Блич: Я покажу вам Ад

Глава 396.

Чёрное солнце, несмотря на его тёмный цвет, всё ещё излучало слабый свет. Под непрекращающимся ливнем последняя тёплая энергия медленно испарялась. Голова Цунаяширо Сосуке, срубленная с его тела, лежала в руках Асано Киёши. В последний момент перед смертью его налитые кровью глаза всё ещё были устремлены на это чёрное солнце. Оно было пугающе похоже на сам клан Цунаяширо — такое же тёмное и палящее, такое же... выгоревшее до предела и рухнувшее в бездну. Когда реяцу Асано Киёши вспыхнула с полной силой, а голова Цунаяширо упала на землю, оставшиеся в живых аристократы и их смертники практически утратили волю к сражению. Однако несколько упрямцев, глядя на голову своего предводителя, яростно бросались в бой. Их глаза были налиты кровью, и они, не думая о своей жизни, вновь ринулись на воинов Готей 13, совершая самоубийственные атаки. Асано Киёши, глядя на них, уже не имел времени на то, чтобы сражаться с остатками противников. Он посмотрел на Айзена и улыбнулся. Затем, использовав шунпо, оказался рядом с ним и тихо произнёс: «Капитан Айзен, пожалуйста, разберитесь с оставшимися. Мне нужно поддержать других капитанов» Айзен, глядя на улыбающегося Асано Киёши, также ответил тёплой улыбкой: «Конечно, исполняющий обязанности главнокомандующего» Оба улыбались, хотя никто из них не знал, что происходит в душе другого. Однако между ними было странное чувство взаимопонимания. Оба знали, что время для открытого конфликта ещё не настало. После этих слов Асано Киёши взглянул вдаль, в сторону, где реяцу 11-го отряда взмывала в небеса с ужасающей силой. В следующее мгновение его силуэт словно растворился в воздухе, исчезая, как отражение в зеркале. Наблюдая за его уходом, Ичимару Гин произнёс: «Довольно искусная техника кидо. Но почему вы не использовали свой занпакто, Айзен-сама? Это был бы отличный момент» Айзен лишь загадочно улыбнулся, а затем слегка покачал головой: «Когда играешь с интересными соперниками, я не люблю ставить их в безвыходное положение с самого начала. Это слишком скучно» Ичимару Гин, услышав эти слова, лишь пожал плечами, с лёгкостью срубив нескольких противников, атаковавших его сзади. Тем временем Тоусен продолжал убивать, его одежда была уже пропитана кровью. В его действиях было больше скорби, чем ярости, и ничего больше не отражалось в его душе, кроме глубокой печали. … На другом участке поля боя воины 11-го отряда вели ожесточённый бой с боевыми душами. За их спинами 12-й отряд активно транспортировал странные устройства, а бойцы 4-го отряда спешили помогать раненым. Эти боевые души, неизвестно каким образом улучшенные, значительно превосходили свои первоначальные показатели. Обычно они могли сравниться лишь с обычными бойцами Готей 13, но после загадочных изменений их мощь возросла, и они стали соперниками даже офицерам. Некоторые из этих душ достигли силы, эквивалентной пятым офицерам. Их было так много, что даже закалённые в боях бойцы 11-го отряда начали отступать. В небе Зараки Кенпачи сражался с Азаширо Соей, их мечи сталкивались с такой силой, что воздушные потоки разметали капли дождя вокруг них. Ячиру, наблюдая за отступающими бойцами своего отряда, решила не терять времени и мгновенно высвободила свой занпакто. Она вытащила длинный меч, и в тот момент, когда её наивный голос прозвучал на поле битвы, реяцу мгновенно заполнила всю площадь: «Покажитесь, Санпо Кандзю!» Как только слова Ячиру прозвучали, несколько боевых душ, обладавших силой на уровне офицеров, окружили её со всех сторон. Земля треснула под их ногами, и хотя эти изменённые души не могли использовать духовные частицы для атаки или управлять занпакто, их физическая сила была невероятно велика. Оттолкнувшись от земли, они оказались рядом с Ячиру в мгновение ока, используя свои собственные тела для атаки. Увидев это, один из бойцов вскрикнул: «Лейтенант! Осторожно!» Ячиру повернулась в сторону крикнувшего и на её лице появилась милая улыбка. В следующий момент она легко взмахнула мечом, и тут же раздались три звука разрывающейся плоти. Среди смешивающихся потоков дождя и брызг крови, Ячиру, с её ярко-розовыми волосами, посмотрела на бойца и произнесла: «Не волнуйся~ Я же лейтенант!» В этот момент боец заметил, как за спиной его лейтенанта постепенно начали проявляться два силуэта, напоминающие пустых. Один был высоким скелетом с длинным лицом, покрытым чёрной шерстью, с костяными рогами на лбу и подбородке, вооружённый алебардой. Второй был низким и толстым существом, целиком покрытым мехом, с видимыми только глазами, держащее в руках огромный нож. Однако эти образы вскоре исчезли так же быстро, как и появились, и когда боец снова посмотрел, вокруг осталась лишь пелена дождя. С каждым движением Ячиру всё больше боевых душ падало под её ударами, а брызги крови, взлетающие в воздух вместе с дождём, делали её детское лицо ещё более странным сочетанием наивности и жестокости. Мадараме Иккаку вовсю размахивал Хозукимару, его движения были быстрыми и резкими, как у стремительного дракона. Благодаря наставлениям Асано Киёши, Иккаку значительно повысил свою силу по сравнению с тем, какой она была раньше. Теперь его боевая мощь намного превосходила уровень слабого лейтенанта. Каждое движение его копья казалось изящным танцем, где единственным аккомпанементом был шум ливня и звуки рассечения плоти. Его ярко-красная реяцу и лысая голова ярко выделялись на поле боя, а его неустрашимая атака вселяла мужество в сердца остальных бойцов отряда. Они яростно размахивали своими занпакто, сражаясь с каждым врагом, попадавшимся на их пути. Тем временем Юмичика, под влиянием Асано Киёши, наконец перестал скрывать свой истинный шикай. Процесс был на удивление прост: Асано Киёши задал ему всего один вопрос: «Что для тебя важнее — жизни твоих товарищей или эти нелепые предположения? Никто не станет ненавидеть тебя за твой занпакто, но ненависть к себе из-за мёртвых товарищей останется с тобой навсегда» После этих слов Юмичика долго молчал, и именно в этот момент он впервые раскрыл истинную силу своего занпакто в окружении других бойцов. «Безумно расцветай, Рурииро Кудзяку!» Когда яркие зелёные лепестки расцвели, тела боевых душ начали увядать и осыпаться. Это был безумный танец, который мог исполнить только павлин.