшиеся разбойники в страхе убегают с места боя, кинув все вещи, которые забрали. Вскоре остались только те, кто не может убежать. Раненные молили о пощаде, но на них никто не обращал внимания. — Собери всë что здесь раскидано в рюкзак, а я осмотрю Кавеха. — Сайно кивнул и принялся поднимать предметы с земли. Хайтам подошëл к Кавеху, он приложил ладонь к волосам. В руку отдало жаром. Он скинул с себя плащ и накинул его над чужой головой, слегка придерживая одной рукой. Пройдя взглядом ниже он заметил повязку служащую жгутом. А чуть ниже и само место, куда ужалил скорпион. Разбираться насколько ядовито животное времени не было. Секретарь приложил два пальца к горячей шее и, к счастью, нащупал слабый пульс. Он рывком подхватил Кавеха на руки, не забыв накрыть его голову. — Его надо как можно скорее отнести в больнице. Я пойду первым — крикнул Хайтам и быстрым шагом пошëл в сторону Караван Рибата. Он пытался идти как можно быстрее, ибо бежать с человеком на руках по пустыне слишком сложно, да и энергозатратно. А солнце тем временем всë больше и больше склонялось к горизонту, оставляя свою место бледным звëздам, мерцавшим сквозь розовые облака. До ночи он даже до деревни не дойдëт. Нужно было срочно придумать что делать. Хайтам ещë раз проверил пульс, всë такой же слабый, посмотрел на . Стоит попробовать самому что-то сделать. Он положил Кавеха на песок и достал из сумки платок, какой ранее использовался вместо бинта. — Что это? — только сейчас стали заметны тонкие красные полоски, идущие от места укуса. Дыхание участилось. Такие линии остаются только после двух скорпионов: самого опасного, яд которого очень сложно вывести и человек умирает буквально через день, и одного из безопасных, оставляющий только онемение на несколько часов. Кто из них? Сказать точно нельзя. Появился новый порыв сил. Возможно у Аль-Хайтама ещë есть возможность спасти Кавеха, если он доставит его до деревни. Парень наспех завязал повязку и, подхватив на руки раненного, пошëл вперëд быстрее, чем раньше. * * * Идëт уже 4 час, последние лучи угасают на небе, на востоке уже полностью показался белый диск Луны, который с каждой минутой поднимается всë выше, в то время как золотистый свет уже давно скрылся из виду. Вот только в далеке не видно деревне, всë те же горы, тот же песок. Сколько не иди, как не спеши пейзаж почти не меняется, разве только горы становятся выше. Как же? Что делать? Зрачки бегают то в одно, то в другую сторону, но найти ничего не могут. Постепенно растëт чувство безысходности и невозможности хоть как-то изменить происходящее. Как бы не хотелось верить в хороший исход, но сейчас посреди океана пустоши стоит всë тот же Аль-Хайтам – реалист, полагающийся только на факты, логику, никак не на безосновательные надежды. От этого только больнее. Хочется кричать, но он продолжает идти вперëд. Никакие крики, мольбы сейчас ему не помогут. Только он сам может спасти... Спасти... Хайтам не знает, кем для него стал человек, которого он несëт на руках всë это время, явно кем-то особенным. — Хэй, чего у тебя там случилось? — громко послышалось сзади. Парень обернулся. В метрах 50 на большом вьючном яке ехала девушка с тëмными длинными волосами. — Помощь нужна? — спросила она и спрыгнула с животного, подходят ближе. — Да. Его срочно нужно доставить к врачу. — секретарь кивнул головой, надеясь, что, встретившаяся ему путница будет добра и довезëт, если не их вместе, то хотя бы Кавеха. — Не будем, терять время! Запрыгивай. — она помогла поднять архитектора на яка и подождала, пока сядет Хайтам. — Я Дэхья. — Аль-Хайтам. Я признателен тебе за помощь, я бы сам не смог его донести. — Не стоит. Я не могу пройти мимо, если кто-то в беде. — Дэхья улыбнулась, стегнула яка кнутом, так что тот с грохотом побежал по дороге. * * * Уже спустя час на горизонте показалась деревня, начали слышаться редкие и приглушённые голоса каких-то пьяниц. Весь путь Хайтам крепко держал Кавеха, проверяя его пульс и температуру. Счастью не было предела, когда як зашëл деревню, быстро шагая по улочкам. Глаза секретаря горели надеждой. Хотелось просто взвыть от радости. Он смог, хоть этот не Караван Рибат, но здесь есть люди, здесь могут помочь! Дэхья остановилась около больницы и спрыгнула с животного. Вместе с парнем она спустила блондина, и они понесли его в здание. На входе они сообщили о проблеме и уже через пару минут к ним подошло пару врачей с носилками. Кавеха положили на ткань и унесли, попросив не беспокоить. Пришлось ждать. Хайтам сидел на кресле, постукивая ногой и метаясь взглядом с коридора на часы и наоборот. Девушка рядом молчала. Возможно Дэхья и хотела побольше узнать о произошедшем, но сочла не нужным беспокоить и без того взволнованного человека. * * * Прошло около получаса, когда один из врачей открыл дверь и направился к месту ожидание. — Ну что ж, ничего серьëзного. Скорпион был не смертоносным, лишь вызвал онемение, а в обморок пациент упал скорее всего из-за жары и стресса. Завтра всë должно быть в порядке. — рассказал доктор и снял маску — вы наверное не местные. Если не хотите уходить, то можете переночевать в одной из свободных палат. — добавил мужчина. — Ну раз всë хорошо, я наверное пойду. Пока, Аль-Хайтам — Дэхья поднялась с места и вышла из здания, махнув на последок рукой. — Идëмте, я вас проведу. Парень проследовал за врачом, который завëл его в пустую палату с четырьмя койками. Как полагается, в больнице всë было в бледных, холодных тонах. Кровати аккуратно застеленный, на столиках ничего не было, а единственное окно было закрыто плотными шторами. Кажется, атмосфера не слишком хороша, чтобы спать. Всë-таки один в палате, но Хайтам уже было без разницы. Едва дверь закрылась, он упал на матрас, не удосужившись раздеться. Сил кончились. Последние две ночи он и так нормально не спал. Поэтому сейчас, когда волноваться не о чем, всё мысли плавно улетели из головы, и осталась только чернота. * * * — Разве он не должен был уже проснуться? — слышатся отголоском слова, такое ощущение, что он знает, кому они пренадлежат. — К сожалению, не знаю. Он сильно переутомился, орагнизму нужно время, чтобы восстановиться. — по полу пошла еле заметная вибрации от шагов. Следующие минут 10 ничего не было слышно. Бесспорно, ощущалось чьë-то присутствие, вот только ещë не очнувшийся Кавех воспринимал всë очень размыто и отдалëнно. Чуть позже скрипнула дверь, эхом пронëсся ещë один голос. Потом слышались стуки, скрипы, шелест, который потом снова затихали. И так постоянно, изредка можно было уловить слова, да и то короткие фразочки. — Кавех... Почему же я из-за тебя сюда пошëл? — слишком отчëтливо прозвучал вопрос. — Почему меня так волновало твоë состояние? Я же... Я... На пару секунд, которые казались протяжной, невыносимой долгой и безмолвной вечностью, голос затих. — Я даже не знаю чего хочу. В груди что-то горит и сжимается, будто я что-то забыл сделать. Почему я чувствую подобное, пока нахожусь рядом с тобой? — он должен ответить? Должен объяснить своему не знающему "товарищу"? — Это называется любовью — через силу Кавех открывает глаза и видит перед собой удивлëнное лицо. — Что? Ты о чëм? — в мгновение всë вернулось на круги своя. Книга в руках Хайтама, его безэмоциональное выражение. Неужели весь монолог был сном? Можно было так подумать. Списать всë на свои глупые мечты. Но на щеках секретаря появился едва заметный румянец, который захватывал ещë и кончики ушей. — Я всë слышал — блондин невольно усмехнулся. — Ты слишком долго спал — буркнул собеседник и сделал вид, что снова читает. — Хайтам, я всë прекрасно слышал. Я слышал всë, начиная с вашего диалога с врачом. Не отнекивайся. — Для того, кто недавно проснулся в незнакомом месте ты слишком беспечен. — попытка сменить тему оказалась неудачной. — Потому что я давно всë понял. Скажи, давно ты испытываешь "это" ко мне? — Кавех протянул руку вперëд, слегка не дотягиваюсь до подбородка парня напротив. — Не знаю, всë началось слишком размыто и неоднозначно — Хайтам обхватил протянутую ладонь пальцами и положил еë себе на колени. — Спасибо тебе, что спас меня. Кто знает, возможно я бы стал кормом для каких-нибудь животных. — усмехнулся блондинки, но сразу понял, что его шутку не особо оценили, почувствовав тяжёлые взгляд. — Проехали. Сайно принëс твои тетради с заметками и остальные вещи, которые удалось собрать. — Тетради! Вы их нашли! — Кавех рывком подскочил с кровати и почти кинулся на шею Хайтама — Спасибо! Спасибо тебе! Я тебя обожаю! И Сайно тоже! Я не знаю, что бы без вас делал! Книжка упала на пол с глухим стуком, хотя этого не было слышно из-за непрекращающихся восклицаний. И пока один сидел, не понимая, что происходит, как на это реагировать. Да и в принципе не бывал в таких ситуациях. Второй всë больше сжимал руками чужое тело, зарываясь носом куда-то в шею, и уже перешëл на тихий шëпот, который сливался с шумом в ушах. Хайтам даже забыл как дышать, он боялся совершить хоть какое-то действие или просто не мог. Но он как сидел с руками на коленях, так и сидит, уставившись в стену. — Ты слышишь? — его дëрнули за плечо. — Аль-Хайтам! — Да? Прости задумался. — Ты вообще не умеешь проявлять чувства? — секретарь пожал плечами и виновато посмотрел на слегка удивлëнного блондина. — Мне не приходилось подобного делать. Поэтому... Я не знаю, как надо себя вести — пояснил он и устремил взгляд в пол, всë больше покрываясь румянцем. — Прости, если я был и буду порой груб с тобой. Я не умею по-другому. Но ради тебя готов научиться. — Хайтам! — Кавех схватил его за обе щеки и наклонил к себе. — Ты не представляешь, как я мечтал услышать подобное от тебя! Я буду ждать сколько потребуется. — От меня? — Да, от тебя, дорогой. Я влюбился в тебя ещë во время нашей учëбы, но не понимал этого. Я просто хотел, чтобы ты был со мной... Жаль, что я тогда был слишком глуп, мне казалось, что мне просто не хватает внимание — блондин поцеловал мягкие губы и улыбнулся. — Пойдëм потом вместе исследовать пустыню. — После того, как ты поправишься — Аль-Хайтам потянул его на себя, так что Кавеху пришлось сесть на чужие колени. — И не смей больше так меня пугать. — Хаха, как скажешь. Не буду.