Наклейки

Цукаса не так давно полюбил наклейки. Они были яркие, блестящие, мягкие, на любой вкус и цвет. А обклеивать ими лицо было по-своему эстетично. Процесс выбирания, какую наклейку и куда прилепить, доставляло особое удовольствие. Кому дать щенка, цветочек, сердечко. Клеить на щёку, нос или лоб. Иногда на шею и руку. И это своеобразное увлечение не обошло участников труппы стороной. После каждого выступления они получали по одному стикеру и довольные расходились. Это стало некой традицией. Так и сейчас. Шоу закончилось, а значит настало время для наклеек. С которыми попутно будет идти похвала, а после они выйдут к зрителям. Будут освещать весь зал с блястяшками на лицах. Актёры проходят за кулисы, в ожидании своих стикеров. Цукаса, уже привычным жестом, подзывает всех к себе. — Вы отлично поработали! Даже лучше, чем ожидалось, вы большие молодцы. — Тенма упирает руки в боки, безумно гордясь своими мини-звёздами. Все на это действие только пускают смешок и подходят к нему ближе. — Цукаса-кун, а можно сегодня я сама себе выберу?! — Эму каждый раз пыталась удостоиться такой привилегии, но все прошлые разы заканчивались неудачей. Её настойчивости можно позавидовать. Тенма подпирает подбородок рукой. — Хм... Это выступление далось нам намного сложнее, да и времени было мало. Справились вы превосходно, не смотря ни на что, так что, думаю, сегодня вы можете выбирать сами! — Отори сразу же подходит к наборам наклеек, у которых уже было отведено специально место. Она пробегается взглядом по наклейкам, выбирая самую красивую. Руи с Нене, переглядываясь, подходят следом. Девушки довольно быстро определяются со своим выбором, уходя к зрителям в зал. Заставлять их так долго ждать было бы не очень хорошо. А Руи в свою очередь зависает. Цукаса не может идти без него, так что подходят к нему, начиная немного переживать. Камиширо заметно нервничает. За столько времени работы вместе и дружбы, понять, что у участников на душе было не так трудно. — Руи, что-то случилось? На лице расцветает ухмылка, от чего Тенма теряется. Обычная смена настроения для режиссёра, но всё равно не привычно. — Цукаса-кун, давай я выберу для тебя наклейку? — ухмылка, которой лидер никогда не доверял, но доверял Руи, поэтому неуверенно кивает. А вообще, что может быть такого страшного в наклейке? — Закрой глаза. — О боже, что ты задумал?.. — Цукаса мнётся, но закрывает их. Шуршание от упаковки не слышно, скорее еле уловимое копошение в карманах. Со стикера снимают клейкий слой и Тенма ощущает липкую поверхность на уголке губ. Он ощущает пальцы Руи, что надавливают сильнее, в результате чего немного сползают на сами губы. Цукаса чувствует как краснеет, а вот Камиширо походу очень спокоен. Думает он и даже не подозревает, что точно такие же красные щёки и у него. Режиссёр так же волнуется и смущается. — Можешь открывать глаза. — В один миг вся уверенность и игривость пропадает. Руи поскорее отворачивается, пытаясь справиться со стыдом. Тенма подходит к зеркалу, всматриваясь в своё лицо. На нём была наклейка с надписью, которую он не может прочитать. Она была отзеркалена. Узнать самостоятельно, что же на ней написано, было проблематично. Цукаса обращает свой взгляд на Руи, который ещё немного и перекусит ладонь. Почему тот так переживает? — На ней написано «давай встречаться?» Земля буквально ушла из-под ног, а на щёки накатил только больший румянец. Оба стоят как два идиота, не в силах даже посмотреть друг на друга. Краснеют и закрывают лица руками. Цукаса хотел ответить, но слова в горле перекрывало смущение. Сейчас он ощущает себя девочкой из средней школы. — Прости, я пойду если... — Его хватают за рукав, не давая уйти. — Стой! Ничего не говори. — Цукаса начинает перебирать наборы наклеек. А у Руи, кажется, сердце в пятки ушло. Он ужас как волнуется. А Тенма смущённо проговаривает: — Ты тоже закрой глаза. Камиширо не просто закрывает, жмурит их, весь напрягаясь. Лидер не может не улыбнуться. Руи очень милый, отрицать бессмысленно. Поэтому он с гордым видом клеит стикер тому на лоб. Признаться честно — открывать глаза было страшно. Казалось бы, всего одно слово, а режиссёр покрывается седьмым потом. Стыдно, как же стыдно. Ноги становятся ватными, но к зеркалу подойти надо. На наклейке всего две буквы, даже думать не надо, что же написано. Смущение как рукой снимает, за место него приходит радость и привычная ухмылка. Руи прямо-таки кидается в чужие объятия, весь сияя. Его чувства взаимны, только этого для хорошей жизни не хватало. Тенма посмеивается, руками поглаживая того по спине. Их давно ждут в зале, но прерывать такой момент не хочет никто. — Цукаса-кун, я могу тебя поцеловать? — он сильнее обнимает лидера, запутываясь носом в его волосах. По всему телу будто проходит разряд тока. Просьба очень неожиданная... но не согласиться стало бы гигантской ошибкой. — Да... Можно. У Руи потрескавшиеся, покусанные и сухие губы, но как же, до звёздочек перед глазами, приятно. Оба без опыта, целуются как могут и никогда не пожалеют, что были друг у друга первыми. За эти минуты было очень неловко, как никогда в их жизни. Но они рады, что побороли себя и закончили на такой прекрасной ноте. Сладкой, счастливой и до одной звезды перед глазами, приятной. Пару раз у обоих чуть не съезжают губы на щёку, но они продолжают целоваться и целоваться. Это всё похоже на сон. На мечту. Всё идёт так хорошо, что просто сложно в это поверить. Обнимаются всё сильней, буквально стараясь стать едиными целым. Передают через эти касания все свои чувства. Но всё же поцелуй заканчивается и они отлипают друг от друга. Быстро приходят в сознание, приводят себя в порядок и готовятся выйти к зрителям, которые их уже заждались. Но перед этим Руи клеит ещё одну наклейку Цукасе на нос. — И что же там написано? — на лицах у обоих лёгкие улыбки и прямо-таки сердечки в глазах. — «Я тебя люблю», Цукаса. — Собственное имя без суффикса, с уст любимого человека, ещё и с такими словами отдаётся эхом в голове. За кулисы забегает Нене, расспрашивая парней почему они так долго. Камиширо следует за подругой, говоря, что и Тенма скоро подойдёт. А тот просто в каком-то своём мире. Это правда похоже на сон. — Я тоже люблю тебя, Руи... — Проговаривает совсем тихо, пробуя на вкус. Цукаса ещё успеет дать прочувствовать эти слова Камиширо, а пока с трепетом касается наклейки и с самой ослепительной улыбкой выбегает в зал. Весь оставшийся день оба будут переглядываться, пока ничего не понимающие девушки будут выпытывать у них, что случилось, тыча пальцами в наклейки. Но это они обязательно расскажут потом.