Каркаде

— Эрен, твое мнение? — Я думаю, это обычное тревожное расстройство. — Интерн мягко улыбнулся пациентке. — Зацикленность на одной идее, навязчивые мысли, невозможность что-либо делать, если в этот день запланирован визит куда-то... Внезапные ощущения страха, вегетативные нарушения — все это указывает на тревожность. Пациентка не поменялась в лице, все так же продолжая мять край своей сумки. Диагноз никак не повлиял на ее жизнь. Она ведь даже не осознавала, что не так, только догадывалась, что то, что с ней происходит — ненормально. Доктор Ханджи кивком подтвердила слова студента, и тот продолжил: — Для начала, вам нужно установить режим сна: спать ложиться в десять вечера, а вставать в семь утра, питаться тоже по часам. Кроме того, мы выпишем вам препарат, он поможет снять состояние напряжения и решит вашу проблему с плохим сном. Нужно будет принимать в первую неделю по полтаблетки на ночь, потом вторую неделю по полтаблетки утром и вечером, и после... Эрен говорил терпеливо, несмотря на то, что это был уже двенадцатый пациент сегодня и он чертовски устал делать речь мягкой и доброжелательной и объяснять-объяснять-объяснять... Он любил свою профессию, в этом не было сомнений. Но когда тебе всего двадцать четыре, а дома ждут только недописанные конспекты, пустой холодильник и гора немытой посуды вместо хорошенькой задницы, вкусного ужина и пива с друзьями, то к седьмому году такой жизни и сам начинаешь сходить с ума. Когда за пациенткой захлопнулась дверь, Эрен быстро сохранил ее личное дело и подорвался с места, сразу сбрасывая рабочий халат и мягкую обувь. Ханджи прицокнула: она никуда не торопилась и собиралась еще позаполнять бумажки. — Тц, ты будто на свидание опаздываешь, — подметила та. — Ага, с учебником по эпидемиологии, — хмыкнул Эрен, уже впрыгнувший в ботинки и пальто. Он повернулся к зеркалу на дверце шкафа, придирчиво рассматривая растрепавшийся пучок волос — снова взяла верх дурная нервная привычка ерошить волосы. Он наскоро вынул шпильки и повесил их на тонкий серебряный браслет-ниточку на руке, чтобы перезаколоть пучок получше. — Тебе надо отдыхать. Нельзя так много учиться. Стипендия не стоит того, чтобы угрохать свое здоровье. — Ничего страшного, — улыбнулся ей Эрен через зеркало. — Со мной всё будет в порядке. — В твоем возрасте нужно наслаждаться жизнью. Иначе закончишь, как я: будешь старой страшной каргой, которая радуется в жизни только особо буйным пациентам. — Ханджи, какая страшная карга? В каком кошмаре она вам приснилась? — Эрен ловко затолкал шпильки в пучок и развернулся к начальнице. В мгновение оказался рядом, приобнял ту за плечи и поцеловал в щеку. — Вы самая прекрасная женщина в моей жизни! Скажите, какие цветы вы любите? — Ой, иди отсюда, ловелас! — фыркнула она, притворно отталкивая его. — Если уж ты так рад меня видеть, приходи завтра к девяти. К нам записалась Нанаба. Ну, помнишь, я рассказывала про одну пациентку, которая думает, что у нее в венах рыбки? — Помню. И про цветы не забуду, — щелкнул пальцами парень. — До завтра! — Скорее, вперед, в магазин, во славу пустого холодильника! — поддержала его вслед Ханджи, и смех Эрена в ответ разнесся эхом по пустым коридорам больницы. Но внезапно дверь открылась снова — Эрен пулей подлетел к своему столу. — Конспекты забыл, — пробормотал он, сгребая разбросанные по всем поверхностям атласы, учебники и тетради. Невидящим взглядом посмотрел на компьютерную мышку, не понимая, что с ней не так, и мысленно отмахнулся — завтра разберется. Дороги Троста, как всегда в это время, были забиты. Солнце заходило все раньше с каждым днем, и в час пик уже темнело. Скоро начнутся дожди. За последнюю неделю резко похолодало, и теперь неоновые вывески, огни фонарей и светофоров казались цветными пятнами во влажной дымке. Эрен нетерпеливо постукивал пальцами по рулю в такт песенке из радио, когда в очередной раз подъехал к сбавившему скорость автомобилю. Снова красный. Ему сегодня особенно повезло стоять на каждом светофоре. Был вторник, а значит, нужно было заехать в супермаркет и купить продуктов на неделю — по вторникам там самые большие скидки. Потом пройти еще один раздел по эпидемиологии и сходить в прачечную. С ужином можно было не заморачиваться: в холодильнике были одинокие позавчерашние макароны, и Эрен не горел желанием приносить их в жертву тараканам. Так что если после дел останется время, можно будет включить какой-то фильм и благополучно уснуть под него, не мучаясь бессонницей. На самом деле, бессонница все реже одолевала Эрена. Виной всему была хроническая усталость, которая вытеснила даже вечные проблемы с засыпанием. Так что он, конечно, планировал внимать словам Ханджи, но только немножко: отдохнуть на каникулах, а пока — работать, работать, работать… Огни улицы размазывались в вечерней холодной влаге. Светофоры казались цветными коктейлями, лучи фонарей словно сбивались в клубки, а мокрый асфальт поблескивал в свете фар. Осень подкрадывалась незаметно, пока только по ночам и ранним утром, балуя Трост молочными туманами. Днем же было жарко даже в футболке, а вот вечером без пальто не обойтись. Светофор переключается на зеленый, и Эрен, наконец, трогается с места. Машины ползут медленно, будто никто никуда не торопится. Эрен думает открыть учебник поверх руля, чтобы не уснуть. Глаза так и слипаются от изобилия рассеянных огней, и он недовольно цокает, когда снова встаёт на красном. Бумажки с конспектами лежат тут же, на соседнем пассажирском сидении, и Эрен тянется к стопке. Как раз удачное время, чтобы повторить основные термины. Смотреть в тетрадь нет особой необходимости, ему просто надо пробежаться взглядом... Он перекапывает бумажки одну за одной — все равно ведь стои́т — и сам собой вспоминает... рабочий стол... стопку бумаг, учебник под кофейной кружкой, которую будет мыть уже завтра... красную тетрадь по эпидемиологии, на которую поставил мышку — он как раз писал что-то правой рукой, когда вошел пациент, и пришлось срочно схватиться за мышку... Черт, неужели забыл?! Возвращаться хотелось меньше всего. Сегодня рабочий день и без того затянулся на два часа — Ханджи попросила, чтобы не сидеть до ночи с заполнением бланков. Одна из бумажек падает вниз, и Эрен тянется достать ее с пола, а когда выныривает, краем глаза замечает изменение цвета на светофоре. Лишь мельком взглянув на дорогу, он отпускает сцепление, тянется переключить коробку, переходит на газ, а тетради все нет, черт, неужели в самом деле сегодня придется писать на листок, а потом переписывать? Он же так ничего не успеет сделать к сессии... БАМ! Машина мягко, но ощутимо врезается в преграду перед собой, и Эрен на рефлексах давит тормоз. — Вот же блять, — ругается он, прекрасно осознавая, что сбил не столб, не другую машину и даже не мусорный ящик. Глаза замечают, что свет переходит с жёлтого на зелёный. Черт, он еще и не на свой цвет поехал! Эрен дергает ремень, и тот привычно заедает, но сейчас настолько не до этой рухляди, что он с силой тянет несколько раз, матерится, врубает аварийку и, оттянув ремень, просто снимает его через голову и выскакивает на улицу. В лицо ударяет влажная прохлада, и это помогает собраться с мыслями быстрее. — Боже, извините! — прямо на дороге, на пешеходном, мать его, переходе, лежит человек. Удар был несильным — авто не успело набрать разгон — и пешехода не откинуло далеко. Человек даже не потерял сознание и уже приподнимался на локте. — Пожалуйста, лежите, я врач! Я сейчас вызову скорую! — лепечет Эрен, присаживаясь около мужчины. С виска пострадавшего текла кровь, он ошалело смотрел на Эрена, словно не понимая, кто он и где. Щека стерлась об асфальт, темные волосы встопорщились с одной стороны, а на губах выступила кровь. Эрен молился, чтобы мужчина не откусил себе язык и чтобы это не оказалось кровотечением из внутренних органов. Эрен пошарил по карманам и осознал, что забыл телефон на подставке в машине. Зеваки уже вовсю пялились на них, но никто не спешил помочь или отругать растяпу — если нет трупа или какого-то скандала, людям совершенно нет дела до происходящего. Недовольные водители не забыли посигналить Эрену, и тот не показал им неприличный дорожный жест только потому, что был слишком занят пострадавшим. — Я сейчас, сейчас, возьму телефон, — пробормотал он, поднимаясь на ноги. Но мужчина вдруг повернул к нему лицо, выражение которого было едва видно в полумраке города, освещенного в этом месте только цветными огнями светофора и фарами проезжающих машин. Собственно, поэтому Эрен не увидел преграду. Глаза у мужчины были острые и серые, а зрачки — узкие, словно ему светили фонариком прямо в глаза. Эрен про себя выматерился — наверное, у того был шок — и поторопился вызвать медиков, но мужчина ухватил его за руку, стиснув запястье. — Не надо, — произнес он. И крепко сжал. — Все в порядке. Врачей не надо. — Но у вас кровь! Должно быть, сотрясение. Может быть даже перелом. От шока вы можете ничего не чувствовать, но если машина ударила вас в бедро или живот, это могут быть повреждения ребер, таза, бедренной кости... Разрывы мышц, в конце концов. — Садитесь в машину, едьте дальше по своим делам и забудьте, что тут что-то произошло, — зрачки-точки собеседника плывут, расширяясь. Эрен ничего не отвечает, думая, что это и правда шок, раз тот несёт околесицу. Парень поднимается на ноги, помогает подняться мужчине. Водители продолжают сигналить ему, и он отвлекается. Прыгает в машину — нерасстегнутый ремень не чувствуется спиной — и заводит двигатель. Не выключая аварийку, съезжает на обочину и паркуется. Мужчина перед ним отходит с проезжей части, отряхивает запачканные дорожной пылью штаны и рубашку. Судя по движениям, направляется в новенькую чайную, которая открылась тут меньше недели назад. Эрен вмиг вылетает из машины следом. Мужчина оборачивается удивленно, словно парня тут и не должно было быть. — Чего тебе? — бурчит он, открывая своим ключом дверь заведения. — Я не могу просто уехать после того, как сбил человека! — восклицает Эрен. — Я должен вас хотя бы осмотреть и убедиться, что вы не умрете тут! — Не умру, — отвечает мужчина и проходит внутрь, в полутемное помещение, подсвеченное только светодиодной лентой вдоль стойки. — Просто царапина. Эрен без промедления входит следом. — Вы головой ударились, надо приложить что-то холодное. — Если я приложу что-то холодное, ты уйдешь отсюда? — неожиданно грубо отвечает мужчина и заходит в мужской туалет. Эрен следует за ним. Мужчина наклоняется над раковиной, и вместе с отпечатками грязи с головы смывается предполагаемая царапина. Эрен выдохнул — должно быть, просто кровь из ранки. Когда он закончил, стряхнул воду с волос и направился обратно в зал, Эрен хвостиком поспешил следом. Ответственность за преступление не слишком волновала его, хотя за такое и прав лишиться можно было (и пришлось бы Эрену кататься на автобусе полтора часа вместо двадцати минут на автомобиле). Может быть, он переживал бы за собственную задницу больше, если бы мужчина так активно не пытался его прогнать. Пострадавший прошел за стойку, открыл полупустой морозильник, ярким светом резанувший по глазам, и вытащил с нижней полки формочку для льда. Закрыв холодильник и опершись о стойку, мужчина приложил к голове форму. — Доволен? — Если бы вы позволили вас осмотреть… — начал было Эрен. — А больше ты ничего не хочешь? — перебил мужчина так грубо, словно Эрен требовал как минимум отдать ему всю продукцию заведения бесплатно. — Но я же вас сбил, это вы должны хотеть... компенсации там… — несколько растерялся Эрен, ожидавший, что с него будут сдирать все до последней нитки. — Что за намеки? Осмотр, компенсация... Мало было сбить, надо ещё потрогать? Эрен смущённо вспыхнул. И хотя свет всё ещё был приглушенным до возможного минимума, шок наконец-то сошел, и Эрен смог рассмотреть свою жертву. Молодой мужчина, брюнет, очень маленького роста — Эрену по плечо. Маленькие серые глаза со зрачками-точками. Крепкие изящные плечи, подтянутая фигура. Эрен, может, и подумал бы о его эстетичности, если бы не ситуация. — Я ни на что не намекал! — возмутился парень. — И что мне сделать, чтобы ты отстал от меня? — прицокнул мужчина. — Эм... А как вас зовут? — внезапно для себя решил уточнить Эрен. — А зачем тебе? Или ты все-таки сталкер и сбил меня специально? — прищурился мужчина. — Да нет же! Если мне придет вызов в суд, хочу знать имя того, кто на меня подал. — Пацан, я не буду подавать на тебя в суд. Здесь нет камер, у меня нет травм. Всё. — Но имя-то сказать можете? — Леви Аккерман, — вздохнул он, — доволен? Эрен победно улыбнулся. Этот Леви был странным: вместо того, чтобы устроить скандал нерадивому водителю, изо всех сил его прогонял. — Эрен Йегер, — представился парень. — Я оставлю вам свою визитку, вдруг передумаете... Или что-нибудь понадобится... — он отогнул полу пальто, где был внутренний карман. — Это ты так хочешь мне свой номер оставить? — хмыкнул Леви. Эрен растерянно замер с отогнутым пальто и визиткой в пальцах. А потом лицо его изменилось, лоб нахмурился. — У меня такое ощущение, что это вы ко мне пристаете. Со всеми этими намеками на интерес. Вам так хочется, чтобы я после аварии позвал вас на свидание? А я, знаете ли, могу, — резко сказал Эрен. Он почти небрежно бросил свою визитку на стол и с вызовом посмотрел мужчине в глаза. Леви вдруг задумчиво склонил голову в бок. Облизнул нижнюю губу. Словно подсчитывал что-то. Его глаза-точки уперлись в Эрена. Почему они были такими узкими в полумраке? — Хочу, — вдруг сказал он. — Но я не люблю походы в рестораны и не хочу иметь долгосрочных связей. Если тебя это устраивает, поехали. Сказать, что Эрен удивился — ничего не сказать. Не этого он ожидал от человека, который пострадал в аварии и уже пятнадцать минут пытался его выгнать. Эрен замер, как олень в свете фар. Дома, в комнате в общежитии, ждали конспекты по эпидемиологии, холодная постель и вчерашние макароны. А утром — снова работа, конспекты... Признаться честно, Эрен и на свидании-то был в последний раз три года назад. За это время у него было несколько одноразовых связей, которые он подцепил на пьяную голову в баре. Перспектива провести свою ночь с кем-то... интересным и трезвым, с кем-то, кто не требует цветов и ухаживаний… — Вот так сразу? — спросил он. — Считай, что я предлагаю компенсировать мне моральный ущерб через приятный вечер, — пожал плечами мужчина. — Раз уж ты не хочешь уходить просто так. Эрен ещё раз осмотрел Леви: и небрежно скрещенные ноги, и узкие бедра, опоясанные кожаным ремнем с большой серебристой бляхой, и ровные плечи, обтянутые черной водолазкой, и точеное лицо с твердым выжидающим взглядом серых глаз. Он был, кажется, значительно старше, хотя Эрен не мог разглядеть. Блин, да он был чертовски интересным по сравнению с худощавыми пьяными подростками, от которых Эрену перепадало. Словно он в дурацкой мелодраме сбил мужчину-мечту, который втянет его в хоровод приключений. И ведь Ханджи посоветовала ему больше позитивных впечатлений… А еще у Эрена была дурная привычка отключать мозг и идти навстречу приключениям — это была какая-то противоположность его характера, видимо, компенсирующая другие психологические проблемы. — Поехали, — почти с вызовом ответил Эрен. — Ко мне или к тебе? Я живу в общаге, но у меня своя комната. Поэтому... Леви ощутимо скривился. Кажется, общаги ему не нравились. — Санузел в комнате или общий? — В комнате, — слишком поспешно сказал Эрен. Леви закатил глаза и прицокнул с осуждением, когда его перебили. — Тогда поехали к тебе. Не люблю водить к себе никого, — сказал он и повернулся к мойке, вытряхнул лёд и включил утилизатор. Сполоснув пустую форму, он налил туда свежей воды из фильтра и спрятал в морозилку. — Но у меня нечего поесть, я как раз собирался в супермаркет. Или закажем доставку? А ещё надо в аптеку. У меня нет... — он смущенно осекся. Леви бросил на него косой безэмоциональный взгляд. Хлопнул дверцей морозильника. — Хорошо. Еду рассчитывай только на себя, я не голоден. — Оу, ну... ладно, — пробормотал Эрен. Теперь, когда Леви привел себя в порядок, а его волосы подсохли, он не выглядел как человек, которого недавно сбила машина. Неверное, от испуга Эрену предвиделось больше, чем было на самом деле. Вместе они прошли до авто. Эрен плюхнулся на водительское и поспешно сгреб бумаги с соседнего сидения, перебросив их на заднее. К черту конспекты сегодня, тетрадь все равно осталась на работе. Леви занял соседнее, пока Эрен воевал с заевшим ремнем безопасности. Мужчина молча наблюдал за ним, не говоря ни слова. Тянуть с покупками не хотелось, поэтому вместо супермаркета Эрен остановился около небольшого ряда магазинчиков неподалеку от дома. — Я сейчас, — сказал он, снова принимаясь за борьбу с ремнем безопасности. — Подождешь тут? — Я схожу в аптеку, — сказал Леви, тоже отстегиваясь. Эрен зарделся, замялся, закусил губу, явно не решаясь на какой-то вопрос. — Эм... — протянул он. — Чего? — устало спросил Леви, положив руку на ручку двери. — Ты будешь сверху? — наконец-то пробормотал Эрен. — Ты против? — Нет... На самом деле нет. Мне по-разному нравится, — окончательно зардевшись, пробормотал он. И, наконец справившись с собой, выскочил на улицу. Леви неторопливо вышел со своей стороны, хлопнул дверцей, направляясь в сторону аптеки. Не глядя Эрен заблокировал двери. Когда он закончил с покупками, Леви уже ждал его около машины. Курил, опершись бедрами о капот и скрестив ноги, и смотрел во влажное темное небо. Эрен поспешно открыл машину, бросил пакет с покупками на заднее сидение, а сам снова прыгнул за руль. Затушив сигарету и не найдя урны, Леви аккуратно спрятал ее в пачку и сел на пассажирское место. До общежития ехали молча. Эрен слишком смущался задавать вопросы, а светская беседа не клеилась. Казалось, его компаньон, не проронивший ни слова, не был настроен узнать друг друга получше. Сам ничего не спрашивал, словно Эрен был лишь очередным развлечением на вечер, которое и запоминать не стоит. Впрочем, он ведь так и сказал. Леви поднялся следом за Эреном на второй этаж с виду неприглядного каменного здания. На пути им попался только один человек, сокурсник Эрена, Марко, который лишь бегло поздоровался с приятелем, спускаясь вниз, и скользнул взглядом по его гостю. В комнате Леви брезгливо огляделся — слишком брезгливо для человека, который любил связи с кем попало и садился в машину к тому, кто его чуть не убил. Эрен стушевался, сбросил обувь и, не снимая пальто, принялся раскладывать разбросанные вещи на свои места. Отнес оставшуюся с утра тарелку в раковину на общей кухне, пнул носки поглубже под кровать, собрал систематично разложенные на всех поверхностях учебники, распечатки, атласы и конспекты в одну стопку на столе, подобрал валяющуюся на полу подушку. — Извини, я не ждал гостей, — оправдывался Эрен, стягивая наволочку. — Я сейчас сменю постельное белье. Вот, держи чистое полотенце, — он приоткрыл шкаф (так, чтобы его гость не видел бардака внутри) и вытащил с верхней полки единственное чистое. — Душ там, — он указал на вторую дверь. Леви кивнул. Принял полотенце, молча разулся, поставив обувь носок к носку возле входа. Несмотря на явное недовольство скромным студенческим убранством, он не проронил ни слова. Стоило двери в душ закрыться за ним, и Эрен смог расслабленно выдохнуть и сообразить, что до сих пор не снял верхнюю одежду. Его гость был странным, немного грубым, хоть и не упрекал, но ему и не нужно было открывать рот, чтобы выразить свои мысли. Но он был слишком красивым, чтобы Эрен жаловался. Черт с ним, этот мужчина возьмёт его в собственной постели, доведет до пары оргазмов, а потом свалит в закат, оставив Эрена наслаждаться вечером. Как ни крути, а он сам оказывался в более выигрышном положении. Парень проверил, что тараканы так и не сделали попытку взять реванш в борьбе с человечеством. К тому времени, как Леви вышел из душа, Эрен сменил постельное белье, спрятал продукты в холодильник, немного прибрался и даже вспомнил полить фикус, который подарила Микаса. Наконец-то мужчину можно было рассмотреть при достаточном свете. Его бедра были скромно обернуты небольшим полотенцем, которое ему предоставил Эрен. Теперь парень видел сухое, но мускулистое тело, аппетитную округлую задницу, крепкие ноги, почти не покрытые растительностью. Разрез полотенца на бедре, узел которого он придерживал одной рукой, словно бы добавлял пикантности. В другой руке Леви держал свои вещи, идеально сложенные стопкой. — Не забудь подготовиться, — только и сказал Леви. Эрен быстро кивнул, вспыхнув щеками, и прошмыгнул мимо него в душ, прихватив свое полотенце, которое до этого сохло на спинке стула. Тело, предвкушающее удовольствие, теперь проснулось; внизу живота тяжелым комом собралось возбуждение. Можно было бы вздрочнуть, чтобы не кончить в первые пару минут, но время поджимало. На пьяную голову было проще, такие вещи мало кого волновали, но, к счастью, сюрпризов жизнь ему не подкинула ни разу. На трезвую он рисковать не решался. Процедура несколько охладила его возбужденное волнение. Внизу живота поселилась прохладная пустота. Он вышел как раз в тот момент, чтобы застать Леви, листающего его конспекты. — Врач, значит... — пробормотал он. — Психиатр. А бегал вокруг меня, как будто травматолог. Эрен улыбнулся. — Мы проходим все общие дисциплины. Я мог бы оказать первую помощь. Хорошо, что это не понадобилось. — Да, хорошо. — Леви отложил его тетрадь и скользнул взглядом по открытой полке, где стояли памятные сувениры из поездок по странам, карточки-открытки и магнитики из квест-комнат. — Любишь путешествовать? — Люблю яркие впечатления, — пожал плечами Эрен. Леви пристально посмотрел на него глазами-точками, и та часть Эрена, которая не совсем ещё потеряла здравый смысл, вдруг подумала... — Что ж, не люблю быть зарубкой на кровати, но постараюсь обеспечить тебе яркие ощущения... — Леви сделал шаг к нему, отпуская узел, который придерживал рукой. Эрен вдохнул, боясь выдыхать, и на вдохе пробормотал: — А можно я сначала спрошу кое-что? — попросил он. Леви остановился. Он был на голову ниже, но почему-то Эрен сразу понял, что именно этот коротышка будет вести сегодня ночью. — Валяй, — сказал он, не отступая. Леви сделал глубокий вдох, словно вдыхая аромат Эрена, и сердце парня сделало кульбит. — Почему у тебя такие узкие зрачки? Ты принял что-то? Поэтому не почувствовал боли от аварии? Леви даже не моргнул, все так же не разрывая зрительного контакта. — Нет, — сказал он, — я ничего не принимал. Это особенность организма. Они всегда такие. К счастью, это не повлияло на зрение, я хорошо вижу. И нет, мне было больно, когда ты врезался, но не настолько, чтобы жаловаться. Впрочем, я собираюсь в ближайший час врезаться в тебя, причем много раз, поэтому думаю, что мы будем квиты. Рот Эрена наполнился слюной. Черт, это был самый холодный и равнодушный подкат, который он слышал в своей жизни. И это было все равно сексуально. — Ещё что-то? — спросил Леви, делая к нему последний шаг, чтобы положить руку на плечо. Эрена натурально пробрала дрожь — рука была чуть прохладная, но тяжёлая, с крупными, типично мужскими пальцами и короткими ногтями, такая, которая будет приятно обхватывать бедро, когда... Он выдохнул, силой возвращая себя в реальность. — Сколько тебе лет? — он и не заметил, как перешёл на "ты". Леви задумчиво склонил голову на бок. — Тридцать восемь, — и Эрену потребовалось все самообладание, чтобы удержать челюсть от падения, — это что-то меняет? — Нет, — тихо сказал парень, — но ты выглядишь значительно моложе своих лет. — Генетика, — пожал плечами мужчина. — Хочешь включить ночник? Мне нравится приглушенный свет. — Э, да, было бы неплохо... Эрен сделал шаг в сторону от Леви, чтобы потянуться к столу и нажать кнопку светильника, вместе с находящейся там же на стене кнопкой отключения света. Мужчина воспользовался этим: его руки обхватили Эрена за пояс и притянули к себе, сразу вжимая грудью в грудь. Эрен поддался касанию и позволил втянуть себя в поцелуй — не мягкий, пробующий, каким обычно бывает первый, а страстный, требующий, обязывающий. Руки Леви так правильно сжимали его таз, прижимали живот к животу, а потом скользнули назад, обхватывая Эрена за ягодицы, немного грубо, но безболезненно, оттягивая половинки в стороны. Парень застонал в поцелуй, сжимая его плечи и зарываясь в короткие волоски на затылке и, дальше, в более длинные волосы на макушке. Леви дёрнул полотенце с его бедер и подтолкнул Эрена к перестеленной кровати. Отстранился на мгновение, чтобы оба полотенца свалились к ногам, и надавил на грудь, заставляя лечь. Эрен заметил упаковку презервативов, лежащую на кровати около его головы. Сам Леви неожиданно опустился на пол, на колени, уверенно раздвинул ноги Эрена и... — О-а-ах! — парень выгнулся, зажмуриваясь, когда его быстро отвердевший член накрыли губы мужчины. Он брал быстро и грубо, поглаживал яички, держал руку внизу живота, заглатывал до самого конца, и у Эрена поджимались пальцы на ногах, а от изобилия ощущений хотелось брыкаться. — Погоди, погоди, я же так сейчас... Леви оторвался лишь на мгновение, чтобы передохнуть и подхватить свисающую с края кровати ногу Эрена и закинуть себе на плечо, открывая доступ к вымытой дырочке. Он сплюнул на руку и снова заглотил, пока пальцы размазывали слюну, а потом приставил один ко входу и толкнулся нетерпеливо, проталкивал фалангу за фалангой, не давая привыкнуть. Эрен подавился вздохом, переходя на скулеж. Один палец ощущался чужеродно, но очень возбуждающе, и вошёл без проблем. Леви, явно зная, что он делает, осторожно согнул его, нажимая прямо на простату. Эрен вскрикнул и зажал себе рот ладонью. Возбуждение, как цунами, накрывало его, и вот-вот готово было погребти под собой его сознание. Вздох, другой, третий, стон, волна распахнула перед ним свои объятия. — Черт, я кончаю! — воскликнул он, выгибаясь дугой с дрожью в бедрах, с низким стоном. Ещё секунда до освобождения, мгновение... Леви накрыл его член до предела, так что Эрен почувствовал его нос у себя на свежевыбритом лобке. Этого было достаточно, чтобы он вдруг охнул, содрогнувшись, и кончил прямо в глотку Леви. Лишь проглотив все до остатка, тот отстранился, с влажным пошлым причмокиванием выпуская член. Эрен приподнял голову, глядя на него туманным взглядом. Леви выглядел хорошо — нет, сногсшибательно. Его глаза стали влажными и блестели возбуждением, узкие зрачки немного расширились, а щек коснулся утомленный румянец. Влажные губы блестели в слабых отблесках ночника за его спиной. Медленно, глядя Эрену в глаза, Леви вытащил из него палец. Парень охнул, снова падая головой на постель. Рядом с ним мелькнула рука; Леви взял коробку и начал распечатывать презервативы. — Эй, — он похлопал по голени Эрена на своем плече, — поднимайся выше, мне неудобно будет делать это стоя на полу. Парень послушно подполз выше, головой на подушку, и согнул ноги в коленях, упираясь ими в кровать. Леви забрался следом, сел между его ног и принялся сосредоточенно раскатывать презерватив по собственному члену. Эрен смотрел немного заворожено — член был недлинный, но крепкий, с маленькой розовой головкой. Поскольку лобок у Леви аккуратно выбрит, было видно только очертания того, где растут волосы. Небольшая, подтянутая мошонка, как у порно-актера после пластики. — Хочешь, я тоже тебе отсосу? — предложил Эрен. Стыд покинул его вместе с первой порцией спермы. Леви почему-то ухмыльнулся. — Нет. У тебя горячая задница, и я не хочу тратить ни одной лишней минуты, прежде чем войду в нее, — спокойным тоном произнес Леви, а член Эрена, не успевший опасть, подернулся в ответ на эти слова. Не мешкая (и немного беспокоясь, что случайный любовник не подготовит его достаточно), Эрен взял два своих пальца в рот и с громким причмокиванием втянул. Леви наблюдал за ним исподлобья, и его зрачки будто бы снова становились у́же. Приподняв ногу, Эрен протолкнул влажные от слюны пальцы внутрь. Было немного неприятно, но это быстро прошло. Главное, что Леви смотрел на него, на его пальцы, сжимал двумя руками его бедра, помогал, поддерживая под одну ногу, чтобы больше открыть для себя. Эрен метко нашел простату и погладил ее, прикрыв глаза от удовольствия. И раскрыл, лишь когда почувствовал, что к его двум прибавился третий палец — крупнее. В этот раз Леви был бережнее и осторожнее, но все такой же упорный. Эрен постарался расслабиться и дышать глубоко, чтобы впустить в себя больше. Их пальцы скользили вразнобой, давили на простату, и член понемногу снова оживал, а поясницу простреливало удовольствием. — Кажется, достаточно, — хриплым голосом произнес Эрен, осторожно вынимая из растянутой дырочки свои пальцы. Но не Леви — он добавил два своих, что ощущалось немного больше, но не существенно, и тянул еще несколько секунд, словно бы проверяя качество, чтобы позже заменить пальцы на член. Он поднял обе ноги Эрена под колени, уперся членом в дырочку и толкнулся, входя терпеливо, пока Эрен уговаривал себя дышать через нос и не так часто. Ощущений было много, слишком много, почти невыносимо, и он почувствовал облегчение, когда член, наконец, вошел до предела. Леви тоже глубоко дышал, склоняясь вперед, и снова втянул Эрена в поцелуй. Это было голодно, мокро, жадно, с языками. На первую же попытку укусить его за губу Леви бросил короткое "не делай так" и продолжил поцелуи. Эрен стиснул его плечо и волосы. Леви сделал мягкое движение внутри. Они кончили, может быть, через какой-то десяток минут. Эрен — первый, в руку ласкающего его мужчины, и протяжно застонал, потому что тот двигался несмотря на его оргазм, все еще быстро, глубоко, жестко, прижав колени Эрена к его же плечам. Он посмотрел в глаза Эрена и слизнул сперму со своей руки, обсасывая каждый палец с наслаждением, которого Эрен не видел ни у одного любовника. Зажмурился, как сытая и довольная кошка, и кончил, сцепив зубы и наклонившись вперед. Его лоб уперся Эрену в грудь. Леви замедлился через несколько секунд, и они оба вздохнули, когда тот вышел и лег рядом. Эрен лениво перевернулся на бок, глядя на уставшее, влажное от пота, но удовлетворенное лицо любовника. — Может, как-нибудь повторим? — спросил он, прежде чем успел подумать. Леви не смотрел на него, и его губы искривило что-то, очень мало похожее на улыбку. Когда он повернул голову и повернулся рукой к лицу Эрена, погладил по щеке, словно лаская, его голос звучал холодно и спокойно: — Спи, Эрен, — и щелкнул его указательным пальцем между бровями. К утру Эрен больше ничего не помнил. Когда он проснулся, на улице уже было утро, и его будильник настойчиво трещал в утреннем полумраке. Пришлось встать, чтобы взять телефон со стола. Это оказалось не так просто: тело вело, как от слабости, и ноги плохо держали. На нем не было одежды, а желудок сжимался от пустоты. Эрен оперся о стол, оглядывая комнату и пытаясь вспомнить, что было вчера. Он не пил, точно ничего не пил. На кровати всё те же простыни, что были, когда они занимались сексом. С кожи на животе отшелушивались засохшие капли смазки, слюны и спермы, которые не собрал его вчерашний любовник. Когда он ушел? На лежала столе записка, но буквы расплывались, не желая собираться в слова. Не одеваясь, Эрен направился к холодильнику. Игнорируя подозрительные и холодные макароны, он нашел купленный вчера готовый сэндвич, вскрыл упаковку и вгрызся так, будто не ел целую вечность. Когда с бутербродом было покончено, он, пошатываясь будто пьяный, пошел в уборную. Резкий свет сначала резал глаза, но он скоро привык. В зеркале на него смотрел обычный утренний Эрен: заспанный и уставший. Он приветливо зевнул своему отражению, шагнул в душевую кабину и включил горячую воду. Ему отчего-то было немного прохладно, но горячая вода согрела его. Зубная щетка, тут же, в кабине, успокоила его утренним ритуалом. Яйца едва ли не звенели от пустоты, и это было приятно. Полотенце осталось где-то в комнате — Эрен нашел его на спинке стула, чуть влажное с вечера, и вытерся. Надев свежее белье, вчерашнюю рубашку и брюки, он наконец снова вспомнил о записке. Буквы наконец-то сложились в слова. «Спасибо за хороший вечер. У тебя охуенная задница. Ты уснул, поэтому я ушел. Не люблю оставаться на ночь. Прощай. Леви» Что ж, это все объясняло — он уснул. А Леви, как настоящий джентльмен, не стал его будить и просто убрался восвояси. Эрен прикинул, сколько проспал — часов одиннадцать, получается? Он уже давно не спал больше шести часов в день, так что такой «отрыв» кажется даже пугающим. Он быстро собрался, приготовил себе на общей кухне кофе, поздоровался с сонной Энни, которая даже не сразу услышала его, залпом выпил напиток и поспешил на работу. Сегодня у него должен был быть короткий день, поэтому можно будет уделить учебе больше времени и нагнать то, что он пропустил вчера.