Ты довольно интересный. Может, договор?

Утром меня разбудило тёплое весеннее солнце, которое говорило о том, что новый день совсем скоро наступит. Мне снилось что-то приятное, и я улыбался, чувствуя как солнечные лучи грели моё тело и сердце. Какого же было моё удивление, когда я медленно открыл глаза и увидел, кого я обнимал, и что на самом деле дарило мне ощущение безопасности. Алиса. Я лежу в кровати девушки и прижимаю её к себе, а она не вырывается и держит меня за руку... Что вчера вообще произошло?! Я судорожно стал вспоминать чем мы занимались с Алисой несколько часов назад, но ничего не мог вспомнить... Вдруг зазвонил будильник. Ага, значит сегодня рабочий день, отлично, хоть что-то ясно. Решив его быстро выключить, чтобы не разбудить Алису (ей всё равно не надо бежать на занятия), я аккуратно поднялся с кровати и добежал до дивана, под которым и валялся мой телефон. Кроме будильника на главном экране высветились два пользователя, которые одновременно напрягли и взволновали меня. Изабелла: Оливер, где ты? Мать:Где тебя носит, что отец скажет???! Судя по тому, что от папы не было сообщений, его не особо волновало моё отсутствие. Но поскольку „волнение” матери меня очень напрягало, я решил ответить только сестре — а она уже передаст мой ответ кому надо. Оливер:Меня закрыли в школе на ночь. Случайно засиделся в библиотеке и не уследил за временем. Отправив ответ, я вернулся в спальню и увидел, что Оливка удобно устроился под животом Алисы, не упустив шанса, когда место освободилось. Я ласково улыбнулся кролику и присел на край кровати, совсем не собираясь торопиться на занятия. Любой кабинет в шаговой доступности — так зачем спешить? К тому же не каждый день удаётся провести под одной крышей с девушкой, которая тебе симпатична. Рассматривая её волосы, лицо, губы, расстянутые в едва уловимой улыбке, я не мог не нарадоваться просто от осознания того факта, что она находится так близко. Вот, протяни ладонь, и уже ощутишь мягкость её волос. Я как раз и хотел это сделать, но тут же одёрнул руку, понимая, что моё влечение уже переходит все границы. Мало того, что я не могу вспомнить, как оказался в спальне Алисы, так ещё и собираюсь трогать её и нарушать личные границы. Поэтому я опустил руку ниже, к крольчонку, который только за, чтобы его гладили. Пока Оливка ловил удовольствие, я стал медленно прокручивать в голове  вчерашний день, вернее ночь. Я переживал, что Алиса замкнулась из-за моего вопроса про прогулку, потом я много думал о ней, потом заснул и проснулся от того, что крольчонок запрыгнул на меня. А потом я пришел в спальню, и там Алиса сидела на окне, а потом она заплакала, и я взял её на руки. И мы заснули в объятиях. Вроде, всё было так, но мне показалось, что я что-то упустил. По моему я ей сказал что-то перед сном, что-то важное, а потом вырубился. Блин, и что я сказал? Можно было и дальше так сидеть, наслаждаясь началом нового дня и прекрасной шатенкой, но зачем-то посмотрев на время в телефоне, я понял, что занятия начнутся через десять минут, а ведь мне надо ещё успеть умыться! Завтракать я не видел смысла, к тому же не хотелось лазить по кухне без разрешения девушки, поэтому, я просто взбодрил себя душем, а потом стал быстро одеваться. Расчесав волосы, я хотел было одеть ободок, но в последнюю секунду передумал и подошёл к Алисе. Она всё так же сладко дремала, и я аккуратно одел ей за уши частичку себя. Улыбнувшись, я взял листик с прикроватной тумбочки и написал ей записку, а потом схватил портфель, погладил напоследок Оливку и вылетел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ Меня разбудил Оливка, который хотел кушать, поэтому пришлось вставать — хотя так не хотелось! Наверное, впервые за такое долгое время я так сладко поспала. Даже удивительно. Надо написать Оливеру, что бессонница проходит, а то он переживал, дурак. Подождите... Оливер! Это же он меня вчера успокаивал, а потом ещё взял в охапку и не отпускал! Оливер! Ну, держись, вчера я была в каком-то оцепенении, но сегодня, сегодня-то я в норме. Так, точно, еда. —Иду, Оливка, иду! — крикнула я и вышла в коридор. Там висело огромное зеркало и что-то в нём привлекло моё внимание. Я посмотрела на своё лицо, а потом подняла голову. На ней был одет ободок с кошачьими ушами. Я удивлённо до него дотронулась и, разумеется, сразу догадалась, чей он. —Оливер, блин, что за приколы? — раздражённо сказала я сама себе и, сняв ободок, оставила его на комоде, после чего ушла на кухню. Нет у меня времени на всякие глупости. Но как только я покормила Оливку, мой взгляд снова удосужил вниманием этот аксессуар. Внутри меня кипели странные чувства. Я помню вчерашний вечер и помню, что Оливер был добр ко мне. А я? Я полвечера на него орала, а потом и  вовсе разревелась. Он, наверное, думает, что я сумасшедшая истеричка. Хотя...Тогда зачем он остался? Ах, ну да, потому что дверь заперли, точно. Но этот ободок... Он же носил его, чтобы самовыражаться, а сейчас, получается, отдал мне? Что вообще вчера произошло?! Я вернулась в комнату, чтобы застелить кровать и, когда взмахнула одеялом, увидела, что с тумбочки упала какая-то бумажка. Быстро её подняв, я прочитала содержимое, и сердце трепетно забилось. „Доброе утро, Алиса. Я просто хотел написать, что ты очень милая, когда спишь. Хей, не смешная, а милая. Но, если тебе будет спокойней, то я бы даже сказал — красивая. Я ушёл на занятия, не хотел тебя будить, рад что твоя бессонница проходит. А этот ободок тебе подарок. Тебе не обязательно его носить, я просто захотел, чтобы он хранился у тебя.                                               Оливер” Да что же такое?! Почему какая-то дурацкая записка вызывает у меня столько чувств?Совсем не понимаю себя... Оливер, да что ты со мной делаешь? Я снова вышла в коридор и мои руки сами потянулись к этому идиотскому ободку. Одев его, я почувствовала запах его одеколона. Вчера, когда обняла его перед занятиями, я тоже чувствовала этот запах. Но не ради меня же он душился, верно? У него ведь сотни поклониц... И из всей этой сотни он пришёл ко мне. Да что ж это такое, почему мне так приятно на душе?! А ещё теперь и пижама пахнет им, и повседневная одежда тоже пахнет им! Вот же одеколон какой стойкий! Даже душ не берёт! Я не знаю на что я злилась. Ведь мне нравился его запах. Но признаться в этом самой себе было очень страшно. Потому что чувства мне эти совершенно непонятны. Я никогда ни к кому такого не чувствовала. А ещё сердце так бьётся, так бьётся, что прям хочется выбежать из комнаты, найти этого несносного блондина, сказать ему что-то странное, а он будет смотреть на меня и улыбаться, как будто мой голос — это лучшее, что случалось с ним. Я пошла умываться и решила подумать о том, что бы приготовить на завтрак, а не о том, как моё тело реагирует на какого-то парня. Когда холодная вода попала мне на лицо, я всё равно вернулась к мыслям о блондине и вспомнила наш диалог перед тем, как заснуть. Оливер спрашивал меня о моей мечте, а я тогда ещё ответила что-то про свободу от ненависти, а что же он ответил... Он тоже по моему сказал о своей мечте. Что-то такое, от чего дух захватило. У меня ещё сердце так сильно забилось, блин, что он такого сказал-то? Достав полотенце из комода, я стала вытирать лицо и, когда дотронулась им до губ, голос блондина буквально ворвался в моё сознание. —Я мечтаю тебя поцеловать. Что?! В зеркале я увидела, как моё лицо моментально покраснело и, когда я вспомнила свой ответ, полотенце тут же выпало из моих рук. —Кажется, у меня новая мечта. Целуй. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ Сидеть на уроках мне всегда было скучно, но сегодня была прям какая-то скукота-скукотейшняя! Я постоянно отвлекался, то на птицу за окном, то на игру Эдварда, в которую он развлекался на уроке, то буквально на скрип стульев. Хорошо ещё, что в этом кабинете,хоть парты тройные, можно сидеть вместе с друзьями и пытаться хоть как-то не сойти с ума. Я повернул голову влево и увидел, что Зип задремала. Она почти всегда спит на уроках и не особо переживает за оценки — если что, я всегда подрисую ей правильные ответы и натяну на троечку. Я снова подумал о том, что меня используют, но не дал этой мысли развития — какая разница, мне не сложно дать списать, а Зип счастлива. Теперь я повернул голову вправо. Эдвард всё так же пялился в телефон, но иногда незаметно(как он думал) поднимал глаза и смотрел в сторону девушки. Я начал догадываться, что ему нравится Зип, хотя раньше не особо за ним это замечал. Признаюсь честно, я до недавнего времени почти ничего вокруг себя не замечал. Решив, что хочу помочь своему другу, я открыл последнюю страницу тетради и написал записку, с предложением о том, чтобы поменяться местами. Протянув её Эдварду, я сначала увидел недоумевающий взгляд, а потом счастливую улыбку. —Конечно, я не против, а почему ты меня вслух не спросил?! — довольно громко воскликнул парень и тут же привлёк внимание окружающих и Мисс Циркуль. Она с ненавистью прищурила глаза и снова развернулась к доске, решив не тратить время на дурацкие выходки задней парты. Одноклассники тоже вернулись к своим занятиям и забыли об этом. Я облегчённо вздохнул и тут же раздражённо прошептал: —Вот именно поэтому. Не люблю быть в центре внимания. — сказал я и сам себе не поверил. Когда это мне стало всё равно на других? Эдвард тоже удивился моему ответу, но ничего не сказал, а просто молча поднялся, и мы поменялись местами. Решив, что надо бы заняться чем-нибудь поинтересней, чем разглядывание сотой пылинки на полу, я стал чирикать какие-то каракули в тетрадке, особо не задумываясь, что хочу изобразить. Художником я не был, но это не мешало мне воплощать свои мысли на бумагу. Вскоре, из странных линий получился кролик и я недолго думая подписал „Оливка”. Эдвард, заметив моё творчество, тихо хихикнул. —Оливер, ты что, нарисовал кролика и назвал его в честь себя? Самому-то не смешно? — сказал он, а я не знал, расстраиваться из-за  подкола или просто посмеяться вместе с другом. Раньше, я бы так и сделал, но сейчас мне казалось это каким-то неправильным что ли. Хотя, я не могу винить Эдварда.Он же не знает, что Оливке придумывал имя не я. Став судорожно соображать, что ответить, я сказал такую фразу: —Не в честь себя, а в честь оливок. Это мой любимый фрукт. — заявил я, и вспомнив Алису, тут же улыбнулся. Эдварда мой ответ рассмешил ещё больше. —Ой, не могу, ты бы ещё сказал, что в честь оливье! — признаться по-честному это хохотание над каждым моим словом начинало раздражать, поэтому я пригрозил, что сейчас мы обратно пересядем, и мой друг сразу успокоился. Вот, то-то же. Пока я спорил с Эдвардом, я даже не успел заметить, что мои мысли плавно перетекли к Алисе. Интересно, она уже проснулась? Прочитала ли она мою записку? А ободок? Она его оставила или выкинула в мусорное ведро? Эх, столько вопросов и так мало ответов. Поскорее бы конец уроков, чтобы прийти к ней и всё узнать! Пока я вспоминал её лицо, я стал вспоминать и наш диалог, перед тем как я отрубился. Я спросил Алису про её мечту. Просто хотел узнать, что она ответит. Вдруг, кролик и был её мечтой? Но она ответила, что мечтает, чтобы её не презирали. А потом она задала мне встречный вопрос... И что я тогда сказал? Блин, Оливер, вспоминай давай. На ум почему-то пришли губы шатенки и в мою голову сумасшедшим вихрем ворвался наш диалог: —А я мечтаю тебя поцеловать. —Кажется, у меня новая мечта. Целуй. Я тогда ещё улыбнулся, думая, что мне это снится и ничего не ответил. Но, кажется, это было на самом деле... Подождите, что?! Я сказал, что хочу поцеловать Алису!? Я не видел своего лица, но почувствовал как оно покраснело. Я взмахнул головой и волосы тут же растрепались и стали лезть мне в лицо. Моё сердце быстро забилось, я стал вспоминать все моменты с шатенкой и понял, что это желание со мной было уже давно. Но надо же не жажда поцелуя меня толкала каждый день бегать к ней в комнату. А нечто иное. Я хотел быть рядом с ней. Всегда. Быть с ней одним целым. Быть только её. А она — чтобы была только моя. Не понимая, что творю, я резко вскочил из-за парты, опрокинув стул, тут же обратив на себя внимание всего класса. Краем глаза я увидел, как Эдвард легонько толкнул Зип в плечо, и она проснулась, растерянно посмотрев по сторонам. Не став, ждать, когда она поймёт, что происходит я собирался выскочить из класса, но Циркуль резко развернулась и схватила меня за руку. Она уставилась мне в глаза, и я понял: она знает куда я хотел убежать. —Оливер, тебе не кажется, что ты обнаглел? — самым жутким голосом на свете спросила учительница, но вместо того, чтобы испугаться, я по-дурацки улыбнулся и совершенно не думая, что творю, ответил: —Я просто влюбился, Мисс Циркуль. — и вырвав руку из её крепкой хватки, я выбежал из класса, под взволнованный шёпот одноклассников. Но мне было всё равно. В первый раз в жизни мне было всё равно абсолютно на всех. Кроме одной девушки, разумеется. Только она имеет сейчас значение. Только её присутствие нужно мне сейчас. И поэтому я... —Оливер! — когда я почти добежал до комнаты Алисы, кто-то схватил меня за плечи, пытаясь остановить, но не рассчитав силы повалил и меня, и себя заодно. Открыв глаза, я оказался на спине и увидел перед собой Зип, которая тяжело дышала, лёжа на моем животе. Тут же разорвав близкий контакт, я поднялся на ноги, радуясь, что спина в целости и сохранности (и почему девушки постоянно хотят мне что-то сломать?) и протянул руку, чтобы помочь подруге подняться. Она посмотрела на меня снизу вверх, а потом пару слезинок выкатились из глаз. Я испуганно одёрнул руку и сделал шаг назад. Зип вытерла слёзы рукавом и тоже поднялась на ноги. —Оливер. Скажи, ты что правда собираешься встречаться с этим монстром?! — воскликнула она, а я тут же разозлился и бросился на защиту Алисы. —Она не монстр. — не своим голосом произнёс я, и Зип испуганно отошла от меня. Я собирался уже было открыть дверь, но тут мою руку схватили и я услышал бесконечный поток слов, но о чём мне говорила девушка — я почти не запомнил. —Ты не понимаешь, что делаешь Оливер! Она опасна, она не умеет любить, она уничтожит тебя и твои жалкие чувства! Оливер, она убьёт тебя, она будет смотреть на тебя, улыбаться и разрывать тебя на куски!Пожалуйста, не иди к ней! —истошные крики заполнили всё моё сознание, и мне хотелось просто оттолкнуть Зип и не слушать её несправедливые слова. Потому что мне было больно думать, что девушка, которая сегодня спала в объятиях своего кролика может быть плохой. Да, она убивает, да, она постоянно меня подкалывает и да, она ничего о себе не рассказывает. Но я видел и её другую. Я видел как она смотрела на Оливку и видел, как она мне улыбалась. Я видел. —Зип, ты ведь сейчас меня останавливаешь не из-за этой причины, я ведь прав? — неожиданный вопрос сорвался с моих губ, и девушка удивлённо захлопала глазами. —В смысле? Я вообще-то переживаю за тебя! — возмутилась она, но я покачал головой. —Нет. Дело не в этом, и ты это знаешь. — я клонил своё, но не знал, что хочу услышать. Я только знал, что Зип что-то от меня скрывала, но подавала всё под видом „переживания” за мою жизнь. Я видел ложь насквозь, только если раньше я предпочитал этого не замечать, то сейчас я устал жить в мире иллюзий. Я хотел, чтобы мне говорили правду в глаза, и только это удерживало меня от того, чтобы прямо сейчас открыть дверь. Ну же, Зип, перестань разыгрывать спектакль, скажи, что тебе от меня нужно! Девушка неловко отвела взгляд в сторону, а потом отпустив мою руку, с ненавистью на меня уставилась. —Ой да пошёл ты, Оливер! Знаешь, как сложно терпеть эти восхищённые взгляды, которые бросают на тебя каждая вторая девка в этой школе! А знаешь, как сложно принять то, что бы я не делала, всегда найдётся какая-то сумасшедшая, но с красивыми глазками! У этой же цветной мир, если я не ошибаюсь, верно? Ну что, какого цвета её глаза, небось самого прекрасного, не то что мои чёрные, как уголь!? — воскликнула она, а я, начиная понимать, к чему Зип клонит, жалел, что вообще начал этот разговор. — О, и знаешь, что, может во мне нет ничего красивого,но по крайней мере я не чокнутая, запертая в комнате; просто мне „повезло” влюбиться в человека, которого привлекают только ненормальные! — с истерикой в голосе Зип проронила последнюю фразу и обреченно облокотилась об стену. Я, не знал, что сказать: я был в шоке, но ещё больше меня гложило чувство вины за то, что я не смог разглядеть чувства девушки раньше. Может, тогда бы всё не дошло бы до такого, и Зип быстро переключила интерес с меня на кого-нибудь другого? Как делали все мои бывшие. Но вспомнив каким я был раньше, я понимал — я видел, что девушка ревнует, я просто не хотел это признавать. Я был эгоистом и мне не нужны были чужие проблемы. Поэтому, получил по заслугам — тут больше нечего сказать. Я вздохнул. Я прекрасно понимал, что должен сказать что-то подбадривающее, но бросаться типичными фразами: забей, найдёшь другого — я не хотел, да и просто не мог. Я медленно  отошёл от двери, начав говорить: —Послушай, Зип. Я не могу сказать ничего подбадривающего. Но я хочу извиниться. Я должен был заметить твои чувства раньше, а не делать вид, что всё нормально. Но я не могу быть с тобой. У меня нет к тебе чувств, кроме дружеских. Я люблю другую. — сказал я, боясь посмотреть на Зип и увидеть расстроенное лицо. Она какое-то время молчала, а потом тихо усмехнулась. —Ну, в принципе я и так знала, что ничего интересного во мне нет. Но спасибо за честность, друг. — последнее слово было буквально выплюнуто, и я услышал удаляющиеся шаги, но что-то заставило меня крикнуть: —А Эдвард так не считает! — услышав крик, Зип повернулась ко мне, и я увидел удивлённый взгляд и даже некую растерянность. —Эдвард? Что ты имеешь в виду? У него же одни игры на уме. — недоумевая спросила она, а я грустно улыбнулся: кажется мы все слепы, когда дело касается нас. —Я видел,как он на тебя смотрит. Такое невозможно подделать. А ты любишь фальшивку, Зип. Я Вас всех обманывал, а Алиса, она... — я не успел договорить, как девушка высказала свое предположение: —Увидела тебя настоящего? — спросила она меня, на что я медленно кивнул. Зип грустно улыбнулась, а потом развернулась и ушла в сторону класса. Как раз в этот момент прозвенел звонок, и я мигом заскочил в дверь Алисы. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ Слушать ссору „друзей”, где один влюблен в другого, а другой влюблен в другую — было сложно. Даже сказать — невыносимо сложно. Конечно, ведь это всё происходило в нескольких метрах от меня! Уж не знаю, было это задумано специально или нет, но напрягло знатно. Слушать то, как Зип унижается перед Оливером, а потом слышать, что блондин выбирает тебя — это сводило с ума и в плохом и в хорошем смысле. С одной стороны — это неправильно. Я и Оливер? Ну и бред! Мы не можем быть вместе! И причин на это — миллион. И одну из них я прекрасно знаю. Я могу ему навредить. И на этом, в принципе, список можно заканчивать. Но! Внутри меня сидит и другая личность — та, которая ещё не разучилась мечтать, та, которая краснеет от каждого прикосновения блондина и говорит всякую чушь. И делает всякую чушь, раз на голове у меня все ещё одет этот ободок. Я не понимаю эту личность, она кричит о том, что хочет быть вместе с этим идиотом, но я ведь знаю, что это невозможно! Просто невозможно! В этом я пытаюсь убедить себя весь день, но на каждое моё „нет” находится тысячи „да”. Ты хочешь быть с ним? Нет. Но я бы хотела лежать в его объятиях и слушать его истории. Ты хочешь его поцеловать? Нет. Но я постоянно рассматриваю его лицо. Ты его любишь? Нет. Но я никогда ни о ком столько не думала. Я нахожусь в этих размышлениях даже, когда дверь открывается, и на моём пороге возникает взволнованный блондин.Он тяжело дышит, я это слышу даже находясь в спальне. Интересно, он так переживает из-за недавнего разговора или из-за того, что собирается мне сейчас сказать? Я очень боялась, что второе. И одновременно — желала этого. Оливер сразу понял, где я нахожусь и уже спустя пару секунд медленно подходит к моей спальне. Наши взгляды встречаются, и теперь мы не можем оторвать друг от друга взгляд. Вернее, я то могу, просто проверяю на сколько его хватит. Я просто испытываю его терпение, вот и всё! Он так и стоял в проходе, видимо не решаясь заходить без разрешения, а я не торопилась облегчить его страдания. Тогда он решил взять инициативу в свои руки и просто подошёл ко мне. Судя по его взгляду — он был настроен решительно. А вот я нет. Или да. Черт, да просто поцелуй меня! Что?! Это мои мысли сейчас были?! Вот, блин, что за фигня?! —Алиса, я должен тебе кое-что сказать, — начал он с серьёзным лицом, но потом не удержался и улыбнулся, увидев свой ободок на моей голове. Он, видимо, посчитав это хорошим знаком, протянул ко мне ладонь и уже собрался было дотронуться до моих волос, но я облокотилась об спинку кровати, и Оливер всё понял. Он опустил руку, но серьёзность в его взгляде никуда не делась, и блондин продолжил свой монолог: —Ты, наверное, пошлёшь меня куда подальше, но хотя бы выслушай. Так получилось, что я... Чувствую к тебе что-то. И это по началу сильно давило на меня, я постоянно думал, что сошёл с ума, раз первым моим желанием с утра было бежать к тебе. А потом я понял. Понял, что чувствую. Когда я видел тебя злую, счастливую, в слезах — я думал лишь об одном. Я хочу быть с тобой. — сказал он, а внутри меня всё оборвалось, и моё сердце заходило ходуном. —Я хочу каждый день видеть тебя, касаться тебя, исполнять все твои желания. А ещё я хочу сделать, то о чём мы говорили с тобой перед сном. Ты ведь помнишь о своей новой мечте, верно, Алиса? — он спросил меня об этом так неприлично прямо, что я даже не нашлась, что ответить и просто уставилась на него, наверное,не особо дружелюбным взглядом, но Оливер как будто этого не замечал: Он ждал моего ответа. А я молчала. Я смотрела в его глаза и понимала лишь одно. Я не хочу, чтобы эти глаза были несчастными. Я не хочу сорваться и напасть на него. Не хочу, чтобы он смотрел на меня с разочарованием: „Алис, ну как же так?” Или ещё хуже со смиренной улыбкой: „Зато я был счастлив с тобой”. Эти фантазии разбивали мне сердце, и я не могла вынести этого ужаса в будущем, поэтому, сама того не замечая, я начала творить его сейчас. —Оливер, это, конечно, всё мило, но я пошутила. Мне не нравятся такие фрики,как ты. Можешь больше не приходить. Наш договор расторгнут. Ты свободен. — сказала я, и сама себе не поверила. Мне хотелось залепить себе пощёчину за такие слова, но я лишь тихо сжала сзади себя край одеяла, и надеялась, что Оливер просто уйдёт. Лишь бы он не начал спорить. Только бы не начал спорить. Блондин замер. Он стал на самого себя не похож. Он услышал отказ от той, ради которой полностью изменился. А я вместо того, чтобы хотя бы извиниться, как он перед Зип, просто хладнокровно смотрела в его испуганные глаза. Оливер помотал головой и хотел было присесть ко мне на кровать, но я тут же вскочила и подошла к окну. —Не подходи ко мне! Что я не понятного сказала?! — воскликнула я, а блондин просто стоял в ступоре и не знал, что сказать. —Алис, подожди, то есть ты хочешь сказать, что ты ничего ко мне не чувствуешь? — он сказал это с таким наивным лицом, и я больше не могла этого вынести. –Да, я больше тебе скажу — я тебя презираю, ты отвратителен! И знаешь, что? Можешь забрать кролика и свой страшный ободок, он мне не нужен, как и ты! — воскликнула я в сердцах, а Оливер только тихо ответил: —Это были мои подарки, и я их забирать не буду. — какой-то полушёпот донёсся до моих ушей, и я тут же завелась ещё сильнее, пытаясь скрыть свой страх, стыд и самое главное — чувства. —Ну тогда я отдам это животное, а ободок выброшу! Терпеть его не могу! — крикнула я, и, сняв аксессуар, выбросила его в открытое окно. Парень всё так же с побитым видом смотрел на меня, не понимая, что ему делать. Зато я знала. —Убирайся, жалкая пародия своей сестры. — сказала я, и не поверила, что могла такое выдать. Оливер как-то показал мне фотографию Изабеллы, и ещё тогда я провела определённую параллель: блондин хотел понравится родителям, поэтому пытался выглядеть как его сестра. Я, разумеется, не сказала об этом вслух — некрасиво всё-таки. А сейчас я знала, что это подействует. И была права. К сожалению. Оливер изменился в лице: боль, разочарование, непонимание — всё это было написано на его лице. Я думала, что он тоже меня укольнет, сделает больно, но он просто развернулся и ушёл. Это было больнее слов. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ Я был раздавлен. Нет, вру. Я был убит. Убит одними словами. Разве такое бывает? Я шёл под окнами школы и хотел их все разбить: чтобы эти осколки вонзились в меня и хоть ненадолго притупили  душевную боль. И как я мог поверить, что сумасшедшая, которую боится вся школа, вдруг влюбится в меня и мы будем счастливы? Я идиот. Я фрик. Я ничтожество. И, к сожалению, эти слова не были просто подростковым привлечением внимания. Я правда себя таким считал.А ещё эти дурацкие длинные волосы, которые превращают меня в девчонку! Алиса права. Я просто копирка своей сестры, но чёрт ! Как же больно это слышать от той, кому доверял! Я всё-таки не сдержался, и схватив метлу дворника, которая стояла у стены школы, ударил ею по по окну, а потом по мусорному баку, перевернув его, а когда и этого мне не хватило, я кинул метлу в окно учительской, как будто хотел обвинить в своём несчастье и Циркуль, которая давила на меня и Алису. Когда и это не принесло мне облегчения, я просто закричал, да так сильно, что мне показалось, что это не я кричу, а какой-то зверь, которого подстрелили. А потом я заметил свой ободок. Подняв его с земли, я его сломал и кинул к мусору, который теперь занимал собой половину двора. Я хотел было уже уйти ( вдруг из-за моих криков здесь соберётся толпа), а потом понял: мне всё равно. Какая разница, что подумают другие, если теперь ничего не имеет смысла. Ни популярность, ни человечность. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ Никогда не думала, что я погасну так быстро. Мне родители говорили, что если я не буду убивать месяц, то я просто буду чувствовать небольшую усталость, и моя магия немного уменьшится. Но я не думала, что не смогу даже подняться с кровати. Оливка начал паниковать и постоянно носился вокруг меня. Сначала, я думала, что он хотел есть, но каждый раз, когда просыпалась посреди ночи от очередного кошмара — он был рядом. Спал под моим боком или в ногах. Каждый раз, когда я его видела, моё сердце трепетало от тёплых чувств, и, наверное, Оливка — это единственная причина, по которой я ещё жива. А потом, следом за приятным чувством следовало воспоминание о Оливере: о том как он охранял мой сон. И моё тело содрогалось в каких-то судорогах, и в горле образовывался ком. Но я не плакала. Даже сейчас я не позволяла себе слабость. Я спасла Оливера, и пыталась убедить себя в этом. Только это была неправда. Какой смысл в этом спасении, если я уничтожила нас? ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ Школа меня добивала. Я ненавидел там всё. Особенно после того, как весь класс узнал о том, что я в кого-то влюбился. Сначала никаких распросов не было: видимо переваривали эту информацию. Но вот потом... Конечно, сначала встрепенулась женская часть класса. Каждая по очереди бегала к моей парте и спрашивала о возлюбленной. Когда моё молчание продолжалось дольше минуты, они обращались к моим друзьями, но Эдвард с Зип просто качали головой и отвечали, что не знают. Я был мысленно благодарен им, что они меня не выдавали, ведь, если бы кто-то узнал, что я влюбился в Алису, то скорее всего её невзлюбили бы ещё больше. А я этого не хотел. Я ведь хотел исполнять все мечты Янтарки. А она так хотела, чтобы её любили. Только она всё равно меня оттолкнула! Когда очередная одноклассница подошла ко мне с этим вопросом, я резко встал из-за стола и, скинув все свои вещи с парты в сторону девушки, прошёл мимо неё в коридор. Стоит ли говорить, что после этого случая одноклассники стали бояться меня, как огня и обходили за несколько километров? Я потерял свою популярность. Правда, меня это совсем не расстроило. Когда уроки закончились, я засобирался домой, но Эдвард меня остановил. Зип принципиально не стала останавливаться и прошла мимо нас, помахав на прощание. Я уставшим взглядом посмотрел на своего друга: он казался встревоженным, но меня это не волновало. Я развернулся и пошёл в сторону своего дома но Эдвард оказался более настойчивым. —Оливер! Подожди, давай поговорим. — крикнул он, и я остановился. Не знаю зачем, просто, когда слышишь встревоженный крик всегда хочется остановиться и выслушать. —Слушай, я понял, что тебя отшили, но эй! Не надо рушить свою жизнь, она не заканчивается на одной девушке. Посмотри, сколько хотят с тобой встречаться!Ты ведь раньше так и делал: бросал одну и на следующий день уже с другой! Так что сейчас изменилось-то? — воскликнул он, на что я разочарованно посмотрел на своего друга. Хотя, таким взглядом я должен был посмотреть в зеркало. —Она была особенной. И я больше не хочу это обсуждать. — ответил я, и ушёл. Эдвард за мной не побежал, видимо наконец поняв, что мне больше никто не нужен. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^Я себе обещал, что посмотрю в зеркало, но не думал, что буду держать над своей головой ножницы. Одно грубое движение — и мои волосы упали на пол. Последняя маска разбилась. Я хладнокровно посмотрел вниз, и не испытав никакой эмоции, убрал ножницы в ящик, а потом снова взглянул в зеркало. На меня смотрел обычный, даже в какой-то степени — привлекательный парень с короткими пушистыми волосами. Я немного удивился, но на этом всё. Облегчения я не испытал, хоть больше и не выглядел как фрик. Ладно, я вру. Я испытал равнодушие. Спустившись вниз, первым делом я заметил удивлённый взгляд матери и сестры. Изабелла взволнованно сжала край футболки, видимо понимая, что я это сделал не в адекватном состоянии. Мать же просто хмыкнула и сказала: —Ну вот, хоть на нормального парня стал похож. Что мешало их обрезать год назад? — спросила она, на что я хмуро ответил: —Принципы. — и вышел во двор. Сев на ближайшую скамейку, я залип в телефон, бессмысленно листая свои чаты. Когда я увидел знакомое имя, то со злостью выключил телефон и кинул его в траву. Не прошло и минуты, как этот телефон мне протянула чья-то рука. Я поднял взгляд и увидел своего отца. Вот тут я уже по- настоящему удивился. Он присел рядом со мной и вопросительно посмотрел на телефон. —Ну и что это за выкрутасы? — спросил отец, на что я ответил встречным вопросом: —Никаких выкрутасов. А ты что тут делаешь? Твоя командировка же закончится только через неделю. Отец покачал головой. —Два дня назад закончилась. — ответил он, и я неловко почесал голову:как я его раньше не заметил? —Ну круто. — я больше не нашёл, что ответить, а папа внезапно спросил меня: —Что у тебя случилось? Ты какой-то... Грустный. — сказал, на что я удивлённо на него посмотрел: отец мной интересуется? Я покачал головой. —Неважно. Ты не поймёшь. —Я тоже был подростком. Может и пойму. —Ну и зачем тебе моё нытьё? —Как зачем? Ты вообще-то мой сын. —Ну и что? —Ладно, если не хочешь говорить, то хотя бы скажи, что тебя беспокоит. Дам совет, в духе: Не ной, всё наладится. — сказал он, на что я скептически на него посмотрел. Моя проблема явно не решится от одних только базовых слов поддержки. Но, вспомнив, что отец обычно вообще мной не интересуется — решил всё же его выслушать. —Девушка. —Девушка? Шуры-муры типо крутишь? —Фу, пап какие шуры-муры? Просто близко с ней общался. —Общался? —Ну да. —А что случилось? —Я же сказал, что не хочу ныть. —Ну тогда я тебе ничем помочь не могу. Без нытья не выловишь и  рыбку из пруда. —Что за бред? —В смысле бред?Если не признаешь проблему и не расскажешь о ней, то ничего хорошего из этого не выйдет. По моему, всё логично. —Пап, ты когда психологом сделаться успел? —Да на работе кто-то сказал, а я и запомнил. Прикольная интерпретация. — сказал отец, и я задумался. В конце концов, я ничего не потеряю. Папа с матерью общается только чисто по бытовым вопросам, поэтому навряд ли он вдруг станет рассказывать, что я влюбился в убийцу, потом признался ей в чувствах, и она меня отшила...М-да, если об этом кто-то узнает меня точно посадят в психушку. Ну ладно, была не была! И я рассказал.Всё. В мельчайших подробностях. Ладно, про слишком близкие моменты, я просто говорил односложно, чтобы не выдать своего смущения, но во всем остальном — я был стопроцентно искренен. Рассказал, как Алиса повредила мне руку, а потом её перевязывала, рассказал, как она звонила мне, когда я был на дереве, рассказал как она обрадовалась моему подарку, потом про то, как нас заперли в школе, про её бессонницу и, разумеется, про моё признание, и то, как она внезапно резко повела со мной. Когда я закончил говорить, отец где-то минуту молчал, а я думал: он просто переваривает информацию, или он размышляет о том, адекватен ли его сын? Когда молчание слишком затянулось, я стал думать, как бы это исправить, но мои страдания наконец-то решили облегчить. —Оливер, я тебе рассказывал об одной девушке из моей молодости? — неожиданно спросил папа, а я растерянно покачал головой. Хотел сказать, что ты в принципе со мной никогда не разговариваешь, но промолчал. Не время вспоминать детские обиды. —Мне, наверное, было столько же лет, сколько тебе сейчас. А познакомились мы, как ни странно, тоже в школе. Она была самой красивой девушкой, которую я знал, и все хотели с ней встречаться. Но  каким-то образом, именно я смог запасть ей в душу, хотя я всего лишь поддержал идею её школьного проекта, пока остальные сомневались в его реализации. Решив, что хочу помочь ей, мы стали много времени проводить вместе. А потом, когда я понял, что симпатия взаимная — решил признаться. И после этого, мы больше не общались. Она сказала, что не хочет отношений. Как-то так. — закончив свой рассказ, отец повернулся ко мне, типо, мол, понял? Но я ничего не понял, поэтому покачал головой. —Прости, пап, но я не понимаю, как твоя подростковая, неудачная влюблённость должна отозваться у меня? Типо, у всех такое бывает или что? Так вот — это меня не успокаивает! И если у тебя была взаимная любовь, и девушка была просто не готова к отношениям, то у меня все хуже! Я думал, что у меня взаимная любовь, а оказалась она просто смеялась надо мной. — с горечью ответил я, но мои страдания никого не расстрогали, и папа просто задумчиво посмотрел перед собой. —Да нет, я не к этому вёл. А к тому, что спустя время я подумал: А почему я сдался? Почему решил отступить и найти себе новую влюблённость? Почему я решил, что спустя время, она не захочет быть со мной? А может, она наоборот хотела, чтобы я сказал:Милая, ты чего, я не давлю. Давай сохраним нашу дружбу, но если вдруг захочешь быть со мной — только скажи, и весь мир будет у твоих ног. Банально, да, но разве не это мечтает услышать каждая девочка? — спросил он меня, на что я неловко почесал голову. —Пап, мне даже как-то неудобно. Ты ведь не о маме говоришь, верно? — задал я ему встречный вопрос, проигнорировав его. Отец кивнул. —Да. Твоя мать — это девушка, с которой я начал встречаться спустя месяц после разрыва с той девочкой. Короче, я к чему рассказывал всю эту грустную историю. К тому, что вы ещё молоды, и можете все исправить. Рискни ещё раз, ты ведь уже столько раз это делал. — сказал он, но я горько усмехнулся. —Я же сказал, что она меня терпеть не может. —Терпеть не может? Тогда почему она тебя оттолкнула? —Вот именно поэтому! —Нет, мой мальчик. Отталкивают, когда слишком сильно любят. Боятся не справиться со своими чувствами и всё испортить. — сказал он мне, и я внезапно посмотрел на свою ситуацию другими глазами. Странное поведение Алисы и её игра: „ты меня бесишь и ты мне симпатизируешь” имела гораздо более глубокий характер, чем я думал. Если изначально я считал, что она не умеет принимать свои эмоции, то теперь я понял, что она просто боится их принять! И внутри меня родилась надежда. Нет, надежде точно нельзя верить, но что-то заставило меня поверить в свою удачу, и я резко поднялся со скамейки, буквально искрясь. Отец удивлённо на меня посмотрел, но ничего не сказал. —Спасибо, пап, кажется, я знаю, что делать! — крикнул я, и убежал в дом, предвкушая как завтра я стану счастливым. Мужчина посмотрел парню вслед и задумчиво произнёс: —По моему, у него волосы раньше были длиннее. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ Действовать-то я решил, но как именно действовать — я понятия не имел. Я не видел смысла снова прийти к Алисе и начать признаваться в чувствах: она просто не будет слушать. А значит надо сделать так, чтобы она просто Не могла не слушать. И тогда в моей голове появилась идея, которую в последствии я решил называть „Ветер в голове”. Почему? Потому что пробраться в серверную комнату и сказать в микрофон о своей любви, чтобы громкоговорители передали мой голос по всей школе — самая сумасшедшая идея в моей жизни! Но при этом, я серьёзно подошёл к этому плану: стал думать, что именно я буду говорить, даже написал на листочке весь свой текст. Потом, стал думать, когда лучше пробраться в комнату. Утром или днём? Так, а как я уйду с урока? Надо сказать, типо иду в туалет. Точно! Всё это я очень хорошо планировал, пока до моего мозга не дошла простая истина: у меня нет ключей от серверной комнаты. Но даже это меня не остановило. Ладно, признаюсь, я немного полежал на полу от безысходности, но очень быстро взял себя в руки.Нужен ключ? Значит, у меня будет ключ! И мой мозг стал генерировать идеи. Я тут же вспомнил, что как-то Эдвард рассказывал мне, что научился подделывать ключи к любому замку. Не спрашивайте, зачем он этому учился — я уже сказал, что у него было много гиперфиксаций. Я тут же ему позвонил. К счастью, мне довольно быстро ответили, что было огромной удачей. —Эдвард, привет! Срочно, мне нужна помощь.Можешь сделать ключ для серверной комнаты? —Он уже у меня сделан. А что? —Подожди, сделан? Когда ты успел? —А ты думаешь, что пожарная сигнализация по угару срабатывает каждую пятницу? —Хочешь сказать, это ты делал?! —Ну да. Это я так конец недели отмечаю. Есть ещё ключ от женской раздевалки, если интересует. —Я не хочу знать, для чего ты его сделал. Не важно, мне нужна помощь! —Слушай, я могу помочь, но смотря ради чего ты это делаешь. Если Циркуль поймёт, что это я устраивал такую веселуху, то сразу же меня убьёт. —Никто не узнает, что это ты мне дал ключ.Я возьму удар на себя. —Вау, как героично. Мне теперь даже страшно узнать к чему ты мне всё это обещаешь. —Не бойся. Жду ключ завтра перед обедом. В это время у всех на уме только еда. Буду надеяться, что это развеет внимание учителей. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^ —Ну что, принёс? — первым делом спросил я, когда Эдвард вальяжной походкой подошёл ко мне на перемене. Мы на всякий случай посмотрели по сторонам, и мой друг кивнул и протянул ключ. —Вот. И, эээ.. Оливер, где твои волосы? — спросил Эдвард, и я вздохнул. —47 —Что 47? —Ты 47 ,кто спрашивает —Ты считал?! —После 5 человека — да. —Ладно, не буду спрашивать, что случилось. Так, к чему весь этот шпионаж? —Скоро узнаешь. —Это связано... Ну, с ней? — всё-таки не удержался и спросил. Вот же привязался. Но вспомнив, что только благодаря ему я вообще могу провернуть свой план, выдохнул и успокоился. —Да. Эдвард отстраненно кивнул, как будто очень сомневался в моей идеи, но я сам был весь на нервах, поэтому думать о том, что другу это не нравится — лишнее волнение, на которое у меня не было сил. Мы направились на урок. Он был с Циркуль, и меня это очень обрадовало:не надо бояться, спалит меня или нет. Потому что в отличие от остальных учителей, во время уроков она любила патрулировать коридоры. Поджидала жертву... Когда прошла середина урока, я как ни в чём не бывало отпросился в туалет и спустя тридцать секунд был уже у входа в серверную комнату. Уверенно открыв дверь ключом, я оказался в помещении, где находилось куча компьютеров и проводов. Бардак одним словом. Я тут же закрыл дверь на замок, чтобы мою речь не смогли прервать. Посередине комнаты стоял стол, на котором и находился микрофон, в который я прямо сейчас собирался говорить. Фух, ну, вперёд. Я достал свой лист, где всё подробно расписал, что мне говорить. Предложения были грамотно построены, каждый причастный и деепричастный оборот был прекрасно вписан в текст, но перечитав его полностью, я понял, что он абсолютно пустой. Просто набор слов из интернета, которые печатают на открытках. М-да, кажется мои пятёрки за сочинения оказались бессмысленными... Разорвав лист, я решил говорить своими словами. Пусть это и будет плохо, но зато это будет сказано в порыве, а значит — с чувствами. Я тихо вдохнул, а потом выдохнул. Ну ладно, вперёд.Я постучал по микрофону, а потом проверил, работает ли он. —Раз, раз, меня слышно? — спросил я, и на мой телефон тут же пришло сообщение от Эдварда: мол, всё слышно. Я облегчённо улыбнулся. —Думаю, что мой голос узнаётся, но на всякий скажу. Это я, Оливер. Тот самый отличник-хулиган. Ну да ладно. Не для вас я тут представляюсь. Мне нужно поговорить с одной девушкой. Но она не хочет меня слушать, вот какая проблема. Поэтому придётся откровеничать со всей школой. Ну что ж...Начнём. —я снова нервно перевел дыхание, пытаясь собраться с мыслями. Когда моё сердце перестало колотиться из стороны в сторону, моё тело расслабилось, и я начал уверенно говорить. — Я знаю, что ты меня слышишь, Алиса. И пусть ты меня послала на все четыре стороны — мне всё равно! Теперь тебе придётся меня выслушать! Почему же я так отчаянно от тебя не отстаю, спросишь ты? Вроде же все против того, чтобы мы были вместе, но я упрямо бегаю за тобой. А знаешь почему? Потому что ты изменила мою жизнь. Всю свою жизнь я хотел только двух вещей: популярность и любовь окружающих. А теперь я понимаю, что любви от одного человека спокойно хватает для того, чтобы быть счастливым. Знаешь, почему я тогда пришёл к тебе в первый раз? Потому что мне было не жалко свою жизнь. У меня был азарт: Убьёт или не убьёт? Это я сейчас понимаю, что тогда я очень хотел жить, но просто не знал как. А теперь знаю. Я хочу просто жить и любить. Глупое желание, да? Соглашусь, не об этом мечтают подростки. Но мне и не надо больше их мечт. Ведь я нашёл свою. Алис, знаешь почему я всё равно хочу быть с тобой? Потому что я помню, как ты переживала за меня, помню твои глаза, твою улыбку, адресованную мне. Ты так кому-нибудь улыбалась? Может, я слишком высокого о себе мнения, раз мне кажется, что ты относилась ко мне по-особенному. Наверное, я сейчас кажусь тебе идиотом. А может ты вообще одела наушники и не слушаешь меня. Но если слушаешь, то я люблю тебя, Алиса. — сказав всё это на одном дыхании, я отключил микрофон и в эту же секунду услышал быстрые шаги в сторону комнаты. Поняв, что надо делать ноги, я схватил ключ, открыл дверь и тут же вылетел в коридор. В эту же секунду прозвенел звонок. Ученики стали выходить из кабинетов и направляться в сторону столовой. Среди всей этой толпы я увидел Циркуль, которая в гневе неслась в мою сторону, но я не стал её ждать. Принявшись бежать, я направился в сторону столовой, надеясь, что смогу спрятаться среди учеников, но ещё издалека увидев толпу, через которую я точно не пройду, развернулся и убежал в основной коридор на втором этаже. Куча учеников шли мне навстречу, а когда я повернул голову назад, чтобы посмотреть, где там Циркуль, умудрился в кого-то врезаться. —Ой, извините. — сказал я на автомате, а когда повернул голову —отторопел. Вся школа внезапно приобрела краски, а передо мной стояла взволнованная Алиса и смотрела на меня своими янтарными глазами. Пока я терял дар речи, а другие ученики в ужасе смотрели на девушку, она перевела взгляд на мои волосы и уже хотела была задать вопрос, но я быстро схватил её за руку и на бегу сказал: —За мной Циркуль гонится. Спрячемся у тебя. —Она туда первым делом и направиться. Нужно другое место. — ответила мне Алиса, и я удивился тому, каким тихим стал её голос. Неужели, переживала? —Блин, ты права. О, третий этаж, библиотека! — придумал я и потянул за собой девушку в сторону лестницы. Она, хоть и казалась слабой и лёгкой, но бежала со мной наравне, что придавало мне уверенность в своих действиях. Поднявшись наверх, мы зашли в библиотеку, и я тут же взял ближайший стол и придвинул к двери, чтобы точно никто не смог зайти. Я не знал, зачем мы вообще прятались в школе, да и вообще зачем прятались, потому что Циркуль или другие ученики всё равно нас здесь найдут. Но сейчас мне не хотелось об этом думать. Я повернулся к Алисе, и неуверенно подошёл к ней. Признаваться в любви на всю школу, на удивление, оказалось легче, чем сейчас вот так вот стоять наедине. Янтарка тоже была зажата, но тут же постаралась начать диалог: —Оливер, что с причёской? — спросила она с серьёзным лицом, а я нервно засмеялся. —Ахах, ну просто решил, что длинные волосы мне больше не нравятся. Смена стиля, ничего такого. — беззаботно ответил я, а Алиса внезапно напряглась и отвела взгляд. —Это же не из-за моих слов, правда? — грустно спросила она, а я растерянно покачал головой. —Нет, конечно. Я давно уже понял, что мне надо измениться, вот и всё. — ответил я, хотя это было лишь на половину правдой, но мне не хотелось, чтобы Алиса загонялась. Она тут же облегчённо вздохнула. —Я так понимаю, ты всё слышала, раз вышла из комнаты? — спросил я, решив, что пора начать об этом вспомнить. Ведь, мы же не просто убегали от Циркуль. Мы ещё и встретились, чтобы поговорить. Алиса кивнула. —Да. С самого начала и до последнего слова. Поэтому теперь я пришла к тебе, чтобы... —Чтобы быть вместе? —Да нет! Чтобы объяснить тебе, почему мы не можем быть вместе. —Да ну нет! Опять двадцать пять! — обречённо застонал я, но девушка меня перебила. —Пожалуйста, выслушай. Я поступила с тобой отвратительно, но на это были причины. И теперь я хочу поговорить с тобой, как человек с человеком. — тихо сказала она и серьёзно на меня посмотрела. Я тут же перестал жаловаться и, подойдя к ближайшему столу, отодвинул стул для неё и для себя, жестом приглашая присесть. Она так и сделала, сев напротив меня. Алиса вздохнула, и я дал ей время собраться с мыслями. —Ты уже знаешь, что я убиваю, поэтому не буду приводить этот аргумент. Давай, я лучше расскажу, зачем я это делаю... —Тебя заставляет Циркуль, верно?! —Что? Причём тут она? У нас с ней всего лишь договор, ничего больше. И подожди, откуда ты это знаешь?! —Ну, один раз под столом за коробками... —Так, ладно, я не хочу это знать. И, эй, не перебивай! —Ладно, ладно, извини. —Ну так вот... Весь мой род должен убивать, чтобы выжить. Нам нужен адреналин для нашей магии и в принципе для существования. Убивать можно до бесконечности, но исследования показали, что хватает одного раза в месяц. Как раз об этом мы и договорились с Циркуль, когда я пришла в эту школу учиться. Меня закрыли в комнате, чтобы я не пугала других учеников, но про меня всё равно успели распустить слухи: мол, а ученица на дистанте-то сумасшедшая. А когда начали происходить убийства, то за мной уверенно закрепился статус монстра. Стоило мне выйти из комнаты, чтобы сдать зачёт за четверть, как в мою сторону летел нервный шёпот. Либо все прятались, кто куда. Но я не виню их за это. Я бы сама от себя сбежала, честно. Но я возненавидела учеников этой школы.Меня бесило, что они не понимали, что я делаю это не специально. Я просто хищник, которому нужна еда, если условно говорить. Но разве хищников в этом винят? Нет, ими восхищаются и ставят себе на обои телефона. И мне тоже хотелось, чтобы меня любили. Но меня только ненавидили. И, когда ты пришёл ко мне, я хотела без раздумий тебя убить. Выскочка-отличник. Как ты меня раздражал. Я думала, что ты меня презираешь, а потом увидела, как ты на меня смотрел. В тебе был азарт и страх. Можно было сделать вывод, что ты просто мазохист, но ты хотел спастись; кричал от боли, но всё равно умудрялся шутить и в целом говорил со мной, как с человеком. И мне стало интересно,—Алиса ненадолго замолчала, чтобы перевести дыхание, а я мысленно умолял её говорить дальше. —Стало интересно, почему ты так хочешь жить, и так одновременно не хочешь. И я решила узнать тебя поближе. Ох, если бы я только знала, что влюблюсь в тебя, то я бы никогда, никогда не стала бы давать тебе шанс. Потому что теперь я должна тебя спасти от самой себя. Я отказалась от убийств, и вскоре я потеряю всю магию. А значит мне придётся опять убивать. И я боялась. Боялась, что не сдержусь и убью тебя. А я не хочу, не хочу тебя убивать. И взгляд, полный страха, я тоже видеть не хочу! Оливер, я просто не могу! Теперь-то ты понимаешь меня? — обречённым голосом сказала Алиса, и её глаза тут же стали влажными. Но меня это не удивило; мои уже с первых слов тоже стали мокрыми. Я протянул руку, и на этот раз, не боясь нарушить личные границы, погладил девушку по волосам, а потом вытер её слезы. Она не смела отвести от меня взгляд, и это ещё больше сводило меня с ума. Я всё понял. Я был удивлён, что не понял этого раньше. И пока я махал метлой и стриг волосы, Алиса переживала за меня и за свой выбор. И мне стало стыдно. То что рассказала мне шатенка совершенно не уничтожало моих к ней чувств, но я понимал, что её волнует это, поэтому я стал думать, что можно сделать. Моя рука всё ещё оставалась на щеке Алисы, и я не торопился её убирать. А она не собиралась отстраняться. И тут мне вспомнились её слова про адреналин. —Подожди, Алис, ты сказала тебе нужен адреналин? — спросил я, а девушка, не понимая к чему это, кивнула. —Но адреналин — это просто биологическая реакция! Его можно получить от американских горок, от прыжка с парашютом, от страха, от радости и... Даже от поцелуев. — на последнем слове я покраснел, но не прервал свой мыслительный процесс. — Если всё дело в адреналине, то я могу тебя сводить раз в месяц на какой-нибудь интерактив. Да и не только раз в месяц. Когда сама захочешь. — воодушевленно воскликнул я, радуюсь своей идеи. Алиса сначала растерянно на меня посмотрела , но когда до неё дошёл смысл моих слов, её глаза загорелись, и она уже хотела было кинуться в мои объятия, но в последнюю секунду взгляд её потух и она обреченно облокотилась об стул. —Нет, Оливер. Если бы было всё так просто, то ни я, ни мои родители, и их родители не страдали бы.Откуда-то же пошла эта информация, что убийства нужны,значит другого выхода нет. — грустно сказала она, на что я разозлился, и вскочил со стула. —А ты не думала, что все именно так и рассуждали?Типо, ой,ну, наверное, это слишком просто, так не бывает, поэтому мы даже пробовать не будем, верно? А почему мы не можем рискнуть, мы ведь ничего не потеряем! — воскликнул я, но Алиса покачала головой. —Мы потеряем время. И если твоя идея не сработает, ты окажешься в опасности. Я не готова рисковать. —ответила она, и я сказал: —Значит,моя идея сработает. Сейчас я тебе дам адреналина. — окончательно осмелев,и поверив в свои силы, я подошёл к Алисе, поднял её со стула, нагнулся к ней, и, когда моя голова оказалась на уровне её глаз, я уже собрался разрушить все её личные границы. Янтарка, прекрасно поняв, что я хотел сделать, покраснела и положила свои руки на моё лицо, пытаясь оттолкнуть. —Оливер, ты что задумал? — нервным голосом спросила она, и я услышал как быстро забилось её сердце. Меня это ещё больше завело, и я просто улыбнулся, взяв её руки в свои. —Да так, мечты исполняю. — прошептал я ей в её приоткрытые губы и тут же прильнул к ним. Чувства были... Незабываемыми. Моё сердце быстро заколотилось, и чтобы хоть как-то спрятаться от этого звука, я обнял Алису, и теперь я слушал биение двух влюблённых сердец. Сначала, я чувствовал себя неуверенно, хотя раньше за собой этого не наблюдал. Я немного боялся, что Янтарка отстранится или стукнет меня, но, когда она ответила на мой поцелуй и положила руки мне на плечи, я окончательно почувствовал себя счастливым и стал смелее в своих действиях. Присев обратно на стул, я потянул за собой шатенку и усадил её к себе на колени, чтобы разница в росте не была особа заметна. Честно говоря, после я уже отключился от внешнего мира, и не знал, сколько времени мы провели в объятиях друг друга, но тут, как по команде, наши сердца успокоились и мы медленно открыли глаза. Я не знал о чём сейчас думала Алиса, но в её глазах я увидел космос. Я говорил, что люблю, когда она улыбается?Так вот, сейчас эта улыбка была не похожа на все предыдущие: Её губы взволнованно подрагивали, а щеки были покрыты румянцем, да и всё её лицо и тело как будто спрашивало: Это правда со мной происходит? Её детская наивность так понравилась мне, что я снова обнял её и положил голову ей на спину. Я не знал, сработал ли мой план, но я знал точно: это того стоило. Я окончательно понял, что хочу жить. Вдруг, Алиса отстранилась и удивлённо посмотрела на меня. —Оливер! Жажды адреналина больше нет. Ощущение такое, как и после убийства, только гораздо приятнее. Ты оказался прав. ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^                           Эпилог —Ну что, как тебе учиться среди людей?Прикольно или непривычно?—спросил Оливер у Алисы, когда они вышли из класса и направились в сторону гардероба;подростки собирались погулять в парке и заскочить в местную кафешку. Прошла неделя, как шатенка вышла с дистанта и решила, что хочет обучаться вместе со всеми.К тому же, теперь она имела на это полное право— Алиса больше не нуждалась в убийствах.Конечно, в это почти никто не поверил.Одноклассники с подозрением косились на девушку, а когда увидели, что Оливер ходит с ней за ручку—то вообще чуть ли не создали блог „Монстр изменилась и теперь крутит роман с крашом школы!”.Но Оливеру было на это всё равно: это их дело с Алисой, и если людям больше нечем заняться, то пусть и дальше распускают слухи. А он уже нашёл своё счастье и менять его на одобрение окружающих не собирается. Алиса, услышав вопрос блондина, загадочно улыбнулась и специально некоторое время не отвечала. А когда парень дотронулся до её руки, повернулась к нему и игривым голосом произнесла: —Неплохо. Но с тобой наедине мне нравится больше. — сказав это, она потянулась к пальцам Оливера и обвила их своими. Парень, поняв намёк, приобнял шатенку, и наклонившись к её лицу, поцеловал в щёку. —Я только за, ты же знаешь. — ухмыльнулся Оливер и хотел было уже предложить забежать к ней в комнату перед прогулкой, но тут их заигрывания прервал женский голос: —Эй, Оливер! — Зип подбежала к парочке, немного смутившись от их близости. Парень слегка напрягся. Он помирился со своей подругой, но прекрасно понимал, что влюблённая в него девушка — это всегда опасно и надо быть начеку. Алиса тоже немного напряглась, но на её лице это никак не отразилось: ревность — это глупо.—Не хочу вас отвлекать, просто хотела сказать тебе спасибо. Мы с Эдвардом... Ну, не то чтобы встречаемся, но кажется между нами что-то появилось. Рада, что ты сказал мне про его чувства. Пока! — быстро воскликнула она и убежала вперёд. Оливер удивлённо повернул голову в ту сторону и увидел Эдварда, который что-то смотрел телефоне, но когда Зип к нему подбежала, он тут же его убрал и ласково ей улыбнулся. Они отправились на первый этаж, а наша парочка пошла следом, немного замедлив шаг, чтобы не мешать „друзьям”. Оливер вздохнул с облегчением и улыбнулся. Он был рад за них, и очень надеялся, что они будут счастливы. Потому что и Зип, и Эдвард тоже заслуживали любви. Когда ребята начали спускаться по лестнице, к Алисе подбежала их одноклассница, которая в классе считалась самой доброй и дружелюбной. —Алис, может хочешь как-нибудь потусить со мной и ребятами? Тебе надо влиться в коллектив, и я уверена, что как только вы узнаете друг друга поближе, все страхи сразу пропадут! — воодушевленно сказала она, на что Алиса с Оливером переглянулись:они оба удивились, что к ним подошли без ужаса в глазах. Одноклассница, заметив их нерешительность, сказала: —Слушайте, я знаю, что вас все обходят стороной, да и, признаюсь честно, я тоже так себя вела, но сейчас я задумалась. Вы такие счастливые вместе, может, зря мы все на вас так косо смотрели. Поэтому, первой предложить дружбу хочу я. А остальные сами подтянуться, я в этом уверена! — воскликнула она, и Алиса улыбнулась. —Хорошо, давай попробуем. Я не против дружбы. Только сейчас мы немного заняты. Как насчёт выходных? — спросила шатенка, и одноклассница воодушевленно кивнула. —Конечно! О, сейчас скажу свой номер. Обменявшись телефонами, Оливер с Алисой наконец дошли до гардероба и накинули лёгкие куртки. Весна в этом году была наредкость тёплая. А может просто  души подростков наконец согрелись. Выйдя на крыльцо, Оливер вдруг спросил: —Ой, а я прошёл договор-то? —Какой договор? —Ну ты ведь сказала, если я тебя  заинтересую, то ты отпустишь меня. Но что-то ты меня не отпустила. —А ты меня пока не заинтересовал. —Э, в смысле, а как же поцелуи? —Ну так, средненько. —Алиса! —Ладно, ладно, не злись. Просто ты меня очень сильно заинтересовал,поэтому и не отпустила. Да и вообще, я тебя столько раз выгоняла из своей комнаты, а ты всегда возвращался. Поэтому, я бы ещё спросила, кто кого не отпускает. —Просто ты меня притягиваешь, я не виноват. —Ага, ага. —Ой, слушай, если мы теперь вместе, то нам нужны милые прозвища! Смотри, что я предлагаю: раз ты любишь кроликов, а я котов, то ты меня можешь звать Котиком, а я буду звать тебя Зайкой, как тебе? —Ага, конечно, только попробуй меня так назвать, Котик. —О, я знал, что тебе понравится! —Нет, мне не нравится! —А я думаю, что нравится! —Оливер, ты несносен! —Обожаю тебя! —А это тут к чему? —Ни к чему, я просто тебя обожаю. Может пойдём уже? — спросил Оливер, когда он понял, что они стоят на крыльце уже несколько минут. Алиса посмотрела на время в телефоне и кивнула. —Да, пошли. И, эй, Оливер. —Да, Зайка? —Я люблю тебя.