Лучшее лекарство

      Боль. Казалось, будто твои детали переламывают на части, дробят и крушат. Все это Блэру было известно не понаслышке. В тот день, когда он позволил Шоквейву загнать себя в ловушку, Блэр осознал свою беззащитность перед огромным и достаточно хитрым коном. Заключенный в виде куба, внутри мусоросжигательной системы и ожидая своей незавидной участи, голубой бот думал о жизни и о том, что он так и не успел сделать в своём активе. Например найти партнёра или оторваться как следует в ресторане Макадама или узнать что-то новое из архивов Иакона. И судьба, видно, услышав молитвы молодого автобота, все же решила дать ему второй шанс. Возможность реализовать себя и получить счастье о котором гонщик так мечтал. Когда Сари нашла его, Блэр ощущал как его искра ликует, когда его чинили, разведчик стоически терпел все боли. И наконец, свобода. Сделав пару неловких шагов, Блэр оперся на кушетку и глянул через плечо, на Джаза и стоящего рядом с ним Оптимуса. Сейчас, лидер автоботов Земли выглядел более зрелым, чем когда Блэр увидел его впервые. В голубых окулярах читался опыт битв, через которые Прайм прошёл вместе со своей командой. Переведя взгляд на Джаза Блэр заметил, что у белого бота сейчас была обычная инсигния автобота. Без элитных полос, подчеркивающих статус Джаза среди других ботов. Возносящий Элиту над другими автоботами. Но Джаз всегда был ближе к обычным ботам, чем к Элите. Может поэтому у него и не слаживалась дружба с Сентинелом. Со стороны Блэр видел, что Джаз терпеть не мог завышенное самомнение своего начальника. Оттого и часто предпочитал работать один, или зависать в датападе. Раньше так было. Но теперь, Джаз выглядел более свободным. Обменявшись с Праймом взглядом и кивнув ему белый ниндзя осторожно подошёл к Блэру и повёл его под руку в медотсек.       — Куда делся предатель? — На половине пути спросил Блэр слегка морщась от того, как медленно сейчас звучал его голос и скрывая досаду о потерянной скорости. Джаз же услышав вопрос Блэра поморщился и отпрянул, позволив меньшему боту опереться на подпорку, что было возле отсека-палаты, куда Ферст Эйд планировал поместить Блэра для дальнейшей, длительной реабилитации.       — Шоквейв? Оу… Он мёртв. И остальные генералы Мегатрона тоже. Сам лично видел как этот псих скинул их в ядро Триптикона, утверждая о том, что они в нынешнем своём внешнем виде эффективны лишь как источники топлива. — Пояснил Джаз медленно постукивая пальцами об стену и вздыхая.       Услышав о том, что его мучитель мёртв, да ещё и пал жертвой собственного лидера, которому так слепо служил, Блэр тихо выдохнул.       — Не испытываю не капли жалости в связи с этой новостью, — без эмоций признался он. — Глупо говорить, что Шоквейв не заслужил такой участи, учитывая, все, что он натворил. — Блэр сжал свою ладонь и затем со вздохом разогнув пальцы, взглянул на лицевую, а затем тыльную часть кисти, словно убеждаясь, что происходящее вокруг явь, а не сон уставшей от длительного одиночества искры. Переведя взор на стоящего Джаза, Блэр все же рискнул продолжить свою мысль, хоть и сомневался, что Джаз с позитивом разделит её. — Однако, глупость Шоквейва заключалась в другом. Он мог начать новую жизнь под личиной Лонгарма. Мог отречься от идеалов десептиконов и, мог начать свой актив с нового листа. Однако, вместо того, чтоб что-то менять в своём существовании, он предпочёл остаться тем, кем он и был — бесчувственным убийцей. И как видишь, этот путь привёл его к смерти, — Блэр, подойдя к двери кабинета, прошёлся чуть дальше и осторожно посмотрел в окно, внимательно анализирую сияющие на тёмном небе звезды. Голубой гонщик прижался щекой к стене, что почти не сразу услышал приближающиеся шаги. Повернув голову голубой тут же слегка склонил её на бок, наблюдая за тем, как к ним, неспешно приблизилась красно-оранжевая фигура. Родимус. Рыжий Прайм, сейчас был далеко не такой, каким его ранее помнил Блэр. Его броня не сияла как ранее, а сам офицер был куда растеряннее и задумчивее, чем ранее. Невольно, Блэр посмотрел на Джаза и приблизясь вопросительно взглянул на друга, что в свою очередь лишь тяжело вздохнул.       — Видишь ли Блэр, от десептиконского террора пострадали многие. И речь не только про колонии, что были разрушены, про планеты, что Мегатрон и его генералы стерли в порошок, про тысячи разрушенных флор и фаун. Судьбы. Война разрушила тысячи судем простых автоботов. Кто-то потерял в битвах своих близких, а кто-то, как ты и Родимус, пострадали психически. Признаюсь, Ранг, самый лучший психолог на Кибертроне, но даже он сейчас не справляется с наплывом пострадавших. А побег Мегатрона вместе с Триптикон, лишь усилило этот наплыв. Ведь теперь, никто из автоботов не ощущает себя в безопасности даже тут. На родной планете.       Узнав это Блэр закусил свою нижнюю губу и, слегка поежившись от слов Джаза перевёл взгляд на Родимуса. Прайм будто не слышал их. Его взгляд был пустым и казалось полностью отрешенным от окружающей его суеты. И этим Родимус напоминал Блэру его самого. Ведь и гонщик ощущал себя так же, пускай и скрывал это гораздо лучше чем Прайм.       — Что Оптимус думает над всей этой ситуацией? — Спросил Блэр сложив руки на груди и глянув на Джаза. — Он же теперь новый Прайм?       — Да… И честно, он озабочен этим не меньше тебя или меня. Однако, его озабоченность, не разделяют в Консульстве. Клиффджампер, Сентинел и Альфа Трион считают, что на первом месте сейчас стоит победа над Мегатроном. В то же время Ботаника и Персептор разделяют с Оптимусом и мной беспокойства. Ведь, если автоботы будут сломлены морально, то надежды на будущее у нас не будет. А уж поверь, пессимистические нотки Кибертрона, уже дошли и до Земли.       — Кто-то из вашей команды? — Спрашивая Блэр даже не взглянул на Джаза. Теперь весь его взгляд был прикован лишь к Родимусу. Отчего то голубому боту совершенно не хотелось видеть рыжего Прайма таким. Разбитым, грустным, опустошенным. Ведь, не обязательно же помощь Ранга в данной ситуации. Может, с помощью друг другу могут справиться и сами автоботы? Скоростной автобот навострил аудио, когда Джаз снова заговорил       — Да и нет. Основная проблема сейчас это люди. Они как и мы, против этой войны. А многие, потеряли близких, во время нашей последней стычки с Мегатроном и его, швалью. И сейчас, за неимением возможности добраться до последнего, срывают всю злость на нас. Бамблби недавно обкидали камнями и разбили лобовое стекло. А осколки едва не посекли Сари. Айзек и Фензон, конечно как и мы с Оптимусом стараются поддерживать порядок. Однако, сам понимаешь, сложно говорить, когда, по мнению людей, мы в этой битве ничего не потеряли.       — А как же Проул?! — Возмутился голубой бот. — Разве его гибель не имела смысла?       — Тут, Блэр, труднее. Дело в том, что Проул вернулся. Оллспарк вернул его к жизни, дабы тот смог закончить свою миссию в этом мире. Вот только… пока даже сам Проул не знает, что это за миссия. И поэтому, все свое время сейчас он проводит с Би и Сари. Но больше с Би. Мне кажется, что между этими двумя что-то есть…       — Так же как и между тобой и Оптимусом, — тихо перебил война гонщик и улыбнулся, когда на лицевой лейтенанта, от смущения, поступили ярко-розовые полосы. — Да ладно, Джаз, я же вижу как ты Оптимусу глазки строишь. Нет смысла отрицать. Ты влюблен в него по аудио.       — А я и не отрицаю, — сказав так ниндзя слегка хлопнул Блэра по плечу и улыбнулся ему. — Но пока об наших с Оптимусом отношениях, я бы предпочёл помалкивать. Знаешь, у стен всегда могут быть уши. — Сказал белый лейтенант и перевёл взгляд на Родимуса, тяжело вздохнув.       — Послушай, — неожиданно изрёк Блэр, что ощутил после разговора с Джазом, пускай и слабую, но лёгкость. — Иди к Оптимусу, а я останусь тут и поговорю с Родимусом, — гонщик наиграл на лицевой улыбку и слегка повёл взгляд в сторону. — В конце концов нам вдвоём есть что обсудить. Как и тебе с Праймом. — Кивнул голубой автобот. Сперва, Джаз сомневался, в заявлении Блэра, однако заметя решительный взгляд друга, белый ниндзя все же согласился на предложение товарища. И вскоре скрылся в тёмных коридорах, оставив Блэра и Родимуса одних. Тяжело провентилировав Блэр опустился рядом с рыжим автоботом и тронул его за плечо. Невольно Прайм вздрогнул, прежде чем повернуть свою голову.       — Ох, прости, — сказал стыдливо Родимус, отводя свой взгляд в сторону. — Я… Не заметил, что я тут не один.       — Ничего страшного, — улыбнулся голубой бот, слегка поерзав на одном месте. — Я Блэр… Ну ты наверно знаешь… Я тот бот, что ну…       — Пострадал от Шоквейва? — Родимус дёрнул головой и внимательно стал рассматривать корпус своего собеседника, подмечая на нем вмятины и сколы. — Знаю… Ты, получается будешь моим соседом по палате? — Спросил рыжий бот с лёгкой улыбкой на лице.       — Получается, что так. — кивнул разведчик, а затем растерянно постучал пальцами друг об друга, — А ты… ты по какой…       — Космическая ржавчина. Видишь ли, в последней битве с командой Чаар, Страйка и её подручные окружили нас и… поймали. Меня они поразили космической ржавчиной ну и… приволокли к себе, где пытали и брали энергон и часть брони, для какого-то эксперимента… Понятия не имею для какого. Я сбежал прежде чем они решили прикончить меня. Вот только, страх, признаюсь, остался. Собственно поэтому я и тут.       Блэр внимательно слушая рассказ Родимуса лишь тихо вздохнул, а затем, осторожно приобнял рыжего Прайма за плечи. Он кивнул ему, а затем тихо улыбнулся.       — Ну, поскольку мы с тобой соседи и, наши страхи оба связаны с десептиконами, то, — Блэр шире улыбнулся убирая свою ладонь с плеча рыжего бота. Что ты думаешь насчёт помощи и поддержки друг друга? Ты и я? — Сказав так, голубой бот протянул своему собеседнику свою ладонь. Сжав губы Родимус перевёл свой взгляд с руки на лицевую Блэра, а затем слегка покраснев пожал его ладонь, кивнув разведчику.       — Я согласен… — Тихо прошептал Родимус, сжимая ладонь Блэра в своей руке. Голубой бот на это действие лишь нежно улыбнулся, а затем стал медленно рассказывать свою историю, рассказывать о Земле, о команде Прайм, об удивительных местах, что он видел, пока возвращался на Кибертрон, а затем, стал рассуждать о мире, что их ждёт, когда наконец их лечение подойдёт к концу. Об их новом лидере и о том, что ни за что в будущем не стоит вновь допускать таких ужасов. Пускай война и десептиконы вскоре канут в лету истории, а автоботов ждёт лишь светлое будущее. Как минимум так, пытался настроить себя и своего собеседника Блэр, не замечая как их с Родимусом пальцы теснее переплелись друг с другом.