Образ

«Просто я готов дать человеку второй шанс. Второй, третий, четвертый, да хоть двадцатый — главное, на один больше, чем тебе дадут все остальные» © Нора Сакавич

***

      Макс выпустился уже не один год назад. Сейчас он заканчивает университет и ищет вакансии на свою должность. Казалось бы, откуда у студента опыт работы в сфере туризма? Весь наверняка должен быть в учёбе и погружении в студенческую жизнь. Однако Макс не так прост. Прославившись тягой к экстремальным видам спорта, он стал частым гостем в турагентстве, летних лагерях, зимних альпинистских соревнованиях и, в общем-то, куда не сунься — он побывал везде.       Не успев толком забыть про бывших одноклассников, в один прекрасный день он получил приглашение на встречу выпускников. Вот так новость! Максу-то есть, чем поделиться со старыми друзьями, но это не единственная причина поехать. Ведь его отметили как почётного гостя. Школу он закончил четыре года назад. Макс Гуф сделал свой выпускной самым грандиозным в истории всего учреждения. Это представление запомнилось сотне выпускников, каждому учителю и в особенности — директору. А стены здания и по сей день напевают песню, звучащую в эпицентре событий. Рок-н-ролл, кантри и блюз. И всё ещё продолжают по углам и на высоких потолках искриться блёстками от хлопушек. Максу определённо стоит поехать, вдруг и классная руководительница приглашена? Она припомнит ему не одну шалость, но наверняка встретит бывшего ученика с тёплой родительской улыбкой и спросит, как поживает его отец. О, а может там будет тот милый парнишка, с которым у Макса было неоднозначное общение целых три месяца в его первом в жизни лесогорном лагере? Хм… А может… Там будет ещё одна звезда класса? За исключением отличной успеваемости, он — полная противоположность Макса.       Брэдли Сноберкраст Третий. Этот чел был очень умным. Он был выдающимся спортсменом и крутым борцом. Единственным человеком, который был способен одолеть Макса в спортивном соревновании. Брэдли ни разу ему не проиграл. Однако это не повлияло на чувство достоинства Макса, и в университете он наконец завоевал первенство. Благо, учились они в разных вузах. После выпуска Максу более не известна судьба старого соперника. Скупиться на фантазии не стоит, Брэдли много о себе возомнил в подростковые годы; постоянно нарывался на драки. За нарушением личного пространства прекрасной стороны человечества его можно было обнаружить при каждом их контакте, на каждом мероприятии, особенно на том, которое проводилось в сопровождении громкой музыки и горы алкоголя.       Но Макс относился к меньшинству людей, считающих, что люди способны меняться. Вот приедет Макс на вечеринку и встретит его. Лаком прилизанный добросовестный молодой человек напомнит о том, как подставлял и предавал Макса большую часть учебного года, да как извинится. И все обалдеют и станут скандировать его новое, чистое имя. Это точно стоит увидеть. Да и Макс не приубавит в благородстве, публично простив своего задиру.       Вечеринка проходила в доме Корнелия, паренька, который сорвал хороший куш в лотерее недавно и решил проставиться перед старыми друзьями. Никто не говорил, что это похоже на крик бывшего неудачника, сторонника теорий заговора: «Смотрите, вы не верили в меня, а теперь жалейте!» Но это было похоже.

***

      Макса встретили несколько куряг, стоявших на парковке недалеко от частного дома Корнелия. Они весело поздоровались и даже настояли сфотографироваться. На фото лишь вооружённым взглядом по глазам можно заметить, как Макс терпел запах терпкого, легко приедающегося к одежде яда. Макс поторопился отправиться на встречу с остальными, поэтому весело помахал на прощание и побежал в дом, нюхнув по дороге вздёрнутый воротник своей куртки. Вроде пронесло, иначе с отцом состоялся бы неприятный разговор насчёт вреда курения.       Вечерело, тихая улица стала понемногу освещаться оконным тёплым светом и уличными фонарями. И только дом Корнелия выбивался своей специфичностью радужного всплеска светодиодных установок. Снаружи прохлада, запах скошенного газона, даже немного мяты. Но внутри… Внутри пахло… Нормально? Надо же, видимо веселье ещё впереди. Макс предвкушает какофонию запахов, включающих в себя алкоголь в первую очередь, а там солёные и острые закуски, придурок без чувства меры, не успевший добежать до уборной. Макс вошёл без стука. Его встретили восхищённые возгласы: — Макс! Я о тебе везде слышу, а ты правда повис на той горе на одной руке? — А ты правда прыгал в горах с вертолёта? — А ты правда спас жизнь тому ребенку? — А ты…       Макс выставил перед собой руки, неловко улыбаясь и пожимая плечами, отвечая на некоторые вопросы. Он сам себя не слышал. И не ожидал такой… Настойчивости от этих людей. Сто лет знакомы, можно и спокойнее относиться. Застряв в дверном косяке, он понял, что его вот-вот вытолкнут во двор. А там и до бассейна не далеко. Он отступал, пока не упёрся во что-то спиной. Воцарила тишина. Макс вопросительно посмотрел на побледневшую публику, смотрящую позади него. Послышались встревоженные перешёптывания. Макс сделал шаг вперёд и обернулся. — Хей, Брэд, — он неловко помахал рукой. — Не зови меня так, — Макс бросил короткий взгляд на сжатый кулак оппонента. — Ладно, ладно, ты на вечеринку? — только сказал Макс, как к нему пришло озарение. Явилось его спасение.       Брэдли идеально уравновесит фанатичное и хейтерское поведение их старых одноклассников, среди которых, кстати, были и многие чужие люди. Макс хотел коснуться его плеча, но, вовремя опомнившись, зачесал и без того торчащие волосы назад, удержав руку на шее, второй приглашая внутрь. — Его не приглашали! — прозвучал писк из толпы, послышались одобрительные угуканья. Брэдли закатил глаза. — Ну как же так? — заявил Макс в страхе потерять возможность провести время хоть немного лучше, чем обещало отсутствие врага. — Брэдли… — надо придумать хоть что-то хорошее о нём. — Брэдли всех нас спас на сезонных соревнованиях от проигрыша той команде жуликов… Альф, помните? — Да, было такое, — пробубнил кто-то и послышался щелчок подзатыльника. — Вот, он понимает. Короче, мы здесь никого не обделяем. И раз уж на то пошло, то вместе с Брэдли уйду и я!       Толпа загрохотала, забукала, Брэдли вздёрнул бровью, сложил руки на груди, скрипнув мешковатой кожаной курткой, но ничего не сказал. Корнелий выступил из толпы, повернувшись к ней лицом, и приобнял Макса за плечо. — Ладно, ребята, пока Макс с нами, этому вечеру ничего не грозит, расслабьтесь! Давайте внутрь, берите бокалы, пунш холоднее не становится! Сэмми, сгоняй за льдом и пиццу закажи. Поли, найди горелку.       Толпа стала отходить внутрь. Корнелий возмущённо посмотрел на Макса. — Ты чего удумал? Я им обещал вечер без происшествий, а теперь без этого не обойдётся. — Прости, но… Брэдли тоже наш человек, смотри, как он вырос, — Макс указал на Брэдли, подметив для себя, что вырос он на две головы, при том, что Макс остался среднего роста. — Над собой. — И над всеми присутствующими, — крякнул Карнелий. — Ладно, мальчики, добро пожаловать.       Карнелий вернулся к друзьям, а Макс только повернулся к Брэдли, как тот толкнул его в плечо и пошёл внутрь. Ладно, всегда пожалуйста.       Вечеринка проходила гладко, Макс пил и общался с теми, кому было не страшно подойти к нему в присутствии Брэдли. Последний, кстати, косился на Макса частенько. Может быть из-за того, что он почти не отходил, ища защиту в лице злейшего врага? Брэдли не знал и его это нервировало. Он даже проверку сделал. Навернул круг по этажу. Макс не смотрел на него, но словно чувствовал по настроению окружающих — шагал следом.       Брэдли задумался на секунду и не заметил под ногами какого-то парнишку. Пунш пролился низкорослому на голову. Чёрную рубашку Брэдли задело лишь пара капель. И этого было достаточно, чтобы разозлиться. Он пихнул парня в грудь и тот отлетел на добрые два метра. — Чего ты вылупился, — Брэдли сунул стакан рядом стоящей девушке и шагнул вперёд. Перед ним, откуда не возьмись, вынырнул Макс. — Воу, здоровяк, нам не нужны проблемы, правда? — Макс оглянулся через плечо на активно кивающего Сэмми. — Если будешь путаться под ногами, я отхерачу не его, а тебя, — коротко отозвался Брэдли. — Ахах, как мило, ну правда, это ни к чему, — Макс всеми силами старался держать спокойное выражение лица. Благо, в приглушённом свете и под алкоголем нельзя было разглядеть дрожание его выставленных перед собой ладоней.       Брэдли выплюнул что-то язвительное и пошёл в другой конец зала. Налил себе пунш и выпил залпом. Макс выдохнул. Ему зааплодировали. Он посмотрел на Брэдли, который передвигался как акула в косяке рыб — его избегали как огня. Ладно, это зависть. Отчасти хорошо, когда тебя никто не трогает. Макс сделал вид, что танцует. Попросил сделать музыку громче, чтобы не слышать эти миллионы вопросов. Он планировал в танце вернуться на исходную позицию — неподалёку от Брэдли. Но в какой-то момент, может под влиянием адреналина от стычки с Брэдли, тот небольшой процент алкоголя, что Макс успел выпить, ударил в голову. А неплохо. Танцевать стало приятно. Прошло двадцать минут. Брэдли наблюдал за Максом. Почему тот внезапно перестал его преследовать? Он подошёл в открытую только тогда, когда Брэдли чуть не убил того придурка. Пазл сложен.       Макс открыл глаза в танце, как вдруг понял, что большинство людей смотрели в тот злосчастный конец зала. Брэдли. Макс ринулся на спасение очередной жертве. Они только пихались. Брэдли сразу посмотрел на Макса, как только тот вынырнул из толпы. Макс оттолкнул его от такого же крупного парня. Он казался ребенком на фоне этой конфликтной пары. Брэдли смотрел хмуро и задумчиво. В его глазах была дымка и слабый, но неподдельный, видимый лишь Максу, страх. Макс оттолкнул Брэдли снова. Но парень, стоящий позади, кажется, не один из одноклассников Макса, настоял на продолжении драки. Он не знал, на что Брэдли способен. И очень зря. — Успокойтесь оба! — Макс поставил руки на груди обоих и вдруг пригнулся. Над его головой пролетела рука Брэдли. Она встретилась с лицом оппонента. Тот отлетел на такое же расстояние, как и несчастный маленький Сэмми. Два метра.       Макс схватил его за плечи и стал отталкивать назад, пытаясь его успокоить. В моменте Макс, подумал: «Какого хрена я делаю? Он злой борчик, который может меня сейчас отшвырнуть подальше, чем тех!» Толпа рассосалась в страхе. Макс прижал Брэдли к стене, напоследок выпалив: — Прекращай с этой хернёй. Брэдли просто посмотрел Максу в глаза и сказал: — Ты же знаешь, что я мог бы сделать с тем парнем, — Макс ожидает угрозы в свою сторону. — Но я этого не хочу. Пожалуйста, останови меня.       Макс завис на пару секунд, осознавая услышанное. Он огляделся по сторонам, но, кажется, их никто не слышал. Макс подхватил Брэдли за предплечье и потянул наружу. Они остановились на крыльце. Брэдли вышел молча. Макс заговорил первым. — Так, что это сейчас было? — он старался не смущать парня своим взглядом. — Я не понимаю, о чём ты. Тот мужик сам нарывался. Он хотел проверить, соответствую ли я своему статусу вояки. — Вояки? — Я отслужил в армии. Меня стали бояться ещё больше, — Брэдли грустно усмехнулся, поставив локти на перила. Макс встал рядом. — Давно? — Два года назад. — А… А-то смотрю, волосы как были по плечи, так и остались. Кхм, о чём это я… Не думал, ну не знаю, не драться ни с кем? Очистить имя?       Брэдли усмехнулся, недоверчиво нахмурившись на чужие слова. — Как будто ты не знаешь, что со мной сделают за это. — Не знаю, — Макс всё же посмотрел на Брэдли и встретился с ним взглядом. — Такой наивный. — Извини? — Места мокрого от меня не останется. Лезет на тебя мужик с кулаками, зная, чем ты прославился. А ты такой: «Извини, братан, я завязал с драками» — «Ты думаешь, ты лучше меня?» — подхватил Макс и Брэдли в улыбке кивнул. — Именно. Я не собираюсь этого позволять. — А с лицом что?       Брэдли недоумённо коснулся лица. На нём, конечно, красовалось пару шрамов, но, кажется, Макс не их имел ввиду. — Ты всегда хмурый, убийственно молчаливый. — А ты представляешь меня в другом виде? Выглядит смешно, не? Макс вспомнил, что представлял Брэдли изменившимся. И осознал, что хотел… Посмеяться над ним? За то, что он перестал быть собой, превратился в непонятно что, типа исправился. Макса стала разъедать его корысть изнутри. Очень некрасиво. — А почему… Почему ты всё же пришёл? — Потому что у нас были и хорошие воспоминания, если ты забыл.       И Макс вспомнил. Воспоминания накрыли лавиной. Лето, жара. Плавание. Брэдли, такой же мелкий, как и остальные, ходит по бортам бассейна и поддерживает всех, кто плавает неуверенно. Из него бы вышел славный тренер или мотиватор. Ещё случай, конькобежье, Брэдли идеально стоит на коньках, словно без них он уже не представляет жизни. И помогает девчонкам. Первые две мило приняли помощь, но толпа чирлидерш за спиной смеются над ним и называют девчонкой за природную грацию. Унизительно. Они хотели видеть в мальчике мужчину, крепкого, который не станет заниматься подобной «девчачьей» ерундой. А пару раз Макс подслушал разговор учителей о том, какие у Брэдли несправедливо строгие родители. Пазл сложился.        Это всего лишь образ.       Пусть он сейчас пьяный. Но он не имел истинного намерения с кем-то ввязываться в конфликт. А если бы промолчал, получил бы больший шквал неодобрения. За то, что расклеился. И наехал бы на него тот мужик более серьёзно. Не обошлось бы без жертв.       Макс преодолел устоявшийся рефлекс страха и положил руку Брэдли на плечо. Тот отстранился моментально. — Оказание поддержки — тоже проявление слабости? — кратко спросил Макс и Брэдли увидел в его глазах, что он всё понял. — Не оказание, а принятие, — имея ввиду только себя. — А я не считаю это слабостью. — Я знаю. И этим… Бесишь, что ли? — Может, удивляю? — со смешком переспросил Макс. — Может и так. Вот смотрю на тебя: тюфяк, слабак, но как дело касается драки, так первый бежишь разнимать. Жизнь совсем не дорога? — Дорога, — Макс технично проигнорировал то, каким его видел Брэдли. — Но это я только внешне слабым кажусь. Лицо у меня такое. Но я всё же посильнее, чем ты думаешь.       Макс даже повернулся к Брэдли всем телом и задрал красную оверсайз футболку, демонстрируя закалённое годами и усилиями спортивное тело. Оно всегда пряталось за мешковатой одеждой. Даже ноги всегда в свободных джинсах с большим количеством карманов. Его стиль и делал Макса больше похожим на ребёнка, но за его спиной не одно приключение, где спортивное телосложение спасало от, казалось бы, неминуемой гибели.       Брэдли провёл по телу Макса оценивающим взглядом и кивнул. Макс воспринял это как принятие в ряды «настоящих» мужчин и опустил футболку. — Нас по-разному закалила жизнь. Я получаю удовольствие от жизни ежедневно, а ты вынужден сохранять лицо. Однако есть кое-что, в чём мы похожи. — Я не показушник? — Ахах, ещё какой, уж поверь. Нет, нас объединяет тяга к приключениям. — Просто у тебя шило в одном месте, поэтому не сидится, я видел, как ты ходил за мной. На «приключение» нарывался? — А, ты об этом, я, — использовал тебя, чтобы было проще отбиваться от фанатов, потому что зазвездился.–Я хотел держать ситуацию под контролем.       Брэдли выпрямился, Макс не изменился в лице, хоть его колени и подкосились. Он упёрся на перила. Так было задумано, ага. Брэдли потянулся в карман, достал пачку сигарет, предложил Максу и тот, сильно исказившись в лице, отказался, словно ему предложили что-то более отвратное. Брэдли выдержал паузу и под его взглядом Макс не сломался. Хоть избей — курить не стану. Брэдли не сдержал смешок, покачал головой, сжал всю пачку в кулак и бросил на газон. За ней последовала последняя сигарета. Как ни странно, Макс не замечал от него запаха сигарет раньше. Может, Брэдли до сих пор скрывал от всех свою вредную привычку? Это логично, меньше людей будут желать скорейшей смерти от осложнений, повлёкших за собой курение. Вот только, что значил это жест, Макс не понял. — Поручись за меня, — внезапно выдал Брэдли. — В смысле? — Если мы оба любим приключения, я хотел бы искать их не в драках, а, как ты, по-настоящему. В прыжке с парашютом, на дне моря, в непроходимых джунглях или где ты там шаришься обычно. — А как же… — Что? — Ну, может, у тебя есть кто-то, кто был бы против? — Никого из тех, кому я бы не мог сломать нос за сопротивление. Родители не в счёт, они давно во мне разочаровались, может даже смогу наверстать упущенное. — Ты сейчас учишься? — Да, на пожарного. — Ого, это же так благородно. Как можно не гордиться таким сыном? Макс неловко посмеялся, почесав затылок и встретился взглядом с Брэдли. Снова. Ляпнул что-то не то? Ну, как обычно. Так, сжать челюсть, наклонить голову для равномерного распределения нагрузки при ударе. Что ещё? Поцелуй.       В губы. Внезапный. Макс распахнул глаза. Покачнулся от оказанного давления. Как от удара, но в самое сердце, по телу прошла ударная волна. Наэлектризованная, вызвавшая мурашки и окончательную слабость в коленях. Брэдли подхватил Макса, оказавшегося тяжелее, чем казалось при его-то росте. И прижал к себе. Макс упёрся руками в плечи Брэдли. Крепко же схватил. Ладно. Макс положил руки на щёки парня, закрыл глаза, отдаваясь моменту. Никогда бы не подумал, что это может быть приятно. Буря в груди, пустота в голове. Он завёл руки за шею, обнимая и углубляя поцелуй. А, вот он, запах ментоловых сигарет. Приятно, почему-то не отталкивает. В объятиях Брэдли как в медвежьих, в хорошем смысле. Безопасно и уютно. Макс испытывал нечто подобное в лагере. А потом вспомнил, кто был тем парнем «интрижка на лето в восьмом классе».       Брэдли разорвал поцелуй. Макс, слегка опьянённый, сделал паузу прежде, чем отстраниться. — Я тоже наблюдал за тобой, — сказал Брэдли, находясь всё ещё так близко, что надежда на продление сладострастного момента стала нарастать в груди Макса. Он вдруг пришёл в себя и оттолкнул Брэдли. — Ты меня неправильно понял, — он коснулся губ кончиками пальцев. — Ты занят? — Что? А, нет, не в этом дело. Я не планировал вводить тебя в заблуждение. — Мне ничего от тебя не нужно, — на этих словах в Максе вспыхнуло недопонимание и… Обида? — Я давно тебя знаю. Ты так вырос с тех пор, когда был мелким несмышлёнышем, не знающим себя. А сейчас. Уверенный в себе заботишься о других и знаешь, чего хочешь от жизни. И остаёшься настоящим. Не удивительно, что люди тянутся к тебе. Тобой можно любоваться бесконечно. Я поцеловал тебя с расчётом на отказ, потому что больше никогда бы не осмелился или было бы ещё больнее. Не хочу видеть в твоих глазах разочарование в свою сторону. Ты единственный, кто никогда на меня так не смотрел. Злился, ненавидел, но и не строил ожиданий. Можно сказать, принимал.       Брэдли снова облокотился на перила. За домами на горизонте стало светлеть. Звёзды постепенно угасали, не попрощавшись скрываясь в полотне рассветающего неба. Первые лучи солнца коснулись верхушек гор с противоположной стороны. Макс, слегка улыбаясь, разглядывал Брэдли, смотрящего вверх. Его глаза взмокли. Он сможет сдержать слёзы, Макс знал это. Но не хотел видеть эту боль в его глазах больше никогда. Он соврал, если бы сказал, что был совсем не рад его видеть спустя столько времени. Что не имеет сотню воспоминаний из более раннего детства, где они весело проводили время вместе, долго смотрели друг другу в глаза, держались за руки, клялись дружить вечно. А затем эти времена плавно перетекли в середину обучения, когда их таланты заметили. Они отстранялись и дружба переростала в ненависть. Они всё это время пытались что-то доказать друг другу. Хотели быть услышанными.       Подхваченный ветром перемен Макс не заметил, как оставил Брэдли позади и больше не встречал его настоящего. До этого самого момента. Встреча старых друзей, которые в перспективе и при иных обстоятельствах могли бы стать чем-то большим друг для друга. Макс понимал, почему Брэдли злился на него всё это время. И осознал для себя, что совершил упущение, позволив обстоятельствам разделить их.       Макс стукнулся лбом о плечо Брэдли, заметив, что тот вздрогнул. Испугался? Нет, должно быть он был перенапряжен мыслями о случившемся. Ждал ответа от Макса. Нет. Ждал отказа. Конечно, кто захочет мириться с тем, кто несколько лет к ряду пытался испортить ему жизнь, наказать за несовершённое преступление? Ответ очевиден. Брэдли положил голову виском на макушку Макса. Жёсткая густая шевелюра кольнула щёку, запахло смородиной. Всхлип. Брэдли резко выпрямился и повернул Макса к себе лицом. — Ты чё ревёшь? — Брэдли-и, тебе должно быть так тяжело было находиться в этом состоянии. Прости, что бросил тебя. Ты мне нравился. Очень нравился, — он немного успокоился, но с глаз ещё текли крапинки слёз. — Ты всегда всем помогал и ничего не просил взамен. Ты не был общительным, поэтому от тебя все уходили. — А ты-то тут при чем? — Брэдли слегка паниковал. — Я один из них — тех, кто оставил тебя.       Из Брэдли так и хотели вырваться слова о том, что мужчины не плачут. «Макс, возьми себя в руки, я не знаю, что делать, что говорить. Прости» — Прости. — А? — Прости, что довёл тебя до слёз. — Что за бред, это не ты. Не обращай внимания на слёзы, не в них суть.       И тут Брэдли осенила истина. Не в слёзах или их отсутствии суть человека. Это только проявление эмоций. Говорящих о том, что для человека истинно важно. Брэдли стиснул Макса в объятия. Тот всхлипнул и обнял в ответ так крепко, словно побоялся, что Брэдли снова отпустит. — Спасибо, Макс, я понял, что тебе жаль. Мне тоже жаль, что так и не научился выстраивать отношения. Но я не смогу заплакать, ты уж прости. — Идиот, мне это не нужно. Я тебя и так понял. — Я правда нравился тебе? — он слегка отстранился и в ответ получил утверждение в виде ещё одного поцелуя. Заплаканный Макс так горячо целуется, словно всё своё существо, все чувства вложил в этот ответ.       Брэдли не смог контролировать реакцию своего тела. От стыда он оттолкнул Макса. И Макс впервые видел Брэдли таким потерянным и сожалеющим. И таким красным. Искра прошла от груди к низу живота при виде «реакции» Брэдли на Макса. Брэдли стрелял глазами, пока не увидел, что с Максом произошло то же самое. Они посмотрели друг другу в глаза. Макс издал фирменный смешок, смущённо прикрыл рот рукой. Брэдли подхватил смех Макса и они расхохотались от смущяющей и немного нелепой ситуации. — Знаешь, у меня сегодня день свободный, ты как? — К тебе или ко мне? — Брэдли широко улыбнулся, Макс снова провёл аналогию с акулой, но, покраснев сильнее, стукнул Брэдли в живот, заставив согнуться. — Придурок, я имел ввиду свидание. — Как насчёт чего-то безумного? Умеешь водить мотоцикл? — Обижаешь.