Блич: Я покажу вам Ад

Глава 218.

Грозовые тучи нависли над холмом, готовые рухнуть! С высвобождением реяцу Асано Киёши, небо над Холмом Сокьёку, которое ранее было безоблачным, внезапно покрылись густыми облаками. Эти облака казались плотной массой, словно часть земли была поднята в небо. Всего за несколько мгновений плотные облака поглотили весь солнечный свет, превратив яркий и сияющий день в серую и мрачную тьму, которая полностью окутала Холм Сокьёку. Даже через проекцию реяцу, это ужасающее чувство угрозы передавалось так, что люди ощущали давление, как от природной катастрофы. Неосознанно они поднимали головы, глядя на зловещие облака, нависшие над Холмом Сокьёку, и сглатывали от волнения. В тот же момент, когда появились эти облака, молниеносный дракон, летящий к Асано Киёши, будто схваченный невидимой силой, был поднят в небо и, не успев даже оказать сопротивление, растворился в ужасной реяцу, содержащейся в облаках. Киёши, глядя на ошеломленного Ёшиду Томую, спокойно произнес: «Если ты сдашься сейчас, то еще не поздно, по крайней мере, так ты не пострадаешь» Сила Ёшиды Томуи была настолько незначительной, что Киёши был искренне удивлен. Его мощь была на уровне обычного лейтенанта. Против Киёши, который мог сражаться на уровне капитана, он не представлял никакой угрозы. Неудивительно, что дворяне выбрали такого человека в качестве временного капитана Отряда Кидо — удобной марионетки, легко поддающейся контролю. Из-за этого капитана, находящегося под контролем дворян, статус Отряда Кидо в Сейрейтей становился все более маргинализованным, постепенно превращаясь в нечто подобное отряду посыльных. Хотя многие в Отряде Кидо понимали это, давление со стороны начальства и дворян не оставляло им выбора. Они могли лишь выражать свое недовольство, но не решались на какие-либо реальные действия, опасаясь потерять свои позиции под гнетом дворян. Коррупция в Отряде Кидо достигла своего пика, когда семья Цунаяширо использовала его ресурсы для нападения на Асано Киёши в Реальном Мире. Этот инцидент был давно доложен Куротсучи Маюри Генрюсаю, и Ямамото передал этот отчет Асано Киёши при их встрече вчера. И когда Ямамото передавал Асано Киёши этот документ, он специально напомнил: «Как использовать этот документ — решать тебе. Даже если ты захочешь предъявить его напрямую семье Цунаяширо, хотя я думаю, ты этого не сделаешь» Вспоминая слова Ямамото, Киёши почувствовал определенную долю бессилия: «Ладно, не буду думать об этом» Взглянув на всё ещё ошеломленного Ёшиду Томую, Киёши решил не тратить на него больше времени и махнул рукой. В тот же момент, под взглядами собравшихся, из грозовых облаков медленно вышло мифическое существо с головой дракона, рогами оленя, копытами лошади, хвостом быка и лбом волка. Оно ступало по молниям, медленно появляясь из облаков. Кирин, облачённый в тёмно-синюю броню из молний, с электрическими разрядами, пробегающими по всему телу, выглядел как властелин этого пространства, повелитель всех молний. Мифическое существо, излучая древнюю мощь, подняло голову, и даже один его вид заставил самых слабонервных содрогнуться и почувствовать, как подгибаются колени. Под контролем Асано Киёши, Кирин сделал первый шаг в сторону Ёшиды Томуи. В тот же миг молнии озарили всё вокруг, словно фейерверк в зимнюю ночь, окрасив мир в тёмно-синий цвет! На этот момент весь мир потерял свои краски, поглощённые молниями. Даже белоснежные капитанские хаори, казалось, окрасились в тёмно-синий оттенок под влиянием молний. Ямамото, наблюдая за живым изображением Кирина в небе, едва мог скрыть свою улыбку. Вот она — непреклонная мощь, вот она — полная доминация от начала до конца! Только таким образом, создав эффектный образ для Асано Киёши, он сможет получить больше пространства для маневра в последующих схватках с дворянами. Ёшида Томуя, глядя на ужасающую атаку, в первый момент даже не почувствовал желания сопротивляться. Однако, подумав о возможных последствиях своего поражения, его охватил холод. Он инстинктивно посмотрел в сторону стоящих неподалеку дворян, возглавляемых семьей Цунаяширо, и, сжав зубы, почувствовал металлический привкус крови во рту. Затем, глубоко вдохнув, он поднял руку к древнему кирину и начал произносить заклинание: «Недостижимый берег, непостижимая истина, пропасть между правдой и мечтой, в памяти раздумывающего, в мыслях умирающего, на грани между жизнью и смертью внезапно появись, упади в глаза плачущего ворона, взлети на горящих крыльях ангела! Бакудо номер девяносто три — Хакуфу!» Как только слова сорвались с его губ, его рука начала сморщиваться и высыхать, словно из неё в мгновение вытянули всю кровь и плоть. Падающие с небес белые перья приобрели на кончиках кровавые следы. Невинные и чистые перья теперь источали зловещую ауру. Глядяя на рассеянные по небу ангельские перья, Ёшида Томуя почти безумно прокричал: «Ты думаешь, что только ты один владеешь модифицированным кидо? Ты думаешь, что уже победил меня? Мальчишка, не будь так высокомерен!» Сказав это, он снова сплюнул кровь и продолжил: «Тела, павшие у ворот святыни, кости, истлевшие под белоснежными крыльями, милосердный и равнодушный священник, гордый рыцарь с железными татуировками, соберитесь, соединитесь, сгнивайте, провозглашайте! Превратитесь в волну, накрывающую мир, обращая всё сущее в святых мертвецов! Хадо номер девяносто четыре — Кецуко!» В тот же миг, как слова были произнесены, его вторая рука также потеряла всю плоть, оставив лишь костяные остатки. Соединив обе дрожащие руки, он прокричал: «Слияние кидо! Великий похоронный ритуал трёх тысяч кровавых перьев!» В этот момент кровавые перья вдруг открыли глаза, и, сбросив оперение, превратились в липкие кровавые сгустки. Сильный запах крови наполнил Холм Сокьёку, придавая ему мрачную и зловещую атмосферу, от которой перехватывало дыхание.