Семья

       Сэм не знает, что большинство людей ответили бы на вопрос «Что для вас значит семья»? Он может предположить, но статистику он не смотрел никогда, если такая вообще существует. Вообще, наверное, должна существовать. В нынешнем мире на все есть статистика. Но если спросят его, он не сможет ответить. Вернее — сможет, конечно. Соберется с мыслями, нацепит вежливую улыбку и скажет что-то правильное, но не пафосное. Хотя, возможно, немного пафоса все равно привяжется. Однако ответить самому себе, тому, кому ни пафос, ни дежурные улыбки не нужны, намного сложнее. Для него семья — все. Это база, усвоенная с детства. Но… Если есть «но», ответ уже неправильный или неполный. Сэм задумчиво мешает кофе. Сахар давно растворился, никакой необходимости нет, но автоматическое движение успокаивает и помогает сосредоточиться. Семейное дело. Он вырос на этой фразе, которая полностью определила жизнь сначала отца, затем Дина, а в итоге и его самого, как ни старался он от этого сбежать. Может, это и есть ответ на все. Сэм вспоминает, как провел день Благодарения с незнакомой семьей девочки, которая ему просто нравилась. Дин так сильно злился и обижался, когда на Небесах оказалось, что это — счастливое воспоминание. Вздох дается трудно. Сэм помнит, как уходил. Он пытался бежать как раз от семейного дела и той семьи, что у него осталась и была тогда. Семьи, в которой уже давным-давно не было мамы. Он не винил отца, но желал жить по-своему. Это было бы поводом для гордости, если бы позже не стало понятно, что вся его жизнь, вся жизнь Дина и даже жизнь родителей были спланированы и определены ангелами и демонами. Так была ли вообще семья? Вопрос приходил раз за разом, после откровений встреченного ими Купидона, который признался, что Джона и Мэри свели намерено, а без вмешательства Небес те терпеть друг друга не могли. Сэм признает, что верить сложнее, когда ты знаешь изнанку вещей. Бобби прав по-своему, когда ворчит, что семья — это не жилетка, чтобы плакаться, и не список, кто кого родил. В этом истины больше, хотя она и отдает (во всяком случае, для него) чем-то циничным. А еще случаются на их с Дином пути те, кто мог бы стать семьей или даже становился ей на какой-то промежуток времени. Только в лучшем случае они уходили, в худшем — погибали за них или из-за них. Возможно, они все-таки были прокляты. Что для него семья? Сэм действительно не знает однозначного или конкретного ответа. Но есть Дин. Они прошли вместе много дерьма, иногда совсем расходились во мнениях, но держались друг за друга. Связывала их безысходность, братская любовь или и то, и другое, Сэм тоже не берется ответить. Но когда он думает о доме, первым в голову приходит Дин. Это, наверное, определяет многое. Или это определяет все. — Сэмми, ты уснул что ли? — голос брата врывается в сознание и заставляет вернуться в реальность. — Давай, шевелись, принцесса, вервольфы сами себя не грохнут. Сэм усмехается, так и не делает ни глотка кофе, оставляет пару купюр для оплаты счета и поднимается на ноги. Наверное, он не может ответить на вопрос «Что для вас значит семья?» Но он точно знает, кто для него семья, дом, разочарование и главная надежда. — Придурок, — привычно парирует Сэм в спину Дину для порядка и, усмехаясь, идет за ним на улицу, где их ждет верная Импала.