Блич: Я покажу вам Ад

Глава 224.

На холме, Ёшида Томуя словно мёртвый пёс был подвешен в воздухе чёрным барьером из мечей, его лицо было бледным, а тело согнуто дугой. А внизу, стоило Киёши произнести слова «массовое производство Банкая», как толпа буквально взорвалась от возбуждения! Все знали, что в истории Общества Душ людей, освоивших Банкай, можно пересчитать по пальцам. А освоение Банкая означало мгновенное повышение статуса, переход в командование отряда! Из простого гражданина становишься частью высшего эшелона Общества Душ! На этом уровне власть, богатство и всё, что можно пожелать, становилось легкодоступным! И вот теперь Асано Киёши заявляет, что есть способ массово производить Банкаи! Это полностью перевернуло все представления! Толпа мгновенно взорвалась. Даже шинигами, ответственные за поддержание порядка, не смогли скрыть своё волнение. Никто не желал освоить Банкай больше, чем они, и никто не понимал ценность капитанского статуса лучше, чем эти шинигами низшего звена. Некоторые благородные, имеющие нечистые помыслы, взглянули на глаз в груди Ёшиды Томуи с неукротимой жадностью и жаждой. Если можно будет массово производить Банкаи... Нет, даже не нужно массовое производство! Лишь двадцать Занпакто, сопоставимых по силе с Банкаем, и они смогут свергнуть текущий Готей 13! Они смогут создать новый порядок! Порядок, в котором превыше всего стоят интересы дворян! Однако дворяне, лелеющие эти мечты, в основном принадлежали к семьям, существующим менее тысячи лет. Они не знали, что Готей 13 держатся не на Банкаях капитанов, а на одном старце, который, словно живой окаменелый артефакт, охраняет Общество Душ... Если бы сила этого старика не была сдержана, то даже двести Занпакто, достигших Банкая, не смогли бы его одолеть. Сила, превосходящая всё известное, была недоступна для понимания и наблюдения! Один из новых глав благородных семей, известный своей непоседливостью, взглянул на Асано Киёши с выражением нетерпения. Он облизал потрескавшиеся губы и не сдержался: «Эй! Асано Киёши! Ты серьёзно? Действительно ли существуют такие мечи, соперничающие с Банкаем капитанов? Если да, то скажи нам, из чего они делаются?» Хотя его слова прозвучали грубо и невежливо, они выразили любопытство и желание большинства присутствующих. Как же всё-таки создаются такие клинки, способные соперничать с Банкаем капитанов? И какие материалы для этого нужны?! Киёши, услышав вопрос этого человека, обвёл взглядом собравшихся и запомнил лица всех благородных, имеющих нечистые помыслы. Затем он медленно заговорил: «Эти Баккуто действительно существуют. Что касается материалов, я могу рассказать вам часть, и это будет самая важная часть!» Голос Асано Киёши не был громким, но все присутствующие инстинктивно затаили дыхание, не отрывая взглядов от его лица, боясь пропустить хоть что-то, что могло бы помочь их семьям подняться. Глядя на благородных, чьи глаза казались вот-вот выскочат из орбит, особенно на Кумоя, вытянувшего шею как черепаха, Киёши глубоко вздохнул. Реяцу, покрывающая его губы, начала вибрировать, усиливая его голос как громкоговоритель: «Основные материалы для создания Баккуто — это большое количество душ шинигами и простых граждан! На каждый Баккуто требуется минимум десять душ шинигами и... сотни душ обычных граждан! Причём, чем сильнее шинигами, используемые в качестве материалов, и чем больше душ простых граждан, тем мощнее получится Баккуто!» Здесь Киёши повысил голос, отчётливо произнося каждое слово: «В сердце Ёшиды Томуи использованы души тринадцати шинигами и более трёхсот душ граждан!» После этих слов толпа, ещё недавно бурлившая и возбуждённая, замерла, словно её окатили холодной водой. Все застыли, вытянув шеи в сторону Асано Киёши, но не в силах произнести ни слова, выглядя одновременно и комично, и жалко. Однако это были лишь те, кто не мог собрать необходимые материалы. Те благородные, у которых была возможность собрать «материалы», лишь слегка изменили выражения лиц. Один из них, старый аристократ с аккуратно зачёсанными волосами, обратился к Асано Киёши: «Ну, Асано Киёши, как вы собираетесь доказать, что говорите правду?» Асано Киёши взглянул на старика, принадлежавшего к одной из боковых ветвей семьи Цунаяширо. По данным Ямамото, этот старый мерзавец не был «человеком» — в своё время он держал в заточении десятки бедных женщин, заставляя их рожать для него детей. Мысленно запомнив местоположение и внешность этого старика, Киёши решил, что после обретения власти первым делом займется именно им. Однако, чтобы великое представление продолжалось, он терпеливо объяснил старцу: «Слова могут показаться слишком слабыми и беспомощными, поэтому позвольте мне доказать свою правоту действиями!» Сказав это, Киёши поднял руку, на которой засияли темно-синие лучи реяцу. Затем он протянул руку к глазу на груди Ёшиды Томуи. В тот момент, когда его рука коснулась глаза, пространство вокруг них задрожало, как поверхность воды. С громким «плюх» Киёши выдернул глаз из тела Ёшиды Томуи. Держа в руке ядро, из которого всё ещё капала кровь, он проецировал его изображение на весь Холм Сокьёку. Затем он слегка сжал глаз, и из него вырвались потоки крови, а вместе с ней — сотни прозрачных духов! Среди этих духов большинство были одеты в рваную одежду граждан, а меньшинство — в форму шинигами и членов отряда Кидо! Глядя на эти души, некоторые из шинигами и членов отряда Кидо, обладавшие острым зрением, начали кричать, указывая на определённые души: «Это! Это же Дайго, который пропал несколько дней назад в Дангае по дороге в реальный мир!» «Это же член седьмой команды из группы барьерного контроля! Его кодовое имя было Ночной Голубь! Как он здесь оказался?!» Но еще более болезненным были шёпоты простых граждан: «Мама... Это папа?»