***
Они запустили кассету, сели на диван, немного отстранившись друг от друга, и стали смотреть. Это было странное ощущение — просто сидеть рядом друг с другом, когда по телевизору мелькают разноцветные картинки. Санни почувствовал, что ему хочется поговорить с Базилом, нормально провести с ним время, а не сидеть и молчать в тряпочку. — Санни? — прервал молчание Базил. Он выглядел взволнованно. — Почему ты так смотришь на меня? Санни быстро отвернулся к экрану. — Я немного отвлекся, извини. — Все в порядке? — Базил немного убавил громкость. — Да, а что? — О, м-м, неважно. — А ты как? — спросил Санни. — А-а что я? — Ты выглядишь... — он сделал паузу и посмотрел на своего друга. Блондин сидел сложив ноги на диване, положив руки на колени и барабаня по ним. Казалось, он вот-вот свернется в клубок. — ...напряженно? — наконец парень закончил фразу. Базил теперь выглядел еще более взволнованным. — Ох... прости, э-э... — он с трудом подбирал слова, развернулся лицом к Санни и замер. Санни хотел спросить еще что-нибудь, копнуть глубже, но Базил выглядел так, будто вот-вот сломается. Он не хотел рисковать, чтобы их совместное времяпрепровождение снова пошло наперекосяк и привело к еще большему стрессу для них, поэтому он решил воздержаться от расспросов. Он постарается думать только о фильме и о том, что смотрит его вместе со своим другом. Сделав глубокий вдох, Санни встал. Нужно как-то разрядить обстановку. — Хочешь... кхм... чего-нибудь перекусить? — спросил Санни, оглядывая кучу разнообразных закусок, которые приобрела его мать. Базил быстро подключился к теме. — К-конечно! Что у вас есть? — Наверное, все. Базил приостановил мульт и присоединился к другу, на его лице появилось слегка шокированное выражение, когда он увидел весь ассортимент закусок. — Я не ел большую часть из этого уже много лет, — с недоверием сказал Базил. — Что бы ты хотел, Санни? Брюнет порылся в куче. Там был пакет с чипсами барбекю, и он вспомнил, что они ему раньше нравились. Он взял их и посмотрел на Базила. — А ты? — Ох, что есть такое на голодный желудок будет лучшим вари... — — Просто возьми себе что-нибудь. Глянь, сколько всего. Базил хотел было запротестовать, но вскоре любопытство взяло верх, и он начал заглядывать глубже в кучу. В конце концов он остановил свой выбор на пакете с мармеладками. Он поднял его двумя руками, чтобы показать Санни. Рытье в куче вредной еды полностью отвлекло их обоих, и они возобновили просмотр мультфильма. Они сидели на одних и тех же местах, вскоре Санни попросил немного конфет у блондина, и когда Базил с трудом дотянулся до Санни, они придвинулись ближе друг к другу. А потом и вовсе чуть ли не плечом к плечу уселись рядом, от чего Санни было трудно сосредоточиться на фильме. Его слегка подташнивало, вероятно, от конфет, которые он заставил себя съесть. Несмотря на это, он чувствовал себя вполне довольным; смотря мультики, поедая всякую ерунду, он снова чувствовал себя ребенком.***
Через некоторое время мультфильм закончился, и они сидели в тишине, пока шли титры. Санни откинулся на спинку дивана, ожидая, когда музыка стихнет. — Может, поужинаем? — предложил Санни, хоть и чувствовал себя вполне сытым, но ему хотелось продолжить вечер. Он встал, не в силах больше сидеть на месте. Базил выглядел неуверенно. — Если хочешь, наверное. — Стой, кажется вспомнил, мама же мороженное купила. Будешь? — предложил Санни еле держась, чтобы не засмеяться, увидев, какое лицо скорчил Базил. — Санни, ты не... ты не можешь ужинать мороженным, — ответил Базил, но захихикал от предложения друга. — Хотя... звучит неплохо, — улыбнулся он. Санни подошел к морозилке на кухне и открыл ее. Там лежала баночка клубничного мороженого. Санни взял ее, достал две ложки и вернулся к дивану. Базил тем временем снова рассматривал кассеты. — Может быть, посмотрим что-нибудь из тех кассет, — говорил Базил, не отрывая взгляда от коробок кассет. Затем перевел взгляд на друга, — так что теперь ты выби... оу, ты правда купил мороженное? Ничего не говоря, Санни просто протянул ложку Базилу, затем пожал плечами. — Я понятия не имею, какие из них хорошие, выбирай лучше ты дальше. — Ладно. Хм... как насчет... — блондин провел пальцами по коробкам, — вот этот? После долгого "заточения" в четырех стенах Санни не очень то разбирался в фильмах, что вышли не так давно, поэтому он согласился с тем, что предложил Базил. Он встал и поменял кассеты местами. Спустя полфильма и слишком много мороженого Базил зевнул. — Я... кажется, объелся. — Я тоже, — зевая ответил Санни. — Этот фильм немного... ну, скучный, — сказал Базил, нервно глядя на брюнета. Санни согласился. — Может, закончим на сегодня и пойдем ко мне комнату? — А-а- конечно! — ответил Базил. Он не выглядел так, будто не согласен, но что-то в нем, все-таки, было не так. Санни убрал мусор и выключил телевизор. Базил неловко стоял рядом с диваном, не зная, стоит ли ему двигаться, поэтому он просто обхватил себя руками и ждал, пока друг закончит с уборкой. Было еще не так поздно, но солнце уже село. Выключив телевизор, они оказались при слабом освещении, Санни пришлось проморгаться, чтобы избавить свое зрение от каких-то теней, ползущих в его сторону. Ему вдруг стало холодно. — Пойдем, — с неожиданной решимостью сказал Базил. Он схватил Санни за руку и потянул его в сторону его комнаты. Брюнет удивился, когда его потянули за руку, но последовал за другом. Они вошли в комнату Санни, он включил лампу на тумбочке у кровати. Базил отпустил его руку и нервно огляделся по сторонам. — Мне все еще... аха-а, не нравится темнота, — объяснил он с нервной улыбкой. — Извини, что так тебя дергаю. — Все в порядке. Базил промолчал. — Итак... — начал Санни, чувствуя себя неуютно в тишине. — Мы могли бы построить этот форт из подушек, — предложил Базил полу-серьезно. За неимением лучшего предложения они решили так и сделать. Они взяли несколько подушек с дивана, одеяло, которое мама положила на комод для Базила, и вещи с кровати Санни. Даже без Кела и без всякой практики последних лет у них вскоре получился настоящий форт из подушек. Он был немного маловат для двух подростков, но их это вполне устраивало. — Возвращает прямо в детство... — вздыхал Базил, ложась на спину и потягиваясь. — Что будем делать теперь?***
Санни завел с Базилом разговор о растениях в его доме, и вскоре после этого они перешли к школе, к случайным делам, которые они делали. Например: Санни пересказал один из своих ярких снов, что снились ему в прошлом, а Базил вспоминал дни, которые они проводили вместе, будучи детьми. Упоминание имени Мари было немного болезненным, но все равно было приятно обсудить, по крайней мере так думал Санни. Брюнет заметил, что Базил замолчал. Неужели Я отключился? Если да, то как долго я так сидел? Он повернулся лицом к другу и увидел на лице Базила страдальческое выражение, а вынужденная улыбка грозила вот-вот треснуть. Его голубые глаза выдавали его. Светловолосый заметил, что Санни смотрит на него, и нервно рассмеялся, после чего шумно сглотнул. — Могу я... спросить тебя... кое о чем? Санни не понравился тон голоса Базила. — Это ведь... нормально? Что мы вот так просто... ну... — Что? — спрашивал Санни, не понимая, к чему клонит друг. — Проводим время вместе, притворяясь, что все хорошо, в то время как остальные... — Базил опустил взгляд, и Санни заметил, что тот снова начал ерзать. — Мы снова обманываем себя? Санни не смог ответить. — Это неправильно — смотреть фильмы, есть конфеты и притворяться, что мы все еще дети, и... — дыхание Базила участилось, — пока Кел и Обри, и... — он вздрогнул, резко вдохнув, — Хиро, — брюнет наблюдал, как в глазах Базила набухают слезы, — пока им больно, из-за м-меня, нас, я-я... — его глаза расширились, а рот не мог вымолвить больше ни слова. Санни был в шоке. Он вдыхал и выдыхал, изо всех сил успокаивая себя, а затем заставил Базила присесть. Мальчик был сильно вялым, и он боялся, что Базил потеряет сознание, или его стошнит, или... Он усадил его, положив руку на спину Базила, и, не задумываясь, обнял друга. — Я так долго ненавидел себя, — говорил Санни голосом, едва вырывавшимся из его горла, — я и сейчас так время от времени все еще ненавижу себя, но, — ему пришлось задуматься, что же ему ответить — ты сказал мне, что мы должны верить им, что они нас простят, мы сказали им правду. Мы сделали то, что... — очередной туман в голове не позволил ему закончить фразу. — М-гх, Базил, — попытался продолжить он, удерживая друга на месте, — мы не притворяемся, что все в порядке. Базил тихо запротестовал. — Я ненавидел себя, ты, наверное, тоже. Мы не можем... больше делать это. Мы не можем продолжать ненавидеть себя, — Санни тихо усмехнулся. — По крайней мере, так мне говорили на терапии. Санни все еще был потрясен. Он был удивлен, шокирован, опустошен тем, как легко Базил поддавался эмоциям, как легко он мог сломиться, и как мало чем Санни мог помочь ему, и его осенило, каково было его лучшему другу в последние годы. — Я рядом, Базил. Все будет хорошо. Эти слова, казалось, должны были заставить Базила отшатнуться, но хватка Санни не позволила ему этого сделать. Подросток старался дышать как можно ровнее, чтобы дать другу хоть какую-то опору. Прошло немало времени, прежде чем Базил успокоился. Его лицо было полностью красным. Он вытер нос и отвел взгляд. — Прости, что тебе пришлось видеть это, — заявил Базил, без каких-либо эмоций в голосе. На его лице было столько стыда, и Санни ненавидела каждую его частичку. — Я выгляжу жалко, правда? — Нет. Базил пожал плечами. — Базил? Светловолосый парень слегка повернулся к нему, по-прежнему не глядя ему в лицо. — Ты лечишься? Он покачал головой. — А что так? — Мне пришлось бы рассказать Полли, обсуждать это с родителями и-и в общем вот. — Тогда обговори это! — твердо сказал Санни, заставив своего друга вздрогнуть. — Я подумаю, — без всякой убежденности ответил Базил. Санни не знал, что на это ответить, и их разговор превратился в долгое, неловкое молчание. Ему было трудно собраться с мыслями, придумать, что сказать дальше, но спустя целую вечность Санни прошептал: — Я беспокоюсь о тебе. Базил взглянул на Санни. В его глазах было столько всего; глубины, чувств, и брюнета это сбивало с толку. — Я постараюсь помочь тебе, хорошо? Базил вздыхал, на этот раз более ровно и связно. — Спасибо, Санни, — он тепло улыбнулся.