Из теней

Дорога одновременно была утомительной и интересной. Конечно, Катри не сидела сиднем в Хайгардене всю свою жизнь – они бывали в соседних замках, бывали в Староместе у дедушки Лейтона, но никогда она ещё не оказывалась так далеко от дома. И никогда не должна была остаться там одна. Конечно, с ней до самой свадьбы останется Гарлан, а при дворе регулярно ошивался – другого слова не подберёшь! – Лорас, но не будет ни бабушки, ни Уилласа, ни даже родителей. Те сказали много пустых слов на прощание, бессмысленных советов, которые всё равно ей не подходили. Из неё была так себе леди, признаться честно – никакого там хлопанья ресниц, томного румянца и придыхания, в то время как мать всегда была словно в плену своих представлений о жизни благородной дамы, а отец… просто слишком давно они с Катри перестали друг друга понимать. Уиллас – другое дело. Наверное, среди прочих братьев Катри выделяла именно его – спокойного, не по годам мудрого, знавшего толк и в деле – немалая часть забот грандлорда доставалась ему уже сейчас, и не меньше – в хорошей шутке и даже каких-никаких общих развлечениях. Пусть верховые прогулки ему редко позволяло совершать увечье, но именно он научил Катри стрелять из арбалета по мишеням – это успокаивало куда лучше, чем вышивание, хотя не сказать, что Катри была в нём так уж плоха. Жаль, что Уиллас никак бы не смог поехать. Гарлан тоже её любил, а она любила его в ответ по-своему, он дал ей дельный совет – для начала постараться стать с мужем союзниками, соратниками, а потом время покажет. Но Семеро, каким же иногда ужасным занудой он был! – Не гони лошадь вскачь! – крикнул он издалека очень осуждающим тоном. – У тебя впереди свадьба, а не похороны со сломанной шеей! Чем ближе к Королевской Гавани, тем больше он опекал его по мелочам – Катри даже сорвалась на него пару раз, но уж такими оба выросли. Гарлан – занудой, а сама Катри… Что ж, ей ещё, должно быть, предстояло с этим определиться в незнакомой, так сказать, местности. Королевская Гавань поражала одновременно размерами – куда там Староместу! – и запахами. До них Староместу было тоже далеко, но это был не комплимент Королевской Гавани. Катри едва подавила желание зажать нос и ехать так до самого Красного Замка, а там спросить в прачечных хорошую такую прищепку и надеяться, что сойдёт за модное в этом сезоне в Просторе украшение. Ну или хотя бы на то, что роза ветров над замком позволяет всему этому чудесному в своей непередаваемости аромату держаться от замка где-нибудь подальше. – Прямо скажем, не розы, – с непроницаемым лицом заметил Гарлан, догоняя её, благо ширина улицы позволяла ехать верхом бок о бок. За ними выстроился точно так же десяток хайгарденских гвардейцев – на дорогах было неспокойно. Они уедут вместе с Гарланом. Служанок, как пояснила бабушка, по договору ей нельзя было взять с собой. Смешливая Мина теперь будет служить Маргери. Подруги, хоть у Катри их было не так много, постепенно выходили замуж и разъезжались по замкам своих супругов. В Королевской Гавани жизнь придётся начинать заново – в неизвестности, без единого союзника. Что ж, бывает и похуже, хоть и нечасто. – Запах роз, если честно, уже порядком поднадоел, – отозвалась Катри, попытавшись скопировать голос бабушки. Кажется, удачно – Гарлана аж передёрнуло. Бабушки он не то чтобы боялся, но старался любить её на достаточно большом расстоянии. – Вылитая бабушка, – подтвердил брат и поёжился. – Всё недосуг было спросить, – ехали они медленно, и почему бы не занять время задушевными разговорами, благо в шуме толпы их вряд ли кто-то услышит? – Почему ты так её пугаешься? Гарлан помолчал несколько мгновений, прежде чем дать ответ: – Я не пугаюсь, Катри. Я просто не понимаю её, вот и всё. От того, что ты не понимаешь, лучше держаться на расстоянии, достаточном для подготовки к неожиданностям, особенно если они ещё и неприятности. – Совет назначить тебя Маршалом Простора был неприятностью? Гарлан пожал плечами: – Смотря с какой стороны. Но он, для начала, не был неожиданностью. После… несколько неудачного военного опыта отца бабушка спала и видела переложить на кого-то командование армией. «Даже в свои шестнадцать ты будешь всяко лучше Мейса – трудно оказаться хуже него», — вот что она мне заявила. А чего хочет бабушка… – Того обычно приходится хотеть всем, – кивнула Катри. – Благо советы она и вправду даёт дельные… обычно. – Не знаю, насколько дельным был этот, – Гарлан невесело хмыкнул. – К этому готовили Уилласа, но мне повезло оказаться на турнирах, когда я был всё же постарше него. И усидеть в седле, и даже выиграть несколько к вящей отцовской радости. Эту тему обычно старательно обходили молчанием, но Катри всегда считала, что разочаровалась в отце именно в тот день, когда поняла – в увечье Уилласа было виновато по большей части желание отца получить поскорее юного героя турниров. Гарлану, а теперь постепенно и Лорасу удавалось воплотить в жизнь эти чаяния, но Дому Тиреллов и его наследнику они встали в слишком большую цену. Почему-то многое из желаний отца вставало в большую цену, и Катри училась быть осторожной в своих ожиданиях. Ей было нужно только своё место под солнцем и хотя бы несколько человек, заслуживающих доверия – впрочем, в самые тёмные минуты своей жизни она думала, что эти амбиции будут ещё почище отцовских. – Дай Семеро, тебе не придётся проверять свои таланты в настоящем бою, – отозвалась Катри, и вправду на мгновение задумавшись о Семерых. Они не слишком-то часто откликались на её молитвы, но по крайней мере их поддержкой стоило заручиться в отсутствии любой другой. – Я тоже не горю желанием, но зависит это не от меня, – Гарлан, не выпуская поводьев, попытался развести руками, выглядело почти забавно. – После Восстания Грейджоя в королевстве разве что разбойники шалят, но кто знает, не придёт ли новая напасть. – Сам знаешь, письма я читаю, – Катри состроила на мгновение виноватое лицо, Гарлан только хмыкнул без лишнего одобрения. – Лорд Тарли отзывался о тебе… как лорд Тарли, конечно, но это было что-то максимально близкое к слову «одобрение», когда речь заходит о нём. – Знаю, – Гарлан задумчиво кивнул. – Жаль, не подумали заранее послать меня оруженосцем к нему, а не к Зелёным Фоссовеям. – Или хотя бы к Красным – у вас с Леонеттой было бы больше времени на знакомство, – заметила Катри не без умысла. Кажется, Гарлан сам не всегда замечал, что при одном упоминании Леонетты его лицо разглаживается, а в уголках губ мелькает улыбка. – Быть может, я и хотел бы встретить её раньше, – задумчиво и с затаённой нежностью отозвался он, – но в любом случае всё… сложилось? Не так важно, как рано начать, важно то, сколько шагов вы сделаете навстречу. Терпения ему было не занимать – в отличие от самой Катри, к вящей её досаде. Даже на мейстерских уроках она всегда изводилась как на иголках, особенно если это было что-то навевающее скуку навроде навигации какой-нибудь. Благо сейчас скучную дорогу помог разнообразить разговор, а тем временем Красный Замок приближался. Его высокие стены, хищные башни навевали смутную тревогу, но Катри не могла понять, в чём же дело – помимо того, что впервые видела свой будущий дом, по крайней мере на какое-то время. Когда её будущего мужа посвятят в рыцари, останутся ли они тут? Или уедут на Утёс? При мысли об Утёсе, а особенно – о его лорде, стены Красного Замка начали казаться значительно привлекательнее. Лично встречаться ей с Тайвином Ланнистером, по счастью, не доводилось, но бабушка увлечённо пересказывала ей все факты, слухи, сплетни и байки, окружавшие имя королевского тестя. Даже если делить их на десять, личность получалась крайне интересная и не вызывающая желание переходить ей дорогу, даже если та будет коридором в отхожее место. Тяжёлые ворота были распахнуты настежь, решётка поднята, стражники изобразили невиданную бодрость при их появлении. Или не изобразили и впрямь были рады видеть кого-то кроме водовозов, золотарей и прочей обслуги. – Лорд Гарлан Тирелл и леди Катри, его сестра, – отозвался Гарлан на вопрос стражи, протягивая им письмо с печатью королевы. Как поняла Катри, всё, что касалось её будущего брака за пределами переговоров – встречи, приготовления и прочее в том же духе – было в ведении королевы, и Катри заранее предчувствовала череду весьма неприятных моментов. Первой радостью Красного Замка были покои – небольшие, но уютные, выходящие в тенистый сад под западной стеной Крыла Королевы. Крохотная спальня, небольшой солярий, и при этом всём даже собственная ванна – воистину постарались покойные строители! Одно огорчало – Гарлана поселили в гостевом крыле, а значит за ней специально хотят внимательным образом проследить – и кто знает, что доложат королеве... После этого вывода хотелось не принимать ванну, а завернуться в занавески в три слоя, но это был Красный Замок – Катри подозревала, что в стенах больше тайных ходов для шпионов, чем собственно камня, и никакие шторы тут делу не помогут. По крайней мере, частью её приданого было множество новых платьев – не может дочь Хранителя Юга предстать перед королевским двором как кухонная замарашка. Выбор тканей и даже самостоятельное участие в вышивке несколько улучшало настроение Катри ещё в ту пору, когда слухи о браке ещё не обрели имя – «Эртур Ланнистер». Имя, во всяком случае, красивое, если его носитель окажется хорош собой, как сулила бабушка – это несколько утешит её, но лучше ему было оказаться страшным как лик Неведомого, зато склонным рассмотреть её как союзника, а не врага. Служанка постучалась лишь тогда, когда Катри успела выбраться из заранее наполненной ванны – открывать пришлось в одном полотенце. Возникшая на пороге девушка глядела испуганно и виновато, и Катри предпочла избавить себя от многословных извинений. – Ты вовремя, милая… как тебя звать? – как можно дружелюбнее, с поправкой на навалившуюся враз после горячей ванны усталость, спросила Катри, открывая дверь пошире. Служанка посмотрела на неё так, будто никто прежде не спрашивал её имени – или имени у неё не было вообще. – Д-джейн, леди Катри, – она склонилась в поклоне, будто спохватившись. По сравнению с бойкой Миной, которая и надерзить иной раз могла, бедняжка Джейн выглядела забитой донельзя. Стоило бы её расшевелить, хотя пока Катри не имела особых сил на это предприятие, но служанки, боящиеся лишнее слово сказать – непорядок. А ну как надо будет порасспрашивать – о модах при дворе или, например, о чьих-то привычках, как старожилку? – Так вот, Джейн, ты вовремя – поможешь мне расчесать волосы, платье на завтра подобрать. Завтра же разложишь вещи, как я скажу. Комнаты Катри в родительском доме обычно представляли собой некоторый хаос, с которым Мина боролась с переменным успехом и помощью ещё двух служанок. Здешние комнаты выглядели так, будто их мыли три дня без перерыва и до блеска. Даже спать здесь было как-то страшно – а тем временем близился закат, к тому же после дороги и ванны Катри клонило в сон. Пока волосы расчешут и переплетут, пока уляжется – вот уже и солнце сядет. Расчёску в руках Джейн Катри почти не чувствовала, пальцы Джейн, заплетающие на ночь косы, казались невесомыми. – Ты прекрасно справляешься с причёсками, – заметила Катри будто невзначай. – Наверное, опыт у тебя большой. – Я… я несколько раз помогала самой королеве, леди Катри, она сочла, что я достаточно хороша, чтобы прислуживать вам. Джейн было едва ли четырнадцать, и этим можно было объяснить, почему с такой наивностью она всё ещё оставалась жива. Значит, её величество решила от щедрот передать ей пусть не самую значительную, но личную служанку, которая от невеликого ума растреплет всем о любом шаге Катри. Не то чтобы прямо сейчас она собиралась делать что-то вразрез с правилами, но само знание того, что лучше даже лицо недовольное не строить, её угнетало. Оставшись одна в стремительно сгущавшихся сумерках, Катри долго – непривычно долго для себя вглядывалась в них, потеряв счёт времени и не в силах заснуть. Слишком много мыслей, слишком много нового и непривычного. Слишком много неуверенности и неизвестности. Она ещё с вечера поручила Джейн передать Лорасу, что они с Гарланом прибыли в Красный Замок, а также настоятельную просьбу о разговоре с глазу на глаз. Собственно, ожидался младший братец к завтраку, и появиться он не замедлил – порядком сонный и, едва они обменялись вежливыми приветствиями в присутствии Джейн – Катри тут же отпустила её широким жестом и велела не приходить раньше, чем через два часа – Лорас с вожделением уставился на отвар дорнийских зёрен. – Пока не дашь себя обнять – никакого отвара! – полушутливо пригрозила Катри, и Лорас, рассмеявшись в ответ, всё же потянул её в долгие, крепкие объятия. За несколько лет, что они не виделись, Лораса стало не узнать – вырос не вдвое, конечно, но прилично, в плечах раздался. На подбородке уже начинала пробиваться щетина, голос вообще не узнать стало. Но это был он – её младший брат, его густые каштановые кудри и искристые карие глаза, широкая улыбка и привычка в задумчивости кусать губы. О том, насколько Лорас изменился не снаружи, а внутри, Катри приходилось только гадать по письмам. Те исправно приходили раз в месяц, но содержали мало полезного – в основном рассказы об очередном турнире и восторги по поводу лорда Ренли, не так давно превратившиеся в страстную влюблённость. Насколько Лорас был слеп – ещё предстояло проверить, потому что начинать разговор с фразы «а твой любовник, часом, не подлец?» было не только глупо, но ещё и бесцеремонно. Поэтому идти стоило хоть немного, но издалека. – Здесь порой скучновато, – Лорас пожал плечами. – Во всяком случае, мне – в Штормовом Пределе хоть какие турниры собираются, а тут король… ну, в последние годы он не особенно интересуется этим. Развлекаемся как можем, – он весело, проказливо улыбнулся. – Разве у лорда Ренли нет обязанностей, которые могли бы его занять? – если слухи бабушки были верны, то Ренли предпочитал о своих обязанностях даже не вспоминать. Лицо Лораса сделалось почти что пристыженным. – Он… действительно порой ими пренебрегает. Ему скучно, если не на что отвлечься ненадолго – или надолго. Во всяком случае, он жаждет общества – моего или дружеского, а там уже и забывает обо всём. Он… хороший человек, – Лорас опустил глаза, но всё же закончил неожиданно твёрдо, – и я люблю его за это, имей он сколько угодно подобных недостатков. Повисла тишина. Катри, чтобы не делать её неловкой, разлила по прискорбно маленьким чашкам – надо сказать Джейн, чтобы принесла в следующий раз побольше – ещё дорнийского отвара. – Я надеюсь, что ты будешь счастлив, Лорас, – сказала Катри, потому что не знала, что сказать ещё. Брат выбрал, пусть выбор его стоил по меньшей мере косых взглядов, усмешек и перешёптываний за спиной, а то и чего похуже. Ей не грозило ничего из этого – как и, собственно, сам выбор. – Надеюсь, что ты тоже будешь, – отозвался Лорас тепло и добавил: – Я говорил с Эртуром Ланнистером не далее, как на той неделе, и он вроде как хороший парень. Катри едва не выронила чашку. – И как вы пересеклись? На тренировочной площадке? Лорас помотал головой. – Нет. Он всегда на той, что у башни Белого Меча, видел мельком – его кузен его загонит за Узкое Море своим подходом. Мы с Ренли обычно у самого Крыла Короля… Нет, просто он дружит с сиром Реем Арренстоуном, бастардом Лорда-Десницы, а тот – не Десница, сир Рей, временами приносит Ренли бумаги на подпись. Ну, те, что, по-хорошему, стоило бы разобрать самому Ренли… Катри подавила смешок, а также мысленно сделала себе отметку – новое имя. – В общем, сир Рей передал мне просьбу твоего жениха о встрече, а я согласился – надо же было на него посмотреть? – Лорас широко улыбнулся и быстро, едва заметно пожал плечами. – И что скажешь, ну, помимо того, что хороший парень? Это как-то… неконкретно. «И этого чудовищно мало». В животе поселился ледяной ком, а в груди сделалось пусто, и это раздражало, потому что было бессмысленно. От её страха ничего не изменится. – Ну, спокойный, мне показалось – стеснительный. Говорит складно, вежливый. Спрашивал о твоих интересах, о характере… – начал перечислять Лорас. – Боюсь даже представить, что ты ему нагородил, – усмехнулась Катри. – Надеюсь, не про арбалет? – Нет, – Лорас покачал головой. – Но и не про розы. Оба рассмеялись. Когда ты Тирелл, от самих роз, запаха роз, вышивки с розами и шуток про розы сложно не устать уже к десятому году жизни. – Сказал, что любишь подискутировать по всяким острым вопросам, что чистая правда, – продолжил Лорас, отсмеявшись. – Что пытливая, острая на язык и наблюдательная. И что тебе не стоит льстить и говорить банальности – заскучаешь. Катри перевела дух – несмотря на всю неистребимую наивность Лораса, переговоры у него вышли вполне пристойно. Она хотела было что-то добавить, но в дверь настойчиво постучали. После досадливого – «войдите!» – от Катри, на пороге появилась незнакомая служанка. – Королева приглашает вас и ваших братьев на ужин в свои покои, где вы познакомитесь с женихом. В шесть вечера, – бесстрастно выдала посланница и, молча поклонившись, удалилась. По телу Катри пробежала короткая дрожь – то ли страха, то ли предвкушения. Лорас кисло поморщился. – Это будет очень скучно и достаточно неприятно. – Не хочешь идти? – Не хочу, – подтвердил Лорас, но тут же добавил: – Но пойду всё равно. Три розовых куста будут смотреться на этом вечере куда лучше, – он подмигнул Катри, и за его словами читалось очевидное – «надо же уколоть львиное семейство нашими шипами». Катри улыбнулась – страх постепенно отступал. Они проговорили ещё недолго, а потом пришёл черёд разбора платьев, обустройства, затем – долгая подготовка к ужину. «Вырастая – крепнем», – повторяла Катри про себя, когда впереди показалась высокая дверь покоев королевы. – «Три розовых куста окажутся не по зубам хоть целой толпе львов». Дверь без скрипа распахнулась.