правда или выпивка

— Сону-хен, идем тебе понравится, правда!!,— одногруппник и по совместительству лучший друг Кима, уже несколько дней подряд пытается уговорить его сходить с ним на вечеринку в честь окончания года. — ну давай, что толку от того что ты постоянно сидишь дома, жизнь одна и надо прожить её на все сто. Тем более, с нами пойдут Джей-хен и Хисын-хен, что может случиться,— на самом деле,много чего, знал бы тогда об этом Сону, не поддался бы милым кошачьим глазкам Чонвона, однако сейчас, устав от непрерывных уговоров, старший все же сдается. — Ладно, хорошо. Уговорил, но только при условии, что ты не свалишь посреди вечера, чтобы уединиться с Джей-хеном, а Хисын-хен не свалит с очередной «горяченькой цыпочкой», — говорит Сону закатывая глаза, и укоризненно смотрит на своего лучшего друга, уже думая о том, что бы ему надеть. Он конечно не часто посещает такие мероприятия, но если и посещает, то предпочитает выглядеть на все сто. — Тогда, раз уж я решил идти, то завтра мы пройдемся по магазинам,— на что слышит обреченный вздох Чонвона, и победно ухмыляется.

***

— Привет, милый,— Джей и Хисын подходят к ним почти сразу после того, как они заходят в зал. Чонвон чмокает в губы своего парня, пропуская Сону и Хисына пройти дальше, пока он будет обниматься со своим хеном,которого не видел со вчерашнего дня. Громкая музыка бьет по барабанным перепонкам, а в воздухе смешались запахи духов, пота учащихся, и судя по всему хорошо выпитого спиртного. Компания присоединяется к своим однокурсникам, сидящим за столиком в углу. На удивление, почти все уместились на полукруглом диване, и только паре людей пришлось тащиться за стульями. — Сону-хен не хочешь попробовать?, — спрашивает Ни-ки. —А что это? мартини с водкой? Рики, ты смеешься или хочешь меня убить?, — Да нет хен, какая водка, это же виноградный сок, попробуй, думаю тебе зайдет. — Так ребята, играем в «правда или выпивка», отказы не принимаются Сону-хен, — Чонвон пытается быстро перевести тему и с намеком смотрит на старшего, уже наперед зная, что тот станет отказываться. — Ну Чонвон-и зачем, я не вижу смысла, — все таки начал Сону. — Лично я поддерживаю, и вам советую, мой Вон плохого не предложит, — с любовью сказал Чонсон. — Все бы так реагировали,— с досадой отвечает ему чонвон, и стреляет обиженным взглядом в сторону своего лучшего друга. — Ну мне тоже без разницы, не думаю что есть что-то, чего вы обо мне не знаете, — всем было известно, что Джейку не особо нравилось напиваться до потери сознания, но из интереса он все же иногда поддерживал такого рода игры. — Друзья, не знаю как вы, но лично я просто хочу хорошенько выпить,— как и ожидалось, заручиться поддержкой главного тусовщика- Хисына, не было проблемой. — Видимо у меня нету выбора, да?, — Сонхун лишь пожал плечами, ведь друзья скорее всего все равно сыграли бы, вне зависимости от его ответа. Самое главное для него было провернуть его небольшой план. — Ладно, уговорили, — Сону решил что уж лучше он согласится добровольно, пока Чонвон-и не решил прибегнуть к более серьезным мерам, да и скрывать от друзей ему было нечего, за исключением легкой симпатии к Ни-ки, о которой он украдкой рассказывал только Чонвону, но он надеялся что никто об этом не догадывается и уж точно не спросит. — Рики, а ты чего сидишь молчишь?,— вдруг вспомнил про молчащего друга Чонвон. Все в их компании, за исключением конечно же, самого Сону, знали что Нишимура сохнет по тому еще со старшей школы, (что он очень неохотно признает) соответственно, Чонвон решил что эта игра поможет всем и повеселиться, и в хлам напиться, ну и конечно же поможет Рики осуществить свои мечты и поближе узнать Сону. — Да мне в принципе без разницы, я согласен,— на самом деле, все это время Ни-ки думал, какие вопросы он сможет задать Сону, чтобы тот не подумал что он маньяк, ведь тот нравится ему уже достаточно долго, и Рики не знал каким образом можно поближе узнать Кима, но Чонвон дал ему просто идеальную почву для развития, чем Нишимура с радостью воспользуется. — Окей, раз уж все согласны, я начну. Джей-хен, у вас с Чонвоном уже было что то, посерьезней обжиманий за универом?- Сонхун решает идти в лоб, чего от него определенно не ждали, и брови Джея тут же подлетают вверх, от такого неожиданного и довольно личного вопроса. Покашляв в кулак, чтобы разбавить тишину, он кидает взгляд на стушевавшегося Чонвона, и решает что не стоит вдаваться в подробности, раз уж тот не дал разрешения. — Ну вообще-то это очень личный вопрос, и не хотелось бы при всех говорить о таком,— отвечает он, смотря на Сонхуна, однако тот похоже не собирается сдавать позиции. — Да ладно вам, тут все свои. Тем более не хочешь же ты набухаться сегодня в хламину, перед жаркой ночкой то,— говорит ледяной принц универа, подмигивая Чонвону, прославившийся благодаря своему хобби и реакция однокурсников пускающих смешки, не заставляет себя долго ждать. Вновь взглянув на Яна, Чонсон получает кивок, и решает смутить, как ему показалось, такую уверенную аудиторию, ждущую его ответ затаив дыхание. — Ну раз уж все свои, то естественно ответ — да, и вообще у нас достаточно насыщенная интимная жизнь, если уж вам так интересно. К примеру… из того что мы практиковали догги стайл, 69, бдсм было, кинки у меня разные,— не успевает он договорить, как его прерывает крик Сону. — ВСЕ ХЕН ХВАТИТ. МЫ ЖЕ НЕ НАСТОЛЬКО ПОДРОБНО ПРОСИЛИ, тебе достаточно было ответить да или нет, что в этом сложного, — Сону едва ли не хнычет и недовольно смотрит на своих хенов, впавших в ступор от такого ответа, и на Вон-и, который кажется уже готов провалиться под землю, от стыда, а вот Джей-хен похоже ничуть не жалеет. — А что Сону-я, советую и тебе попробовать,— говорит старший и ухмыляется, намекая на то, что и Киму пора бы уже давно устроить свою личную жизнь. — такс, похоже теперь моя очередь, Сону-я, я слышал тебе нравится кто-то из нашего универа, с нашего потока, это правда? — челюсть Сону едва не встречается с полом, какого черта?! неужели Чонвон рассказал своему парню о том, кто нравится Сону. Однако по выражению лица Чонвона, в точности копирующее его собственное, становится понятно что он в таком же шоке от вопроса своего парня. Краем глаза Ким замечает, как он тычет ему локтем под ребра, и злобно цыкает на удивленный взгляд старшего, мол «дома поговорим». А Сону в это время не остается ничего кроме как, взять стоящий перед ним стакан, наполненный алкоголем, намешанным одному богу (Сонхуну) известно каким образом, и осушить его до дна. Однокурсники вокруг удовлетворенно хлопают, и говорят ему что-то подбадривающее. Горло горит после выпитой настойки, оставившей неприятный осадок, а температура в теле кажется начинает подниматься, потому что Сону становиться неимоверно жарко, и он решает расстегнуть верхние пуговицы своей новой шелковой рубашки. Ни-ки тоже сразу же становится душно. Несмотря на странные, и не самые приятные ощущения, Ким все же решает продолжить игру. — Что же, тогда пойдем по кругу. Чонвон-и, что вы с Джей-хеном такого делали на той ночевке, когда я уснул,что запретили Хисын-хену рассказывать мне об этом?— говорит Сону, поворачивая голову к лучшему другу, чтобы узнать, пожалуй единственный его секрет. Заинтересованные взгляды вмиг сменяются недовольными вздохами, когда Чонвон залпом выпивает стакан со спиртным напитком, и морщится от горького послевкусия оставленного на языке. Закусив кусочком лайма, он поворачивается к сидящему рядом Нишимуре, который смотрит на него так, мол «только попробуй», но третьекурсника это не особо заботит. Его главная миссия на сегодняшний вечер, это свести наконец-то голубков, на мучения которых у него уже нет сил смотреть. — Рики-я, правда ли слухи о том, что ты нетрадиционной ориентации?— необычный подход Чонвона заставляет Ники усмехнуться, ведь каким гением нужно быть, чтобы делать такие тонкие намеки. Он не злится, так как никогда не пытался скрыть свою ориентацию, и зачастую не увиливал от таких вопросов, поэтому ответ не заставляет себя долго ждать. — Да, это правда,— все это время Сону наблюдает за Рики, и его реакцией на такой вопрос, однако он ответил довольно спокойно, и кажется даже был доволен такому вопросу. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Нишимура оборачивается, и успевает столкнуться взглядом с шоколадными глазами своего любимого хена, за секунду до того как он отворачивает голову, и кажется краснеет еще больше. Ники продолжает цепочку задавая вопрос Джейку, но тело Сону охватывает неимоверный жар, и все вокруг начинает плыть перед глазами, так что он уже не слышит что ответил хен, и не понимает с чего все посмеялись. Одежда неприятно липнет к коже, а разум будто заволокло туманом. Он встает, намереваясь проветриться, и бросает перебравшемуся к Джею Чонвону, что сходит подышать и вернется. Ким не помнит как доходит до уборной, и включает кран, умывая лицо ледяной водой, а затем промакивает его салфеткой, уже не беспокоясь о том, что стало с его макияжем, над которым он пыхтел добрые сорок пять минут, если не больше. Списав все на неумение пить алкоголь, третьекурсник выходит в на удивление пустой коридор, и не успевает дойти до поворота к залу, как ему преграждает путь вытянутая перед самым носом, рука. Он поднимает удивленные и слегка пьяные глаза, и понимает что это всего лишь Сонхун-хен. — Боже хен, ты меня напугал до смерти, идем в зал, пока Вон-и не начал меня искать,— Сону хотел было пройти, однако Пак не сдвинулся с места, и более того, кажется начал придвигаться ближе, заставляя его пятится назад. — Ч-что ты делаешь? — Сону чувствует что уперся спиной в стенку, и бежать ему некуда, поэтому, когда Сонхун начинает целовать его шею, шепча что-то о том, что афродизиак подмешанный в его стакан скоро подействует, и он сам будет на коленях молить его продолжать, он лишь выставляет руки перед собой, моля бога о том, чтобы это скорее прекратилось. К глазам подступают жгучие слезы обиды и злости на Сонхуна и самого себя, за неосторожность, а в горле образуется ком, отчего дышать становится в сто раз труднее. К тому времени, когда Пак окончательно расстегнув его рубашку касается пряжки ремня, легкие Сону сдавливают рыдания, и по щекам катятся слезы, а сам он, зажмурив глаза, пытается как можно сильнее вжаться в стену, и ему кажется, что уже никто из друзей и не подумает его здесь искать. Однако стоит только потухнуть последней искре надежды, как он чувствует, что тело Сонхуна резко отстраняется, будто его кто-то отдернул, и решает взглянуть что случилось. От резкого света, перед глазами темнеет, и Сону хватается рукой за стенку, прежде чем взгляд фокусируется на дерущихся учениках, а точнее на Нишимуре, беспощадно избивающем Сонхуна. Сону сползает по стенке, его тело трясет, то ли от испытанного шока, то ли от подсыпанной дозы афродизиака, и он обхватывает колени руками, продолжая рыдать от избытка эмоций. Заметивший это Рики, сразу же отбрасывает окровавленное тело, потерявшего сознание Сонхуна в сторону, и бросается к Киму. — Боже, хен, ты в порядке?— Ники хватает Сону за плечи, чтобы хоть как то обратить на себя его внимание, и когда это не срабатывает, сам поворачивает к себе его лицо, стирая хрустальные капли слезинок. — все в порядке, я здесь, я с тобой, сейчас подожди секунду, мы уедем отсюда, все будет хорошо,— бессознательно лепечет Рики, пытаясь убедить в этом скорее себя, чем потерявшего связь с реальностью хена. Он дрожащими руками застегивает пуговички на шелковой рубашке, попутно вызывая такси до своего дома. — Сону-хен, поднимайся прошу, идем отсюда,— как бы он не старался, старший никак не реагировал на его слова и действия, так что Рики пришлось нести его до такси на руках. Как и ожидалось, Ким не сопротивлялся, и даже наоборот, сжался комочком на руках у Ни-ки, прижимаясь сильнее, и все еще всхлипывая. Он не мог произнести и слова, и кажется японец даже не подозревал насколько он был ему благодарен.

***

Уложив Сону на кровать в гостевой комнате своих апартаментов, Нишимура вернулся на кухню и налил себе немного ледяной воды чтобы протрезветь, попутно набирая номер Чонвона. — Алло, хен, это Рики. — Господи боже, ты издеваешься ребенок? почему ты не брал трубку, и где вас с Сону черти носят?? У нас тут такой переполох, кто-то избил бедного Сонхун-хена до полу смерти, его только что увезла скорая,— начал тараторить Ян, так что Ни-ки не успевал вставить и словечка. — Хен, это был я. — Чего? Ники ты совсем ненормальный? Что случилось? И где Сону? — Сону-хен со мной, мы у меня дома. Сонхун хотел его изнасиловать, оказывается он заранее подсыпал афродизиак в стакан Сону, и когда я пошёл за ним, то... хен, ты просто не поверишь что я увидел. Я был так зол, а у Сону-хена началась истерика и паническая атака, так что я сразу же забрал его, и мы уехали,— от такого ответа Ян был мягко говоря в шоке. Да что там, он просто не мог поверить своим ушам, но зная о том, как Рики любит Сону, он с уверенностью мог сказать что рядом с ним хену не грозит опасность, так что можно за него не переживать. — Ладно, хорошо. Пожалуйста присмотри за ним Ни-ки, а мы постараемся все уладить,— вот за это Нишимура и любил Чонвона, он всегда был готов помочь и поддержать, в этом ему не было равных. Как только Чонвон сбросил звонок, Рики опустился на стул и тяжело выдохнул, запустив одну руку в волосы, тем самым взъерошив их. В следующий миг, сзади послышался какой-то шорох, и японец резко обернулся, успокоившись только тогда, когда убедился, что это всего лишь его хен. — Сону-хен, что случилось? Ты в порядке? Тебе не спится?— спрашивал Ни-ки, поднимаясь чтобы подойти поближе к другу. — Ни-ки-я, мне жарко,— Ким сделал шаг к младшему, и чуть не свалился, когда крепкие руки подхватили его за талию, и подняли наверх. — Ох, прости хен, стоило переодеть тебя в пижаму, — говорит Рики, пока несет хрупкое тело старшего в свою комнату, и садит на широкую кровать. Порывшись в шкафу, он достает оттуда свою любимую шелковую пижаму, темно синего цвета, и просит Сону привстать, чтобы он мог снять с него рубашку. Расстегнув её, Ни-ки на секунду не удержавшись от соблазна смотрит на его затвердевшие соски и чувствует как что-то твердеет в штанах, надеясь что Сону этого не заметит. Переборов свое влечение Нишимура аккуратно снимает с него штаны и…блятьсукаблять Сону надел сегодня кружевные стринги и чулки в черном цвете. Рики думал, что просто заботливо переоденет его, а хен выдает ему такие сюрпризы, когда он уже частично твердый, и что же ники должен делать. Сону в свою очередь почувствовав невесомые прикосновения рук, снимающих с него одежду, бессознательно тянется к Рики, выгибаясь в спине, и хватая его за шею. Все вокруг как в тумане, но в отличии от Сонхуна, с Ни-Ки он чувствует себя в полной безопасности. — Сону-хен…,— Нишимура пытается отодвинуть от себя друга, который прижался к нему, извиваясь, при том глубоко дышал ему прямо в ухо. — Хен, подожди..— в очередной раз пытаясь отнять от себя руку старшего, Рики случайно задевает его кружевное белье, от чего внезапно Сону медленно стонет ему в шею. Не успев сказать и слова, Ни-ки застывает от шепота, а по телу бьет мелкая дрожь. — Рики-я…пожалуйста..,— произнесенное вслух имя и мольба становятся последней каплей. Он поднимает Сону, на котором остались последние предметы одежды, и садясь на кровать, садит его на себя. — Пожалуйста что? М, Сону?, —Решил немного подразнить его Нишимура. — Ни-ки я хочу тебя в себе, — на грани сознания шептал Сону,— Очень сильно нуждаюсь в тебе. Ни-ки не особо сдерживаясь начал душить своего хена, попутно оставляя ему засосы по всему телу, после чего приступил к соскам Сону, срывая его на хриплые громкие стоны, но и этого ему было катастрофически мало. — Рики-я, прошу скорее,— старший всем телом льнет к Нишимуре, когда тот внезапно отстраняется, заставляя открыть глаза и попытаться сфокусировать зрение. Дыхание сбилось окончательно, и Ким пытается притянуть младшего обратно к себе. — Какой же ты всё такие нетерпеливый, Сону-хен, — Рики ухмыляется, приподнимая хена за бедра. — Да… накажи меня за это,— в промежутке между рваными выдохами выдает Сону, и недовольно хнычет когда Ни-ки вынуждает его ослабить хватку, и укладывает на кровать, а сам тем временем роется в нижней полке ближайшей тумбочки. Не способный трезво мыслить, старший зовет к себе Ни-ки, недовольно ерзая на постельном белье, которое пахнет в точности так же, как владелец этой квартиры, отчего Сону чувствует себя еще хуже, а жар разливается по всему телу так, будто начала кипеть текущая по венам кровь. Наконец, Рики выуживает из полки набор, которому подошло бы название «все что нужно для горячей ночки», состоящий из смазки, нескольких пачек презервативов, мягких наручников, плети, маски, ошейника и каких то секс игрушек, до которых Сону уже нет дела, ведь он поворачивает голову на стягивающего с себя кофту Нишимуру. — Видимо, подарок твоего лучшего друга сегодня нам пригодиться,— говорит Ни-ки, стягивая с себя штаны и белье. — не бойся Сону-я, мы не будем все это использовать, наверное,— с ухмылкой говорит Рики, быстро доставая из набора розовые мохнатые наручники и прицепляя руки Сону к изголовью кровати лишая того возможности ими двигать. Сону опешил от того, как Нишимура так оперативно это провернул, но и не сопротивлялся, пусть тот делает что хочет, сегодня Сону будет полностью в его власти. В то же время Ни-ки нацепил на своего хена ошейник из того же набора (ну должен ведь он пригодится, верно?) и понимает что готов кончить только от такого вида своего старшего. Нишимуре кажется что он в жизни ничего более одновременно великолепного и развратного не видел, потный, задыхающийся от возбуждения, молящий, в наручниках и ошейнике Сону — то, что Рики себе даже в самых грязных снах представить не мог. Сону, с замутнённым взором, едва поднял голову, когда Ни-ки приблизился к нему. Шумно сглотнув, он попытался понять, что происходит, но мысли путались. — Ты такой жалкий,— прошептал Рики, грубо взяв Сону за подбородок,— И все равно ты прекрасен. Встань на колени. (да, прямо на кровати) Ни-ки медленно опустился перед Сону, перед этим сняв с себя остатки одежды, чувствуя, как его тело содрогается от предвкушения. — Я хочу, чтобы ты использовал свой рот,— наклоняя Сону вперед, насколько позволяли оковы. — Сейчас же. Сону, склонив голову, почувствовал как его губы дрожат от напряжения и страха. У него не было возможности двигаться свободно, но напряжение между ними можно было очень легко ощутить. Сону начал задыхаться, когда он попытался дотянуться до Ни-ки. — Давай же, — потребовал Ни-ки, толкаясь вперед, заставляя Сону подчиниться. — Покажи как сильно ты этого хочешь. — Я очень хочу, но ведь я ни разу до этого никому не отсасывал,тем более он у тебя такой большой,— начал нервничать Сону. — Сейчас как раз таки научишься,— еле сдерживался Рики. Сону с трепетом приблизился к члену, и Нишимура готов поклясться что этот вид Сону самое возбуждающее зрелище. Его губы медленно сомкнулись на головке, и он начал вакуум, ощущая, как его тело откликается на каждое грубое прикосновение. — Быстрее,— приказал Ни-ки, его голос был наполнен нетерпением. Сону, пытаясь угодить, ускорил темп, его губы и язык работали усерднее. Рики крепко схватил Сону за волосы, заставляя его двигаться в такт, каждый толчок был грубым и требовательным. Внезапно Рики насадил Сону на свой член до такой степени, что его нос уперся Нишимуре в лобок. Ни-ки держал его голову в таком положении, заметив что тот уже плачет, подавляя рвотный рефлекс, и решил его больше не мучать и медленно отпустил голову Сону, позволяя ему перевести дух лишь на мгновение, прежде чем снова толкаться в его горячий рот. Его движения становились все более резкими и властными. Сону, несмотря на слезы, старался удерживать ритм, хотя дыхание все равно сбивалось, а горячие капли все так же стекали по щекам. Нишимура в свою очередь наслаждался видом слез на лице Сону, его беспомощностью и подчинением. — Ты справишься,— прошептал Ни-ки сквозь стиснутые зубы, чувствуя приближение кульминации. — Держись. Он начал двигаться быстрее, чувствуя, как напряжение нарастает внизу живота. Его руки крепко держали Сону за голову, направляя каждый его толчок. В комнате царила атмосфера полного подчинения и власти. — Сейчас, — прорычал Ни-ки, его тело содрогнулось от предвкушения. — Я сейчас… И в этот момент он глубоко толкнулся в горло Сону, его мышцы напряглись, и он кончил, чувствуя, как тепло разливается внутри рта хена. — Глотай,— Сону задохнулся, стараясь проглотить все, что мог, его слезы текли ещё сильнее, а тело дрожало от напряжения. Ни-ки медленно вытащил свой член изо рта Сону, позволяя ему наконец перевести дух. Он посмотрел на его заплаканное лицо, и удовлетворение заполнило его взгляд. — Вот так, — сказал Ни-ки, слегка усмехнувшись, поглаживая Сону по голове. — Ты справился. А теперь посмотри на меня. Сону, задыхаясь и плача, поднял голову, и Ни-ки, смотря на его лицо, не смог удержаться и нанес последний удар, кончив прямо на его лицо. Белые капли покрыли его вспотевшее лицо и распухшие губы, и Ни-ки, отступив, наслаждался видом своего подчиненного старшего, ждущего продолжения. Смотря на него сверху вниз, Рики надавил на его губы, от чего ротик моментально раскрылся, и начал послушно обсасывать пальцы. Не в силах больше ждать, Ким начал хныкать сильнее, слегка покачивая бедрами от нетерпения. Усмехнувшись от таких бессовестных и развратных действий, младший вытащил пальцы из его рта, и удобно уложив его на кровать, с прикованными у головы руками, нанес на пальцы смазку из того же набора. Как только он вставил один палец, Сону почувствовал резкую пронзающую боль, и вскрикнул, но Ни-ки втянул его в поцелуй, отвлекая от неприятных ощущений, которые позже сменились удовольствием, и он позволил вставить в себя еще два пальца. Когда Сону почти достиг пика благодаря ласкам руками, Рики вытащил пальцы, услышав в ответ недовольный возглас, и натянув презерватив, приставил головку к анусу старшего, проталкивая свой орган внутрь наполовину. — Черт, Сону, внутри тебя все еще так узко. Хен выгибался и стонал его имя, что не могло не ласкать слух, и когда член вошел до основания, он закрыв глаза от удовольствия, кончил себе на живот. Мышцы сжали орган Ни-ки, отчего он тоже издал стон, попутно матеря старшего. — Что это тут у нас, кто разрешил тебе кончить, Сону-хен?,— Нишимура нависал над плачущим хеном, которого все еще потряхивало от испытанного оргазма. Не дав ему перевести дух, он начал вбиваться в обмякшее тело резкими и быстрыми толчками, для удобства придерживая старшего за тонкую талию, от чего всю комнату заполнили пошлые звуки шлепков, ударяющихся друг о друга тел. — Ни…Ни-ки, ах…постой,— после оргазма он все еще был сверхчувствительным и в голове Сону все так же творилась каша, и единственное что сейчас было значимо, это бессовестно вбивающийся в его тело юноша. После пары глубоких толчков Сону вновь был на пике — Рики..прошу, разреши мне…кончить,— глаза заволокла пелена слез, и не в силах больше сдерживаться, он вновь кончает себе на живот, и младший еще пару раз толкнувшись в его тело, наполняет Сону своей горячей спермой. Сону, еще трясущийся от второго оргазма, лежал на кровати, его тело было влажным от пота, а мышцы дрожали от недавних ощущений. Ни-ки, удовлетворенно наблюдая за старшим, не мог не почувствовать прилив гордости и удовольствия от того, как полностью он покорил Сону. С легкой усмешкой на губах, Ни-ки отстранился, давая себе возможность насладиться зрелищем. Сону лежал перед ним, совершенно изнеможенный и податливый, с заплаканными глазами и ртом, полуоткрытым в попытке перевести дыхание. — Сону, ты такой беспомощный, — пробормотал Ни-ки, его голос был полон властности. Он наклонился и нежно, но властно, коснулся губами уха Сону. — И я хочу больше. Сону едва мог реагировать, его разум плыл в тумане после стольких оргазмов. Он издал слабый стон, когда Ни-ки снова начал исследовать его тело руками, его прикосновения были нежными, но в то же время напоминали о полной власти, которую он имел над старшим. — Ты ведь хочешь еще, не так ли? — прошептал Ни-ки, его пальцы медленно пробегали по чувствительной коже. — Я вижу это в твоих глазах. Сону, задыхаясь, попытался что-то сказать, но только смог выдохнуть имя Ни-ки. Его тело было истощено, но желание все еще тлело внутри него. Ни-ки, заметив это, усмехнулся и провел рукой по бедру Сону, чувствуя, как тот откликается на его прикосновение. — Я знал, что ты не сможешь устоять, — сказал Ни-ки, его голос был низким и хриплым. — Но ты должен заслужить это. С этими словами он снова проник пальцами внутрь Сону, его движения были медленными и уверенными. Сону выгнулся, его тело откликалось на каждое прикосновение, стоны вырывались из его горла. Ни-ки продолжал, его пальцы двигались глубже и быстрее, доводя Сону до грани. — Ты ведь хочешь еще раз кончить, да? — спросил Ни-ки, его голос был полон издевки. — Скажи мне, что ты хочешь этого. Сону, отчаявшись, выдохнул: — Пожалуйста, Рики, я хочу... я хочу еще... Услышав это, Ни-ки ускорил темп, его пальцы двигались с неумолимой скоростью. Сону вскоре достиг нового пика, его тело содрогалось в экстазе, когда он снова кончил, его стоны наполнили комнату. Ни-ки наблюдал за этим, его глаза блестели от удовлетворения. — Вот так, — прошептал Ни-ки, отстраняясь и наблюдая за изможденным телом Сону. — Умница Он медленно вытащил пальцы, наблюдая, как тело Сону расслабляется. Решив оставить все на потом, он расстегивает наручники, освобождая затекшие руки хена, которые в ту же секунду приземляются на подушку, рядом с его лицом. Рики опускается вниз, попутно чмокая Сону в лоб и желая ему спокойной ночи, накрывает их тела легким одеялом.

***

Утром Сону проснулся первым. Голова раскалывалась, и почувствовав на своей талии руку, прижимающую к крепкому телу, Сону слегка опешил, но осознание происходящего пришло почти сразу. О боже, они с Ни-ки переспали. Сону столько раз представлял себе как они начнут узнавать друг-друга и строить отношения, что сейчас все происходящее казалось нереальным. Ощущая тепло тела Ни-ки рядом, он улыбнулся и медленно потянулся, стараясь не разбудить Нишимуру. Однако Ни-ки уже не спал, он открыл глаза и улыбнулся в ответ, нежно коснувшись щеки Сону. — Доброе утро, — мягко произнес Ни-ки, проводя пальцами по волосам Сону. — Доброе утро, — ответил Сону, наслаждаясь моментом. Они провели несколько минут в уютных объятиях, прежде чем встать. Ни-ки предложил приготовить завтрак, и Сону охотно согласился помочь. Вместе они сделали омлеты и тосты, смеясь и дразня друг друга в процессе. Атмосфера была легкой и теплой. За завтраком, сидя за столом, Ни-ки наконец решился. Он вздохнул глубоко, глядя прямо в глаза Сону. — Сону, я хочу тебе кое-что сказать. Я… я давно люблю тебя. С тех пор, как мы были в старшей школе. Но я боялся сказать тебе об этом. Сону смотрел на Ни-ки, его сердце забилось быстрее. Он тоже вздохнул и с легкой улыбкой ответил: — Ни-ки, я тоже недавно осознал что люблю тебя. Я просто не знал, как ты отреагируешь. Они замолчали на мгновение, обмениваясь взглядом, полным счастья и облегчения. Затем, не удержавшись, оба засмеялись. — Прошлая ночь была... — начал Сону, смущенно потирая шею на которой все еще остались следы от ошейника. — Да, — Ни-ки слегка покраснел, — довольно жаркой. Но я не жалею ни секунды. Сону улыбнулся и взял руку Ни-ки. — Давай будем вместе, — тихо предложил он. — Настоящими, официальными парнем и парнем. Ни-ки крепко сжал его руку, его глаза блестели от счастья. — Давай. Я так счастлив, что мы наконец-то признались друг другу. Они сидели еще долго, обсуждая свои чувства и планы на будущее. Их отношения стали еще крепче, и они знали, что впереди их ждет много счастливых моментов вместе.