Цвета безопасности

      — Ну и что это было?       Крис перевёл взгляд с соулмейта на друга и пожал плечами. Он не мог понять.       — Он хотел, как лучше. И я советую тебе прислушаться к нему. Я пока не понимаю смысл его слов, но думаю, что ты обязательно поймёшь сам позже, — многозначительно сказал Чан.       — Ты сейчас его защищаешь? Что с тобой, Чани? Променял меня на омежку? — в шоке воскликнул Чанбин. — Поверить не могу!       — Бини, успокойся! Я сюда приехал только ради тебя. Проспал всего пять часов и летел, чтобы помочь тебе. Ради тебя, понимаешь?       — Крис! Я…       — Всё в порядке, Чанбин! — Чан повернулся к нему и положил ладонь ему на плечо. — Давай посмотрим вот на эти серьги?       Бин и правда немного отвлёкся, признавая правоту за другом. И чего он так завёлся? Ведь считает слова этого странного парня абсолютно глупыми, никчёмными! Появился непонятно откуда и лезет. Чего вообще приперся? Ну и пофиг, что Крис ему верит, но почему же променял его? Ведь они дружат столько лет!Следующий час они смотрели на все серьги, которые предлагал консультант. В какой-то момент вернулся Чонин. Протянул обоим альфам ледяной кофе, встал сзади Криса и чмокнул позади уха. Продолжая подсказывать ему и помогать в выборе, Бан перешёптывался со своим омегой. Так продолжалось минут пятнадцать, пока блондин опять не скрылся в галерее. Наконец, они выбрали изящные серьги, оплатив покупку, покинули бутик и медленно пошли по галерее по направлению к эскалатору. Чанбин думал. В его голове было столько мыслей. И, как назло, крутились те слова Чонина о повороте не в ту сторону и потере. Что вообще значит вся эта ахинея? Они же вроде говорили о его сводном брате, а перешли на какую-то хрень про судьбу.       — Чани, ты ему веришь? — всё-таки решился спросить Чанбин.       — Да, — не думая и секунды, ответил друг. — Он мой наречённый, и я чувствую, что он говорит правду.       — А что ты сам думаешь о том, что он мне говорил?       — Чонина сказал, что ты сам всё поймешь, когда придёт время. Попросил меня быть к тебе ближе этим вечером, чтобы ты дел не натворил.       — Но я ничего не понял! — всплеснул руками Со.       — Просто расслабься. Поверь, его словам найдёшь смысл именно тогда, когда будет тот самый момент, — с улыбкой сказал Крис. — И не злись на него. Он просто предостерёг тебя. Потому что видел другой, более худший сценарий развития событий. Просто поверь.       — Чушь всё это, конечно!       Чан пожал плечами и увлёк его в магазин сувениров, где уже Чанбин помог выбрать ему два красивых парных плетёных браслета с луной и звёздами. После оба разъехались по своим делам. ________________________       Джин сидел в ресторане при отеле, где у них с отцом только что была деловая встреча, в которой он почти не участвовал. Альфа вяло ковырял свой салат палочками, почти не обращая ни на что внимания. Мысли были в полном хаосе! Он больше не представлял, где теперь можно найти ту самую постоянную, которой его лишили. Как же Джин хотел перемотать на сутки назад! Лучше бы вообще не ездил к нему. Лучше бы не проявлял такой активности. Последние новости просто выбили почву из-под ног. Сынмин… Тот человек, который был опорой все эти годы, самый близкий, самый сильный. Он же всегда рядом. Всегда поможет и плечо подставит. Хёнджин столько лет был с ним рядом и даже предположить не мог, что лучший друг — омега. И не просто омега, а его соулмейт. Как можно было так проебаться? Как можно было этого не замечать? И как давно сам Сынмин знает обо всём? Даже не пожалел его. Просто вывалил на него всё, не щадя.       — Хёнджин, что случилось?       Парень поднял глаза и встретился с внимательным взглядом отца.       — Сынмин — омега и мой соулмейт, — грустно сказал Джин.       — А тебя что больше шокирует: первое или второе? — спросил Сонджун.       — Первое.       — Неужели даже понятия не имел о гендерной принадлежности друга?       — Отец, ты сейчас издеваться будешь? — фыркнул парень.       — А я рад, что младший сын Вону оказался твоим наречённым, — улыбнулся мужчина. — Это прекрасная партия и отличный омега. Вы поссорились?       — Я бросил его вчера прямо во время начала течки, когда узнал всё.       — Ну ты даёшь! Я думаю, что тебе необходимо всё исправить. Поезжай к нему, сын!       — Ты думаешь, что это хорошая идея? Я пятнадцать лет считал его братом-альфой. И теперь ты предлагаешь просто пойти и… — Хёнджин запнулся.       — Да, Джини. Посмотри на него другими глазами! Этот мальчик любит тебя уже очень давно. Мне его папа сказал, — рассказал Сонджун.       — Не могу, прости. Я… мне нужно подумать.       — Смотри, долго не думай!       Хёнджин попрощался с отцом и покинул отель, сел за руль. Отъехал на пару кварталов и заглушил мотор, припарковавшись около какого-то незнакомого дома. Где правда? Как ему действовать дальше? Просто принять, как данность, то, что его названный брат является его соулмейтом. Это невозможно! За столько лет альфа привык, что Сынмин — часть его семьи. Он как нерушимая скала рядом. А теперь получается, что эта часть и правда станет в будущем его семьёй.       Но, если отбросить в сторону всё то, к чему он привык, то получалось, что он бросил своего наречённого в разгар течки. А вот это уже совсем по-свински. И кто Хёнджин после этого? Нет, нужно отбросить всё то, что было раньше и помочь омеге, как помог бы только альфа. К чёрту всё! В конце концов, это его омега, и принадлежит он только ему. Джин поступит в точности, как его отец. Действуя сейчас импульсивно — ничего хорошего не добьётся. Нужно обдумывать каждый шаг. А то, что было между ними — так даже лучше. Тут будет без сюрпризов, потому что больше шокирующих новостей он просто не выдержит. Решительно завёл мотор и вырулил из двора, направляясь туда, где был уже не одну сотню раз. Пробовал звонить, но телефон сразу уходил на автоответчик.       По пути вспоминал все странные случаи между ними. Когда ловил себя на размышлении, что запах друга уж слишком привлекательный, что манит. И мысли в голове сразу не те, которые полагаются по отношению к «альфе». Конечно, теперь всё встало на свои места. Теперь странности стали такими очевидными. И как раньше не замечал? Почему раньше не обращал внимание? Слепец! Ведь Сынмин всё это время был рядом. Помогал. Утешал. И сейчас Джину нужно отбросить всё то, что было раньше.       Припарковался у знакомой многоэтажки и ещё с минуту сидел в машине, барабаня по рулю. Нервничал. Там наверху самый близкий ему человек. И чего тогда ждёт? Выскочил из машины, поставив на сигнализацию, и вошёл в подъезд, лифт вознёс его на нужный этаж. Ещё полминуты колебания перед дверью, сквозь которую сочился приторно-горький запах апельсина, такой сильный, что можно было задохнуться. Больше не было сомнений.       Открыл замок своим ключом, который ему когда-то дал Мин, и вошёл в прихожую. Тут же чуть не поперхнулся от насыщенности запаха. Вокруг такая тишина и ни звука. Омега точно здесь. Иначе не было бы такой концентрации аромата. Разулся и сразу стянул пиджак с плеч, принюхиваясь, побрёл по коридору. Парень обнаружился в своей спальне. Его тело было абсолютно обнажённое, лишь пах был накрыт смятой простынёй. Хёнджин невольно залюбовался фигурой соулмейта: мокрая чёлка, прикрытые глаза с длинными тёмными ресницами, слипшиеся треугольничками ресницы, полные губы, тонкая шея, подтянутое тело с небольшим красивым рельефом, стройные длинные ноги. Даже не проснулся от посторонних звуков.       Хёнджин спешно расстегнул на себе рубашку, всё ещё раздумывая над своим поступком, снял брюки. От запахов и потрясающего вида член был в полной боевой готовности, что причиняло немалый дискомфорт. Бельё полетело в сторону. Джин откинул простыню, ещё раз окидывая взглядом распростёртого перед ним парня. Мин вяло пошевелился, когда Хёнджин навис над ним. Наклонился ниже и легонько коснулся губами его губ, сразу отстраняясь.       — Джини, ты мне снишься? — послышался слабый голос Кима.       — Нет. Я пришёл, чтобы выполнить твою просьбу, Сынмини! — тихо проговорил Хван.       — Нет… мммм… ты ушёл… бросил… И теперь мучаешь! — Мин попытался оттолкнуть его, но, измученный своим состоянием, был совсем ослаблен. — Уходи!       — Я не уйду! Я пришёл, чтобы предъявить права на своего соулмейта!       Джин впился в его губы, безжалостно терзая то одну, то другую, раздвинул коленями его прекрасные стройные бёдра и просунул руку между ягодиц. Палец легко скользнул внутрь, а потом и второй. Кто-то явно играл с собой, может, даже представлял его. Отец сказал, что Сынмин уже давно в него влюблён, а значит, и в постели его представляет. Интересно, а когда с другими спит — тоже о нём думает? Неважно сейчас. Больше Хёнджин никому не позволит даже коснуться его. Своего наречённого будет охранять пуще прежнего. Поддел выше его стройную ногу и направил просто каменный член в горячее нутро сфинктера его омеги, входя плавно и бережно. Длинный сладкий стон разрезал тишину, руки намертво вцепились в его бёдра. Вот это хватка!       Джин прильнул ближе к груди Сынмина, больше вдыхая запах, входил глубже, держал в своих руках, чувствовал каждый сантиметр и то, как тугие стеночки плотно обхватывали его член при каждом движении. Он сходил с ума! Будто в параллельной вселенной! Сейчас под ним его лучший друг стонет так сладко, цепляясь за него руками, окольцевал поясницу. И Хёнджин специально «забыл» про презервативы. Пусть всё будет серьёзно. Сынмина он знает, как самого себя. Поэтому сейчас старался доставить ему удовольствие. Ловил сладкие стоны, его судорожные вздохи. Задыхался от такого соблазнительного вида. Довёл до кульминации их обоих и увёл омегу в ванную. Сам обмыл его, стирая пот и остатки подсохшей спермы. Такой мягкий и податливый в руках альфы. Пока Мин, закутавшись в халат, приходил в себя и пытался заваривать чай, Джин поменял бельё, натянул джинсы и присоединился к нему на кухне. Обнял со спины и чмокнул в макушку, вдыхая его чуть успокоившийся запах.       — Хёни, не нужно! Я… ты мне мешаешь! — вяло запротестовал Ким.       — Ты мой! Я теперь всё могу делать с тобой, что пожелаю. Обнимать, целовать… — начал перечислять Хёнджин.       — Любить?       — Я думаю, что до этого тоже дойду. Просто мне нужно принять это, понимаешь? Я пятнадцать лет думал, что ты альфа.       — Тебе просто нужно время, Хёни, — тихо сказал омега.       — Давай закажем бургеры и побольше картошки, как в старые добрые? — улыбнулся Хван.       Сынмин развернулся в его руках и чмокнул в нос, кивнул и прижался носом к шее альфы. Такой комфортный и нежный. И почему же раньше не признался… Столько времени потеряли оба.       — Знаешь, я думал, что в первый раз всегда больно. Столько читал об этом, — тихо проговорил Мин после того, как сделали заказ.       — В первый раз? — Джин подумал, что ему показалось.       — Ну да! — Сынмин пожал плечами и посмотрел ему в глаза.       — Как такое получилось? Тебе почти двадцать три, Сынмина! Неужели ни с кем не хотелось?       — Я в шестнадцать понял, что ты мой соулмейт, тогда же влюбился. Я не хотел никого, а ты был недоступен для меня. А после и вовсе заявил, что с парнями больше не встречаешься.       — Я обещаю исправиться… Не хочу тебя терять. ______________________       Двое в постели. За окном ярко светит солнце, но в их собственном мирке так уютно и тихо. Альфа гладит пальчиком по обнажённому плечу, спускается на ключицу, затем проводит подушечкой по маленькой штанге в соске. Губы трогает улыбка и воспоминания о бурно проведённом времени в постели, а потом в душе. Оба сейчас были выжаты до последней капли. Просто лежали, наслаждаясь томлением в теле и присутствием друг друга.       — А братья знают, что у их маленького солнышка проколоты соски и татуировка на заднице? — хмыкнул альфа, прикусывая его мочку.       — А им необязательно быть в курсе, хён, — улыбнулся Джисон, принимая сидячее положение.       — Эй, ты куда? Бросишь меня? — возразил Минхо, хватая его за руку.       — Мне пора. Я обещал Феликсу, что помогу ему зарегистрироваться на отборочные.       — Ох уж эти современные омеги! Переспят и бросают!       Вдруг Джисон повернулся и хотел, по-видимому, что-то сказать, но неожиданно раздался звонок в домофон. Но он вроде бы никого не ждал.       — Минхо, ты… кто-то должен прийти? — испуганно спросил Джисон.       — Нет. Просто сам не понимаю, кто это может быть. Лежи, я сейчас гляну, — сказал Ли и решительно поднялся с постели.       Натянул шорты и направился в прихожую. Какой же был шок, когда на экране видео домофона показалось лицо Мунбёля. Вот это крах! Он нажал кнопку открытия двери, а сам поспешил в спальню, где нашёл уже полностью одетого Джисона.       — Там твой брат, и я…       А следующие слова он просто не смог договорить. Желудок вдруг сжало от страха, в горле образовался ком, а перед глазами исчезли все краски. Так вот оно как бывает, когда пугается соулмейт.       — Прости, я… О, боги, мы… Ты и я? Ты мой…? — запинаясь, проговорил Джисон.       — Джисони, дыши! Меня всего сжимает, потому что тебе плохо, — поморщился альфа.       — А что делать теперь? — Я всё улажу. Будь здесь.