Lose Yourself

The stain of red that colors the pavement

Painted with blood of somebody you love

Is this the sacrifice for the broken?

Losing the purest of what's in your heart

Несколькими часами ранее.

В комнате с Ремусом было три человека. Перед ним стояла бледная худощавая женщина с вьющимися черными волосами и чересчур подведенными глазами. Когда она наклонилась к Ремусу, ему в нос ударила смесь дыма и навязчивых сладких духов. Позади нее вполоборота стоял высокий мужчина с длинными светлыми волосами и маленькими глазами, которые подозрительно щурились на него. Третий человек был высоким, элегантно одетым, привлекательным. Единственный человек в комнате, чье имя он уже знал, чье имя вообще имело значение. Лорд Воландеморт. — Итак, как же тебя зовут? — спросила женщина. У нее был до жути раздражающий, скрипучий голосок. — Ремус Люпин, — без всякого интереса произнес он, откидываясь на спинку неудобного стула, в который его усадили после того, как он выбрался из подвала. — Сколько тебе лет? — Восемнадцать. — И кто ты такой? Он раздраженно вздохнул. — Я оборотень, мой отец — волшебник Лайелл Люпин, моя мать — магла. В прошлом году я окончил Хогвартс. Я живу в Лондоне, я член Ордена Феникса. Мои лучшие друзья — Джеймс Поттер и Сириус Блэк. — Какова твоя задача? — Держаться в тени. Собирать информацию. Ждать подходящего момента. — Ремус посмотрел на Воландеморта. — Уничтожить Орден. Воландеморт удовлетворенно кивнул. Ремус почесал затылок здоровой рукой. Его тело было истощено, и при каждом малейшем движении оно кричало от боли, что, само собой, раздражало. Но голова у него была на удивление ясной. — Прекрасно, — сказала женщина. Она снова выпрямилась, но неприятный запах все еще бил ему в нос. Он цокнул языком. Мнение Воландеморта интересовало его гораздо больше. Будто услышав это, Воландеморт наконец начал двигаться и подошел ближе, глядя на него как гордый отец. Ремус не отвел взгляда. — Похоже, ты быстро учишься, — сказал Волдеморт бесстрастным голосом. Ремус вызывающе вздернул подбородок. — Я умею слушать. — Люциус к тому же хороший учитель. — Он указал на мужчину, который, похоже, чувствовал себя не очень комфортно. Ремус внимательно оглядел его, пытаясь запомнить лицо. Значит, его звали Люциус. — Что ж, не похоже, чтобы он знал меня так уж хорошо, — усмехнулся Ремус. — Но, полагаю, для начала этого достаточно. — Ты вновь выучишь большую часть всего, когда вернешься. Хотя будет нелегко не вызвать подозрений в процессе. Но я уверен, что ты справишься с этим. — Вы уверены, милорд, что это хорошая идея? — осторожно спросил Люциус. Темный Лорд пристально посмотрел на него. — Ты хочешь сказать, что сомневаешься в моем решении? Потрясенный, Люциус покачал головой. — Я бы никогда, милорд. Однако я знал… этого Ремуса Люпина, по крайней мере, немного. Его друзья сразу поймут, что что-то не так. Кем бы он сейчас ни был, это ни в малейшей степени не похоже на Люпина. — Ремус нахмурился. — Я прекрасно справлюсь с этим. Здесь мне не нужно притворяться. Но как только я окажусь там, я стану именно тем глупым и никчемным неудачником, каким должен. Все поверят мне. Лорд выглядел довольным. — Это именно то, что я хотел услышать, — довольно пробормотал он, поворачиваясь к женщине. — Совсем скоро они обнаружат его. Нам нужно подготовиться, чтобы все было убедительно. — Я займусь этим, — с готовностью пообещала женщина и вышла из комнаты. — Ремус, мне очень горестно, но нам придется еще раз тобой заняться, — с сожалением произнес Воландеморт. — Ты не должен выглядеть так, словно мы щадили тебя. Ремус послушно кивнул. — Разумеется. — Но прежде, чем вы это сделаете… — Ремус заметил, как что-то промелькнуло в его глазах на секунду — Я хотел бы кое-что проверить. Он посмотрел на Люциуса, который, казалось, съежился под его взглядом. — Люциус, спасибо тебе за службу. Мы в тебе более не нуждаемся, — ласково сказал он, как будто был в особенно хорошем настроении. — Но сделай мне одолжение, зайди к Регулусу, когда будешь уходить. Его час настал. Люциус кивнул, явно испытывая облегчение от того, что уходит. Ремус неодобрительно посмотрел ему вслед. Что же это были за последователи, если они едва могли сделать шаг из-за страха перед своим лидером? Люциус придержал дверь, и в нее вошел стройный бледный парень с черными волосами и ровной осанкой. Его лицо казалось окаменевшим, напряженным. Он подошел к Воландеморту и послушно склонил голову. — Я здесь, — сказал он спокойным голосом, но Ремус подсознательно почувствовал, как он дрогнул. У него явно проблемы. — Очень хорошо, Регулус, — сказал Воландеморт. — Поговори с нашим новым членом, я уверен, у него есть вопросы. Регулус повернулся к Ремусу, но, избегая его взгляда, уставился в пол. — Милорд, я сомневаюсь, что знаю что-то ценное. — Позволю себе не согласиться, — спокойно возразил Воландеморт. — Мы должны как можно лучше подготовить Ремуса прежде, чем он вернется. К сожалению, побочный эффект заключается в том, что он потерял не только все воспоминания о себе, но и обо всех своих друзьях. И я уверен, что именно ты знаешь этих людей лучше всех среди нас. Регулус уставился в пол, словно хотел проделать в нем дыру. — Говоря об этом… кто такие Сириус Блэк и Джеймс Поттер? Я постоянно слышу эти имена, но не имею ни малейшей информации. С кем я имею дело? Взгляд Регулуса, устремленный на него, поразил его, будто удар копья. Регулус выглядел так, словно внутри него что-то бурлило, желая вырваться наружу. Но если что-то и было не так, он попытался скрыть это, на мгновение закрыв глаза и сделав глубокий вдох. — Сириус Блэк, — начал он напряженным голосом. — Это мой брат. Он был наследником Дома Блэков, который поклялся в верности Воландеморту. Но он сбился с пути и оставил семью. Присоединился к врагам. Он… ему нельзя доверять. — Как я и думал, — сказал Ремус. Впервые за все время он активно пытался вспомнить его. Должно быть, он знал этого Сириуса достаточно хорошо, все же они так долго были друзьями. Но в голове не было ни одного воспоминания. — Что он представляет из себя, как человек? — спросил Ремус. Регулус сглотнул. — Темпераментный, своенравный, эгоистичный. Поддерживает ненормально тесную дружбу с Джеймсом Поттером, который в какой-то момент стал для него важнее собственной семьи. — В его голосе слышалась горечь. — И как же он относится ко мне? — прямо спросил Ремус. Глаза Регулуса почти незаметно расширились. — Эм… Вы тоже давно дружите, знаете друг друга с первого курса. Вы были частью одной компании. Вы прозвали себя «мародерами». — Тупейшее название, — фыркнул Ремус. Регулус кивнул. — Что касается Джеймса Поттера… — Его взгляд на секунду метнулся к Воландеморту. Тот смотрел на него, как гадюка на свою жертву. — Я не могу сказать о нем ничего весомого. Я едва его знал. — Не лги, — прошептал Воландеморт, и в его голосе прозвучала угроза. Тело Регулуса напряглось, как струна. — Я действительно мало что о нем знаю, только то, что он лучший друг Сириуса. Раньше играл в квиддич, такой же высокомерный, как Сириус. Но… на этом все. Воландеморт глубоко вздохнул. — Регулус. Ты же знаешь, что я могу легко определить, когда мне лгут, не так ли? Зачем ты это делаешь? Чего ты боишься? Ремус точно знал, чего боится Регулус, и почему-то это его забавляло. На стороне Воландеморта была сплошная кучка говнюков, это было жалко. — Мой Лорд, я не боюсь. Я говорю правду. Теперь даже Ремус понял, что он лжет, и удивился. Почему? Что такого можно было узнать об этом предателе крови? Что стоило того, чтобы навлечь на себя гнев Воландеморта? Воландеморт театрально вздохнул, но выглядел скорее пораженным, чем разгневанным. Ремус с интересом наблюдал за выражением его лица, пытаясь уследить за ним. Лорд многозначительно протянул руку. — Регулус, я ранен до глубины души, но я ожидал чего-то подобного. Тебе нужно кое-чему научиться, позволь Ремусу помочь. Регулус раздраженно уставился на протянутую руку. — Что вы имеете в виду? — Отдай мне свою палочку, — тихо прошептал Воландеморт. — Она не понадобится тебе ближайшие несколько минут. На лице Регулуса отразилось понимание. — Но милорд… — прошептал он в ответ. Воландеморт решительно покачал головой. — Не сопротивляйся, или, я могу гарантировать, будет намного хуже. Дрожащими пальцами Регулус вытащил свою палочку и протянул ее Воландеморту, который немедленно спрятал ее в своем плаще. Затем он дружелюбно повернулся к Ремусу. — Мой дорогой Ремус, мы уже установили, что твои магические способности не были утеряны вместо с воспоминаниями. Однако хотелось бы убедиться в этом еще раз. Ремус кивнул и полез за своей палочкой. — Чего вы ждете от меня? Воландеморт указал на дрожащего Регулуса. — Накажи его. — Ладно. — Он встал и поднял палочку. — Круцио, — сказал он, с интересом наблюдая за тем, как Регулус рухнул перед ним. Ремус видел, что тот сопротивлялся изо всех сил, но не мог сдержать вырывающихся криков агонии. Регулус свернулся калачиком, как раненая собака, резко дергаясь от боли. Это было жалко. Он продолжал, пока Воландеморт не поднял руку. Затем Ремус небрежно снял проклятие и снова убрал палочку — Этого, должно быть, хватит, — сказал Воландеморт, выглядя довольным. — Ты продемонстрировал свою принадлежность. Ты будешь полезен моим Пожирателям Смерти. — Это было бы честью для меня. Улыбка Воландеморта померкла, когда он посмотрел на Регулуса, который, казалось, медленно оправлялся от проклятия. — Встань, — холодно приказал Лорд. Регулус мгновенно вскочил на ноги, его лицо исказилось от боли. — Теперь ты усвоил урок? — прошипел Темный Лорд. Регулус вздернул подбородок, пытаясь вернуть себе былое достоинство. — Да, милорд. — В следующий раз, когда я потребую от тебя чего бы то ни было, ты скажешь правду? — Да, милорд. Ремус видел, как в его глазах заблестели слезы. — Очень хорошо, — сказал Воландеморт. — Тогда уходи. Я больше не хочу тебя сегодня видеть. Он протянул Регулусу его палочку, тот молча принял ее. Он стряхнул пыль со своей одежды и ушел с высоко поднятой головой. Однако перед этим Регулусу удалось быстро взглянуть на Ремуса. В этом взгляде было многое: Ремус распознал ненависть, отвращение, гнев. Было и что-то еще, что-то, что он не мог выразить словами. Но затем Регулус снова отвел взгляд, позволив двери захлопнуться за собой, и Ремус больше не стал зацикливаться на нём. — Время почти пришло, — сказал Воландеморт. — Беллатрикс позаботится о том, чтобы ты выглядел как можно более убедительно. Как только ты окажешься там, первые несколько недель не высовывайся. Пусть все уляжется. Когда это произойдет, ты можешь начать действовать и передавать всю необходимую информацию. Так что наберись терпения. — Принято. — Какие-то вопросы? Ремус лукаво улыбнулся. — Ни одного. Он был готов выполнить приказ. Отправиться в крысиное логово. Прочесать там каждый дюйм. А затем, когда все карты будут у него на руках, когда все они будут плясать под его дудку, он подожжет его к чертям. Не останется ничего. Это будет настоящий праздник.

***

Было темно, когда Ремус очнулся в больничной палате. Он удобно лежал, укрытый по шею, и любая возможная боль в его теле приятно притуплялась обезболивающими и зельями. Он глубоко вздохнул, чувствуя, как воздух наполняет его легкие, создавая неприятное давление в груди. Должно быть, задето ребро. Беллатрикс немного перестаралась с подготовкой. Он уже мог снова двигать левой рукой, пусть и слегка странно. Он внимательно осмотрел изголовье своей кровати в поисках выключателя. Наконец, он нашел его и включил маленькую прикроватную лампу. Теплый свет ослепил его на мгновение, но он быстро привык, дважды моргнув, и только тогда смог оглядеть комнату как следует. Удивленный, Ремус заметил, что он не один. Прямо у его кровати, на низкой и с виду до жути неудобной табуретке сидел парень. Он устроился на краю кровати, положив голову на руки, мирно посапывая. Ремус внимательно оглядывал его. Он был очень похож на Регулуса — у него были такие же вьющиеся черные волосы, такие же четкие скулы, такие же длинные ресницы. Это, должно быть, Сириус Блэк. Что он делал у его постели посреди ночи? Был ли ты тактилен с близкими друзьями? Ремус кинул на Сириуса пренебрежительный взгляд. Как обычно реагируют, когда снова оказываются на свободе после похищения? Падают друг другу в объятия? Плачут от облегчения? Ремус понятия не имел. Вероятно, было бы лучше, если бы он выждал, чтобы увидеть реакцию Сириуса, а затем скопировал ее. Он подумывал о том, чтобы выключить свет и не заниматься проблемой, что покоится у его кровати, до утра. Но Сириус нарушил его планы, в тот же момент зашевелившись и тихо вздохнув. Вероятно, ослепленный светом, он прищурился и в конце концов приоткрыл глаза. Ремусу едва удалось подавить желание закатить глаза, прежде чем Сириус окончательно проснулся и резко сел. Вся правая сторона лица была покрыта следами от его свитера и одеяла Ремуса. Он выглядел измученным, бледным и измотанным, но когда он посмотрел на Ремуса, то в мгновение просиял. Ремус изобразил улыбку, надеясь, что она выглядит достаточно искренней. — Привет, Сириус, — прошептал он. Он не знал почему, но этих двух коротких слов было достаточно, чтобы на глазах Сириуса тут же выступили слёзы. — Лунатик! — воскликнул он, что бы это ни значило, и бросился ему на шею. Ремус застонал, когда острая боль пронзила его грудь. — Осторожней! Кажется, мои ребра еще не до конца исцелены. Сириус тут же ослабил хватку. —Прости, — сказал он, но не разжал объятий. Ремус поколебался мгновение, затем обнял Сириуса в ответ, нежно положив руки ему на спину. Внезапно он почувствовал, как тело под руками задрожало. Это было странно, но будь он проклят, если подаст виду. — Я так рад, что ты вернулся, Лунатик, — прошептал Сириус ему в шею, и Ремус попытался запомнить прозвище. — Я всегда вернусь к тебе, — ответил он, надеясь, что это было именно то, что сказал бы Ремус, когда его друг плакал в его объятиях. Сириус медленно отстранился и посмотрел на него: глаза чуть покраснели, но улыбка не померкла. Его лицо было слишком близко, и тем не менее Ремус старался не отстраняться. Сириус переместил руку с плеча на его щеку. Расстояние стало еще меньше. Ремус сглотнул, пытаясь сохранить невозмутимый вид. Что все это значит? Что он делает? Он следил за взглядом Сириуса, который смотрел на него так, словно Ремус был величайшим существом в мире. Сириус наклонился вперед, и что бы там ни пытался сказать Ремус, его прервало ощущение губ Сириуса на своих. Это был простой, достаточно быстрый контакт, длившийся не более мгновения, но этого было достаточно, чтобы Ремус полностью сбросил маску. Он был рад, что Сириус закрыл глаза, потому что он ни в коем случае не должен был стать свидетелем шока, отразившегося на лице Ремуса. Он почувствовал непреодолимое желание оттолкнуть Сириуса, но в последний момент сдержался. Какого черта? Сириус оторвался от него и снова открыл глаза. Ремус пытался улыбнуться, но все же не смог заставить себя, поэтому он хотя бы постарался сохранить нейтральное выражение лица. Сириус, казалось, заметил, что что-то не так. Он грустно улыбнулся и погладил Ремуса по щеке большим пальцем. — Прости, если я застал тебя врасплох. Я знаю, в прошлый раз мы расстались не в лучших отношениях. Но я все это время винил себя за то, что не был честен с тобой… Это чувство съедало меня изнутри. — Что ты имеешь в виду? — спросил Ремус, совершенно сбитый с толку. Значило ли это, что они были…? — Я имею в виду, что чувствую то же самое, что и ты, — Сириус посмотрел на него нежно, с любовью, и Ремусу стало дурно. — Мне просто нужно немного времени. Признаться самому себе. Ты хорошо знаешь, как я рос, что это все значит для меня… Надеюсь, ты понимаешь. Ремус ничего не ответил, совершенно не зная, что сказать. Почему никто не подготовил его к подобному? Знал ли Регулус? Это все меняет, это… Нет. Тихий озорной голосок зазвучал у него в голове. Это ничего не меняет. Это даже делает ситуацию лучше. Сириуса, казалось, задела его реакция и он отвел глаза. — Конечно, я могу понять, если ты пока не хочешь что-либо с этим делать… Я не то чтобы… — Нет, — возразил Ремус, подавляя ехидный смешок. Он не упустит этот шанс. Шанс стать незаменимым, неприкасаемым. Возможно, это отняло бы у него много сил, но оно того стоило. — Нет, — повторил он, чтобы придать слову еще большую выразительность. Он схватил Сириуса за плечи, чтобы тот не смог отстраниться, и пронзительно посмотрел на него. — Я хочу этого. — Он невинно и счастливо улыбнулся. — Если честно, я ждал этого слишком долго. Одного взгляда на лицо Сириуса было достаточно, чтобы понять, что он полностью в распоряжении Ремуса.