Про пауков

У Миры было три танго, у Дена – два, а у Маги – ни одного. И в том месте, где в детских учебниках заканчивается условие задачи и начинается вопрос, в команде разразился скандал. – Мне больше было нужно, – канючил Ден. – Иначе на Земеле в Даззла вообще нестоябельно. – Да ты всегда сосешь лайн, причем тут вообще расходники! – рявкнул Мага в ответ. Ден посмотрел на него своими темными, особо несчастными глазами, которые надевал, когда на него кто-то орал и при Маге, а уж при орущем Маге вообще носил не снимая. У суперспособности был и существенный минус: со временем у Маги выработался иммунитет к грустным лицам, и его стало сложнее разводить. В этот раз он снова не повелся: только фырчал раздраженно и наворачивал вокруг Дена круги. Наверное надеялся, что от трения пол под ним изотрется, и Ден провалится на дно, прямиком к уровню своего исполнения на Земеле. И не придется пачкать о него свежий маникюр. – Блин, Мага, ну слушай, – Ден сделался совсем несчастным, но в этот раз, похоже, искренне: он не выносил, когда Мага на него злился. – Ну прости, ну спросил я у Миры пару лишних танго, ну и что? Ты ж все равно потом камбэкнул в лесу с радиком, а мне нужно было с сапами бегать. – Если бы ты попал камнем, получил бы фб, и нормально постоял хотя бы первые пачки. – А если бы ты взял себе Бруду… Ой дура-ак. Илья поперхнулся дымом и торопливо отыскал взглядом самое безопасное место на буткемпе: в том углу, за полкой с обувью, Маша красиво расставила какие-то страшные цветы в горшках высотой с целого Дена. Очень дорогие и редкие. Наверное, природа отказывалась снова производить из себя подобное уродство, и цветы из раздела тварей божьих сразу перешли в раздел реликвий. Скандалить в том углу не разрешалось, потому что Мага в гневе не контролировал свою походку, Мира – руки, Илья – развороты, а Ден не контролировал себя целиком, причем в любом состоянии, поэтому на живой уголок у него был наложен перманентный запрет. Но территорию спокойствия уже благоразумно занял Айрат, и Илья медленно выдохнул, присматриваясь к Маге, у которого от упоминания Бруды вся шея пошла красными пятнами и напряженными мышцами. Красиво, но очень страшно. Мира сдавленно вздохнул, и стало очевидно, что из разговора он выбывает. – Я не хотел говорить это в претензию или типа того, – Ден примирительно вскинул ладони, но поздно. Мага посмотрел на окружающих светлым взглядом приближающегося ядерного взрыва. Илья втянул голову в плечи. Но тут на балкон выпорхнула Руслана, хотя сначала показалось – спустилась с небес. При ней была лейка, резиновые желтые перчатки, солнечное настроение и прочие признаки святости. Разворачивающийся скандал сгорел в лучах ее нимба. – Вы почему снова тут собрались? – уточнила Руслана и встала посреди комнаты, руки в боки. – В прошлый раз мало вам от Маши досталось? Мага замедлился на середине шага, Ден вздрогнул, Илья втянул голову еще сильнее, так глубоко, что почти уперся подбородком в желудок. В прошлый раз, когда они в попытках отыскать правду перевернули главаря армии цветочных уродов, мало все-таки не показалось никому. У Ильи до сих пор фантомно болело то место, которым он, по мнению Маши, думал, хотя он убегал одним из первых и его почти не зацепило. – Мы это, – Ден по привычке сделал несчастное лицо, и Руслана рефлекторно умилилась, потому что девочка и слаба к маленьким пушистым животным. – Разговариваем. – Так идите на улицу. – Там же дождь. Руслана посмотрела за окно с таким лицом, как будто там не могло быть дождя ни при каких обстоятельствах, потому что не его смена и никто его не звал во внеурочное. Но на улице действительно накрапывало. Мелким дурным звуком по крышам, с самого утра и вот уже седьмой час подряд. Илья искренне считал, что из-за этого они и ходили злые весь день, собачась по поводу и без (а не из-за того, что они выросли невоспитанными угрюмыми дураками, Маша вообще ни разу не права). – Действительно, – сказала Руслана и так потерла носик лейки, что Илья подавился дымом повторно и закашлялся. – Ты заболел? – Нет, – просипел Илья голосом престарелого сенбернара и на всякий случай тоже сделал грустные глаза. Мага прекратил движение совсем и медленно попятился в обратном направлении. А вот Руслана на слово не поверила: подошла, заботливой рукой потрогала лоб и щеки, потом сняла перчатки, но повторно трогать не стала. Обидно. Илья хотел было покашлять снова, но опять вмешался Ден (и Илья на секунду поверил в версию Маши про невоспитанных дураков): – Руслан, а нам там кровать еще не починили, не знаешь? Мы с Магой можем возвращаться? Илья мгновенно забыл про все расстройства. Мира так просел в лице, что Айрат поглубже забился в уголок безопасности и даже листом для надежности прикрылся, как Адам. Без контекста непонятно, но в словах Дена не было и сотой доли того разврата, который все уловили. Вся проблема была в Маге. И в пауках, причем в Бруде даже не в самую первую очередь. С пауками у Маги не складывалось по всем фронтам: он их боялся до зажмуренных глаз и перехода на ультразвук, пытался бороться криком, но насмерть пока не получалось. После очередной эвакуации из отеля Маге доступно объяснили, что общаться с пауками на повышенных тонах не разрешено рамками приличия, особенно, если умеешь голосом имитировать пожарную сигнализацию. И вообще пауки милые и с ними надо дружить. Мага тогда побелел, но спорить не стал. Даже пробовал пару раз пикнуть себе Бруду, но сложно быть полезным, когда борешься одновременно с врагом, крипами и инсультом, поэтому после провала на него вообще никто не обиделся. А сегодня весь буткемп проснулся от адского грохота в половине восьмого утра. – Зато я не орал, – заявил Мага и гордо ушел досыпать в комнату к Мире, оставив за спиной руины кровати, толпу возмущенных зрителей и бесчеловечно убитый труп паука, размазанный по простыням. И Дена, спящего посреди всего этого безумия. Потому что у Дена режим и никакие катаклизмы ему не указ. Но для понимания ситуации нужен контекст, а Руслана приехала только что, минут десять назад, а Ден ей с ходу: я, Мага, кровать. Она же опять подумает все самое не то и запилит им лекцию о половом воспитании, а Илья еще от прошлой не отошел, он не хочет снова изучать непасхальные тантрические символы и тем более их обсуждать. Хотя если в этот раз они будут разбирать другой гендер и снова с живыми примерами, то Илья готов поприсутствовать и даже придержать на Руслане футболку, если она разрешит. Но Руслана была далека от мыслей о футболках и просветительской деятельности. Она посмотрела на Дена с искренним сочувствием, и Илья резко придумал себе цель отрастить волосы и опустить интеллект, или почему вообще на Дена смотрели с таким умилением, а на него нет? – Дима сказал, рабочие сегодня закончат, – сказала она и мягко потрепала Дена по плечу. – Вечером можете возвращаться. Илья закатил глаза так качественно, что увидел собственное подсознание. Ничего хорошего не обнаружил и совсем расстроился. Хорошо, что расстроился не один. – Ты можешь п-пока у меня остаться, – трогательно из-за румянца предложил Мира. – В смысле, вы. Оба. И так посмотрел на Дена, что даже Айрату в кустах стало понятно: в Мире полно гостеприимства и вообще он хороший человек. За что и страдает. Илья даже в моменте хотел руку ему на плечо положить, по-дружески, с пониманием, но передумал. Иначе станет очевидно, что в команде на одного влюбленного идиота больше, чем все привыкли думать. И на два больше, чем думает Мага, и с этим правда пора было что-то делать, потому что ромком был смешным только первые сезоны, на третьем году совместного сосуществования Илья начал от него уставать. И заразился. Тоже дурак, получается. – Да не надо, зачем? – искренне удивился Мага, и мгновенно стало ясно, что про любовь он разве что в лоре доты читал. – Вечером же все починят. У себя посплю. Айрат сочувствующе погладил Миру по голове листом пальмы, за которой сидел. Объявили перерыв на обед. Расходились в молчании, даже Ден ни разу не попытался стянуть с Миры рукав, потому что умел в сострадание, а не эмоциональное бревно, как утверждала Маша. Илья процессию замыкал. Но Руслана неожиданно развернулась и посмотрела на него, поджав губы. – Илья, – сказал она и так весомо заправила волосы за ухо, что Илья как-то сразу уловил, что о половом воспитании они в прошлый раз все-таки не договорили. А вообще это должна была получиться история про то, как Мага четыре раза за вечер пикнул себе Бруду и не рехнулся, хотя к последней катке был весь в холодном поту – хоть выжимай. И как Мира вечером все-таки оставил его у себя ночевать. И в целом про страх и преодоление. Но пока получалось только про поцелуи на балконе и дождь. Илья не жаловался.