Возрождённая в пламени и крови.

Тьма... Пустота, погруженная в ткань пространства и времени. Ни голосов, ни света, ни духов за завесой, ведущих вас сквозь нее. Всем, что ожидало её по ту сторону смерти, оказалась полная темнота. Все её чувства и эмоции притупились. Остались только воспоминания. В жизни Дейенерис было мало моментов, когда она была действительно счастлива. И почти все они были связаны с людьми, которых она потеряла. Но она потеряла не только их. Дейенерис потеряла свою невинную сострадательную душу, что стремилась помогать всем нуждающимся. Она не хотела быть королевой праха и пепла. Но стала ею. Она сама стала своим же кошмаром. Тираном, которым всегда считала Роберта Баратеона. Безумной, такой же безумной как её отец, Эйрис, прозванный Безумным королём, и брат Визерис, что потерял рассудок в погоне за мнимой идеей, что подданные желают видеть его на железном троне. В такой же погоне, она потеряла и свой… Никто не смог бы остаться в здравом рассудке после того, что она пережила, не смог бы остаться живым после распада тела и души. Это разъедало её существо, это уничтожило все, что дает ей человечность. Жизни после смерти быть не должно. Вся эта чушь была навязана даже не богами, а теми, кто в своей слепой вере, которая была никому не нужна, стремились доказать, что после смерти тебя что-то ждёт. Что только соблюдая правила, что писали сами же люди, можно оказаться где-то в лучшем месте. Что всех грешников будет ждать кара. Возможно, это была лишь ложная надежда. Что-то, что помогало всем пройти сквозь эту тьму. Ожидание встречи со всеми, кто был когда-то дорог, но ушёл раньше. Но здесь не было никого. Ни отца с матерью. Ни Рейгара с его детьми. Ни Дрого и их Рейго. Ни Рейгаля. Ни Визериона. Ни Джона, что скорее всего стал королём, и вряд ли бы он стремился последовать за ней. Дейнерис не было смысла сейчас лгать самой себе. Возможно какое-то время она даже ждала его. Ждала, что любовь Джона к ней заставит его отправиться вместе с ней в загробную жизнь. Но этого не случилось. Или она не знала об этом. Возможно, так будет даже лучше. Даже если её неприятно колет сама мысль о том, что её племянник через какое-то время обзаведётся своей семьёй. У него будут маленькие дети, так похожие на него, и любящая жена. И со временем, он забудет её. Дейенерис, что пожелала быть с ним, и наплевав на изначальную цель - занять железный трон, отправилась далеко на север. Чтобы вести войну с Королем Ночи. Что стала его Дени, открыла ему свою истерзанную душу и вручила потрёпанное сердце. Но огонь и лед никогда не могли быть единым целым. Огонь всегда уничтожает все, к чему прикасается. Это заставило Рейгара развязать войну, а Джона покончить с последней надеждой династии драконов. Ведьма сказала ей, что она будет проклята, у нее не будет любви, и все, что она любила, будет отнято. Она потеряла своего ребенка, всех своих детей. Дрогон был жив? Что с ним стало? Где он? Где она сама? Дейенерис не знала, сколько уже здесь находилась. В бездне, в которой королева была заключена, не было никаких намеков на жизнь, она оставалась тихой и неподвижной. Единственное, что осталось, что Дейенерис могла слышать, было тихое эхо, старый шепот из прошлой жизни, запахи пепла и крови. Соль и дым. Воспоминания о предательстве и смерти. Глубокая боль, которая уже никогда не утихнет. Материнская любовь. Страстное желание вернуться в дом с красной дверью. Дейенерис не была уверена, жива она или мертва. Бесконечные продолжения снов и кошмаров кружили в ее голове, пока ее подсознание боролось с самим собой. Драконы, чёрная корона завоевателя и море черного с красным и зелёного. Старый дракон, запертый в зелёной башне. Смерть короля и возвышение принца, приносящего тьму в королевство. Пророческий сон что постоянно присутствовал в ее сознании, был ли он о её брате или ком-то ещё? Они были детьми Безумного короля, возможно его безумие передалось и ей и Рейгару, так же как Визерису? Когда она начала терять рассудок? Когда Серсея казнила её единственную подругу? Когда узнала, что Джон - законный сын её старшего брата? Или когда высадилась с армией на Драконий камень? Или это началось ещё раньше? В Миэрине? Или она такой родилась? Она не могла вспомнить, всё что было после убийства Короля Ночи. Всё как будто было в тумане. Королева спасла свой народ и была вознаграждена за это кинжалом в сердце. Дейенерис не была уверена в том, какие события разворачивались после этого. Она не знала кто занял железный трон. Она так же не знала и того, что единственное оставшееся в живых её дитя, в гневе и сорби расплавило трон, которым так гордились её предки. Но она знала о предательстве своего возлюбленного. Всё резко закончилось… Сырой солёный воздух наполнил лёгкие. Дейенерис почувствовала сырость, и порыв ветра заставил её вздрогнуть от пронзающего холода. Веки показались слишком тяжёлыми, чтобы открыть глаза, тело совсем не слушалось, она не могла пошевелиться. Сердце Дейенерис забилось быстрее, когда она почувствовала как тьма снова поглощает её сознание. Ей было страшно, но сопротивляться она не могла. ************ Над Драконьим камнем сгущались тучи. Начинался шторм, волны бились о скалы разверзаясь таким громким звуком, что заглушали все остальное. Никогда ещё остров не встречался со столь сильной стихией. Казалось, каждый, кто здесь находился, понимал, что грядёт что-то, что изменит понятный им порядок вещей. Весь остров находился в ожидании. В завтрашнем утреннем докладе драконоблюстители сообщат, что все драконы, что находились под их наблюдением вели себя крайне беспокойно. Сейчас они рычали и выпускали пламя, как будто приветствуя одного из них. Жители всего острова слышали их рёв, сквозь шум волн и завывания ветра. Когда начали падать первые капли дождя, девушка, что лежала на скалистом берегу, открыла фиалковые глаза. *********** Ей было холодно. Холодно и сыро. Сознание медленно возвращалось. Словно пробуждаясь ото сна, фиолетовые глаза резко открылись после ночи вечного сна. Ей все еще снился сон? Она проснулась в загробной жизни или ее самые глубокие страхи сбылись, ее вернули обратно? Дейенерис не успела осознать окружающее, когда на неё потоком хлынули воспоминания. “Я помню", - прошептала девушка себе под нос. Она подняла руку, чтобы дотронуться до того места, куда ее ударили кинжалом. Ткань её одежды была мокрой от дождя, но ни крови, ни раны не было. На этом месте образовался глубокий шрам, что можно было ощутить даже сквозь несколько слоёв ткани. Казалось, он зажил много лет назад. "Это невозможно", - подумала она, пытаясь найти в памяти хоть какое-то обоснование тому, что осталась жива, или, где она сейчас находится и как сюда попала. Она знала, что это вполне возможно, такое уже случалось с Джоном Сноу и Бериком Дондаррионом больше раз, чем тот мог сосчитать. Он заявил, что это благодаря божественному вмешательству Владыки Света, что боги предназначили ему жизнь как часть более великого плана. Дейенерис не верила в богов, они показали себя безжалостными. Она не следовала воле Семерых, что так чтили в Королевской Гавани. Она не поклонялась и Старым богам Севера, ей была далека идея поклонения деревьям с кровавыми лицами. И она не возносила Владыку Света, который позволил страдать невинным. Дейенерис всегда считала глупой идею, что люди будут поклоняться и предлагать любовь существу, которое не проявляет никакого сострадания в ответ. Боги забирали дочерей у матерей и сыновей у отцов, но люди по-прежнему верили, что боги любят их. Дейенерис поклялась верить в себя, подчиняться только своей собственной воле. “ Но даже это не сработало”, - подумала она про себя. Она разрушила город, предала свое собственное дело и стала тем самым, что стремилась уничтожить. Почему она вызвала огонь и кровь на звон колоколов? Она чувствовала боль и гнев, она хотела сжечь город, но она никогда не собиралась действовать в соответствии с этими эмоциями. “Но почему?” - прошептала она сама себе. Это было так, как будто кто-то взял под контроль ее разум. Дождь усиливался. Поднявшись на слабых ногах, Дейенерис оглянулась и изумлённый вздох сорвался с её губ. Она находилась рядом с морем... Это был Драконий камень, точно. Именно здесь её дети облюбовали место для отдыха, ещё когда её армия только высадилась тут. Рядом была отвесная скала. Внизу бушевало море. Начинался шторм, ветер заглушал почти все звуки. Драконий камень приветствовал её, Бурерождённую. Как и в тот день когда она родилась здесь. Сквозь шум стихии раздался рёв сразу нескольких драконов, и из-за грозовых туч ей на встречу летели три дракона. Ее Дрогон, Рейгаль и Визерион. Ее малыши. Ее любимые дети. Живые. Слезы радости обожгли глаза матери, что вновь увидела своих детей.