Луноцвет

Мона смотрела на разноцветные шары, гирляндной свисающие со зданий, похожих на остатки от песчаного замка. Неровные края округлых зданий сверкали от украшений, пестрили флажками, превращая город в какофонию цветов и звуков радующейся толпы. — Праздник на костях, — подметил Доктор, когда они с девушкой прогуливались по главной площади. — Вообще-то, прошла сотня лет, — Мона усмехнулась, потянув мужчину вперед, обгоняя зевак. — Для них дни проносятся быстрее и все худшее забывается лучше. Сегодня празднуют, как сто лет назад они спасли планету. — Ты не причащаешь себя к ним, — Доктор даже не хотел подловить девушку, ему было интересно. Он был бы рад относиться к ним, но Мона отрекалась от своего рода. — Я привыкла быть человеком, — Мона пожала плечами, рассматривая прилавки с едой. — Мои воспоминания об этой планете мутные, будто уже и не мои. Зато я помню десятки фильмов, где я снималась. — На заднем плане. — Это не важно, — она потянула Доктора за руку к одному из прилавков, рассматривая в причудливых стеклянных колбах странные пенистые напитки. — Ты ведь тоже актер второго плана. — Но я делаю хорошее дело, — мужчина осмотрелся, пытаясь найти конец этой пешей улицы. — А я нет? — она расплатилась за два зеленоватых напитка и один протянула спутнику. — Развлекаю людей и не даю им умереть. Совсем как ты. — Развлекаю? — мужчина посмотрел на пену, исходящую из стакана, но сделал глоток. Напиток оказался приятным на вкус, что совсем не вязалось с его внешним видом. — Своими этими фокусами, шуточками и бананом про запас в пиджаке? — Мистис рассмеялась, чувствуя на лице прохладу. — Конечно, ты никого не развлекаешь. — Квантрика! — чей-то голос заставил девушку обернуться, и та увидела женщину, завернутую в фиолетовую ткань, которую бы на другой планете назвали «сари». — Мона Мун, — смутилась Мона, смутно вспоминая, кто стоял перед ней. — Я назвала тебя Квантрика, — женщина подбоченилась, осуждающе смотря на дочь. — Это даже записано в родовой книге. — Да, чтобы не забыть через тысячу лет, как зовут твоего единственного ребенка, — Мона почувствовала себя подростком, которого отчитали за побег из дома. — Ограничения хотят снять, — женщина расслабилась, словно это тема была ее любимой. — После того, как народ наконец-то начал путешествовать и была запущена программа по борьбе со страхом. — Общество прогрессирует, — Доктор огляделся, совсем забыв, каким серым было это место до их появления. — Кто твой друг? — женщина только обратила на него внимание, изучив с ног до головы. — Он тоже отсюда, — Мона растерялась, когда разговор зашел об этом. — Его увезли во время эвакуации. Доктор был ребенком. — Ты регенерировал? — заговорщицки прищурилась женщина, вглядываясь в лицо мужчины. — Четырнадцать раз. Пятнадцать, в отдельных случаях, — Доктор сказал это, хвастаясь и Мона поняла, почему. Ее мама ахнула, прикрыв рот рукой. — Пятнадцать? — переспросила она, не веря его словам. — Это, наверное, тяжело. — В последний раз я биорегенерировал, отделив свое воплощение от настоящего Доктора, — мужчина пожал плечами, будто делал это каждый день. — Фу, — Мона поморщилась, представляя это, но женщина была поражена. Ее распахнутые глаза давали просмотреть все мысли, что крутились в ее голове. — Это больно? Столько раз регенировать? — женщина все не унималась, стараясь продумать наиболее важные для нее вопросы. — Думаю, мы пойдем, — Мона потянула Доктора за руку, но тот задержался на минуту. — Это явно лучше, чем жить в страхе, — произнес он, увлекаемый девушкой дальше вглубь народа. — Мама всегда была любительницей необычного. И сплетен, — Мона смахнула серые волосы с лица. — Ты для нее как экспонат и предмет для сплетен на следующие лет пятьдесят. — Всего пятьдесят? Я думаю, что достоен лучшего, — Доктор раскрутил напиток в стакане, заставляя его пенится еще больше. — Каждый достоин лучшего, — Мона запрокинула голову, смотря на две луны, светившие с неба. Доктора всегда поражало, как быстро девушка впадала в меланхолию и как быстро из нее выныривала, увлекая его дальше. — Чтобы ты хотела увидеть? — спросил он, когда они нашли скамейку у темной воды с мерцающими под светом волнами. — Много всего, — Мона задумалась, допивая напиток. — Конец вселенной, возможно, ее зарождение. Другие планеты, не похожие на наши. Я много, где была, прячась от своего страха, но вселенная настолько огромная, что я даже не знаю, хватит ли нам времени осмотреть ее всю. — Хватит, — Доктор поддерживающе улыбнулся, смотря на девушку.