Блич: Я покажу вам Ад

Глава 312.

Бледная рука, казалось, обладала невероятной силой, так что кости шинигами под её хваткой начинали трещать. Испытывая острую боль, шинигами сначала подумал, что это дело рук его товарища, и обернулся, чтобы возмутиться, но внезапно застыл, увидев перед собой лицо, которое прежде мог видеть только издалека. Холодный взгляд, чётко очерченные черты, аристократическое изящество... Перед ним стоял никто иной, как капитан Шестого отряда — Кучики Бьякуя. Почему он здесь?! — эта мысль пронеслась у него в голове, вызывая панику. Бьякуя полностью заполнил его поле зрения, и шинигами не мог увидеть остальных капитанов, стоящих позади. Но даже один только Бьякуя был достаточен, чтобы привести его в состояние полного оцепенения. Глядя на это мрачное, как ночное небо, лицо капитана, шинигами почувствовал, как всё его тело начинает дрожать от страха. Он пытался говорить, но из-за дрожи в голосе слова выходили обрывистыми и несвязными: «Б-б-бьякуя-тайчо! Простите, что я не знал, что вы придёте! Прошу прощения!» После этого он мгновенно упал на колени, прижав лоб к земле. Его мысли о достоинстве и самоуважении исчезли, как дым. В присутствии капитана его статус был незначителен, а всякое чувство гордости казалось нелепым. У слабых не может быть подлинного достоинства — только жалкая видимость. Но даже его унижение не смягчило холодного гнева на лице Бьякуи. Капитан Шестого отряда холодно посмотрел на него, затем поднял его с земли, посмотрел прямо в глаза и сказал: «Я — капитан Шестого отряда, и, похоже, ты проиграл своё пари. И не одно! Все капитаны Готей 13 сейчас здесь, включая того капитана Кидо отряда, которого ты так презираешь. Он тоже здесь!» С этими словами Бьякуя слегка отошёл в сторону, открывая вид на ряд капитанов, облачённых в белоснежные хаори. Их присутствие, как крылья огромного ангела, заслонило всё пространство вокруг, отбрасывая тень, в которой оказались все присутствующие. В этот момент как ожидавшие оплаты жители, так и два шинигами, занимавшиеся взиманием платы, стояли как парализованные. Их сознание не выдерживало увиденного, и их разум буквально завис. Что это такое?! Почему все эти высокопоставленные капитаны здесь?! Почему те, кто обычно занят своими собственными делами, вдруг собрались здесь вместе?! Почему эти небожители обратили своё внимание на меня?! Все эти вопросы мгновенно превратились в панику, охватившую шинигами. Тот, кто стоял рядом, не выдержал ужаса и потерял контроль над собой, наполняя воздух неприятным запахом. Другой шинигами повернулся, увидел своего напарника, который стоял с мокрым пятном на брюках и побелевшим лицом, и начал дрожать ещё сильнее. Бьякуя, увидев их состояние, с отвращением фыркнул и отвернулся, уходя с презрением: «Такие, как вы, — это позор для Готей 13!» В этот момент капитан Девятого отряда, Саджин Комамура, обладающий сильным чувством справедливости, не выдержал и решительно вышел вперёд. Он взглянул на двух шинигами с такой яростью, что они лишь сжались ещё больше. Только тогда до окружающих жителей начало доходить, кто именно стоит перед ними. В этот момент, все жители, собравшиеся вокруг, попытались преклонить колени перед капитанами в знак благодарности и уважения. Но прежде чем они успели это сделать, их мягко подняла невидимая сила. Асано Киёши, глядя на этих измождённых и отчаявшихся людей, тихо вздохнул, затем обратился к ним: «Дорогие жители, мы получили сообщения о серьёзных нарушениях в сборе платы за проезд по этой дороге. После получения этой информации мы незамедлительно решили провести расследование на месте!» Закончив, он повернулся к двум шинигами, которые стояли в страхе, и снова посмотрел на жителей, чьи глаза были полны слёз. Асано Киёши глубоко вдохнул и, прямо перед всеми капитанами, жителями и под наблюдением камер, глубоко поклонился в их сторону. Его голос был полон искренности и сожаления: «Примите мои глубочайшие извинения! То, что произошло, — это моя ошибка, результат моего недостаточного контроля. Я не учёл возможные проблемы с взиманием платы, и это моя вина. Я, Асано Киёши, прошу прощения и обещаю, что подобные ситуации больше не повторятся! Все тарифы на этой дороге будут составлять не более пяти процентов от стоимости перевозимых товаров. Если у вас нет товаров, проезд для вас будет абсолютно бесплатным! Пожалуйста, пользуйтесь дорогой спокойно!» Слова Асано Киёши вызвали бурю эмоций у жителей. Они никогда не могли представить, что столь высокопоставленный человек склонится перед ними, простыми обывателями, с извинениями. Но затем последовали слова, которые окончательно тронули их сердца и вызвали поток слёз: «Эти чрезмерные поборы — результат моих ошибок в управлении! Я искренне прошу прощения за причинённые неудобства!» С этими словами Асано Киёши склонился ещё ниже, проявляя настоящее уважение к людям, которые были основой Общества Душ. Его действия выразили истинное сострадание и желание исправить ошибки. Жители, увидев искреннее раскаяние Асано Киёши, не могли сдержать слёз. Слёзы текли по грязным и запылённым лицам, а в горле застряли слова благодарности, которые они не могли произнести. Капитаны, стоявшие позади Асано Киёши, смотрели на его поклон с глубокими размышлениями. Комамура Саджин и Тоусен Канаме обменялись взглядами, а затем, последовав примеру Асано Киёши, тоже склонились перед жителями, признавая свою ответственность. Кёраку Шунсуй и Укитаке Джуширо, заметив это, улыбнулись друг другу, и Шунсуй, сняв свою знаменитую соломенную шляпу, впервые за тысячу лет наклонился так низко, что его взгляд встретился с глазами простых людей, наполненными пылью и трудностями. Когда один за другим капитаны склонились, в глазах Айзена впервые появился проблеск настоящей радости. Он наблюдал за этой сценой, и в его сердце зародилась слабая надежда. Айзен смотрел на эту волну белых хаори, которая склонялась перед людьми, как на нечто невероятное. Его взгляд остановился на фигуре в фиолетовом, стоящей впереди всех. В его глазах можно было увидеть восхищение. Впервые гордые и высокие души капитанов встретились с теми, кто был корнями Общества Душ, погружёнными в грязь и пыль. Они смотрели друг на друга, осознавая, что существа, которых они раньше презирали или игнорировали, на самом деле были основой всего. Эти простые души были истинной опорой, на которой держался весь мир, и впервые белоснежные хаори осознали, что между ними и грязными одеждами простолюдинов не было никакой принципиальной разницы.