intraveneus stroom

когда дубина впервые бьет током, он старается не показывать этого. разряд кажется ему даже приятным, он тянется по плечу, оставляя фантомный след руки августа. голландец хлопает диму по плечу, говоря что-то вроде "Je hebt het goed gedaan, mijn liefste." лейтенант не вдавался в подробности перевода, но мягкий голос обволакивал всего молодого человека и ему оставалось только надеяться, что говорил ван дер хольт что-то приятное. второй раз ток бьет, стоит только диме в порыве смеха похлопать ван дер хольта по спине. колючие искры разрезают руку, заставляя отпрянуть и взглянуть на голландца с тенью смущенной полуулыбки. "чем ярче эмоции, тем сильнее ток циркулирует по венам". эти слова бьются о черепную коробку лейтенанта и он не знает, вызваны эти эмоции удачной шуткой или внезапным тактильным контактом. так или иначе, дубин возвращает свою руку уже на плечо хольта, ловя ладонью мелкие искристые разряды, а глазами слабую полуулыбку августа. третий раз разряды тока неприятно стучат по ребрам, но не могут по своей силе перестучать сердце дубина. а оно, кажется, скоро выпрыгнет прямо через горло, либо забьётся в самые пятки. но дима не обращает внимания ни на ток, что лизал под кожей, ни на лихорадочно и густо краснеющие уши. август ван дер хольт обнимал его. обнимал и сам был не намного спокойнее дубина, судя по искрам, так и срывающимся с пальцев. стоило дубину положить свои ладони ему на лопатки, стягивая пальцами ткань явно дорогущего пальто, разряды тока становятся то слабее, то сильнее, немного отрезвляя. август первым отходит на безопасное расстояние, на котором языки тока не доберутся до молодого лейтенанта. отходит и счастливо, искренне так улыбается. чуть позже, успокоив ноющее сердце и усмирив полыхающие внутри эмоции, глава оружейной империи вновь обнимет, не забыв нашептать в ухо дубину все комплименты, на всех знакомых языках. больше дима не считает, сколько раз его легонько обдавало током, стоит только подарить легкий поцелуй в щеку или взять за руку в машине. дубин думает, что сбился бы со счета еще после четвертого раза, когда в один день хольт подарил ему не букет роз или новую технику, а смазанный поцелуй в губы, сдобренный тысячавольтным разрядом тока от волнения.