Хорошо

      Мне впервые за всю мою жизнь очень хорошо. Я занимаюсь любимым делом, охраняю порядок и сражаюсь с несправедливостью, как давно мечтала. Да, есть люди которым я в своем ещё столь юном возрасте стала костью в горле, однако это закономерно и абсолютно естественно — мы с преступниками в щёки не целуемся. Меня ненавидят и мечтают убить. Обрыбятся! А вот я очень собой горжусь, ведь смогла помочь нашим коллегам из отдела по борьбе с угонами, пусть даже ценой взбучки от начальства, которая несомненно меня ожидает, но чёрт возьми, это того стоит. Именно поэтому я сейчас в машине наблюдения с тем, кто уже очень долгое время занимает все мои мысли. Детектив Дрейков. Алан. Не сосчитать сколько раз я упрашивала Каслбека разрешить мне посодействовать в расследовании, на что неизменно получала язвительное: — Раз нас бьёт по рукам твоё начальство, значит и тебе здесь делать нечего. Но Алан вступился за меня перед напарником: — Да ладно тебе, Хелен нам так помогла, неужели даже шанса ей не дадим? — Ладно, будь по вашему! Словами не описать того, как я была счастлива, а высшей наградой для меня стала ободряющая улыбка, такой ласковый прищур и дружеское прикосновение к плечу. Алан очень мило мне подмигнул, и велел готовить группу наблюдения за бандой Рейнса. Сейчас мы сидим в машине, а я даже не имею сил что либо сказать, как заворожённая смотрю за округой в ожидании чего-то подозрительного, а у самой сердце из груди выпрыгивает от того, что он сейчас рядом, на водительском сидении. Одну руку для удобства расположил на руле, а в другой держит стаканчик с кофе. Все таки ночь, есть ночь и пусть конечно не сильно помогало, но хоть как-то отвлекало от мыслей о сне. — Будешь? Я едва вздрогнула, и стараясь не подавать вид заёрзала на сидении, с готовностью принимая стаканчик из его руки. — Мм, да. Спасибо большое. — робко благодарю, и протягиваю свою руку в ответ. Подушечки пальцев ощутили переплетения венок на его руке, по всему телу словно разряд тока прошёлся. — Я помню, ты любишь с молоком и сахаром, но уж как есть. — неловко улыбнулся мне Алан, все же решив ненадолго отвлечься и посмотреть на меня. Мне жарко, я чувствую, как полыхают огнем мои щёки, а черный кофе ещё никогда не был таким вкусным. Чувствую его взгляд, хочу взглянуть в ответ, но одновременно жутко стесняюсь. Сама в себе запуталась, ни в силах справиться с бушующим ураганом внутри. Отхлебнула, затем неловко провела пальцами по уголкам рта, чтобы убрать следы, если они остались. Алан тем временем вновь устремил взор перед собой, однако все по прежнему было без изменений. — Спасибо большое, все просто здорово. Очень вкусно. — не получается даже при всем желании не обратить внимания на последнее предложение. — Ты помнишь? Детектив Дрейков вновь повернулся ко мне. Его глаза в отсвете полной луны, что была сегодня особенно яркой, казались мне волшебными. — Конечно. С самого первого дня как познакомились, я помню всё. Моя рука дрожит, а ладонь потеет, но я всё никак не могу, да и не хочу даже на секунду отводить взгляд. –…что связано с тобой, Хелен. — А-Алан, я.должна тебе что-то… Окончание фразы тонет в районе солнечного сплетения, когда ладонь детектива накрывает мою щёку, и в следующий миг он уже притянул меня к себе, чтобы прижаться к моим дрожащим губам с поцелуем. Обнимаю его свободной рукой за затылок, оттягиваю короткие пряди волос, но так отчаянно хочу, чтобы он ни за что не останавливался. Опасаюсь уронить стаканчик, поэтому держу руку на весу, но все равно уже знаю, что беды не избежать и я обязательно пролью его на себя. Лежащая на панели рация разрывается голосом Каслбека, а мы с Аланом увлечены друг другом. Мне действительно в первый раз за всю мою жизнь так хорошо.