Отпустить - не значит забыть

      Это был первый праздник середины осени с Се Лянем в качестве небесного императора. Небожители суетились последний месяц, выполняя больше молитв, чтобы получить больше фонарей на праздник. Конечно все понимали, что в этом году состязание будет более зрелищным, поскольку Цзюнь У и его последователей больше нет. Обычно в числе первых были боги войны Севера, Юго-Запада и Юго-Востока, а также повелитель воды, что оставалось неизменным уже многие столетия. Но последний год многое изменил. Се Ляню отстроили храмы и последователи прибавлялись каждый день, Му Цин и Фэн Синь часто пропадали на заданиях, выполняя молитвы своих последователей, чем привлекали других людей, которые со временем начинали им молиться. Ши Уду и Пэй Мин отступать не хотели и за месяц решили активно взяться за своих последователей, нагружая и своих младших служащих. Линвэнь сходила с ума от количества свитков, которые начали заполнять все полки в хранилище. За несколько дней до праздника в дворец Се Ляня шумно ворвались Ши Цинсюань и Пэй Мин, перепугав младших служащих. Наследный принц, искавший книги в огромном шкафу, вздрогнул от шума и обернулся к богам. — Ваше Высочество! Где генерал Сюаньчжэнь? — впопыхах спросил повелитель ветра с красными от бега щеками. — Я не видел Му Цина несколько дней, что-то стряслось, Ваше Превосходительство? — Се Лянь озадаченно смотрел на улыбающегося Пэй Мина и огорчённого Ши Цинсюаня. — На территории генерала есть мой храм и недавно оттуда пришла молитва, что является довольно редким событием. Мне нужно разрешение Сюаньчжэня, чтобы я и генерал Мингуан могли орудовать на его территории! А я его как назло не видел с начала месяца. — Цинсюань задумчиво постучал веером по подбородку, а после отчаянно вздохнул. — Не удивлюсь, если он пропадает в Призрачном городе. Пэй Мин рядом издал свое любимое «хо-хо», а повелитель ветра ударил его веером по плечу. Се Лянь устало потёр виски и ответил на данный комментарий: — Боюсь вас огорчить, но мы с Фэн Синем вчера были в Призрачном городе и Сань Лан сказал, что не видел Му Цина больше месяца. Сейчас Призрачный город также готовится к празднику и в данный момент Градоначальник загружен не меньше, чем мы. — Наследный принц мягко улыбнулся на извинения повелителя ветра. — Вы не пробовали связаться с ним через духовную сеть? Цинсюань вопросительно посмотрел на генерала Мингуана, но тот отрицательно покачал головой и приложил пальцы к виску. Прошло несколько минут общения богов войны и Пэй Мин озадаченно смотрел на двух других богов. Се Лянь на мгновение испугался, что случилось что-то плохое и начал уже переживать за друга, как северный генерал успокоил его: — Генерал Сюаньчжэнь сказал, что сейчас действительно занят, но разрешил спуститься на его территории. А ещё попросил передать Его Высочеству, что возможно опоздает на праздник и просил не беспокоиться. — Се Лянь выдохнул, когда узнал, что все в порядке, а оживленный Цинсюань схватил генерала за руку, утягивая к выходу и бросая напоследок: — Спасибо за помощь, Ваше Высочество! На это Наследный принц лишь рассмеялся и вернулся к поиску нужных книг.       В день праздника все улицы небесной столицы были наполнены различными небожителями, везде было шумно, а красиво украшенные улицы светились яркими фонарями. Место торжества под открытым небом уже заполнялось богами, в воздухе витал запах изысканных вин и кружились изящные лепестки. Се Лянь непривычно сидел во главе стола, по правую руку сидел Фэн Синь, а место слева было свободно для опаздывающего Му Цина. Боги пили вино и беседовали, в этот день все забывали о своих обидах и вели себя вежливо даже с соперниками. Конечно, после праздника пойдут новые слухи и все вновь будут бороться за превосходство, но Се Лянь старательно не думал об этом. — Пришло время «Передай другому»! Ваше Высочество, прошу. — повелитель грома передал чашу из белого нефрита небесному императору и ушел под пологи красной ткани. Начались раскаты грома и Се Лянь наполнил чашу вином, передавая её Фэн Синю и так шло до окончания грома. Боги смеялись и ждали жертву, которой достанется чаша, впрочем, прервать показ можно было, заплатив сто тысяч заслуг. И вот первой жертвой стал Ши Уду, но он мгновенно отказался и заплатил заслуги. Никто не удивился, так как в прошлый раз пьеса была ужасной, где он и его брат оказались мужем и женой. И вот раскаты грома повторились и чаша остановилась в руках Фэн Синя под веселое хихиканье наследного принца. Пьеса была посвящена соблазнению одной девы неприступного генерала, а после она принесла ему ребенка, но тот отказался от него. Сам Юго-Востока сидел красный, как ткань закрывающая сцену, Пэй Мин лишь подначивал его и говорил, что в этом нет ничего ужасного. — Ха, Генералу большому члену, как всегда, не везёт. То пьеса о том, как он дарует детей, то о его личных похождениях. — все присутствующие обернулись на голос и застыли как их статуи. — Ваше Высочество, прошу прощения за задержку. К нужному месту шел никто иной как генерал Сюаньчжэнь, но его внешний вид был поразителен для всех. Не то чтобы он был одет во что-то необычное, по правилам боги приходят в том, в чем одеты их статуи, и генерал Юго-Запада был не исключением. Но его волосы. Все знали, что волосы для богов это нечто дорогое, но для Му Цина они были намного важнее. Серебристые локоны были до поясницы, всегда ухоженные и блестящие, поражающие своим цветом и мягкостью. Волос генерала касались лишь избранные. Се Лянь и Фэн Синь могли редко заплетать их или расчёсывать, Фу Яо помогал заплетать их на праздники, а у Хуа Чэна был приоритет среди всех и он мог касаться их в любой момент. Но для Му Цина было важное значение в том, что их когда-то расчёсывала и заплетала его мать. Эти волосы были очень дороги генералу и он их никогда не укорачивал, кроме случая, когда кончики обгорели из-за лавы. Но сейчас Генерал Сюаньчжэнь шел к своему месту с коротким хвостом, а по бокам были тонкие косы и несколько прядей обрамляли бледное лицо. Если распустить волосы, то длина доставала бы максимально до плеч. Эта картина настолько озадачила богов, что все забыли о игре и смотрели исключительно на Му Цина. Ши Цинсюань дёргал Лан Цяньцю за руку и что-то быстро говорил, но младший лишь смотрел на всех вокруг, совершенно не понимая такой реакции на простую смену причёски. Пэй Мин улыбался и смотрел на Линвэнь с разгорающейся интригой в глазах. Глядя на удивление на лицах Се Ляня и Фэн Синя, можно понять, что те об этом тоже не знали. — Все в порядке, генерал Сюаньчжэнь! Мы вас ждали. — Се Лянь отмер и улыбнулся другу, указывая на место слева от себя. Му Цин учтиво кивнул и сел на свое место, не обращая внимания на остальных. Небесный император пару раз кашлянул, намекая на продолжение игры, и налил в чашу вино. Повелитель грома вновь начал свою работу и игра продолжилась, отвлекая всех от удивления. Повторив действия ещё два раза игра закончилась, теперь боги ждали нужного времени для состязания фонарей. Многие хотели поговорить с Му Цином, но холодный взгляд сразу отбивал всех желающих. Сюаньчжэнь попросил Се Ляня и Фэн Синя отойти подальше от шума и поговорить, те сразу же согласились, все ещё пребывая в лёгком шоке. Когда Сяньле трио оказались на мосту, разделяющем дворец Се Ляня и главную площадь, Му Цин остановился спиной к друзьям, держась за перила и смотря на тихую гладь ручья. В его движениях была нервозность, как в день, когда он рассказал им о своих переживаниях и выслушал о том, как двое других видели ситуацию того времени. Вздохнув, Му Цин повернулся к другим богам с лёгкой печалью в глазах. — Всё в порядке, Цин-Эр? Вы с Хуа Чэном поругались? Что-то не так на твоих землях? — Се Ляня беспокоил не внешний вид друга, а его печаль и нервозность. — Ты только скажи, мы спустимся к Багровому дождю и напомним, что он нам обещал. — на слова Фэн Синя Му Цин привычно закатил глаза, но слабая улыбка коснулась его губ. — У нас всё в порядке, спасибо за беспокойство. Я хотел поговорить о другом. — Му Цин опёрся поясницей о перила и легко улыбнулся. — Я решил отпустить. Се Лянь с Фэн Синем озадаченно переглянулись. Отпустить? Хуа Чэна? Хотя он сказал, что у них всё в порядке, да и после возвращения Собирателя цветов под кровавым дождем Му Цин казалось расцветал с каждым днём сильнее. Значит отпустить не его. Он хотел отпустить их? Тоже навряд ли, после разговора и множества пролитых слёз они все вернулись к тому, с чего неизвестно как сошли ещё восемьсот лет назад. — Му Цин, да скажи уже что ты имеешь ввиду! Се Лянь сейчас поседеет! — и правда, Се Лянь уже побледнел и выглядел на грани паники. Неизвестно о чем он думал. — Ты же не, — небесный император запнулся, но вернул своему голосу уверенность. — Не собираешься отказаться от роли бога войны, верно? В ответ раздался смех, который наследный принц и бог Юго-Востока не слышали так давно. Последний раз Му Цин смеялся при них когда они были ещё обычными смертными и Фэн Синь уронил стеллаж в храме, а за ним как домино упали ещё три. Се Лянь и Фэн Синь впали в ступор. — Нет, определенно нет. Я слишком долго добивался этого всего, чтобы так просто бросить. — Му Цин казался свободным. Будто оковы, что сдерживали его столько лет, спали. — Я решил отпустить прошлое. Всю ту боль, которая следовала со мной столько лет. Конечно, это будет сложно, но с вашей поддержкой и Хуа Чэном, я справлюсь с этим. Я подумал, что начну с волос. Фантомные касания рук матери, боль от дерганий шисюнов из храма, запах горелых волос — я хочу это отпустить. Се Ляню казалось, будто перед ним упала самая яркая звезда на небе и сейчас искрит серебряным блеском. На глаза императора наворачивались слезы и он двинулся вперёд, обнимая друга. Для Му Цина эти простые действия были важными, он отказался от оков и готов был вновь светить. Казалось — это просто волосы, разве могут они быть настолько важными? А они могут. Многие воспоминания, хорошие или плохие, могли активироваться из-за такой простой вещи как волосы. Фэн Синь смотрел будто на призрака. Столько лет его друг дорожил ими, словно это самая дорогая реликвия в коллекции самого богатого человека в мире, а сейчас он готов отпустить прошлое и жить настоящим. Бог Юго-Востока подошёл к друзьям и крепко обнял их. Конечно он не плакал, как Се Лянь, но он улыбался. Самая искренняя улыбка из всех, которую Фэн Синь когда-либо показывал. — Цин-Эр, я так рад за тебя, ты всегда можешь на нас положиться. — голос наследного принца был влажный, но слова были искренние. — Я знаю, и за это я вам очень благодарен. Спасибо. — Му Цин прижимался ближе к друзьям, чувствуя спокойствие на душе. — Все же отпустить — это не значит забыть. Я всегда буду помнить все, что случилось, но я хочу вспоминать это с лёгкостью, а не с болью на душе.       Успокоив Се Ляня и приведя себя в порядок, друзья вернулись на праздник под заинтересованные взгляды. Пришло время небесных фонарей. В этом году роль за подсчет фонарей Се Лянь отдал Фу Яо, за отличную работу в течение текущего года. Младший служащий светился не хуже фонарей, пока объявлял результаты. И вот они дошли до пятерки. — Пятое место — Дворец Мингуан и четыреста пятьдесят восемь фонарей! — Пэй Мин улыбался своей привычной улыбкой, но было видно, что он ожидал большего. — Четвертое место — Дворец Наньян и пятьсот восемьдесят пять фонарей! — Фэн Синь фыркнул, зная, что дальше должен быть Му Цин, который обогнал его в этом году. — Третье место — Дворец Повелителя воды и пятьсот девяносто девять фонарей! — Фэн Синь переглянулся с Му Цином, не веря, что кто-то мог обогнать Ши Уду, кроме Се Ляня. — Второе место — Дворец Сяньлэ* и восемьсот тридцать шесть фонарей! — толпа небожителей зашептались, ожидая услышать итог первого места. Небо окрасилось в оранжево-красный цвет, а количество фонарей было сложно посчитать. Прекрасная картина заставила всех замереть и с наслаждением смотреть на живописное небо, украшенное тысячами фонарей, которые были посвящены лишь одному богу. Му Цин смотрел на фонарики с изумлением. Было безумно красиво, свет фонарей нежно окрашивал все вокруг и стремился все выше. — Первое место — Дворец Сюаньчжэнь и три тысячи семьсот одиннадцать фонарей! — Фу Яо засмотрелся на завораживающее зрелище, но придя в себя повернулся к толпе небожителей и подвёл итоги. — В этом году победил Дворец Сюаньчжэня! Первым хлопать стал Се Лянь, смотря на друга с нежностью, понимая, кто все это организовал. Вскоре толпа начала аплодировать и поздравлять победителя, но сам генерал не мог оторваться от фонарей. Это было невероятное чувство. Му Цину казалось, что его любили настолько сильно, насколько он никогда бы не заслужил. Запустить столько фонарей — это ещё одно, но создать их — это просто невозможно. Неудивительно, что последний месяц Хуа Чэн говорил о своей занятости. — Цин-Эр, это так красиво! Поздравляю тебя! — Се Лянь подошёл к другу, отвлекая его от мыслей. — Ты сейчас спустишься к нему? — Я могу? — Му Цин обернулся к императору, который кивнул ему. — Спасибо, Се Лянь. И неизвестно в какой раз Му Цин ввёл наследного принца в ступор. Раньше бог войны не мог себе позволить назвать его «Се Лянь», только «Ваше Высочество», не более. Но теперь все было иначе и это очень нравилось Се Ляню. Му Цин ушел настолько быстро, насколько это было возможно. Спустившись в Призрачный город, где тоже был праздник, Сюаньчжэнь направился сразу же в Дом Блаженства. По пути многие демоны приветствовали его, некоторые даже кланялись в знак уважения. В самом Доме Блаженства своего бога ждал сам князь демонов, ухмыляясь своей неизменной улыбкой. Как только дверь в покои демона открылись, Хуа Чэн выпрямился. Му Цин выглядел запыхавшимся, его хвост чуть съехал в сторону, а щеки слегка покраснели. Хуа Чэн замер, замечая длину волос своего возлюбленного. — Это ты? — Му Цин подошёл к Хуа Чэну, смотря в единственный глаз. — Тебе понравилось? — но ответом послужил поцелуй, который говорил намного больше. Хуа Чэн ответил с удовольствием, не углубляя поцелуй, а лишь нежно касаясь губами. Руки привычно потянулись к кончикам серебристых волос, но длина не позволила, поэтому рука легла просто на поясницу, прижимая ближе к себе. Му Цин оторвался первым и запечатлел ещё один поцелуй на щеке, а после пошел к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. — Честно ли это вообще? Даже у небесного императора меньше. — бог поправлял хвост, иногда поглядывая на медленно приближающегося демона. — Я твой самый верный последователь, А-Цин. Разве я не могу запустить столько фонарей, сколько ты заслужил? — Хуа Чэн подошёл достаточно близко и просто наблюдал за ловкой работой пальцев, которые завязывали идеальный хвост. — Боюсь небеса будут стоять на ушах ещё долгое время. — Му Цин усмехнулся, догадываясь, какие будут новые слухи. В это время Хуа Чэн берет одну из коротких прядей в руку и нежно целует, вдыхая приятный персиковый аромат. Му Цин видит это в отражении зеркала и невольно улыбается. — Тебе очень идёт, А-Цин. — Му Цину кажется, что он просто тает от всех действий князя демонов. — Давай поженимся? Бог кажется давится воздухом и резко оборачивается к собеседнику. Хуа Чэн выглядит так уверенно, что не оставляет сомнений в искренности его слов. — Ты меня сегодня действительно хочешь довести? — Сюаньчжэню чувствует как щеки горят, а глаза невольно становятся мокрыми. — Да, конечно да, А-Чэн! Они разделяют поцелуй под луной, которая пробивается через окно. Они разделят ещё и всю свою бессмертную жизнь. И Му Цин отпустит свое прошлое, всю боль и страх, но он никогда не отпустит Хуа Чэна, хотя тот и сам никуда не хочет уходить.