Я прощаю тебя.

      Безлюдное, тихое место, сейчас ты можешь быть собой, либо же кем-то другим, никто этого не увидит. Именно в это время, ночью, Ллойд Гармадон сидел на одной из высоток Ниндзяго Сити, где на данный момент ничего не происходит, никаких нашествий змей, ужасных Оверлордов, и всяких Гармадонов. Казалось бы, эпоха ниндзя подошла к концу, но что есть у ниндзя, кроме спасений жизней и защиты слабых? Джей с Нией отлично проводят время вместе, даже пошли на клятву инь-ян, и в будущем у них будет семья. Коул часто стал пребывать в Шинтаро, и укреплять отношения с принцессой. Кай взял себя в руки и наконец смог сам лично встретиться со Скайлор, которая помогла ниндзя решить проблему своего эгоизма. Зейн и П.И.В.В.Ж. также счастливы вместе.       Ниндзя нашли счастье в любви, в узах, ради которых стоит жить. А Ллойд? Ллойд тоже счастлив, счастлив, что у него есть друзья, ради которых он готов на многое. Вот только с любовью ему совсем не повезло, как в романтическом плане, так и в семейном. Нет, безусловно, у него есть любимая мама и дядя, которыми он сильно дорожит, как и они им, только в глубине души мастеру хотелось иметь подобные узы и с отцом. До момента, когда Гармадона воскресили, он успел смириться с тем, что его отец больше никогда не вернется и он научился жить с этим дальше. После того, как Гармадон пожертвовал собой ради спасения Ниндзяго, Ллойд не знал что ему делать дальше, он потерял не только дорогого члена семьи, но и направление по жизни, он боялся, кем мог стать, кем мог вырасти без него.       И вот, великий Лорд Гармадон снова в мире живых, ниндзя успел сразиться и против него, и вместе с ним против Они и Оверлорда. И как только Ллойд стал верить в то, что его отец сможет измениться и уже делает все в своих силах, так сразу он покинул его. А если быть точнее то вернулся к своему новому другу Вини. Ллойд был снова опустошен, казалось бы, он снова смог почувствовать ту самую связь отца и сына, успеть проникнуться им, успеть привыкнуть к его компании и к его сложному характеру, успеть смирится с его сущностью, успеть…привязаться.       Ллойд сидит и размышляет обо всем этом, и пришел к такому выводу — если бы его отца не воскресили, то сейчас бы не был в таком разбитом виде. Если бы не Харуми, и ее безумные желания, а ведь и она та, которая также изрядно потрепала моральное состояние ниндзя.       Спустя все произошедшие с ним события, к мастеру снова вернулся страх. Он видел, кем может стать, когда разозлиться, и это его до жути пугало. Он очень боялся своей сущности Они, и не потому, что это со стороны страшно выглядит, а потому, что он боялся в таком облике навредить дорогим людям в своей жизни, боялся, что останется таким навсегда, станет злым, станет как его отец, с такими же повадками, характером и мировоззрением. С тех пор он не допускал даже капли негативных эмоций, если замечал, что кто-то начинает ссорится, или где-то назревает драка, он не спешил помочь все разрешить, а наоборот, скорее покидал эпицентр конфликтов, за что не гордится.       И вот он сидит в тихом городе, в гордом одиночестве и все накопившиеся эмоции волной накрывают его и он пускает слезы. Он понимал, что это слезы негативных эмоций, а это означало, что он все-таки поддался этим эмоциям, за что он возненавидел себя и слезы только усилились. Ллойд редко плачет, почти никогда не плачет, не позволял себе такого, но сейчас, в безлюдном городе, где ты можешь быть самим собой, без всяких масок или быть кем-то другим, он смог позволить себе такое.       Внезапно сзади послышались тихие шаги, и если бы город не спал, то их было бы не слышно. Мастер не стал оборачиваться, ведь не услышал ничего, полностью отдавая фокус внимания себе и своим мыслям. Но когда он боковым зрением заметил как кто-то сел рядом с ним, он поднял голову и взволновано посмотрел на сидящую рядом девушку. Это была Харуми.       Юный Гармадон смотрел на нее несколько секунд, пока не осознал в каком состоянии находится и поспешил вытереть слезы руками и отвернулся, хотя понимал, что его уже застали плачущим. — Ллойд… — Осторожно произнесла девушка, нежно положив руку ему на плечо, отчего тот вздрогнул. — Поговорим? — Ты ведь этого и хотела, правда? — Спокойно, но с ноткой злобы проговорил Ллойд. Когда-то Харуми сказала, что хочет, чтобы Ллойд впустил в себя пустоту, увидеть отчаяние в его глазах. И говорила она это не один раз. И сейчас он хорошо понимал, что именно из-за нее сейчас он сидит весь разбитый и опустошенный. — О чем ты? — Невинно спросила Харуми, наклонив голову ближе к лицу ниндзя, дабы увидеть его эмоции. — Поздравляю, ты добилась своего, я… — Он сжал зубы, недоговорив, ему помешали вновь хлынувшие слезы. Харуми заметила резкий вдох мастера и начала волноваться. — Ллойд?       Тело ниндзя характерно вздрогнуло от очередного резкого глубокого вдоха, после чего послышался тихий всхлип, который Ллойд всеми силами старался подавить, как свои эмоции в последнее время, от которых сейчас и идут эти слезы. Он старательно пытался удержать поток слез, но от этого лучше не становилось. Тогда он смирился, и в тот же момент полностью отдался своим чувствам и дал полную волю слезам. Харуми почувствовала вину, но не могла дать ей оправдание. Хотя причина лежит на поверхности. Она провела рукой, что лежала на плече по спине к другому плечу, охватила второй рукой его голову и прижала к себе. Ллойд даже не предпринял попытки сопротивления, послушно прижался к ней, держа свои руки в расслабленном состоянии около своих ног.       Харуми только сейчас поняла, о чем хотел сказать Ллойд, и да, она добилась своего. Она увидела его опустошенным, но рада ли она? Конечно нет, ей от этого стало только больнее, что значило, она к нему испытывала какие-то сильные чувства. Она осознала, что буквально просила Гармадона, чтоб тот убил Ллойда, помогала Оверлорду сражаться против него, но при этом при каждом удобном случае приглашала его на свою сторону. А это уже было знаком, что ниндзя ей не безразличен. Только тогда она не понимала своих чувств, сейчас же, она поняла, что такими выходками она лишь хотела особого внимания к себе, но не чьего-либо, а именно внимания Ллойда. И скорее всего она хотела узнать, что делал бы Ллойд, потеряв все, однако она не знала, что он и до ее выходок многое пережил.       Будь на месте парня сейчас кто-то другой, она бы не стала даже подходить, что уж говорить про утешительные объятья. Теперь, Харуми поняла что чувствует на самом деле к Ллойду, и что из-за своего эгоистичного желания внимания, она дала сильную трещину по его сердцу. — Прости… Умоляю прости меня Ллойд! — отчаянно сказала она, почти срываясь на крик. — Я понимаю, что сделала это с тобой, я на самом деле не этого хотела, совсем не этого. Но я только сейчас осознала… — Харуми, хватит этих игр масок. — Спокойно проговорил он, он хотел верить ее словам, но понимал, что такому человеку как Харуми нельзя ни за что доверять. — Я…Я люблю тебя… — Уже тихо произнесла девушка, заливаясь слезами.       Ллойд почувствовал как Харуми заплакала, но все равно, он не мог ей верить, кому угодно, но только не ей. Но его сердце искренне хотело, чтоб слова, которые она сейчас произносит были правдой. — Ты говорила это и раньше… Еще в храме Они, когда ты…показала настоящую себя… — Ллойд ей не верит, но по прежнему остается в ее объятьях. — Ты мне не веришь…и правильно. Даже если ты не веришь мне, я все равно хочу искренне извиниться за себя. Я сильно виновата перед тобой, да и перед всем городом тоже. Но сейчас я правда изменилась, ты можешь этого и не замечать, думать что это всего лишь маска… Однако я поняла важную вещь… — Харуми подняла лицо Ллойда двумя руками, держа его в своих ладонях и заглянула в мокрые красные глаза. От этих глаз ей становилось больнее, но и ему от ее глаз тоже… — Ллойд… Я безумно люблю тебя, и мое безумие в том, что я шла на безумные идеи, чтобы привлечь твое внимание, чтобы ты думал обо мне, и твои мысли были полностью заняты мной… Сейчас я сильно сожалению о своих поступках, и хочу чтобы ты простил меня… Мне…больно видеть тебя таким… — Харуми плакала и смотрела прямо в глаза Ллойда, который сейчас внимательно слушал каждое слово и уже в шаге от того, чтобы вновь довериться ей. В его голове сейчас идет бойня между сердцем и мозгом. Ллойд хочет ей верить, но знает что нельзя. Знает, что будет только хуже, но разве может быть еще хуже? Сейчас нет никаких опасностей, ниндзя пока не нужны городу, а значит, если что-то и случится с Ллойдом, то никто другой от этого уж точно не пострадает. — Харуми. — С надеждой произнес Ллойд, смотря на лицо девушки, на лицо без всякой маски, настоящее, искреннее в эмоциях, без какой-либо лжи.       Принцесса еще долго смотрела в глаза ЛЛойда и уже немного успокоилась, прежде чем вновь заговорить. — Не верь мне, просто позволь мне сделать это… — Она приблизилась к лицу напротив и нежно коснулась губами губ ниндзя, это был даже не поцелуй, обыкновенное прикосновение, но со всем спектром эмоций. Неожиданно для нее Ллойд углубил поцелуй, тем самым все решив для себя. Они целовались жадно, вкладывая в поцелуй все что у них сейчас было на душе и в сердце. Первым поцелуй прервал Ллойд и серьезно посмотрел на девушку. — Знай, не смотря на то, что произошло раньше, и что бы дальше не случилось, я полюбил тебя в нашу первую прогулку той самой ночью, и буду любить тебя всегда.       Харуми было больно это слышать, но одновременно с тем она была счастлива, сейчас они оба испытывали одни и те же чувства. — Я прощаю тебя. — Ллойд… Я не позволю, чтобы кто-то причинил тебе вред. — Она обняла его за плечи. — Хватит слез. — Сказал он, и обнял ее в ответ, крепко прижимая к себе.