Цвета безопасности

      — Ликси, задержись. Нам нужно поговорить, — слышится женский голос со стороны кухни.       Парень распрямляется и жалеет, что не успел слинять. Сжимает челюсть от злости. Отпихивает в сторону кеды, которые хотел надеть. Всё тело пропитано раздражением. Мало ему проблем, так ещё и настойчивое внимание матери. Хочется уже скорее уйти и отлично провести выходные. Хочется убежать туда, где чувствуешь себя свободным. Где воняет бензином и жжёными шинами. Где нет деления по вторичному полу. А потом искупаться в море под луной и проснуться в постели своего парня около полудня. Чтобы после опять повторить всё заново.       Омега вздыхает, скидывает рюкзак, стягивает с плеч кожанку и разворачивается, бредёт по коридору и, наконец, появляется на пороге кухни. Сона вытирает со стола и останавливается, как только замечает сына боковым зрением. Хмурится и устало опускается на стул.       — Присядь. У меня к тебе разговор.       Феликс садится на стул и вздыхает, пытается высмотреть на лице мамы хоть что-то, что поможет разгадать причину разговора. Мысли побежали по возможным косякам. Неужели запретит гонки? Нет, не может! Он все равно будет туда ездить. Ему уже девятнадцать, а значит, он имеет право ей возразить.       — Мама, что-то случилось? — тихо спросил омега.       — Ты знаешь, что долгое время я закрывала себя и никогда не посвящала тебя в свою личную жизнь. Но теперь я рада тебе сообщить, что наконец решила выйти замуж. Мы с Риком встречаемся уже больше года, и он вчера сделал мне предложение, которое я приняла. Поэтому на следующей неделе мы переезжаем в Сеул, — объяснила Сона.       — Что? Какой Сеул? Мам? У меня учёба, друзья. Я просто не могу уехать!       — Ну что за паника? Ликси! Учиться можно и в столице. Я уверена, что и друзья появятся новые.       — Я не обязан ехать! Мам, но это же просто как конец жизни! — вспылил Феликс.       — Ничего страшного. Ты только окончил школу месяц назад. С ректором я поговорю сама в понедельник. Я думаю, не будет проблем с тем, чтобы перевестись в столичный университет на этот же курс и на эту же специальность. У Рика есть взрослый сын, и он тебе во всём поможет, познакомит со своими друзьями, — мягко возразила женщина. — Но, если ты хочешь, то оставайся здесь. Но в этом случае можешь не рассчитывать на материальную поддержку.       — Мам! Это шантаж!       — Ликси, не нужно ругаться. У тебя есть неделя, чтобы закончить все дела и попрощаться с друзьями. Я заказываю билеты на следующую пятницу. И если ты меня хоть немного любишь, то сядешь в самолёт вместе со мной.       — Да, конечно, мам. Сейчас я свободен? — буркнул парень.       Сона кивнула и грустно улыбнулась, а Ликс поспешил на выход. Сунул ноги в кроссовки, спешно впихнул ладони в рукава кожанки, подхватил шлем и рюкзак, после чего вылетел из квартиры, как следует хлопнув дверью. Он почти плакал, со злости сжимая челюсть до боли. Как так? Неужели можно вот так ставить перед фактом? Почему это вообще происходит? Он не может сейчас уехать! Просто не имеет права! Он только всё начал налаживать после смерти отца. Два года всего прошло. И теперь какой-то чужой альфа будет претендовать на это звание и пытаться занять его место. Нет, Ли Дживон навсегда останется для него эталоном и идеалом для подражания.       Действия рваные, дёрганные, нервные. Что чувствуешь, когда жизнь рушится? Когда всё идёт просто под откос… Придётся же буквально бросить всё: учёбу, друзей, гонки, парня… Шуга был потрясающим! Хотелось сделать хоть что-то, чтобы не было так больно с ним расставаться. Они встречаются с Юнги уже больше года. Познакомились на гонках. Этот альфа просто полная его противоположность: замкнутый, серьёзный и с виду такой холодный. Но мягкий и заботливый, стоит только оказаться наедине. Они вместе купались в океане и засыпали на песке под утро, укутавшись в куртки. Ликс учил его английскому, Шуга показывал секреты экстремального вождения. Они дополняли друг друга. Нет, не было глубоких чувств, по крайней мере со стороны омеги. Оба понимали, что это не навсегда, не надеялись на «долго и счастливо», прекрасно понимая реалии. Оба ещё не чувствуют соулмейтов, а значит, им рано или поздно необходимо будет разойтись. И вот теперь им предстояло расстаться только из-за того, что мама решила наладить свою личную жизнь. Это разрушало его. Феликс даже представить не мог, как вообще скажет об этом!       Выезжает на дорогу и набирает скорость со злости, ловко лавируя между машинами, пролетает на красный и буквально за десять минут добирается до заброшенного трека, завершая свой путь уже в сгущающихся сумерках. Чёрт, ведь придётся и мотоцикл отдать! Его с собой не возьмёшь в ручную кладь и в багаж не упакуешь. Чувствует, как все краски покинули и без того бледную кожу, как дрожат руки. Чувствуется, как всё, что он строил все эти года, разрушается, сыпется сквозь пальцы словно песок. Бесит, бесит, бесит! Шуга встречает его в общей толпе и спешит навстречу, сразу видит, что что-то не так. Помогает снять шлем и просто без лишних слов прижимает к себе, пытается увести подальше, но Ликс останавливает его. Нужно сейчас рассказать ему. Иначе потом просто не сможет. Сглатывает слёзы и пытается не расплакаться.       — Эй, что случилось? — Юнги заглядывает в глаза, убирает за уши тёмные локоны.       — Я переезжаю на следующей неделе в Сеул, хён. Мама выходит замуж и увозит меня с собой. Прости, нам придётся расстаться, — выдавил из себя Феликс.       — Эй, малыш, ну мы же знали, что когда-то это произойдет. Эй, это же не конец жизни, а только новый её этап. Ты должен принять перемены, как взрослый и самостоятельный. Новый город, новые перспективы, новый образ жизни. Смени прическу и стиль одежды. Это поможет. Ну и, ты всегда можешь мне позвонить.       — И ты на меня не злишься?       — Эй, кроха, ну как на тебя можно злиться? — альфа улыбнулся и подцепил большим пальцем его подбородок. — Я в середине мая обещаю наведаться в столицу. Мы встретимся, выпьем кофе. Идёт?       — Идёт. Я буду скучать по тебе, — глухо произнёс Ликс.       — И я тоже. Не скрою, за эти четырнадцать месяцев я неслабо успел к тебе привязаться. Просто будь на связи. Сегодня покатаешься с нами? А? Задашь всем жару?       — Задам!       — Ну и отлично! Пойдём?       Омега кивнул, и Юнги утянул его в самый центр толпы.       — Эй, народ! Один из наших братьев покидает нас на следующей неделе. Так давайте ему устроим самые потрясающие проводы! — закричал Шуга, привлекая всеобщее внимание.       Парни и девушки вокруг буквально взорвались криком. Со всех сторон послышался рёв моторов, что несомненно грело сердце юного омеги. Было так отрадно, что его здесь знали и любили. И из-за этого было ещё тяжелее на сердце.       Душа разрывалась на части. Всё вдруг стало странным. Да, он так же участвовал в заездах. Да, они так же всей толпой пили безалкогольное пиво, а после катались до самого рассвета с Юнги. Альфа обнимал его и шептал успокаивающие слова, прижимал к себе, но уже как друг, пресекая все попытки пойти дальше. Не хватало их близости прямо сейчас. Ликс чувствовал себя оторванным от привычной обстановки, брошенным. Не остался у Юнги. Просто бросил у него свой байк вместе со шлемом, документами и ключами. Уехал домой на такси в пять утра с диким желанием начать всё сначала. Решил прислушаться к альфе. Хорошенько выспался и записался в салон. Пробыл там до самого вечера и вернулся домой около восьми вечера. В зеркале симпатичный блондин с классическим маллетом, еле заметным макияжем и в зауженных брюках. Оказывается, ему идёт рубашка и более официальный вид. Вышедшая на шум мама выронила книгу из рук и прикрыла ладонями рот от удивления.       — Ликси? Это так неожиданно! Ты что с собой сделал? — шокированно спросила Сона, подходя ближе. — Такой светлый и стрижка другая. Да и одет как-то не так!       — Начинаю новый этап своей жизни, мам. Вроде нормально? — улыбнулся Феликс.       — Просто неожиданно! Но знаешь, тебе очень идёт! Так значит, ты всё решил?       — Да. Буду готовиться к переезду.       — Ну и отлично! — улыбнувшись, с облегчением проговорила женщина. — Я безумно рада, что ты на пути принятия ситуации. Ты увидишь, что там будет намного лучше!       Парень стянул кожанку с плеч и повесил её в шкаф. Нет, он пока не принял ситуацию. И совсем не разделял оптимизма матери. Но постарается ради неё. Главное, чтобы новая семья не настаивала на том, чтобы обязательно подружиться. Феликс совсем не хотел принимать нового альфу в ближайший круг. И непонятно ещё, что там за сын. А вдруг какое-нибудь приставучее чмо, которое будет навязывать свою дружбу? О, Боги! Можно будет просто сбежать в свою комнату и игнорировать семейные мероприятия. Он просто будет стараться наладить свою жизнь заново, чтобы вернуться в свою комфортную зону.       От приёма пищи отказался, потому что перехватил хот-дог по дороге. Спать тоже ещё не хотелось. Завтра на занятия, но идти теперь туда совсем не было необходимости . Мама пообещала, что сама позаботится о его переводе, а значит, теперь нет нужды посещать пары. Не хотелось видеть ни преподавателей, ни однокурсников. Всё равно привыкать к новым. Может, разобрать шкаф? Какие вещи взять с собой?       До трёх утра омега наводил хаос в своей комнате, прощаясь с каждым предметом. Упаковал все рамочки с фотографиями. Снял пластинки любимых групп со стен. Достал все заначки. Вздыхая, складывал каждую вещь в чемодан. Было сложно. Невероятно хотелось плакать, и в какой-то момент он всё же дал волю слезам. Сжался на полу в обнимку с любимым зайцем и немного повсхлипывал. Но после взял себя в руки и к рассвету полностью успокоился. Угомонился только к семи утра. Это будет тяжёлая неделя. А что ждёт его потом? Как примут его новые родственники? Как он сам их примет? Во сне ему почему-то снился отец. Они брели по пляжу, как любили делать в выходные, и о чём-то разговаривали. И Ликс вспомнил, как тепло было с ним рядом. Теперь понимал природу своих отношений с Юнги. Ведь с ним рядом омега испытывал такие же чувства: защищённость, спокойствие и тепло.              Нет, нужно забыть это всё и двигаться дальше. Может, на новом месте будет всё не так плохо? Может, мнительность и страх подчинили его своей властью? И теперь Феликс просто не видел ничего другого, кроме боли и страданий? Нет, он будет дружелюбным и примерным мальчиком, чтобы отец гордился тем, каким вырос его сын. Может, в Сеуле не так плохо? Все рвутся в столицу, а у него такой шанс попасть туда просто так. Хватит разводить сопли. Он готов к новым свершениям и трудностям. Ведь по-настоящему сильная личность формируется, только познав достойные её препятствия. Может, там он встретит своего наречённого? Надежда ещё теплится в юном сердечке. Нужно только немного подождать… ____________________________

11.04 понедельник

      — Чанмин, ещё пришли, пожалуйста, специалиста по стилю. Нужно подобрать гардероб.       Молодой альфа входит в столовую и хмурится от услышанных слов. Что происходит? Видит отца и управляющего их резиденцией Ю Чанмина у окна. Старшие заняты каким-то серьёзным разговором и на него не обращают внимание вплоть до того, пока парень не подходит ближе.       — Доброе утро, — приветствует альф парень. — Отец?       — Чанбин-а, доброе утро. Присаживайся, у меня к тебе серьёзный разговор, — строго произнес Ынкван, показывая на место рядом с собой.       Что-то ему это не нравится. Чанбин оглядывается на управляющего, затем переводит взгляд обратно на отца. В последний серьёзный разговор отец сообщил ему о том, что папа ушёл от него к другому альфе и ждёт от него ребёнка. А что теперь?       — Я слушаю тебя, отец, — осторожно произнёс Бин.       — Я нашёл великолепную женщину и сделал ей предложение. Ты видел её тогда в ресторане, помнишь? — уточнил старший.       В памяти возник образ худенькой женщины лет тридцати с длинными тёмными волосами. Чанбин застал их тогда за ужином в японском ресторане, принадлежащем отцу его друга. Боже, какая у них разница в возрасте?       — Помню.       — Её зовут Ли Сона. Они приедут в конце этой недели.       — Они? — глупо переспросил Чанбин.       — Да. У неё есть сын-омега. Я думаю, что вы подружитесь! — миролюбиво заметил Ынкван.       — Я тебя услышал.       — Вот и отлично! Я надеюсь, что ты будешь умным и не будешь обижать младшего. Завтракать будешь?       — Нет. Кофе возьму по пути в университет, — буркнул парень, схватил сумку с ноутбуком и покинул дом.       В гараже сорвал ключи от Порше со стойки, снял сигнализацию и сел за руль. Только этого ещё не хватало. То есть здесь ещё и ребенок поселится? Если будущей мачехе лет тридцать, то её сыночку сколько может быть? Десять? Двенадцать? Будет ему на шею прилипчивое мелкое наказание! Да ещё омежка! Фу! С одной стороны, напугал его пару раз, и он отстанет! А с другой стороны, хорошо, что маленький — не нужно будет его с собой в компанию брать и позориться.       Чанбин злился! Очень сильно злился! Вследствие чего превысил скорость несколько раз и нагрубил бариста в кофейне. Совсем не думал о последствиях! Почему из-за изменений в личной жизни отца должен страдать он? Альфа не просил о мачехе и уж тем более не собирается намеренно делать их с сыночком пребывание в доме его семьи комфортным. Это не в правилах Чанбина. Конечно, и вредить не собирается. Его вообще не должно касаться то, что кто-то у них поселится. У него своё расписание и свои занятия, бросать которые точно не будет.       Чанбин учился на последнем курсе университета на факультете управления, имел кучу друзей, пользовался популярностью у противоположного пола, помогал отцу в офисе и с удовольствием участвовал в гонках, отдаваясь полностью своим пристрастиям. Чанбину принадлежала треть акций компании, которая уже более сорока лет занималась производством мотоциклов и напрямую сотрудничала с японской Сузуки. Побывав на заводе в возрасте пяти лет, маленький альфочка точно определился с увлечением своей жизни. Впервые сел на мотоцикл, когда ему едва исполнилось четырнадцать. Это была любовь с первого взгляда. И по-другому никак!