Запретная любовь

Я сидела на своём любимом кожаном кресле, разбирая документы. Кто бы мог подумать, что в кабинете лейбла мне будет спокойнее, чем в собственной квартире. Нервно вздохнув, я отодвинула от себя кипу бумаг, щелкая шариковой ручкой. Взглянув в окно, и облокотившись локтем о прохладную поверхность стола, что отдалось болью. Стиснув зубы, я потерла интенсивно локоть пальцами, как в детстве учил отец, так боль проходит быстрее. Удивительно, что раньше этот человек оберегал меня от всего и защищал, но в какой-то момент предпочёл мне деньги. Я грустно улыбнулась, закрывая глаза и откидываясь на спинку кресла, ощущая легкое волнение, но при этом внутри пробуждалось чувство необъяснимой эйфории. Я так соскучилась по Егору за эти недели. Он должен приехать уже сегодня, и после стольких дней ожидания, время словно остановилось. Я уже представляла, как он зайдёт в кабинет, как приятный аромат его парфюма окутает весь кабинет, на его лице будет веселая улыбка, а голубые глаза будут поблескивать задорным огоньком. От представления этой картины, я невольно расплылась в улыбке. Как же такое возможно? Если бы мне два года назад сказали, что я буду изменять Марку, пусть даже и духовно, то я бы просто не поверила. Неприятных холод прошелся по спине, от чего я резко открыла глаза и посмотрела на чёрную картину, висящую на стене. Так же я бы не поверила, если бы мне сказали, что мой муж будет меня избивать. Я нервно ухмыльнулась, потирая переносицу, ведь никогда не могла понять - зачем он это делает? За что? Ведь это уже входит в привычку и происходит регулярно, вот только теперь я начинаю боятся, что он меня просто убьёт. Невольно в голове всплыло произошедшее на прошлых выходных. В тот вечер мы ужинали в ресторане Алины. Марку позвонили, и он отлучился, и как раз в этот момент к нам с сестрой подошёл Артём. Брюнет, как всегда, начал со своих шуточек и забавных историй, так что, когда муж вернулся, наша компания во всю смеялась. И даже сейчас, вспоминая, как больно он сдавливал мою руку, таща в туалет, я не понимала, в чём виновата, но отчетливо чувствовала его ярость. Марк захлопнул дверь туалета, с силой толкая меня к стене, и если бы на мне была удобная обувь, то всё могло бы обойтись, но его толчок был слишком сильным, чтобы устоять на шпильках на кафельной поверхности. А дальше, как в тумане, я ударилась головой о плитку, отчего в глазах сразу же потемнело, а по телу прошлась дрожь, и я медленно сползла по стене на пол. Но на этом пытка не закончилась, так как любящий муж даже не помог мне подняться. Он лишь со злостью прорычал, что я притворяюсь, и заставив встать, повёл в зал. В тот вечер меня мучили ужасные головные боли, да и не только в тот вечер, ещё несколько дней в глазах периодически темнело, а затылок ныл... Сколько раз я хотела уйти от него, но он не давал. И даже попытки сбежать, ни разу не были успешными, ведь он всегда находил меня и возвращал обратно домой. Это было еще год назад, когда у меня были силы бороться. Когда я еще верила, что смогу избавиться от него, спрятаться, убежать и, возможно, начать все с начала. Но после последнего раза, я оставила эту идею, ведь наказание было слишком жестоким, даже для Марка. В голове всплыла картинка, из больницы, куда меня доставили ночью. Он нашел меня в другом городе, где даже знакомых не было, вытащил из автобуса и усадив в свою машину. Я знала, что он не оставит это просто так, ведь этот побег был не первым. Марк остановил машину возле озера. Очнулась я уже в больнице. Он обставил все так, как будто кто-то нашел меня на берегу, а ему просто позвонили. А утром ко мне пришел отец. Он видел меня, видел, что этот ублюдок сделал со мной, говорил с врачом, но не забрал меня от этого монстра, а оставил там. Марку. Как зверюшку. В подарок. После того случая я больше не верила. И не бежала. Я смирилась с тем, что вечно буду заложницей своих страхов. Смирилась и закрылась от всего мира. Мне больше не нужно ничье сочувствие, или помощь. Я не верю в неё. Если уж родной отец смог так поступить со мной, то что говорить о других. А мама, узнав обо всем, просто не пережила такого удара. И сейчас, когда сестра говорит мне что я останусь одна, я могу только улыбнуться её наивности. Ведь я уже давно одна. У меня есть только я, и то, спрятана очень глубоко внутри, куда не доберется даже Марк. Единственный человек, который смог разглядеть меня через толстый и непробиваем панцирь, это Егор. И даже если ему удастся вытащить меня оттуда, то ненадолго. Я это понимала. Но сейчас мне совсем не хотелось об этом думать. Я была увлечена новой игрой, теми чувствами, которые он вызывал во мне, и мне впервые в жизни, особенно за последние два года, захотелось чего-то другого. Попробовать то, что всегда было закрыто от меня. Чего было нельзя. Только сейчас мне уже нечего терять. Жить так, как я живу, больше невыносимо. И если мне суждено остаток жизни провести с чудовищем, в облике собственного мужа, то я хотя бы сейчас сделаю этот глоток свежего воздуха, чтобы запомнить. И согреваться этими воспоминаниями холодными ночами, или, когда будет уж совсем плохо. Я была полностью погружена в свои мысли, даже не услышав, как кто-то постучал. Словно выходя из прострации, я медленно перевела взгляд на дверь и увидела голубые глаза, которые смотрели на меня, и улыбку артиста. По телу медленно расползлось тепло, и постепенно до меня начало доходить, что он здесь. Радость накрыла с головой, на лице появилась улыбка, а внизу живота опять запорхали бабочки. – Привет. – парень улыбался и медленно делал шаги в мою сторону, а я не могла пошевелиться. Сердце стучало так, что его, наверное, было слышно Егору. – Привет. – мой голос прозвучал очень тихо. Парень протянул руку, нежно касаясь моего запястья, от чего мурашки пробежались по телу. Мы молча смотрели друг на друга, часто дыша, понимая, что сейчас не можем даже обняться. – Как поездка? – облизав губы, я переплела свои пальцы с его, пытаясь унять дрожь. – Необычно. – он ответил, лукаво улыбаясь. – Почему? – Давно не скучал по кому-то, и давно так сильно не ждал возвращения в Москву. – мне стало жарко, и все о чем я сейчас могла думать, это о сильном желании, и дикой энергетике, которая исходила от него. Прикусив нижнюю губу, я вздохнула, не смея отвести взгляд. – Если ты еще раз так сделаешь, я пошлю к чертовой матери все правила морали и приличия, и… - он сглотнул, а я улыбнулась, еще раз прикусив губу. – Чертовка… - вдруг в дверь постучали, и в неё зашла Ксения, и Егор аккуратно освободил наши руки, закрывая меня спиной. – О, Булаткин. Вернулся уже? – девушка улыбнулась, подходя к столу, протягивая мне какие-то бумаги. – И тебе привет. – парень нахмурился, и отошел к окну. Минут 10 мы с Ксюшей обсуждали изменения в проекте, которые вписал Курьянов, а Егор в это время что-то молча строчил в телефоне. Когда я проводила Ксюшу, и закрыла за ней дверь, прислоняясь спиной к деревянной поверхности, Крид резко повернулся, слегка прищурив глаза. – Я не могу закрыть сейчас дверь, ты же знаешь… - как будто оправдываясь, проговорила я, поправляя волосы, откидывая их назад. – Поэтому стой, где стоишь. – парень лукаво улыбнулся, и подойдя к кожаному креслу, плюхнулся в него. – Ну хотя бы присесть мне можно? – Угу… - я опять облизала губы, прикусывая нижнюю, все так же опираясь спиной в дверь. – Юлианна, ты играешь с огнем, малыш… - он сел, кладя руки на стол, скрещивая пальцы. Черт, со мной происходило что-то невероятное. Желание коснуться её, почувствовать вкус мягких губ, обнять и прижать к себе, просто сносило крышу. Воздух в кабинете был наэлектризован до предела, и хватило бы одой искры, чтоб все взорвалось нахрен. В дверь опять постучали, и девушка открыла её, подмигивая мне. На этот раз зашел курьер с конвертом, а за ним Ульяна, которой было до жути интересно, что же получилось из моей последней фотосессии на крыше. Она хлопала в ладоши после просмотра очередного фото, с восторгом нахваливая работу стилиста, то есть Юлианны, и мою. Пол часа мы смотрели мои фото, потом Уля показывала видео с отдыха, а еще через какое-то время, меня позвали в студию для закрытого прослушивания альбома Матвея. Я вспомнил всевозможные маты, которые знал, пока заходил в студию. Через минут 20, все таки не выдержал, и написав смс блондинке, вышел из кабинета под предлогом «Дайте хоть чаю выпить после прилета». Заметив, как Юлианна выходит из кабинета Тимура, я быстрым шагом догнал её, оглядываясь по сторонам. Убедившись, что в коридоре никого нет, схватил девушку за руку, и повел в сторону кухни. Она успела только взвизгнуть от неожиданности. Заглянув внутрь, никого не обнаружив, я затащил её в комнату, плотно закрывая дверь, и резко развернув блондинку, прижал её к двери. Еще секунда и мои губы накрыли её, жадно целуя, глубоко проникая языком в теплый ротик девушки. Она простонала, сильнее прижавшись ко мне, и я зарылся руками в её волосы. – Где твой телефон? – прошептал я, отстранившись, когда воздух в легких закончился. – На столе.. – ответила она, и крепко обняла меня за шею, вызывая на моем лице улыбку. – Моя хорошая, я так соскучился… - я целовал её лицо, опускаясь к шее, поглаживая по спине. – Егор, сюда могут войти… - она тяжело дышала, проводя своими нежными ручками по моей груди, пока я оставлял мокрые следы от поцелуев на нежной коже её шеи. – Поехали ко мне? – тихо проговорив, я не отрывался от девушки. – С ума сошел? Еще даже не обед. Как я уйду? Что скажу? – блондинка запустила свои руки мне под толстовку, выдыхая в губы. – У тебя море причин уйти с рабочего места. Скажи, что к фотографу, или за рубашками для сьемки, придумай что-нибудь. – Я не… - не дав ей договорить, я опять поцеловал её сладкие губы, сильнее прижимая к двери. – В 13 вызови такси. Адрес я скину смской. Я буду ждать тебя. – придерживая лицо девушки за подбородок, я смотрел в её голубые глаза, надеясь, что не сказал ничего лишнего и не поспешил. – Хорошо… - прошептала девушка, и опять прикусила губу. Твою ж мать…