Как имперцы Каморана налогом обложили

      Утро в портовом районе началось как обычно... Так, по крайней мере, думал аргонианин Амузай, прогуливаясь ранним утром среди хижин, по одной лишь ему известной причине, когда его остановила стража. Точнее – сразу трое стражников объявились в районе трущоб, где прежде неделями и одного было не встретить. Один из этих сытых ленивых типов скомандовал «ящеру» тащить к ним свою хвостатую... образину, пока другие разбирались с невысокой остроухой женщиной, судя по всему – босмеркой. Окинув Амузая цепким взглядом, стражник деревянным голосом заявил, что уплата налогов является долгом каждого гражданина Великой Империи Септимов, платой за то, что он, стражник, охраняет покой самого Амузая и всей его родни – при этом не позволяя разному преступному отродью вывернуть наизнанку карманы законопослушного аргонианина. Закончив эту речь тем, что приказ о сборе налогов выдан благородным капитаном Иеронимусом Лексом лично, не менее благородный страж закона приказал Амузаю показать содержимое карманов, о которых так пекся, и забрал обнаружившуюся там единственную монету. Факт оплаты налога был занесен в бумаги, вот только монета была тем последним, что оставалось у добравшегося сюда с юга ящера и теперь ему, оберегаемому всей стражей столицы, предстояло остаться на весь день голодным. Грустный Амузай поплелся дальше, наблюдая, как все больше стражников появляется на узких улочках просыпающихся трущоб, именем капитана Лекса взымая последние гроши с местных бедняков. Впрочем, тем у кого не оказалось ничего, пришлось еще хуже: некий редгард Хиллод был публично выпорот за нежелание исполнить свой долг перед Империей, после чего у остальных сразу обнаружились так нужные их капитану и императору монеты. Но не бывает худа без добра: здесь же, в толпе взволнованных обывателей, аргонианин увидел того, с кем мечтал встретиться уже несколько дней – крепкого редгарда Кристофа, которого ему подробно описал один из городских нищих. Вокруг того уже крутилась бойкая девица-босмерка, а когда появился еще и Амузай, Кристоф поморщился и заявил, что пусть оба найдут его ближе к полуночи в «садах Дарелота», даже не объяснив, что за сады такие. Затем редгард ловко нырнул в толпу – и его собеседникам не оставалось ничего, кроме как пойти восвояси.       Облава меж тем продолжалась. И пусть даже большинство стражников откровенно морщилась от перспективы «марать руки в этом г... горе», некоторые продолжали усердствовать. Один из таких, только что содравший с владельца «Плавучей таверны» Ормила целых семь монет, приметил неподалеку еще одну долговязую фигуру в видавшем виды балахоне, что норовила, казалось, поскорее затеряться среди лачуг. Альтмеров имперец-стражник недолюбливал, потому и владельцу таверны пришлось раскошелиться едва не вдвое дороже, а тут такой случай... – Эй ты, альтмер в тряпье! Да-да, я к тебе обращаюсь, приятель! – и рука в кольчужной перчатке «заботливо» легла на плечо эльфа. – Что, пытаемся удрать?       Наполовину укрытое выцветшим, но весьма добротным капюшоном лицо «приятеля» медленно повернулось к наглецу. Тот не увидел, как левая рука альтмера почти сложилась в профессиональном жесте, позволяющем призвать испепеляющий плоть огненный шар. От смерти имперца отделяло лишь жалкое мгновение – и все же огонь так и не вспыхнул. Губы на черством лице уроженца Саммерсета растянулись в приторной улыбке, рука чуть расслабилась. Не до конца. – Что случилось, почтенный стражник? Я гражданин этого города, иду по своим делам... – начал он. – Идет он по своим делам, видите ли! А налог на содержание городской стражи кто – император платить должен? – Ах, это... – рука расслабилась, после чего нырнула за пазуху мантии, заодно поправив укрытую в потайном ее кармане книгу. – Нет, император Уриэль не должен платить за меня, вообще ничего не должен... больше. – Прекращай болтать чепуху, гражданин, называй себя, плати – и проваливай!       В скрытых капюшоном глазах гражданина мелькнули холодные искры, но в руке как по волшебству уже появился кошелек. – Сколько с меня? – уточнил Равен Каморан, внимательно глядя, как стражник старательно выводит пером его имя на бумаге. – Од... две монеты, гражданин Каморан!       Сын главы культа Мифического Рассвета заплатил не торгуясь, после чего продолжил свой путь. Где-то здесь его ждала неприметная жительница Храмового района Маргарита Диэль, в прошлом – весьма успешная убийца, что ныне должна была получить Четвёртый ключ и войти в их общину.       Утро двадцать седьмого дня Последнего зерна 433 года обещало быть тёплым и безмятежным. Сиродил еще не догадывался, что сегодня в катакомбах под тюремным бастионом столицы произошла кровавая драма, последствия которой изменят этот мир навсегда.