Circus of the lost

Толпы людей в пестрых костюмах снуют туда-сюда, задорно посмеиваясь. Все пугают друг друга, выпрыгивают из-за углов, утробно рычат, вызывая табун мурашек по коже, смотрят устрашающе своими глазами, облаченными в линзы неестественных цветов. Хэллоуин — это время животного страха и дикого восторга, время пугающих квестов и леденящих душу аттракционов. Это смех детей, выпрашивающих конфеты у соседей, завораживающие мелодии, звучащие из каждой трубы. Хэллоуин — это день, когда каждый может проявить себя, показать свое истинное нутро, не боясь критики и осуждения со стороны окружающих. Это праздник духов, своеобразный второй шанс, даруемый им раз в год для осуществления несбывшихся желаний. По крайней мере, так гласят местные байки. Однако Тэхён в них не верит от слова совсем. Их выдумали взрослые для запугивания ребятишек, осточертевших всем вокруг своим «сладость или гадость». Он точно знает это, так что ничуть не боится гулять поздним вечером по парку, тем более людей вокруг немерено, а неоновые вывески, зазывающие потенциальных клиентов на разного рода аттракционы, мигают так ярко, что освещают еще несколько улиц в радиусе пяти километров. Он грызет яблоко в карамели, исследуя каждый уголок локации. Раз в год центральный парк кардинально меняет свой облик, превращаясь в поистине завораживающее место: все вокруг обмотано искусственной паутиной, деревья обвиты гирляндами с летучими мышами и ведьменскими шляпами, на каждом углу красуются тыквы с вырезанными на них гримасами, забегаловки разрабатывают особое меню с тематическими угощениями, которые помогут забить кошельки их владельцев деньгами на год вперед, люди на метровых ходулях шатаются от одних зевак к другим, приковывая к себе удивленные взгляды. Тэхён завороженно наблюдает за всем происходящим, пытаясь проникнуться атмосферой сполна. Хэллоуин всегда был для него днем, наступления которого он неизменно ждал с ребяческим трепетом и озорным огоньком в глазах. В детстве он любил наряжаться в костюмы, на которые был готов растранжирить всю зарплату родителей, украшать дом к грядущему празднику, печь тыквенные пироги, вместе со всеми на скорость вылавливать зубами яблоки из огромных емкостей с водой, но сейчас он вырос. Больше не заморачивается над костюмами, что раньше имели для него такую ценность, не выделывается перед соседями броским декором небольшого сада перед домом, не принимает участия во всевозможных конкурсах, но любовь к Хэллоуину осталась неизменной, Тэхён все еще всем сердцем обожает этот праздник. Вдруг все удивленно замолкают. Ким, погруженный в собственные мысли, почти врезается в спину резко остановившего перед ним мужчины, но вовремя успевает затормозить. Неподалеку слышится разрезающая воздух, всем знакомая цирковая мелодия. Люди приходят в себя, бегут на звук, восторженно перекрикивая друг друга. Тэхён поддается толпе, позволяя унести себя прямо к потрепанному шатру цирка. -Только сегодня! — мужчина ростом не выше ста тридцати сантиметров, облаченный в красную рубашку, заправленную в синие брюки с подтяжками, цветастые, не по размеру огромные сапоги, кричит в рупор, задорно улыбаясь.- У каждого из Вас есть уникальная возможность лицезреть ошибки матушки природы! — он скалится, обводя завороженных зрителей взглядом. — Тех, при виде кого детям закрывают глаза, призывая не смотреть на этих уродцев! Тех, чей облик вызывает мурашки по коже! Тех, с кем жизнь сыграла злую шутку! — мужчина замолкает на пару секунд, выдерживая драматичную паузу. — Цирк самых настоящих фриков, вселяющих одновременно отвращение и восхищение! Цирк заблудших душ, отчаянно требующих к себе внимания, открывает для Вас свои двери! — толпа восторженно кричит, выдавая свое нетерпение. — Добро пожаловать в место обнажения пороков души человеческой! — он склоняет голову в шутливом поклоне, распахивая перед собравшимися полы красно-белой ткани, служащей импровизированным входом в цирк. — Наслаждайтесь и ужасайтесь. Тэхён не раз слышал о цирках уродов, но никогда не видел их вживую. Он всегда считал негуманным глумиться над людьми с отклонениями, но видя перед собой сгорающих от любопытства горожан, он и сам непроизвольно захотел взглянуть на разрекламированное шоу своими глазами. Приехавший цирк — огромная редкость для их небольшого городка. Обычно ни один артист не заезжает в эту глушь, что уж говорит о целой труппе, поэтому он не шокирован тем ажиотажем, что царит в пространстве. Тэхён не может сдержать восторженный вздох, когда заходит в шатер. Под куполом висят шарики гирлянд, мигающие разными цветами, желтое, слегка блеклое освещение, погружает пространство в таинственный полумрак. В самом центре красуется большая арена, обтянутая красным бархатом. Люди стремительно заполняют трибуны, толкаясь, ругаясь между собой за лучшее место. В цирке душно настолько, что складывается впечатление, будто воздуха попросту не хватит до конца выступления. Усугубляет ситуацию приторный запах попкорна, продающегося при входе. Однако Тэхён старается не обращать внимания на подобные недочеты. Он уверен, они не должны испортить общее впечатление от шоу. Ему удается прошмыгнуть к месту в самом центре трибун, с которого открывается вид на всю арену. Он оглядывает присутствующих заинтересованным взглядом, замечает предвкушение на лицах каждого. Всем без исключения интересно узнать, что их ожидает, взглянуть в глаза тем самым фрикам, поблагодарить судьбу за то, что они таковыми не являются. Оживленный шепот прекращает звон, растекающийся по всему помещению. Тэхён замечает, что в этот момент гаснет один из трех прожекторов, освещающих арену. Спустя пару минут звучит следующий звонок, сопровождающийся выключением второго прожектора. Третий, последний звон, не заставляет себя ждать, выключая оставшийся прожектор. Цирк погружается во мрак. Тэхён молча пялится на арену, замечая за кулисами какое-то копошение. Он не знает, чего ожидать, какое выступление могли подготовить циркачи. Ким, как и все собравшиеся здесь, терзает себя догадками, возможными вариантами грядущего шоу. Однако он быстро понимает, что ни один из них и близко не стоит рядом с тем, что ему предстоит увидеть. Над сценой загорается один единственный источник света, открывающий взору небольшую птичью клетку. Тэхён трет глаза, привыкшие к темноте, пытаясь понять, что находится внутри. Он широко распахивает их, когда осознает, что в клетке находится девушка. Ее лицо вымазано кипельно-белым гримом, поверх которого толстым слоем были нанесены румяна, нарисованы изогнутые неестественно брови и кроваво-красные губы. Ее конечности через чур длинные, это видно невооруженным взглядом. Они странно выгнуты, руки и ноги почти что сплетаются между собой в узлы. Любой другой человек никогда бы не смог поместиться в крошечную клетку, предназначенную максимум для попугаев, но никак не для людей. Однако девушка, кажется, не ощущает никакого дискомфорта. Она поднимает голову на зрителей и скалится довольно, когда видит немой вопрос, застывший на их лицах. Только сейчас Тэхён замечает ключ, лежащий на приличном расстоянии от клетки. Пространство, в котором находится девушка, выглядит настолько тесным, что туда и палец не получится просунуть, но, игнорируя этот факт, она начинает изгибаться, заламывая руки и ноги за голову, изворачиваясь всем телом, словно у нее отсутствуют кости. Собравшиеся шокировано вздыхают, морщась от фантомного чувства боли. Девушка словно упивается вызванной реакцией, извивается еще причудливее, бьется о прутья клетки, как настоящая птица, рьяно пытающаяся выбраться из заточения. Она выгибается в последний раз, вытягивая из клетки освободившуюся руку. Кожа тонким слоем обтягивает хрупкие кости, вены, виднеющиеся даже с большого расстояния. Длинные, избитые в кровь пальцы тянутся в сторону ключа, но не достигают цели. Девушка вновь извивается на манер змеи, просовывая через прутья уже плечо. Тэхён отчетливо слышит хруст, но не понятно, была это рука артистки или клетка, поддавшаяся давлению. На ее лице ни одной эмоции, она создает впечатление шарнирной куклы, способной гнуться во все стороны, не знакомой с понятием боли, ведь видно, как металл впивается в ее кожу, оставляя алые следы, но девушке все же удается достать до ключа. Она победно улыбается, демонстрируя трофей собравшимся, ковыряется с замком пару секунду и выбирается из клетки, расставив руки в стороны. В полный рост незнакомка выглядит еще более пугающей. Черные пряди волос достают до поясницы, белая сорочка, больше напоминающая спальную, открывает вид на худощавые, ближе к костлявым, длинные ноги с россыпью синяков на них, на не менее тощие руки, на которых не составляет труда пересчитать каждое сухожилие. Ее смело можно использовать для изучения строения человека на уроках биологии в школах и институтах. Девушка дожидается прекращения аплодисментов, кивает в знак благодарности и продолжает шоу. По цирку разносится ненавязчивая мелодия, под ритм которой она сгибает свои конечности, складываясь в самые непредсказуемые формы. Этот набор движений поначалу выглядит достаточно хаотичным, но вскоре начинает напоминать подобие танца. Неуклюжего, местами нелепого танца. Девушка походит на пластилин, из нее можно легко вылепить все, что взбредет в больную голову того, кто поставил это выступление. Она не идет, плывет по арене, то падая на пол, то забираясь на ее барьеры. Люди наблюдают за каждым движением, широко распахнув глаза. Тэхён и сам не может оторваться, не веря в то, что живой человек действительно способен на нечто подобное. Девушка заканчивает номер, склоняется в неловком поклоне, сжимая подолы сорочки, и удаляется с арены. Снова слышится возня, вслед за которой из-за кулис появляется обворожительный парень. Черты лица до невозможности правильные, вызывающие лишь восхищение, дополняют их пшеничного цвета, вьющиеся на концах волосы, что слегка спадают на скулы. Он кокетливо улыбается, пробегаясь взглядом по всем присутствующим дамам, внимание которых приковал к себе за пару секунд. Он вальяжно разгуливает по сцене, спрятав в карманы растянутых брюк руки. В один момент он задумчиво щурится, смотря на какую-то девушку в первом ряду, запрыгивает на борт арены, глядит, склонив голову, на раскрасневшуюся от повышенного внимания девушку и протягивает ей руку. Она смотрит в бездонные глаза парня напротив, копирует его жест, но взвизгивает испуганно, мгновенно прижимая ладонь к груди, будто ошпарилась. Парень заливисто смеется, явно радуясь произведенному впечатлению, в один прыжок возвращается на арену и демонстрирует теперь всем вокруг свои руки, напоминающие клешни лобстера. Он машет двумя пальцами каждой ладони, игриво рассматривает их, будто сам видит впервые. Зрители перешептываются, тыча на арену, высмеивают мальчишку, что только рад подобной реакции. Он натягивает на лицо нарочно серьезный вид, выставляет перед собой одну руку, призывая помолчать, и скрывается в темноте кулис. Возвращается он с мужчиной в охапку. У того ни рук, ни ног. Он прижимает его к себе, качает, словно ребенка малого, чем вызывает заливистый смех и аплодисменты. Разыграв сценку, опускает мужчину на барьер, а тот начинает кувыркаться по нему, словно футбольный мячик по полю. Люди больше не сдерживают себя, хохочут, сгибаясь пополам, хлопают до боли в ладошах, смахивают выступившие от смеха слезы. Тэхён их искренне не понимает. Не понимает, как те могут смеяться над обреченными людьми, которым приходится с улыбкой на лице реагировать на постоянные насмешки и издевки над собой. У него все это зрелище вызывает лишь сожаление и впечатление, что он попал туда, куда не должен был. Неуютно наблюдать за тем, как люди теряют крупицы своей гуманности, тыча пальцами в «уродцев». Ему кажется, что апогей извращенности достигнут, но парень вывозит на арену украшенную геометрическими узорами пушку. В этот момент сердце Тэхёна пропускает удар. Ему искренне хочется верить в то, что его больные догадки не воплотятся в реальность. Вопреки ожиданиям, симпатичный молодой человек подхватывает добравшегося до точки старта мужчину, демонстрирует его публике напоследок и загружает того в пушку в качестве ядра. -Какой ужас. -шепчет Тэхён неверяще. -Круто, правда? -сидящая по правую руку от него женщина улыбается во все тридцать два, ошалелым взглядом уставившись на арену. Картина на ней лучше не стала, мужская голова с блестящей лысиной высовывается из пушки, а с обратной стороны стоит тот самый парень, готовящийся вот-вот поджечь фитиль. -На счет три я запущу его в полет! — он громогласно кричит на весь цирк, окидывая собравшихся воодушевленным взглядом. -Один! -нет, этого не может быть, думает Тэхён. -Два! -это ведь совсем небезопасно, они бы не стали рисковать жизнью человека ради шоу. -Три! -возможно, стали бы. Тело мужчины взмывает к самому куполу шатра, проносится над рядами зрителей, задравших головы вверх, раскручивается в воздухе несколько раз и приземляется аккурат на предварительно растянутую за трибунами сеть. Все мотают головами, пытаясь разглядеть «ядро», вскакивают со своих мест, озираясь по сторонам. Тэхён тоже поднимается, нервно заламывая пальцы. Он молит Бога о том, чтобы с бедолагой все было хорошо. Ким облегченно выдыхает, когда парень-лобстер поднимает счастливого мужчину, всем своим видом излучающего восторг. Остальные подхватывают эту ноту, улюлюкают, некоторые кричат на весь шатер: «Браво!», и лишь Тэхён сидит молча, тупо уставившись в одну точку. Какого черта только что произошло? Надо было пройти мимо, направиться прямиком домой, а не сворачивать в этот злосчастный цирк, в котором люди больше напоминают гиен, хохочущих над добычей, чем эволюционировавших созданий. Но времени на саморефлексию не хватает, выходит новый циркач. Низкорослый мужчина, что призывал всех посетить цирк, широко улыбается, торопливо вбегая на арену. Он по пути натягивает красный клоунский нос, поправляет спадающие, явно большие ему штаны, причудливый рыжий парик с завитками вместо локонов. Он останавливается в центре арены, вытаскивает заготовленные заранее разноцветные шары и садится на высокий одноколесный велосипед. Напевая себе под нос какую-то пресловутую песню, ничуть не попадая в ноты, он крутит педали, параллельно жонглируя пестрыми шарами. Проехав пару кругов, делает вид, что теряет равновесие, валится навзничь с велосипеда, подкидывая при этом шары нарочно высоко, чтобы те градом посыпались на него, закрывающего лицо ладонями, вызывая болезненные ойканья и айканья. Люди мерзко хихикают при виде чужих страданий. А Тэхён лишь морщится обреченно. На этом представление не заканчивается, мужчина поднимается, бегает по проходам между трибунами, цепляет сидящих за одежду, вытаскивает из-за их ушей монетки, валится прямо им на руки, одним словом — делает все, лишь бы привлечь к себе внимание. И, стоит признать, ему это удается на ура. Люди в восторге от такого тесного взаимодействия с циркачом. Конечно, некоторые из них шутливо отстраняли его от себя, отряхивали одежду после прикосновений, морщились наигранно, но все еще искренне смеялись. Добившись желаемого результата, мужчина покидает арену, приглашая на нее следующих циркачей-сиамских близнецов. Девушки в пастельно-голубой балетной пачке, с повязанными на макушках большими бантами в цвет, мнутся, не решаясь начать выступление. Они опускают головы в пол, неловко перебираясь с ноги на ногу, но поднимают взгляд, заслышав знакомую мелодию. Происходящее напоминает полную вакханалию, но далеко не танец. -Сейчас мы должны пойти направо! -гневно кидает одна из сестер. -А я говорю-налево! -вторая недовольно сверлит ее взглядом. -Дура, мы уже ходили налево, где ты витала на репетициях? -шипит на весь шатер. -Сама ты дура неотесанная! Они тянут друг друга в разные стороны, прыгают невпопад музыке, пытаются улыбаться натянуто, но быстро вновь начинают хмуриться, когда одна из них действует не по плану. Собравшимся весело наблюдать за постоянными перепалками сестер. Кажется, те забыли, что находятся на огромной арене и были готовы вот-вот вцепиться друг другу в волосы, но участники труппы быстро расцепили их, затаскивая туда, откуда они вышли. Следом, дабы сгладить углы, выходит парень в одних лишь полосатых брюках. Его тело увито татуировками самых разных размеров и форм. Он ступает в самый центр арены, чтобы все зрители, даже те, кто сидят на последних рядах, сумели разглядеть его. Неожиданно он достает из кармана брюк пару зажимов, которые прицепляет по обе стороны шеи. Он смотрит на нахмурившихся людей и усмехается, постепенно начиная тянуть зажимы в разные стороны, растягивая кожу до предела. «Ужас!», «Какой кошмар!», «Как это вообще возможно?» разносится со всех сторон. Парень будто не слышит всех едких высказываний в свой адрес, брошенных с желчью: «Фрик!» и «Настоящий урод», он продолжает растягивать свою кожу до того момента, пока через нее буквально не будут просвечивать лучи установленного позади прожектора. Тэхёну не хочется отвернуться, как это сделали многие, ему хочется плюнуть в лицо тем, кто может так легко оскорблять людей лишь за то, что они чем-то отличаются от них. Поэтому он хлопает ободряюще вслед удаляющемуся парню. Наверняка, он не разберет истинный посыл его аплодисментов, но Тэхёну на душе отчего-то легче. Спустя короткий перерыв на арену вывозят огромное цветастое колесо со сквозными дырами в деревянной основе. Следом выбегают женщина ростом под два метра, слегка мужского телосложения и низкий на контрасте мужчина. На его голове почти не осталось волос, редкие прядки беспомощно спадают на плечи. На нем увесистый тренч, обтягивающий проступающий горб, на глазах беспросветно темные очки. Девушке в расстегнутой на несколько пуговиц рубашке и белоснежных шортах помогают закрепить руки и ноги в колесе. Зрители восторженно выдыхают, понимая, что их ждет. Тэхён зажмуривает глаза, отказываясь верить в происходящее. До него доходит, что движения пожилого мужчины неосторожные и неуверенные не от преклонного возраста, а от того, что он слеп. Как этот цирк до сих пор не закрыли? Почему никто еще не пожаловался на жестокость программы? Мужчине под руки помогают отойти на необходимое расстояние и раскручивают колесо с улыбающейся беспечно девушкой. Лишь бегающие из стороны в сторону глаза выдают ее истинное волнение. Все замирают, даже музыка перестает звучать из установленных внутри колонок. Мужчина вытаскивает из внутреннего кармана тренча небольшой ножик, замахивается пару раз, мысленно прицеливаясь, и метает нож. Все взвизгивают, подпрыгивают с сидений. Девушка зажмуривается, поджимая губы. Первый кинжал вонзился в нескольких сантиметрах от ее головы. Еще чуть-чуть и он бы определенно рассек макушку бедняги. Тэхён с болью в сердце наблюдает за тем, как оставшиеся четыре ножика врезаются в дерево в считаных миллиметрах от тела артистки. Один кинжал вонзается в разлетевшуюся свободную ткань рубашки, оставляя на ней дыру. Ад не заканчивается, следуя просьбам собравшихся, на арену выносят крупное красное яблоко и ставят его прямо на голову девушки. Она слегка сгибает колени, чтобы облегчить задачу напарнику. Кажется, раньше они не практиковали подобный номер, потому что на лице обоих и след от улыбки простыл. Мужчина целится слегка подрагивающей рукой и отправляет кинжал прямо в яблоко, покоящееся на черепе зажмурившейся и слегка взвизгнувшей девушки. Она облегченно выдыхает, демонстрируя на прощание всем собравшимся сочащийся соком фрукт. Зрители провожают циркачей кровожадными овациями. Оставшиеся выступления скорее напоминают сон: смех людей, доносящийся со всех углов, ошарашенные вздохи, аплодисменты. Тэхёну это все надоело, ему тяжело смотреть на происходящее, на радостные гримасы собравшихся. Хочется просто напросто встать и уйти отсюда подальше, но вот на арену вывозят длинный синий ящик, украшенный рисунками звезд. И интерес преодолевает тошнотворное чувство, подступившее к горлу. Вслед за ним выходит статный мужчина в деловом, бесспорно дорогом костюме и увесистым плащом поверх. Черные волосы спадают на глаза, довольно блуждающие по рядам. Он не похож на фрика, думает про себя Тэхён. Внешность обычная, даже привлекательная, никаких явных физических отклонений он не видит. Окинув его еще одним придирчивым взглядом, заметив, как все выступавшие смиренно склоняют перед ним головы, даже не заглядывают в глаза, Ким приходит к выводу, что это и есть владелец цирка. Зубы почему-то сжимаются до скрежета. -Мне нужен помощник, -властный голос разрезает воздух. Не сдвигаясь с места, мужчина бродит глазами по трибунам, пытаясь выцепить нужного человека. -Ты! Тэхён жмурится, прикрывает лицо рукой, когда яркий свет единственного прожектора светит прямо на него. Он удивленно расширяет глаза, тыкая в грудь пальцем, дабы понять, не кажется ли ему. Но ему не кажется, в ответ кивают со странным оскалом и жестом приглашают на арену. Тэхён на негнущихся коленях спускается по ступеням, перешагивает через барьер и оказывается рядом с владельцем этого шапито. Он всего на несколько сантиметров выше парня, но тот смотрит на него сверху вниз, слишком уж мощная энергетика прет от мужчины. Он распахивает ящик, позволяя Тэхёну заглянуть внутрь. Зрители тоже заинтересованно ерзают на своих местах, пытаясь понять происходящее. -На ваших глазах я распилю этого смелого парнишку пополам! -он раскидывает руки в стороны, демонстрируя ряд ровных зубов. —Что? -шепотом спрашивает Тэхён, когда чужие руки помогают ему забраться в ящик. Уже в горизонтальном положении он с ужасом смотрит на нависающего над собой мужчину и мысленно прощается со своей недолгой жизнью. -Не бойся, -он проводит по лицу Тэхёна пальцами, смахивая со лба прилипшую прядку.- Я тебя не обижу. С этими словами крышка закрывается. Из одного конца ящика торчит испуганное лицо Тэхёна, а из другого-ноги. Ким не понимает, почему молчит, почему он не может подскочить с места и отказаться от участия в этом кошмаре. Он лишь смиренно лежит, ожидая дальнейших действий. Владелец цирка с характерным звуком поднимает пилу, скалится напоследок, окидывая затихших в ожидании зрителей взглядом, и начинает резать ящик. Родители закрывают детям глаза, отворачиваются и сами, не желая становиться свидетелями чьей-то кончины. Тэхён молча зажмуривается, вспоминая все свои грехи, размышляя, почему именно его выбрали в качестве подопытного кролика. У него было так много планов на эту жизнь, но все они перечеркнулись у него на глазах. Водопад алой крови брызжет во все стороны, рассудок туманится. Вот и все. Неужели смерть выглядит так, думает Тэхён. Почему он все еще слышит какое-то копошение вокруг себя? Почему видит яркий свет сквозь зажмуренные до боли веки? До него с опозданием доходят крики облегчения и громкие хлопки в ладоши. Он осторожно распахивает глаза и видит прямо над собой чужое ухмыляющееся лицо. -Говорил же, что не обижу. -он помогает парню выбраться, проводит до присвоенного им же места и улыбается хищно. Кровь была лишь бутафорией, маячит на подсознании мысль, а холодный пот струйками стекает по лицу. Тэхён так сильно впивается ногтями в чужую руку, что, он уверен, на ней останется несколько крупных синяков. Как оказалось, этот номер был завершающим. Вся труппа, во главе со своим руководителем, встает в центре арены, кланяется в сторону каждой трибуны и скрывается за кулисами. Люди аплодируют стоя. Свистят, кричат, просят приехать повторно. Тэхён тоже пытается хлопать, но выходит слишком вяло, он все еще не может прийти в себя. До него с опозданием доходит тот факт, что все уже давно покинули шатер. Он озирается по сторонам, понимая, что остался здесь совсем один. Ким уже готовится вставать, когда бело-красная плотная ткань прямо за ареной отодвигается, а из-за нее неторопливо выходит мужчина в черном плаще. Кажется, он совсем не удивлен своей находке, лишь поднимается на нужный ряд, откидывает полы плаща и устраивается на соседнем месте. Пару минут они сидят в неприятной тишине, прерывать которую никто не торопится. Тэхён весь подбирается, выглядит напуганно и обескураженно, в отличие от человека, сидящего рядом. Мужчина откидывается на спинку сидения, гуляет взглядом по реквизиту, оставшемуся на арене после выступления и ухмыляется собственным мыслям. Ким понятия не имеет, почему продолжает сидеть на месте, но его будто пригвоздили, даже пошевелиться невозможно. -Как тебе выступление? -Боковым зрением он замечает обращенный на себя вопросительный взгляд. -Отвратительно. -слышится мгновенно. Мужчина удивленно усмехается, разворачиваясь к нему всем корпусом. Это явно не тот ответ, который он ожидал услышать. -И что же тебе так не угодило? -Да все! -он наконец сталкивается рассерженным взглядом с чужим, на удивление спокойным.-Все радовались тому, что они не на месте твоих циркачей. Смотрели на них свысока, поражаясь их неловкости и глупости. Твоим людям приходилось унижаться, пресмыкаться перед незнакомцами.- тараторит Тэхён в порыве чувств.- А тебе хоть бы хны! Сидишь довольный, заработав кучу денег с продажи билетов. А то, что твои подопечные жизнью готовы рисковать ради каких-то грошей тебя не заботит. За все время его пылкого монолога он не наткнулся и на нотку понимания или просветления в чужих глазах. На него лишь смотрели как на полного идиота, что не понимает самые очевидные истины жизни и улыбались беспечно. Тэхёна это злит еще больше. Хочется потрясти этого напыщенного индюка, чтобы тот наконец пришел в чувства и выдал хоть какую-нибудь реакцию. -Ты ведь видел табличку, висящую при входе в шатер? -Ким задумывается ненадолго, прокручивая в голове воспоминания прошедших часов, но никакой таблички он не помнит. -На ней написано «Цирк заблудших».- не увидев озарения в чужих глазах, просвещает владелец.- В моей труппе нет ни одного человека, попавшего сюда от счастливой жизни. Каждый пришел к шатру от безысходности, потому что не видел для себя другого выхода.- размеренно поясняет.- Думаешь, за пределами цирка над ними смеялись меньше? — Тэхён чувствует себя глупым ребенком под чужим тяжелым взглядом.- Отнюдь. Они давно привыкли к издевкам, которые теперь никак не принижают их гордость. Я, — он тычет пальцем себе в грудь.- Ужасный тиран, подвергающий их риску, создал для каждого условия, складывающие иллюзию счастливой и полноценной жизни. Я, -наклоняется чуть ближе.- Плачу им зарплату, покрываю все внеплановые расходы, лишь бы они чувствовали себя комфортно. Я всю свою жизнь посвятил тому, чтобы слепить из них стоящих людей, а ты приходишь ко мне домой и заявляешь, что все это фарс? Самому то не смешно? Тэхён молчит, обдумывает каждое услышанное слово. Ему даже становится стыдно, но он все еще не может отделаться от липкого ощущения чего-то неладного, от чувства недосказанности, висящего в воздухе. -Приходить в цирк или нет-личное дело каждого. Я никого не затаскивал сюда насильно, -понижает голос.-К слову, и тебя тоже. Люди приходят сюда для эмоций. Для того, чтобы разбавить свою серую жизнь, погрязшую в рутине, хоть чем-то необычным, даже если это что-то-парочка фриков, лебезящих перед ними. -Но это ведь ужасно, — Тэхён смотрит загнанным зверем в чужие глаза.- Они чуть ли на пол со смеху не валятся, видя чьи-то проблемы. Им будто и в голову не приходит то, что перед ними такие же люди, что они тоже живые, а не куклы, созданные на потеху остальным. Глаза напротив странно сверкают после услышанного. Тэхён готов поклясться, они стали еще чернее, чем были прежде. -А тебе самому не было радостно? -Ким хмурится.- От того, что тебя такая жизнь никогда не ждет, ведь ты нормальный, — он особенно выделяет последнее слово.-Разве ты не почувствовал от этого облегчение? -Я…- Тэхён хочет поспорить с заявлением, но понимает, что сказать ему нечего. Слова застыли в горле горьким комом. -Так и думал.- Мужчина встает со своего места, разглаживая ткань брюк.- Поразмышляй об этом на досуге.- кидает напоследок.- До встречи, Тэхён. -последнее, что слышится перед тем, как фигура исчезает за кулисами. Ким подскакивает с места, услышав из уст мужчины свое имя. Откуда он узнал? Может, он сам ненароком сообщил ему имя, пока находился в раздумьях. Но Тэхён же не совсем идиот, он бы не стал рассказывать о себе все подряд первому встречному. Ладно, если бы странности закончились на имени, но почему с ним не распрощались с концами? До какой еще встречи? Ким глупо хлопает глазами, находясь в своеобразной прострации, и быстро сбегает по лестнице, ведущей к выходу. Собственные шаги эхом разносятся по всему шатру, вызывая мурашки. Он уже протягивают руку, чтобы отодвинуть ткань, служащую выходом, но замирает в оцепенении, когда чувствует чьи-то ледяные пальцы на запястье. Тэхён разворачивается резко всем корпусом, видит перед собой мертвецки бледное лицо со спадающими на него черными прядями. На него смотрит пара напуганных до чертиков глаз, то и дело бегающих из стороны в сторону. Девушка, что показывала номер с клеткой в самом начале шоу, воровато оглядывается, до покраснений впиваясь в кожу парня. Он замирает в немом шоке, хватка на удивление сильна, рука намертво застыла в чужой. -Не верь ему, -Она понижает голос до тихого, едва слышного шепота, заглядывая своими бездонными глазами прямо в душу.- Он все врет. Ни одному слову не верь, прошу.- девушка вся дрожит, по щекам беспомощно стекают крупные капли слез. -Ни за что не возвращайся сюда, беги, пока можешь, — она медленно ослабляет хватку.-Он не отпустит, если придешь.-девушка вздрагивает, когда слышит позади себя шаги. Парень-лобстер хватает ее за предплечья, уволакивая прочь содрогающееся тело. -Что ты творишь?! -Он хмурит брови, гневно шипя.- Он убьет, если узнает. Тэхён и сам не заметил, в какой момент начала дрожать как осиновый лист. Воздуха резко начало не хватать, ноги стали ватными, а перед глазами все поплыло. Он смотрит на отдаляющийся силуэт девушки и читает по губам: -Никогда… Тэхён бежит. Бежит, что есть мочи, как ему и сказали, расталкивая по пути людей, которые словно не замечают его. Он оглядывается в сторону цирка лишь единожды и замечает стоящего в дверях мужчину, сложившего руки на груди и гордо вскинувшего подбородок. Из всей толпы он смотрит ровно на Тэхёна. Он видит оскал, расплывающийся по чужому лицу и сердце падает в пятки. Никогда в жизни он не добирался до дома за считаные минуты. Ким закрывает дверь на все замки, прислоняется к ней, стекая на пол на дрожащих ногах. Слезы оставляют солоноватый след на щеках и падают градом на согнутые колени. Этот Хэллоуин Тэхён запомнит на всю жизнь.

***

Весь следующий день он не может оторвать каменное тело от постели. Мысли то и дело возвращаются к порогу треклятого цирка. К тем, кто выступал в нем, к владельцу, чей образ клеймом отпечатался в памяти. Он помнит каждое слово девушки, что молила его не возвращаться в цирк, беспомощные слезы, стекающие по ее щекам, помнит дрожь по всему телу от ее шепота. Ким Тэхён прекрасно все это помнит, но почему-то уже проворачивает ключ во входной двери, закрывая ее снаружи. Он полный идиот и не оспаривает этого. Ноги сами ведут к шатру, что сегодня выглядит не таким броским, как вчера. В аппарате для приготовления попкорна пусто, его сладкий запах больше не разносится по всему парку. Нет толпы людей, стремящейся поскорее ворваться внутрь и увидеть шоу. Где-то на земле валяются билеты, еще вчера втоптанные в нее. Лишь пролетающие изредка вороны разбавляют тишину. Тэхёна передергивает самого от того, что он снова пришел к этому месту, но он все же распахивает ткань шатра, вновь оказываясь внутри. Обстановка мало чем изменилась, разве что стало намного чище. Он старается шагать как можно тише, но не получается, внутри нет ни души, только его шаги ужасно громко разрезают тишину. Его пронзает отвратительное чувство дежавю. В порыве появившейся откуда-то смелости он вваливается за кулисы. Повсюду разбросан реквизит: шары, кегли, скакалки и велосипеды. Рядом висят потрепанные временем наряды, ветхий туалетный столик в углу забит косметикой. Рядом с ним установлен красный потертый диван с дырами, из которых вываливаются пружины. Сидящие на нем мгновенно переводят взгляд на гостя. Сиамские близнецы склоняют голову, бесцветно улыбаясь, а девушка с заплетенными в тугую косу черными волосами и все той же сорочке, кивает обреченно, поджимая губы. Тэхён замечает на ее теле желто-зеленые синяки, которых еще вчера точно не было. Ее глаза потухли, как только он вошел в комнату. Почему-то совесть больно кольнула, захотелось выбежать отсюда и вернуться домой, но девушка уже поднялась со своего места и нежно подхватила растерявшегося парня под локоть. -Мне жаль. — единственное, что она смогла выдавить из себя. Тэхён перебирает ногами, озираясь по всем сторонам. Он и представить не мог, что шатер настолько огромен изнутри. Его ведут по бесконечным пролетам и коридорам, украшенным странными афишами и плакатами с плачущими клоунами, медведями в балетных пачках и львами, разинувшими свои пасти. От него не скрывается и то, что в каждом последующем коридоре освещение все хуже и хуже, чем в предыдущем. Наконец они доходят до нужной двери. Тьма разбавляется только слабой полоской света, включенного в комнате. Девушка глубоко вдыхает, сжимает его руку напоследок и стучится робко. -Впускай.- слышится властный бас из-за двери. Владелец цирка развалился на кожаном кресле за огромным деревянным столом. По нему разбросаны различные бумажки и конверты, а сбоку расположена позолоченная табличка, на которой красуется размашистое: «Чон Чонгук». Чонгук кивает на такое же кресло, расположенное перед собой, приглашая присесть. Он смотрит на него с привычным оскалом и каким-то странным огоньком в глазах. Сегодня он выглядит еще более расслабленным, чем вчера. Подбородок покоится на собранных в замок ладонях. -Что же привело тебя сюда? -он довольно растягивает каждое слово. -Не знаю.- честно отвечает Тэхён. Он ведь правда и понятия не имеет, зачем притащился в этот ад повторно. Вчера он мечтал поскорее выбежать отсюда, а сегодня на собственных ногах вернулся обратно. Это на него совсем не похоже. -Наверное, ты почувствовал влечение, -мужчина со скрежетом отодвигается от стола.- Желание, — неторопливо обходит его, располагаясь прямо за спиной Тэхёна.-Тягу к этому месту, — шепот в самое ухо. -Не так ли? Тэхён тяжело сглатывает, трясясь всем телом, чужие руки крепко обхватывают его предплечья, а пылкое дыхание опаляет кожу. -Ты ненормальный.- шепчет так же тихо Ким. Позади слышится усмешка. -Смелое заявление, Тэхён-и. -Чонгук вновь обходит его, облокачиваясь на угол стола. -Откуда ты знаешь мое имя? Мужчина улыбается по-животному, заглядывая в самую душу, нагло копошась в ней. Ким чувствует физически, как начинает плавиться под этим взглядом. -Поверь мне, я знаю о тебе даже то, о чем ты сам не догадываешься.- звучит уверенно.- Кстати, как мама? Операция помогла? — бросает Чон с наигранной заботой в голосе. У Тэхёна сердце пропускает удар. -Заткнись! — он вскакивает с кресла, стремительно сокращая расстояние между ними.- Кто ты такой? -он боится до ужаса, но упоминание о матери разожгло в нем огонь. Никто не должен знать о его слабых точках. -Я-твое спасение, — лицо мужчины находится в нескольких сантиметрах от его собственного.- Твой Бог, если угодно. -Не много ли ты на себя берешь, — усмехается Тэхён, складывая руки на груди.- Бог? -Отнюдь. Кажется, я беру на себя даже слишком мало.- мужчина потирает подбородок, якобы задумываясь над чем-то.- Я ведь помог тебе избавиться от стольких хлопот вчера, а ты этого не оценил. -Да ты мне этих хлопот только прибавил. -Странно, ни разу не видел, чтобы смерть обременяла кого-то. -Чонгук расплывается в улыбке, когда видит смятение на чужом лице. -О какой смерти ты говоришь? — голос теряет былую насмешливость. Мужчина заправляет волосы парня за ухо, разглядывая красивое лицо. Он так любит видеть это непонимание в чужих глазах, каждый раз душа трепещет в удовлетворении. -О твоей, глупышка. -Рука скользит чуть ниже, останавливаясь на скуле. -Нет… Тэхён отшатывается, пятясь назад. Этот Чонгук совсем свихнулся, несет какую-то непонятную ересь. Нужно сматываться поскорее, пока тот не придумал чего похлеще. Он дергает ручку, но та не поддается. Тэхён колошматит дверь, крича о помощи. -Поумерь свой пыл.- бархатный голос разливается по помещению.- Разве ты еще не понял, что застрял здесь навсегда? -Да что ты несешь, больной?! -Тэхён роняет жгучие слезы, упираясь спиной в дверь. -Помнишь, я выбрал тебя в качестве помощника вчера, — звучит не вопрос, а утверждение.- Я распилил тебя на две части, такое сложно забыть, да? Ты так и не открыл глаза в тот вечер.-он замолкает на пару секунд.- Ты мертв, Тэхён. Этого не может быть, это все какой-то глупый сон. Он же помнит, как бежал домой, как расталкивал по пути людей, а те даже не замечали его. Быть не может. Люди не замечали его. Ким беспомощно падает в кресло, запуская пальцы в волосы, сжимая их до боли. -Но почему никто не вызвал полицию? — звучит жалобно дрожащий голос. -Ты был единственным зрителем в цирке. Наверное, Тэхён просто начал сходить с ума. Даже эта версия кажется более правдоподобной, чем та, что он слышит. -Каждый Хэллоуин цирк открывает свои двери перед заблудшей душой, потерявшей смысл существования. Он забирает ее, дабы навсегда избавить от мук. Только заблудший видит его, словно свет в конце туннеля. Приходя сюда, он автоматически решает свою дальнейшую судьбу. Понимаешь? -Чонгук говорит вкрадчиво, искренне пытаясь разъяснить ситуацию. -Открой дверь.- Тэхён смотрит с вызовом в глаза напротив. -Выпусти меня сейчас же! Вопреки ожиданиям, мужчина лишь пожимает плечами и раскрывает перед ним дверь, жестом предлагая выйти. Тэхён несется по нескончаемым коридорам, на ходу смахивая слезы. Он пробегает гримерку, в которой его лишь окидывают печальным взглядом, возвращается на арену, перепрыгивает отчаянно барьер, распахивает ткань, ведущую на волю, переступает порог, облегченно улыбаясь, и… И вновь оказывается на устланной бархатом арене. -Какого черта? — хмурится он. Тэхён снова бежит к выходу, но как только нога касается сухой земли, он снова перемещается на арену. Он пробует еще раз. И еще один. И еще. И еще. Дыхание сбилось напрочь, он обреченно оседает на мягкую поверхность, когда понимает, что все попытки тщетны. Он действительно мертв. -Успокоился? — Тэхён вздрагивает, замечая перед собой Чонгука. Он качается из стороны в сторону как психически больной, обхватив свои колени. Ким видит перед собой налакированные туфли, но те размываются от подступающих слез. Чон опускается перед ним на корточки, поддевает двумя пальцами за подбородок, заставляя взглянуть на себя, вытирает влажные дорожки на впалых щеках и смотрит с едва заметной каплей сострадания во взгляде. -Я сделаю из тебя звезду, Тэхён.- звучит твердый голос.

***

Говорят, что Хэллоуин-это праздник духов, своеобразный второй шанс, даруемый им раз в год для осуществления несбывшихся желаний. Однако Чимин в эти байки не верит, он любит Хэллоуин всем сердцем, поэтому с нетерпением ждет начала шоу в цирке, что обрадовал всех жителей своим появлением. Он ерзает на своем месте в предвкушении, стоит погаснуть последнему прожектору. И замирает, когда свет на арене открывает взору молодого парня, оглядывающего собравшихся бесцветным взглядом. Его губы расплываются в дикой улыбке, когда он видит интерес в чужих глазах. Привлекательный молодой человек разворачивается к зрителям спиной, снимает с головы элегантную шляпу и приподнимает отросшие на затылке волосы. Все ошарашенно вскрикивают, когда видят на его затылке точь-в-точь такое же лицо. Чимин открывает рот в немом шоке, когда встречается взглядом с чужим, погруженным в непонятную пелену. -Цирк выбрал тебя.