Солнце и море

Настал тот момент, когда кроваво-алый закат художник закрасил синими красками. В Фонтейне издревле люди привыкли полагать, что этот творец не просто помогает ночи сменить день, но и он стирает чистой водой следы жестокой бойни, где пролилась не одна кровь. Таким образом, он дарит фонтейнцам спокойствие и мирный сон, однако одной девушке это уже никак не поможет. Тонкий силуэт виднелся из окна - это была Навия, лидер Спина-ди-Росула. Она стояла, прислонившись боком к кристальному стеклу, в тонком белом платьице и с распущенными золотистыми волосами, пряди которых извилистым ручьём спадали на плечи. Она смотрела на засыпающий Фонтейн из центрального отеля: желания возвращаться домой не было. Для каждого человека, Адепта или Архонта дом - это не просто здание с личными вещами, а любимая трещинка в стене, лёгкий запах не выветрившегося утром парфюма и близкие, ждущие тебя, чтобы заключить в тёплых объятиях. Сегодня Навию было некому ждать. «Интересно, - осмелилась девушка задуматься о той царапающей сердце мысли, не дающей покоя уже несколько часов, но которую она упрямо игнорировала, - и всё же.. тогда, когда я согласилась продолжить этот путь с путешественницей, зная, что в любой момент Первозданное море может умертвить меня и отправить к папе, Мелусу и Сильверу, я пошла за ней, чтобы помочь или...» Девушка ужаснулась собственному откровению и отпрянула от окна, закрыв обеими руками лицо. «Неужели я настолько слаба.. неужели я не внимала урокам отца и позволила взять эмоциям верх над разумом..? Почему я вижу только один из исходов? Для кого мне сражаться, если один за другим дорогие мне люди гибнут по моей вине?» Непрошеная влага выступила на глазах Навии, слёзы медленно падали на её ладони, делая их мокрыми. Каждая упавшая капля ощущалась крохотным рубином крови её погибших товарищей, чьи смерти, как считала девушка, были на её руках. Коктейль забот и горестей вскружил ей голову. Что есть смерть? В юности Навию всегда завораживал этот вопрос: в нём была сокрыта от людских глаз тайна, но иногда она всплывала на поверхность и стояла с человеком лицом к лицу. Однажды наследница Спина-ди-Росула самыми кончиками пальцев коснулась доводящего до дрожи явления, отпрянув, поняла, что нет смысла его опасаться, так как оно естественно. И приняла уход отца, стала Лидером с большой буквы и отдала все свои силы на защиту родной страны. Каждый спасённый горожанин стоил не один день кропотливой работы, но неужели её было проделано настолько мало, что девушка до сих пор должна расплачиваться за неведомые ей грехи? Почему снова? Почему Сильвер и Мелус, люди, которые всем жертвовали ради любимой госпожи, так быстро поддались зову смерти? Кто решает исход каждой жизни? Никто. Ответ лезвием скользнул по сердцу девушки. Она сама по личной воле могла умереть ещё днём, но её спасли. «Зачем? Для чего меня спасли, жертвуя собственной жизнью? Почему, господин Нёвиллет?» Холодный разум её, который она часто привлекала к себе для поиска решения наилучшего исхода дел, шептал, что каждый достоин жить, именно для этого она и старается. Но если собственные идеалы вновь преданы, есть ли смысл бороться? Достойна ли жить та, что громко заявила о своей мнимой силе, таявшей, как лёд на жарком солнце? Эта сила должна была быть разрушительна для врагов, однако стала губительна лишь для самой обладательницы. Навязчивое желание покончить с мыслями и навсегда лишить себя ответственности умело завлекали в самый тёмный уголок разума девушки. Осознание страшных идей впивалось в плоть Навии когтями, заставляя ненавидеть себя за слабость. Никто не мог помочь маленькой главе большой организации. Все нервно спасались от начавшего исполняться пророчества, способного загубить жизнь всей цивилизации. Тихий стук в дверь прервал поток мыслей, возвращая Навию на поверхность. «Кого сюда принесло? Никто не мог узнать о том, что я тут…» Смахнув последние солёные капли, она осторожно подошла к двери и спросила: - Кто это? - Госпожа Навия, это я, Нёвиллет, пожалуйста, позвольте зайти к вам, - раздалось за дверью. Встревоженный голос судьи Фонтейна заставил девушку вздрогнуть. Что он мог забыть ночью в отеле? - Нёвиллет, как ты нашёл меня здесь? - Извини за столь позднее вторжение, однако я не мог оставить тебя одну после произошедших событий, - мужчина забыл об условностях и перешёл на «ты», испугавшись дрожащего голоса Навии, - я не нашёл тебя дома, поэтому спросил у местных, где ты можешь быть, мне указали это место. «Ах да, я ведь встретила малышку Адель и пришлось признаться…» - Месье Нёвиллет, благодарю за твою обеспокоенность моим состоянием, но поверь, всё в порядке. По-прежнему закрытая дверь выступала каменной стеной, разделявшей двух небезразличных друг другу людей. Но даже она не смогла скрыть ложь, сквозившую в голосе девушки. - Навия, пожалуйста, впусти меня. Испугавшись, что мужчина застанет её не в самом свежем состоянии, Навия хотела молча уйти и затеряться в покрывалах, но уважение к своему спасителю не могло позволить этому случиться. Она аккуратно приоткрыла дверь. - На самом деле, я … я.. , - начала говорить Навия, но подоспевшие слёзы лишили возможности закончить фразу. Нёвиллету стало до невозможности жаль бедную девушку, потерявшую столько много за последние несколько лет. Когда она падала в Первозданное море, он не увидел в её глазах страх, нет, то было смирение. Это означало, что главная потеря Навии - это потеря самой себя. Смело защищая мирных жителей Фонтейна, лидер Спина-ди-Росула не допускала прощения людям, желавшим нарушить покой нации. Самоотверженность юной особы вызывала уважение. Если столь светлое создание так рано познало тьму, неужели фонтейнцам действительно пришёл конец? Мужчина быстро шагнул к Навии и прижал её уставшее тело к себе. Запустив руку в копну её волос, он нежно гладил каждую прядь. Судья бесконечно долго сопереживал девушке, но его разум также посетили иные мысли: какова природа этого поступка? Нёвиллет, являясь Гидро Драконом, потратил много лет на изучение человеческих эмоций. Он никогда не мог постичь их или в полной мере осознать. Отчего же действие по отношению к той, чьё сердце болело за каждого жителя Фонтейна, казалось по-настоящему человеческими? Людям действительно повезло: они рождаются на свет и умеют чувствовать. Они сопереживают, разочаровываются и искренне радуются. Тот, кто в ходе существования теряет эти способности, становится сравним с животным, действующим согласно инстинктам. Вновь же возрастить эти способности является трудной работой, похожей на дарение солнцем тепла первым росткам. Возможно, именно этим солнцем и являлась Навия для Гидро Дракона. Она учила его чувствовать и взращивала в нём лучшие качества. Девушка скрылась в длинных одеждах судьи и плакала, ревела, стонала от невозможной боли утраты. - Почему? Почему они? Я хочу, чтобы они жили! Нёвиллет одним движением подхватил Навию и, взяв на руки, прикоснулся губами к её лбу. Подойдя к кровати, он аккуратно переложил её туда и присел рядом. - Навия, я бы ни за что не простил себя, будь ты сегодня мертва. Я искренне счастлив, что могу видеть тебя живой. Процесс растворения фонтейнцев в воде ещё полностью не изучен, и я направлю все свои силы, чтобы помочь Фонтейну, помочь.. тебе. В глазах девушки отражались звёзды, давно гуляющие по ночному небу. Смотря в них, Нёвиллет продолжил: - Я не знаю ни одного человека, кто так упорно сражается за мир на своей родной земле. Навия, ты Глава Спина-ди-Росула, о тебе будет сложена не одна легенда. Ты сделала всё, чтобы люди в Фонтейне ни в чём не нуждались, позволь себе отдохнуть, ты заслужила это. - Спасибо, Нёвиллет. Навия боялась, что сегодня ей будут сниться могилы родных людей, однако явились только волны бескрайнего моря и добрый судья, который не позволит ей утонуть.