Habits (and how they spread) / Привычки ( и насколько они заразительны)

      Члены геройского класса UA 1-A, в целом, довольно уникальная группа ребят.              Каждый из них обладает своей собственной индивидуальностью, проявляющейся в повседневной жизни. От непоколебимого энтузиазма Тору до напускной серьезности Теньи, их занятия и время, проводимое друг с другом, всегда были наполнены какой-то хорошо известной причудливостью или привычкой одного из них, которые умело встряхивали каждого, дабы все не потонули в учебной рутине.              Со временем каждый из ребят в той или иной степени выучил привычки своих одноклассников и адаптировался к ним, и из этого знания вытекло то, чего никогда нельзя избежать, проводя значительное количество времени в присутствии других, — шутки.              Самой распространенной из таких шуток была привычка одного Мидории Изуку погружаться в то, что большинство его друзей окрестили «Словошторм».              Всякий раз, когда мыслительный процесс Деку затягивался, и он начинал погружаться в то, что временами казалось бесконечным потоком мыслей, одному из его одноклассников неизбежно приходилось вытаскивать его из пучины, прежде чем кто-нибудь из учителей решал сделать это сам… и дополнять это наказанием за срыв занятий.              Поначалу его привычка пугала большую часть класса, но со временем шок прошел, и единственной реальной реакцией, которую они, похоже, испытывают на это сейчас, является крик: — Чья теперь очередь?              И когда Каминари начал слышать зарождение особенно напряженного словошторма во время занятий в гостиной и не хотел терять ту малую концентрацию, которой ему удалось добиться, он уже собирался довольно громко прервать его, но за секунду до крика остановил себя.              С каких это пор голос Мидории стал таким мягким?              Оторвавшись от учебника, он посмотрел через комнату на диван перед телевизором, где увидел обычное трио в лице Эри и ее «мамы и папы», сидевших там, ещё когда он пришел час назад, и со своего места возле кухонного угла он мог разглядеть зеленую и каштановую головы двух «родителей», переводящих взгляд друг на друга, и маленький белый комочек волос, сидящий между ними на диване.              Его любопытство достигло пика, после чего он решил подойти к дивану и, перегнувшись через спинку дивана, он увидел то, что потрясло его до глубины души.              Эри, наклонившись вперед, прикусила нижнюю губу и, настойчиво постукивая ногой, бормотала кажущийся бесконечным поток мыслей, интенсивность ее мыслительного процесса и само обилие ее многословия почти утяжеляли воздух вокруг нее, практически создавая впечатление, что ее мысли витают в воздухе над головами всех присутствующих, по спирали вырываясь из ее головы без каких-либо ограничений.              К его огромному шоку, у Эри был свой собственный «Словошторм».              Ему нужно рассказать всем.                            Изуку и Очако оказались в очень странном и довольно затруднительном положении: только что они говорили с Эри о своих планах на день, а в следующий момент они тонули в бормотании маленькой девочки.              — …В нескольких кварталах отсюда есть новая закусочная с раменом, о которой все время говорил дядя Ками, но дядя Тенья сказал, что там полно плохой еды, которая может вызвать «сердечный заступ», так что, возможно…              И они лишь только спросили ее, куда бы она хотела пойти пообедать, и как только она погрузилась в мысли, они не сумели ее остановить, ее речь становилась все более сбивчивой и быстрой по мере того, как она продолжала.              — …Конечно, есть ещё китайская кухня, из которого старший брат Серо постоянно привозит еду на вынос, но у старшего брата Шоджи аллергия на неё, и тетя Мина говорила, что от этого толстеют, поэтому мы можем…              У Деку сложилось отчетливое впечатление, что он смотрит на что-то очень знакомое, но он не мог точно определить, что именно.              — …А в кафе, куда дядя Кача всегда ходит, слишком остро для остальных, место, куда меня водили старший брат Шото и старшая сестренка Момо, слишком дорогое, также все странно посмотрели на старшего брата Минету, когда он сказал, что ходил в «кафе с кошкодевочками», хотя это звучит очень мило…              Очако, с другой стороны, точно знала, что делает маленькая девочка, и сходство с тем, как это делал Деку, было совершенно невероятным, но прямо сейчас первоначальный шок от того, что это вытворяла Эри, выбил из ее головы все знания, которые она приобрела о том, как остановить «словошторм», и все, что она могла делать, это с благоговением смотреть и изо всех сил держаться рядом с Деку, пока все шло своим чередом.              Как раз в тот момент, когда она собиралась предпринять попытки остановить это, она почувствовала, что вес дивана слегка сдвинулся, начиная с изголовья спинки, заставив ее и Изуку поднять глаза и обнаружить, что весь класс наблюдает за ней.              Мина и Тору достали свои телефоны, очевидно, записывая каждую прекрасную минуту, розовая героиня выглядела готовой лопнуть от радости, глаза сияли, а улыбка растянулась по всему лицу, когда она с восторгом прошептала: — Это самая милая вещь, которую я когда-либо видела.              Девушку-невидимку трясло, ну, ее одежда и телефон дрожали, очевидно указывая на то, что они с Миной были на одной волне, хотя все, что она, казалось, смогла сказать, было: — О Боже мой.              — Видите? — справа раздался голос Каминари, его собственная ухмылка соперничала с ухмылкой Мины: — Она действительно дочь своего отца! — он как раз убирал свой телефон в карман, увидев, что Мина уже вовсю размахивала камерой: — Я никогда этого не забуду.              — Разве одного из вас было недостаточно? — Серо потер голову, выглядя скорее раздраженным, чем изумленным, обращаясь в равной степени к Деку и невосприимчивой Эри, хотя уголок его рта время от времени подергивался вверх: — Штормоборство и так было занозой…              Деку покачал головой, наконец-то сумев немного сосредоточиться, но лишь настолько, чтобы в замешательстве уставиться на Серо: — Штормоборство? О чем ты?              — Так мы называем возвращения тебя к реальности, когда ты начинаешь очередной Словошторм, — засмеялся Киришима, его глаза остановились на Эри, а рот скривился в ухмылке, — И, похоже, наша работа только что удвоилась…              Изуку уставился на своих одноклассников: — У вас есть для этого название? — он покачал головой: — Неважно, просто… как вы вытаскиваете меня из этого? Эри-тян занимается этим уже несколько минут!              — О Боже мой.              Сато пожал плечами: — У каждого из нас свои способы, хотя я не думаю, что большинство из этих способов сработало бы здесь… — он почесал подбородок: — Может быть, если быстренько испечь для нее что-нибудь маленькое и положить ей под нос, как нюхательную соль…              Очако разрывалась между глупым смехом и жалостью к Изуку, первое чувство едва взяло верх, когда она слегка фыркнула.              Токоями искоса взглянул на него: — Я совершенно уверен, что нюхательные соли действуют не так… кроме того, — он посмотрел прямо на Эри, девушка теперь бормотала себе под нос о плюсах и минусах суши по сравнению с якинику, — Я не думаю, что давать ей больше пищи для размышлений было бы здесь полезно…              — О Боже мой.              — Обычно я кладу кусочек льда за воротник Мидории, — отметил Тодороки, из-за чего парень, о котором шла речь, одарил его равнодушным взглядом, чтобы как можно лучше передать, что он думает об этом конкретном методе: — … Хотя делать это с ней кажется немного… жестоким…              Момо постучала пальцами по предплечью, наморщив лоб: — Нам следовало принять меры предосторожности, — она покачала головой с разочарованным вздохом, — Было неизбежно, что это произойдет… — Изуку открыл рот, чтобы спросить, почему именно это было неизбежно, когда Тору заговорила еще раз.              — О Боже мой.              Кацуки, который до сих пор спокойно взирал на них всех, зарычал в гневе: — Ох, да заткнитесь, вы все! — он повернулся к троице на диване со своим фирменным зубастым видом: — Послушайте, я просто щелкну ее по уху, это всегда срабатывает на Деку, так что нет причин… что… это не… — он замолчал, заметив, что Очако и Изуку пристально смотрят на него, и легкое подергивание его глаза справа показало, что остальной класс делает то же самое: — …сработает на ней, — он вздохнул: — Хорошо, но что тогда прикажете нам делать? Просто ждать, пока она…              — Поняла! — внезапно воскликнула Эри, одним прыжком прервав свое бормотание, по-видимому, не осознавая, что она вообще это делала, и с улыбкой повернулась к Изуку: — Папа! Я хочу… — заметив прогиб дивана, она подняла глаза и увидела, что остальная часть класса смотрит на нее, наполовину с шоком, наполовину с беззастенчивыми ухмылками, и помахала им рукой: — О! Всем привет! — каждый помахал ей в ответ, Мина выглядела так, будто сдерживала слезы, когда улыбнулась, затем Эри повернулась к Изуку: — Папа, мы можем сходить в Макдональдс?              Изуку, все еще не оправившийся от этого испытания, смог только улыбнуться и кивнуть: — К-Конечно, Эри-тян, иди одевайся, и мы пойдем.              — Хорошо! — она встала с дивана и выбежала за дверь, на ходу поздоровавшись с остальными учениками.              Мина шмыгнула носом, ее губы задрожали, а в черных глазах заблестели слезы: — Эта девочка — настоящее благословение.              Аояма похлопал ее по плечу с мягкой улыбкой и кивком: — Конечно, настоящая, к тому же, — он повернулся к Изуку и Очако, которые только что закончили вздыхать с облегчением и посмотрели на него, увидев, что он пристально смотрит на них, — - Кажется, она наконец-то решила вопрос, на который долго не было ответа.              Очако приподняла бровь, глядя на блистающего блондина, подозрение пробежало по ее пояснице: — Какой вопрос?              — Вопрос относительно твоей привычки бормотать, mon ami, — ухмыльнулся он, — И теперь мы получили окончательный ответ, что это наследственное.              Изуку непонимающе уставился на него: — Что?              — Ну, если бы это было заразно, мы бы все этим занимались, но вместо этого единственная, кого мы видели за этим занятием, — наша драгоценная petite licrone, — что-то блеснуло в его глазах, — А почему бы и нет? Ее Papa делает это постоянно!              Изуку пристально посмотрел на него, его глаза расширились от понимания, прежде чем его лицо немного покраснело, он извинился и встал с дивана, чтобы собраться на прогулку, хотя, проходя мимо Аоямы, блестящий студент не мог не заметить, как уголок его рта слегка дернулся вверх.              Мина рассмеялась из-за этих слов, шмыгнув носом в последний раз, прежде чем повернуться к нему и сказать достаточно громко, чтобы услышали и Изуку, и остальные в комнате: — Будем надеяться, что ей не присущ дух соперничества Очако-тян, было бы странно видеть это!              Девушка, о которой пошла речь, вскочила с дивана по горячим следам Изуку, бросив на свою розовую подругу лишь короткий испепеляющий взгляд, прежде чем уйти.              Шоджи вздохнул: — В один прекрасный день вы двое зайдете слишком далеко.              Аояма рассмеялся: — Ну, конечно, это само собой разумеется.              Мина хихикнула: — Но они слишком упрощают нам задачу!              (В итоге класс пригласили присоединиться к троице в Макдональдс, даже умудрившись затащить Кацуки, а сотрудникам каким-то образом удалось сохранить хладнокровие, когда 21 подросток столпились рядом с кассой, хотя они были сбиты с толку тем, что такая орава даже ни разу не пожаловалась, в то время как маленькая девочка, не торопясь, решала, что заказать.              В итоге Эри настояла на том, чтобы они с Деку разделили детское угощение, на что он согласился, как только она пообещала ему, что они поделятся игрушкой, которая, как все могли догадаться, тоже прилагалась к ней.)