Фотография.

Минхо любит Сынмина. И причем взаимно. Любят друг друга до дрожи в коленях, и до темноты в глазах, до срывающегося шепота и горящих от чувств слез, стекающих по щекам из сияющих глаз, которые говорят о многом. Парни любят друг друга. А еще любят фотографироваться. Фотография для них—это что-то ценное, это отрывок памяти, это момент времени, которое увы, уже не вернется. Но оно есть в сердце, оно есть здесь, на обрывке бумаги. И всякий раз, когда на душе лежит камень, можно с приятными ощущениями в душе, что возносят куда-то вверх, а бабочки воспоминаний так парят в сердце, что становится легко и тепло где-то внутри, посмотреть эту фотографию, возвращаясь в тот самый момент. Сидишь, с улыбкой на лице, вспоминая смех своего любимого, само событие. Фон такой знакомый, и ты вспоминаешь все, что было, в самых ярких деталях, и в самых ярких описаниях. Ты видишь лицо любимого человека, и губы сами расплываются. Это и есть счастье. У парней очень много совместных фотографий. Очень. В галерее отдельная папка, где все эти моменты замечателены на экране телефоне, и их тысячи, десятки тысяч. А еще приятнее, когда понимаешь, что через все эти моменты ты прошел не один. А с тем, кем действительно дорожишь.. Есть и много распечатанных фотографий. Некоторые стоят в деревянных рамках на полках пыльного стеллажа, поблескивая тонким стеклом. Некоторые спрятаны в отдельном фотобуке, огромным, и толстым. От времени страницы даже пожелтевшие, а тяжесть этой книги не хуже, чем гантели в спортзале. Но даже с такой тяжестью, на душе от них легко. Лежит этот фотобук где-то в глубине стола, и иногда парни достают его, улыбаются с такой нежностью, что вокруг даже воздух пропитывается любовью. Каждый друг для друга пахнет домом, пахнет родным и близким для сердца.

*✮*

-Минхо, давай сфотографируемся?-просит младший, а в голосе слышна напряженная мольба. Глаза подозрительно блестят, но губы убедительно растягиваются в улыбке. -Конечно, щеночек. У тебя все хорошо?-на всякий спрашивает старший, приобняв любимого за плечи. -Да! Я просто немного устал. На работе загоняли. Ким включает камеру телефона, наводит на них, и улыбается вновь так счастливо. Ли обнимает его и поблескивая от радости глазами, чмокает парня в щеку. Парень запечатлил фотографию. -Кстати, хён. Хочу предупредить, завтра родители попросили, чтобы я к ним приехал. Надо помочь с огородом. Сам же знаешь, лето и все дела. Ты не против? Вернусь потом сразу же, как завершу. -Конечно нет, Сынмин-и. Я все понимаю, удачи тебе завтра. А сейчас давай-ка спать, тебе нужны силы. -Да. Сладких сновидений, хён, я тебя очень сильно люблю. -И я тебя. Повисает тишина. За окном уже ночь, темный мрак сгущает небо, звезды слабо блестят на фоне ночного полотна. Лишь птицы иногда тихо чирикают, прежде чем также погрузится в свои пернатые сны.

*✮*

Когда старший просыпается, то Сынмина уже нет рядом. Видимо, уехал пораньше. Минхо подходит к столу. На нем лежит раскрытый фотобук, а рядом вчерашняя фотография. Ли с улыбкой рассматривает ее, а после переворачивает и замечает текст, где почерк-копия почерка Кима. «С добрым утром, Минхо! Прости меня, что так поступаю, но все мы совершаем ошибки, все мы делаем глупые поступки, которым порой нету оправдания. Я не знаю, сможешь ли ты простить меня. Но если сможешь, то сделай это. Я очень надеюсь, что наш ребенок вырастит счастливым и без меня! Прошу, позаботься о сыне. Обещаю, что однажды я позабочусь о тебе.» –С любовью, Ким Сынмин. Ли надул щеки, чтобы слезы, накопившиеся в уголках глаз, не скатились по лицу. Внезапные объятия со спины, действуют как бальзам на душу. Хоть сердце и начало разбиваться на кусочки, это маленькое действие словно пластырь, на время остановит кровотечение сердца. -Минхо! Пап, а Сынмин скоро придет?-спрашивает детский голос.-Он обещал, что отведет меня в кино! -Да, Сына.. Он придет, когда-нибудь. Или я к нему. А в кино тебя отведу я сегодня. Пошли, сделаю тебе завтрак.-подавляя свои эмоции, готовые с грохотом вырваться наружу, Минхо взял ребенка на руки и пошел на кухню.

*✭*

Сколько лет уже прошло с того случая, причина которого старшему была неизвестна. Он был уверен, что Сынмин мертв. Что он сделал самоубийство, и никогда больше вновь он его не увидит. Сын вырос, окончил школу и университет, стал работать в агентстве. Стал человеком престижным, богатым, и вскоре сам построил собственную семью. А Минхо был все еще один. Он не знал, как продолжать этот путь, не знал как жить дальше, и зачем ему это вообще. Каждый день листал фотографии, с улыбкой смотря на любимого. По привычке покупал любимый рамен Сынмина. По привычке желал воздуху спокойной ночи, одиноко целуя ткань подушки, где когда-то был лоб младшего. А теперь этого нету. Только фотографии напоминают о счастливых деньках, когда жизнь была солнечной и теплой, а все моменты доставляли удовольствие. Старший больше не мог, не хотел терпеть. Зачем жить, когда ты один? Когда тебя бросил самый близкий человек, без причины убил себя, а не поделился внутренними переживаниями? Сыну он больше не нужен. Он вырос, и не нуждается в опоре Минхо. У него своя семья, своя вторая половинка, своя карьера. Минхо больше не нужен ему. Никому. Ли открыл было окно, чтобы покончить уже с этими мучениями, вдохнуть полной грудью, и попасть на небеса. И может там увидеть любимого. В дверь раздался стук. Минхо устало выдохнул, подходя к входной двери. Отворив ее, теплые объятия тут же укутали его. А родной запах, к которому он так сильно привык, ударил в ноздри. -Минхо, любимый! Умоляю, прости меня, прости!-захлебываясь в собственных слезах и улыбаясь, словно ребенок, который совершил глупый поступок, и теперь отчитывается перед матерью, умолял парень. -Сынмин.. Минхо не мог выдавить ни слова. Он молча обнял его, чувствуя как сердце вновь затрепетало, прямо как в их первую встречу. Где прошлая тоска и уныние? Почему боль, словно вода, стекла неизвестно куда, и испарилась? Словно тысячи осколков сердца вновь слились в одно целое, а душа загорелась тем пламенем любви, которое так ждал Ли почувствовать вновь. Миллионы вопросов крутились в голове. Надо было много что обсудить, но сил не было. Парни просто обнимались так несколько часов, наслаждаясь друг другом после многолетней разлуки. -Минхо.. Можешь мне дать второй шанс, прошу? Я обещаю, что все объясню тебе. Прямо сейчас. Старший кивнул молча, и уставил свой взгляд на шатена. -Я не знал, как тебе об этом сообщить.. Как оказалось, мои родители были против наших отношений уже давно. И мне об этом сказали только в машине, угрозив тем, что запрещают видеть тебя, и я, пока не разорву с тобой отношения, навсегда останусь под их арестом. Мне разрешили оставить лишь письмо напоследок, которое потом отнес домой к тебе мой отец. Я хотел сфотографироваться с тобой тогда, чтобы хоть одну частичку моментов держать физически.. Все то время, что пробыл у них, я работал, как угорелый, чтобы заработать себе премию в виде путевки в Японию. И за несколько лет трудов мне ее выдали, представляешь? Пришлось конечно сбежать из их дома, предварительно выбив дверь, и подраться с отцом, но теперь мы вместе можем уехать в Японию. Ты же мечтал жить там! Минхо засмеялся по-грустному, слезы вновь брызнули из глаз. Он не знал, слезы счастья или слезы горя это. Но ему было все равно на эти дорожки влаги, которые стирал своим пальцем Сынмин. -Ты дурачок. Самый глупый дурачок из всех, в которого я когда-либо влюблялся. -Я тоже тебя люблю.