Сирена по рождению, пони в душе

Прошло несколько недель. Адажио и Ария больше не объявлялись, что облегчало мне душу. Рарити уже сшила мой наряд, он мне безумно нравился, с учебой тоже шла в ногу благодаря Искорке, я очень хороша в химии и биологии! Они ведь такие простые! В общем, дела у меня шли хорошо, но концерт пришлось перенести два раза: в первый раз Дэш простудилась, пролежав вспотевшая под кондиционером, а потом у Сансет расстроилась гитара (ха, как смешно звучит!) и мы ее настраивали. Концерт должен был быть завтра и все проходящие мимо нас ученики желали завтра удачи и подбадривали. Что до меня, меня тоже перестали боятся, я даже завела двух друзей и три подруги! Честно, мне казалось, что один из них, Айсфайр Уэст, влюбился в меня. Но и он мне тоже нравился, признаться честно... — О чем задумалась, дорогуша? — спросила меня Рарити и я вышла из своих мыслей. — У-у, кажется, наша Соната влюбилась? Гляньте, как смотрит на тот пацанский столик, — сказала Эпплджек и все, кроме Флаттершай и Искорки затянули "у-у-у", вогнав меня в краску. Те две захихикали. — Девочки, ну что вы в самом деле? — посмеялась я, — С чего вы решили, что я влюбилась? Но слава Эквестрии, скоро это все забылось. Я была в прекрасном настроении и вечером мы с девочками договорились встретиться в кафе. И вот, уже стемнело, днем мы репетировали номера, которые покажем завтра на концерте. Подруги еле как уговорили меня быть солисткой, но я не хотела по двум причинам: я боялась, что каким-то образом снова стану злой и я знала, что без кулона не умею петь. Однако репетиции доказали обратное, я так же шикарно брала низкие ноты. Рэйнбоу Дэш и Сансет Шиммер развалились на диванчиках и ожидали свои пиццы, Пинки Пай заказала тортик, Искорка поскромничала, она взяла себе рыбу с картофельным пюре, Флаттершай взяла салат, Эпплджек и Рарити — яблочный пирог и тортик тирамису. Я же решила ничего не брать. Мы разговаривали о всякой ерунде, о предстоящем концерте, слушали сказки Эпплджек, и рассказы о тех приключениях, которые произошли с девочками после нашего с сиренами побега. Я слушала с таким энтузиазмом, что не заметила, как почти всем, кроме Эпплджек принесли их заказы. Искорка сквозь стекла очков смотрела на мою грудь. Там что, пятнышко? — Соната, у тебя в груди что-то выпирает, вот здесь, — и она показала на себе. Это было где-то по центру и чуть выше самой груди. Я пощупала себя и правда ощутила что-то твердое. Ну, здесь оголяться я не решилась, поэтому отошла в туалет. Я начала расстегивать пуговицы и, остановившись на второй, замерла от ужаса. Рубин сирены! Он вырос и на мне! Нет, нет, нет! Что это за голоса? Кто со мной говорит? Соната... Соната.... Иди к нам... Какая-то часть моего сознания начала быстро туманиться, но я вовремя это заметила и пыталась оставаться собой. Я узнавала эти голоса — со мной говорили Адажио и Ария, кто же еще! — Нет! Я больше не злая! — кричала я, будто они могли меня услышать. Я сильно напрягалась, чтобы не дать бывшим напарницам завладеть моим сознанием, от этого начала болеть голова. Я подумала, что если накрою рубин тканью, голоса прекратятся. Не прекратились, но стали чуть тише, уже хорошо. Я знала, что не смогу придумать оправдание тому, что это и, застегнув пуговицы, рванула из туалета домой, по пути писав Рэйнбоу Дэш, что мне срочно нужны таблетки, которые есть только дома. Но могла бы нам сказать! Извини, это правда очень срочно и просто не было времени Мы идем к тебе Нет, нет! Им нельзя это видеть! Но меня уже волновало то, что ткань не могла более сдерживать голоса сирен. Я не добежала до дома, когда они снова заполонили мою голову и я выронила телефон на асфальт. Сначала я стояла в ступоре, а потом схватилась за голову и пыталась заглушить голоса. Спустя какое-то время я почувствовала на своем теле чужие руки и поняла, что это девочки пришли. Я видела, как они кричат, но из-за Адажио и Арии я их совсем не слышала. Но если я их не слышу не значит, что и они меня не слышат! Я видела лишь один выход из этой ситуации — избавиться от рубина, чего бы мне это ни стоило! — Вырвите рубин!!! — заорала я, не слыша самой себя, — Это он выпирал в груди, вырвите его! — Вырвать рубин? Прямо вырвать? — выпучила глаза Сансет Шиммер. Но она видела мучающуюся меня. Искорка же рассуждала, что еще можно сделать. В итоге решили, что Рэйнбоу сейчас же на своей суперскорости побежит к директору Селестии и объяснит ситуацию. Та умчалась. Сансет попыталась подойти ко мне, однако я, не контролируя себя, выпустила какую-то волну, которая откинула всех моих подруг, лишив сознания, кроме Рарити, которая сумела защититься своим щитом. Понимая, что никто не вырывает рубин, как я просила, я решила сделать это самостоятельно. — Соната, нет! — кричала Рарити, но я не слышала. В моменты, когда я кричала, из моего рта вылетали те же волны, которые были у Арии, когда она пыталась меня загипнотизировать пару недель назад. Это по каким-то причинам не давало Рарити добраться до меня, ее что-то откидывало. Обеими руками я схватилась за рубин и, пытаясь игнорировать боль, вырывала его из себя. Это было очень тяжело, он крепко засел! Но я ориентировалась по голосам сирен. Соната... Что ты делаешь?! Одумайся, милая... Мы получим безграничную власть! НЕ СМЕЙ!!! Последние слова прокричали и Ария, и Адажио. В этот момент я и вырвала из себя рубин, кинув его на землю и раздавив ногой на мелкие кусочки. Голоса прекратились, девочки стали просыпаться, прибежала Рэйнбоу и хотела что-то сказать, но встала в ступор, смотря на мою грудь. Я посмотрела туда же. Там красовалась пустая дыра, которая очень сильно кровоточила. Признаюсь, это было больно. Я медленно посмотрела на Рэйнбоу и Рарити, а потом вокруг все потемнело и я уже ничего не помнила.