майское;

- таракан, - заключает табаки, держа упомянутую тварь между пальцев. только бог знает, как ему удалось поймать торопливое насекомое, но ни пути господни, ни пути табаки неисповедимы, поэтому всей четвертой, до этого наблюдавшей молниеносный выпад рукой, остается лишь удивляться. - таракан, - тяжело соглашается сфинкс. весна нагрянула внезапно, и вместе с ней увеличился и поток тараканов, переползающих между комнатами Дома. из трупиков, на которых старательно наступали ногами и наезжали колесами, постепенно выстилалась тропа до столовой. убивали их чем могли, не сомневаясь ни секунды - сомнения в таком деле были губительны. их били костылями, прихлопывали красными кедами, не слезая с кровати, швырялись в них банками (банки разбивались, и македонский начинал поглядывать недовольно). слепой, не колеблясь, давил их прямо между пальцами, а курильщик, пусть и молча, но у него все было написано на лице, удивлялся, как тот, черт возьми, умудряется их находить. ситуация вырисовывалась не то чтобы странная... в доме случалось и не такое. просто тараканье кладбище, раскинувшееся на метры вокруг, начало порядком надоедать, что уж говорить о живых тараканах - тех, которых табаки добрый десяток раз чуть не заглотил вместе с чаем. лорд жалуется на шуршание по ночам. как он умудряется его услышать, учитывая, что в четвертой почти никогда не бывает тихо - в высшей степени удивительно. вот и сейчас... - черт знает что! - размахивая длинными ногами, меряет шагами комнату лэри. под подошвой у него хрустит, но звук заглушает одна из его же пластинок. - вы еще подождите, - многозначительно и мрачно говорит курильщик, и все, кроме слепого, вытаращивают на него глаза, - когда появятся клопы, тараканы покажутся вам шуткой. ровно спустя неделю табаки визжит: - курильщик, накаркал! и наннэта, чуть не свившая у него в волосах гнездо, поддерживает его громким криком. а май все течет и течет мимо.