***
Рабочий день оказался ровно таким же, как и все предыдущие. Разве что мысли Сильвестра периодически возвращались к таинственной личности его нового соседа. Он не слышал, как он вчера пришёл, а с утра не успел застать. Он надеялся, что сегодня вечером сможет наконец-то увидеть, кого же к нему подселили. Но квартира снова встретила его тишиной. Коробок в гостиной стало меньше, и дорожной сумки уже не было, значит, сосед был здесь днём. Интересно, какой же у него тогда график? На кухне Сильвестр неожиданно увидел записку на столе: «В холодильнике новая коробка миндального молока, фрукты и овощи, в шкафу крупы. Просьба не трогать:3» Да он и не собирался? Не в его правилах брать чужие вещи. Но записка всё равно принесла приятное чувство удовлетворения, что у нового соседа есть понятие о личной собственности. Неплохое начало. «Вот блин, а так хотелось:(((» – написал он снизу на той же бумажке и вернул её на место. Сделал себе чай и ушёл в комнату. Сегодня захотелось посмотреть какой-нибудь фильм. Но так ничего и не выбрав, он выключил ноутбук, отнёс чашку на кухню, чтобы сразу помыть. Клонило в сон. Прошлой ночью он забыл зарядить телефон, поэтому несколько часов проторчал за стойкой без него, пока тот стоял на зарядке. Сегодня же он первым делом поставил телефон заряжаться, а сам ушёл в душ. Выйдя, он сразу заметил, что комната напротив закрыта. В гостиной и на кухне был выключен свет. А одной из его дурных привычек было оставлять свет во всей квартире и выключать только перед сном. Значит, его сосед вернулся домой. Правда, он не слышал ни хлопка входной двери, ни шагов. Подойдя к закрытой двери, он занёс руку, чтобы постучать. Но сразу одумался. Он стоял в одном полотенце, повязанном на бёдрах. А в комнате тоже могли быть не одеты. Получилась бы максимально неловкая ситуация. Да и вдруг там уже спят? Завтра. Всё завтра – решил он и закрылся у себя. Часы показывали половину второго ночи. Он решил лечь спать, но сон долго не шёл. Мысли крутились вокруг того, кто спит в комнате напротив. Или не спит? За эти пару дней он уже смог собрать несколько кусочков новой личности, но всё равно это лишь жалкие крупицы: любовь к ярким и броским вещам, зубной пасте со вкусом клубники, дурацким смайликам из знаков препинания, понятие о личных вещах и очень странный график. Он был заинтригован. Что же он узнает завтра? Хотелось бы внешность, возраст, род деятельности, ну, и имя, конечно же. Хотя бы имя. За этими мыслями он не заметил, как уснул. Новое утро снова встретило его уже порядком надоевшей мелодией будильника. «Сегодня же сменю», – решил он и отложил будильник, чтобы полежать ещё пять минут. Отрубился он на 15 минут и проснулся под откровенно оравший будильник. Поэтому, вскочив, он схватил полотенце и понёсся в душ, который встретил его запертой дверью. – Чёрт! – выругался он вслух и направился на кухню. Быстро умывшись под краном, он побежал в комнату, собрал вещи и вылетел из квартиры, не заперев её. К лифту он даже не повернул, сразу понёсся по лестнице, перепрыгивая через три нижние ступеньки каждого пролёта. Уже добежав до остановки и запрыгнув в подошедшую в эту же секунду автобус, он вспомнил, что не взглянул на записку. А ведь она всё ещё лежала на столе. Он надеялся, что там появилась новая фраза в их маленьком диалоге, но проверит он это только вечером. А весь день мысли его будут крутиться вокруг этого самого квадратного клочка бумаги.***
В этот раз квартира встретила Сильвестра запахом еды. Что было очень непривычно. Сам он практически не готовил, ел на работе во время перерывов или покупал что-то быстрое, что готовить было и не нужно. Разве что по выходным, если на него накатывал приступ бодрости, он мог приготовить что-то сложнее пасты с полуфабрикатами. Исключение составлял чай, запасы которого пополнялись регулярно. Вторым, что он заметил, было явно увеличившееся количество чужой обуви. И новая обувная полка. Практично. И опрятно. Сильвестр был рад. Коробки из гостиной окончательно исчезли, поэтому теперь Сильвестр смог заметить появившиеся на стенах картины и фотографии, на книжной полке поселились несколько коллекционных фигурок, на диване появилась ярко-розовая плюшевая подушка. Сильвестр не смог бы точно описать это чувство, но ему показалось, что стало даже уютней. Может, не всегда новые люди пытаются посягнуть на личную территорию. Да и делить её оказалось не так уж болезненно. На кухне, как он и догадался, на плите стояла кастрюля. Рис с какими-то овощами. Крышка была запотевшая, значит, приготовили ужин совсем недавно и съесть ещё не успели. После Сильвестр сразу же обратил внимание на записку, всё ещё покоившуюся на столе. «Ну, раз так хочешь, можешь съесть порцию:) P.S. Я заметили, что у тебя почти нет продуктов, ты вообще ешь?» – гласила надпись на обратной стороне бумажки. Сильвестр улыбнулся. Приятно, что о тебе вот так заботятся, даже не зная твоего имени. Странное чувство теплоты появилось в груди, и Сильвестр написал: «Очень мило с твоей стороны, но я не голоден:)». Он был голоден. Даже очень. Но брать чужую еду в отсутствие хозяина, пусть и любезно предложенную, ему казалось диким. Поэтому он просто заварил свой чай и удалился к себе в комнату. Уже там он подумал, что можно попробовать постучаться в комнату напротив. Но вспомнил, что дверь квартиры была закрыта на верхний замок, а это означало, что его сосед куда-то вышел. Вышли. Они, поправил себя мысленно Сильвестр, они куда-то вышли, но совсем недавно. Может, вернутся ещё? В любом случае, сейчас ему необходим был тёплый расслабляющий душ. Может, даже ванна. Завтра у него начинаются долгожданные три дня выходных. Уж теперь он точно познакомится с теми, кто поселились в его квартире. Их квартире. Просыпаться без будильника – истинное блаженство. Сильвестр был в этом убеждён на 146%. Часы показывали одиннадцать двадцать шесть. Потянувшись на кровати в своё удовольствие, он снял с зарядки телефон. Просмотрел уведомления, ответил в нескольких чатах, пролистал новостную ленту твиттера. Ничего нового. Мир всё так же стремительно катится в пропасть. Очень глубокую пропасть, стоит заметить. Дна так и не видно, хотя казалось бы. Поднявшись с кровати, потянувшись и подождав, пока темнота в глазах пройдёт, он отправился в душ. Сегодня можно не торопиться, постоять под тёплыми струями с наслаждением, почувствовать, как тело растворяется в этом потоке. По привычке обернув полотенце вокруг бёдер, он двинулся на кухню, за утренней чашечкой чая и парой бутербродов. Погода за окном не настраивала на позитивное мышление: серые тучи заволокли небо, накрапывал мелкий, наверняка холодный дождь. По наклону редких деревьев, Сильвестр понял, что дул ветер. А в последнее время он был холодный, пробирающий до костей, если не укутаться плотно в одежду. За созерцанием непогоды он дождался, пока закипит чайник на плите. Наливая кипяток в чашку, он резко дёрнулся, услышав за спиной: – Вау! – бросили то ли удивлённо, то ли восхищённо. Сильвестр ожидаемо обжёгся. Несколько капель попало на ничем не прикрытую ступню. Зашипев и отставив чайник, он дёрнулся, чтобы поднять пострадавшую ногу, но вспомнил, что полотенце имеет свойство слезать, поэтому, расставив приоритеты, парень покрепче схватился за него, удерживая крепче, и развернулся. Да уж, не лучший момент для знакомства. Кожу на ноге щипало, а щёки и уши горели. Сильвестр был уверен, что он сейчас красный, как помидоры в холодильнике. – Вау!.. – повторили снова, теперь уже явно с интонацией восторга. Сильвестр смутился ещё сильнее, потупив глаза в пол. – Я и не знали, что ты такой красавчик. Знали бы, дождались бы тебя раньше, – словно намеренно продолжая смущать Сильвестра, говорили стоявшие в дверном проёме. Сильвестр неопределённо пожал плечами, судорожно думая, как сбежать с кухни и хотя бы одеться. Но единственный выход был заблокирован, а освобождать его явно не собирались. – Не волнуйся, заюш, никто не будет тебя домогаться, – примирительно ответили на его молчание. – Пока сам не захочешь, – добавили уже тише, но Сильвестр всё равно услышал и вновь залился краской, которая уже почти исчезла с его лица. К нему сделали несколько шагов и протянули руку: – Я Немо. Сильвестр заставил себя поднять глаза и ответить на рукопожатие. Немо были красивы. Это Сильвестр понял в первую же секунду. Большие выразительные глаза, тёмные кудрявые волосы, отрытая улыбка. Немо были ниже его ростом, но так гармонично сложены. Обтягивающая серая майка скрывала грудь, но открывала часть живота. А снизу были белые пушистые домашние штаны, сидящие на косточках. На ногах у Немо были гигантские розовые зайцы, самые что ни на есть клишированные. Парень даже улыбнулся, на секунду забыв про смущение. – Сильвестр, – опомнившись, представился он. – Рады наконец познакомиться с тобой, Сильвестр, – тепло улыбнулись ему и отпустили руку. Сильвестр готов был поклясться, что его откровенно рассматривали. От этого он почувствовал себя ещё более голым, чем уже был. Видимо, решив смилостивиться, Немо отошли к шкафу с посудой и достали турку и сковороду. Сильвестр сделал несколько осторожных шагов к выходу, как услышал: – Ты панкейки будешь? Или снова не голоден? Проигнорировав шпильку, парень ответил: – Буду, – и скрылся в комнате. Уже за завтраком они с Немо наконец нормально поговорили, узнали друг про друга базовые вещи, обсудили ведение быта и согласились на том, что их такое сожительство вполне устраивает. Утренний инцидент, казалось, забылся (Сильвестр сделал пометку в голове с этого дня одеваться сразу в ванной). Но парень не мог игнорировать изучающие взгляды, которые на него бросали Немо, поэтому предательский румянец время от времени покрывал его щёки и уши. Но ему не хотелось прятаться, убегать в свою комнату. Общаться с Немо оказалось приятно, даже увлекательно. А бумажку с их маленькой перепиской они прикрепили магнитом к холодильнику – на память.