Священный конец

Эдвард Нигма был юным священником, только что вступившим на службу. «Бедный, бедный мальчишка… Он ещё не знает, какой путь ему предстоит пройти, прежде чем стать тем, кем ему предназначено стать,» — старик покачивал головой из стороны в сторону и манерно приложил к щеке свою морщинистую руку, на которой красовалось кольцо с надписью «Dum spiramus tuebimur». Парень медленно и нерасторопно шел навстречу своему первому «бесноватому». Конечно, он был не один, его сопровождал более опытный священник. По-другому быть и не могло. Имя опытного быстро забылось Нигмой. Слишком глуп, нетерпим и ленив данный ему в наставники священник. В его взгляде было видно, что он раздражен тем, что стал «наставником», как он думал, «глупого мальчишки». Откуда об этом знал Нигма? Да этот «наставник» так и сказал ему, как только узнал о своём назначении. Глуп он был по простой причине — он не смог дать ответ на лёгкую загадку Нигмы. Это сразу показало, что его наставник плохой вариант для сближения до точки дружбы. И лень данного ему наставника была видна невооружённым глазом: как он закатывает глаза, кладет пальцы на переносицу и с раздражением смотрит на храм во время служения. Пока молодой Нигма размышлял о глупости людей вокруг, они подошли к воротам «бесноватого». Его наставник постучал в калитку, и за воротами послышался шум и шорканье тапок. Дверь открыла уже старенькая бабушка, иначе её не назвать: её всё ещё озорные кудри словно выцвели. Её глаза горели… но не озорством, а печалью. Весь её вид показывал, как она устала от груза ответственности, лежавшего на ней как груда камней. «Ох-ох! Молодые люди, вы пришли как раз вовремя. Моему сыночку опять плохо!» — хоть и бабушка была усталой, её голос был всё так же приятен и эмоционален. «Здравствуйте, миссис…?» — вопрос так и сквозил в голосе наставника. «Мисс… Мисс Гертруда, сэр,» — чуть громче чем надо поправила бабушка наставника. «Мисс Гертруда, что произошло? Можете нам довериться, мы пришли, чтобы помочь вам,» — голос наставника был липким и приторно сладким, словно мёд скоро потечёт из его рта. «Ах… Ах! Конечно, дорогие священники. Представляете, вы у нас не первые священники! Прошлые отказались излечить моего бедного-бедного сыночка! Так на счёт сыночка, говорят, что он заключил сделку с самим дьяволом!!! Господи, ну и бредни, правда, господа? Как по мне, просто мелкий бес прицепился к моему сыночку! Легко же изгонять таких! Ко мне однажды бес мелкий прицепился, не понаслышке знаю, как это страшно и больно! Не сам по себе мой мальчик всё это делает! Он у меня вообще очень добрый и заботливый, и слова против не скажет,» — когда разговор пошел о её сыночке, как данная мисс сказала, то Нигме почему-то пришёл образ избалованного и пухлого мальчишки лет четырнадцати. Но когда они вошли в комнату сыночка, вместо избалованного и раздражающего мальчика был молодой человек, его волосы беспокойно распластались по подушке, сам молодой человек был под большим и мягким на вид одеялом. В самой комнате почему-то воняло гниющим трупом. «Освальд,» — тихонько мисс Гертруда покачивала парня, — «проснись, сынок.» Медленно парень разлеплял глаза и чуть проморгался. Вдруг он, кроме своей мамы, заметил двух мужчин и резко сел, словно испугался. Вдруг Гертруда тихонько встала и пошаркала обратно из комнаты сына, так как понимала, что сейчас будет лишь мешать. «З-здравствуйте,» — парень неловко сложил свои руки в замок и положил их на колени. «Здравствуй, Освальд. Нам стало известно, что ты с бесами водишь дружбу? И сделку, говорят, совершил,» — наставник начал давить на парня сразу, не дав даже глотнуть воздуха. Нигма посмотрел на «наставника» с осуждением. В его голове сразу начали зарождаться подозрения на счет его наставника. Как можно настолько непрофессионально начинать диалог, словно он не священник и они находятся не в доме «бесноватого», а прямо сейчас сидят в допросной полицейского участка."В-вы что! Святой батюшка! Неправда это всё, врут все слухи! Видите ли, ко мне прицепился бес! Никак сам я не мог сделки заключить, как я мог? У меня матушка и долги, я не хочу уходить раньше положенного мне! Жить хочется!» — может, и в начале парень заикался, но теперь он стал повышать голос, и тон его был разочарованным. Нигма поверил, а наставник понял, что просто всё не обойдется. Начать надо прямо сейчас, парень не признается, хотя всё очень легко читается. И наставник тихо, тише шёпота, начал читать молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, пощади меня грешного и услышь моление моё. О, Господи Всемогущий, Отче Небесный, прибегаю к Твоей милости и прошу Тебя, разорви всякую сделку и всякий договор с врагом рода человеческого.» Услышав, что наставник начал читать молитву, Нигма начал вспоминать данную молитву. И быстро сообразив, что за молитву начал читать наставник, начал читать, тоже тихо и осторожно. Что бы ни думал Нигма про своего наставника, а он был достаточно зорким, чтобы заметить ложь и скверну в душе Освальда. Всё же Нигма, сколь ни хвалился своим умом, был новичком. «О, Вседержитель, разруши его козни и освободи душу раба Твоего Освальда от власти дьявола. Очисти его сердце и разум, утверди его в вере, надежде и любви к Тебе. Даруй ему силы для борьбы с искушениями и огради его от всякого зла. Да будет благословенно имя Твое во веки веков. Аминь.» Вдруг что-то начало происходить. Парень начал трястись, и из его рта потекла пена… не белая, а… красная. Похоже, вперемешку с кровью. Нигме стало плохо, из его носа потекла небольшая струйка крови. Из парня начало исходить черный дым (?), пар (?). И вдруг этот дым полетел в Нигму. Наставник пытался помешать дыму попасть в Нигму, но Нигма по инерции взял глоток воздуха, и вместе с воздухом в него вошёл дым. Нигма упал на колени, а Освальд упал на кровать. Для начала наставник быстро подошёл к Освальду и проверил пульс. Найдя его, он отправился к Нигме, проверил и его пульс. Вдруг дым вышел из Нигмы, конечно, не бесследно, но пока это было незаметно. Наставник проследил за дымом, а сам дым быстро вышел через открытую форточку. Раздраженно цыкнув, мужчина взял Нигму на руки и вышел из комнаты Освальда. Всё это время за дверью стояла обеспокоенная Гертруда. Увидев бессознательного Нигму, она пару секунд наблюдала за священниками и вошла в комнату. Из комнаты послышался жалобный всхлип и быстрое дыхание. Чтобы не расстраивать бабушку ещё больше, наставник вышел из дома и быстро направился к калитке. За ними никто не последовал, и священники без проблем вышли из дома Кобблпотов. Вдруг наставник резко ударил Нигму по щеке так, что Нигма сам подскочил, а наставник убрал руки, и Эд упал на асфальт «Ауч!» — парень начал потихоньку вставать, потирая бок, об который приложился копчиком. — «А можно было повежливее?! И что это произошло в доме? Почему ты меня не предупредил? Что за фигня произошла только что?!» Нигма был не то что в замешательстве, он был в шоке. За годы практики его никто не предупреждал об этом. «Господи, какой ты нытик!» — наставник раздраженно смотрел на Нигму. — «Это был быстрый экзорцизм, так как я хочу побыстрее вернуться с выполненной задачей, а ты меня замедляешь!» Нигма посмотрел на наставника гневным взглядом, и господи, как же он жалел, что не умеет испепелять людей взглядом. Но все же, собравшись, Нигма резко сменил гнев на милость и стал спокойным, как вода в озере. «Хорошо, раз вы так хотите быстрее вернуться обратно. Пошлите,» — спокойным голосом сказал Нигма и направился в сторону церкви. Наставник улыбнулся одними губами и последовал за Нигмой. *** Нигма резко поднял корпус и открыл глаза. Первое, что он увидел, — это глаза. Светло-коричневые глаза. «Привееет,» — парень, что был перед ним, летал… Стоп, что?! Он осмотрел парня перед собой. Это был парень в фиолетовом стандартном мужском костюме, его волосы были словно вороньи. И вдруг Нигма вспомнил. Пять лет назад, его первое задание. Парень, заключивший сделку, его наставник и собственный провал в памяти. «Освальд!» — быстро сообразив и забыв промолчать, воскликнул Нигма. «Ооо, Загадочник помнит меня!» — в глазах напротив горел огонек любопытства и озорства. «Загадочник.?» — Нигма был в недоумении, откуда парень перед ним знает его старую кличку? Что вообще происходит? И какого вообще черта он летает и делает у него дома?! «Хах, Загадочник, ты такой раздраженный, но ты должен бояться меня! Ведь теперь я с тобой, пока не оплачу тебе долг!» — все еще веселым голосом сказал Освальд. «Какой к черту долг?!» — в голосе Нигмы проскальзывало не только раздражение, но и страх. «Ах, понимаешь, милый Загадочник! Ты меня освободил от нужды подчиняться одной бестолковой дьяволице, и я подчиняюсь тебе!» — совсем спокойно и мирно объяснял, словно ребенку, Освальд. «Как я мог тебе помочь? Я ничегошеньки не сделал?!» — Нигма боялся, то, что происходило, совершенно не вписывается в его жизнь. Какой к черту слуга?! Он, блять, священник и ему даже общаться с бесами вне работы нельзя! «Глупый, ты, конечно, ничего не помнишь, но я-то все помню! Но это не важно, ты не поймешь, да и объяснения займут уйму времени, просто прими это как факт!» — Освальд озорно посмотрел на Нигму и совершенно бесстрастно облизнул нос Нигмы. «Чт.! Фу! Отойди от меня!» — страх в глазах Нигмы был более чем осязаем, и он попытался отползти, но ему помешала стена. Он закрыл глаза и прикрыл голову руками, словно это его спасет. «О Сатана, помоги мне,» — подумал Освальд и просто исчез из комнаты. Открыв глаза через минуту полнейшей тишины и увидев, что остался один, он посмотрел на будильник. «О, Бог, я опаздываю!» Нигма стал переодеваться и одел свою одежду священника, как из ниоткуда появился Освальд. «Я с тобой, Загадочник!» — нежно прошептав это, Освальд опять пропал из поля зрения Нигмы.