Запретная любовь

Юлианна выбежала из квартиры, закрыв за собой дверь, а я сполз на пол. Все эти дни я думал. Думал, как поступить, как будет правильно. Мне было невыносимо больно отпускать её, не писать и не звонить. Не слышать её голоса, который всегда согревал душу, не видеть её чудесных глаз, от взгляда которых по телу проходила приятная дрожь. Было больно не касаться её атласной кожи, не держать за руку. Но мне было необходимо выдержать эту дистанцию, иначе я бы никогда не смог сказать ей то, что сказал только что. Да, я люблю её. Я это осознаю и понимаю. Но это ничего не меняет. Как я вообще во все это ввязался? Как меня угораздило спутаться с замужней женщиной? Ведь я даже лишних взглядов на своих девушек не переносил, даже флирта или обычных знаков внимания. А тут муж, блять, с которым она спит, как ни в чем не бывало. Один день со мной, а второй с ним? Сука, эти мысли в могилу меня сведут, я не могу так больше. Я не хочу думать, что мою женщину лапает кто-то другой, даже если это её муж. Тем более, муж! Что за херня вообще творится? Скорее всего Марк соврал тогда у лифта, специально, чтобы… Что бы что? Задеть? Для всех у нас просто рабочие отношения, зачем говорить такое человеку, с которым твоя жена просто работает? Черт, может он догадывается? Или что-то подозревает? Иначе, как объяснить, что он рассказал мне такие подробности их семейной жизни, ожидая моей реакции? Сука, и ведь я показал её. Нужно предупредить Юлю… Ага, предупредить… Бедная моя девочка, если бы ты знала, как мне сложно было говорить тебе всё это. Я три дня писал этот грёбаный текст, чтоб сделать побольнее, задеть, чтоб не оставить надежды, чтоб ты больше никогда не смотрела в мою сторону. Обдумывал каждое слово, от которого сердце разрывалось на части. Но я не мог ожидать, что она будет просить… остаться в её жизни. Я был сбит с толку её словами, и глазами, которые умоляли… Впервые, за все наши отношения, я увидел её такой. Беззащитной и одинокой. Раздавленной моими словами. Я не понимал, почему? Ведь даже если она так сильно привязалась ко мне, даже если и правда что-то чувствует, то как же Марк? Ведь она прожила с ним больше двух лет, и по сути он должен быть самым близким ей человеком. Не я, а он. Но Юля смотрела так, как будто я разбил её мир. Сука, надо завязывать с этой любовью… Все, что я от нее получаю, одни разочарования и боль. Хватит, надоело. Открыв дверь ключом, я вошла в квартиру, едва передвигая ногами. Я дико устала. Позвонив Ксении, и предупредив, что не вернусь в офис из-за разболевшегося зуба, я весь день бродила по городу, ничего и никого не замечая, и только, когда стемнело, поняла, что пора возвращаться домой. Сняв пальто и зайдя в ванную для гостей, я посмотрела на себя в зеркало. Глаза опухшие, и красные, волосы растрепаны. Вид, как будто меня только что бросил любовник, которому я оказалась нахрен не нужна, и я весь день убивалась по этому поводу. Ах да, точно. Ведь все именно так и есть. – И где же ты шлялась весь день? – услышав за спиной голос Марка, я посмотрела на него в отражения зеркала. – Гуляла. Проветривалась. Размышляла над своей никчемной жизнью, дорогой. А ты как день провел? - я театрально улыбнулась, открывая воду, смыва с лица остатки макияжа. – Ты плакала? Что-то случилось? – он подошел ближе, но я видела этот блеск в его глазах, только вот почему-то он меня больше не пугал. То ли мне было все равно, то ли… мне было все равно. – На работе проблемы, не справилась с проектом, и его закрыли. – вытираясь полотенцем, я повернулась к мужу, а он внимательно наблюдал за мной. – Не думаю, что это повод плакать, Юлианна. Эта работа тебе не нужна была с самого начала. Но ты же упрямица, вынудила меня согласиться, и отпустить тебя работать. – Марк прислонился к стене, а я на раковину, смотря себе под ноги, тяжело вздыхая. – Ты прав, она не нужна мне. – Неужели моя жена соглашается со мной? – он ехидно улыбнулся. – В последнее время это очень редкое явление, как и наши семейные ужины вдвоем, а также твое голое, податливое тело в нашей постели. – от его слов я напряглась. – Я не прав, Юлианна? Ведь ты теперь редко исполняешь свой супружеский долг, и я бы хотел узнать, почему? – он встал прямо передо мной, поднимая мое лицо за подбородок. – Тебя ведь долго не было, и… я сейчас закончила прием таблеток, и женские дни длиннее, настроение жуткое… да и вообще самочувствие не очень. – я смотрела в его глаза и врала, молясь, чтоб он не трогал меня, иначе я умру. – Хм… - он прищурил глаза, отойдя на два шага, и… с силой ударил по лицу, от чего я вскрикнула и упала на холодный кафель. Кровь тонкой струйкой стекала с разбитой губы на пол, а щека горела от удара. – Если ты еще раз придешь домой так поздно, и если еще раз откажешь в исполнении супружеских обязаностей… я больше не буду спрашивать, Юлианна. – он стоял надо мной, и я резко повернувшись, со злобой посмотрела на мужа, вытирая рукой разбитую губу. Он вышел из ванной, а я медленно поднялась, опять открывая воду, смывая кровь, рассматривая красное пятно на щеке, которое завтра будет синим. Слёз больше не было, видимо я уже выплакала всё за сегодня, да и вообще, за последний год. Смотря на свое отражение, я рассмеялась, сама того не ожидая. Видимо это был скорее истерический смех, но так даже легче. – Вот, Юлианна Валериевна. Вот, что ждет тебя всю твою дальнейшую жизнь… Именно это, и ничего больше. - сказав это самой себе, я схватила керамическую мыльницу и с силой ударила по зеркалу, вдребезги разбивая его. Следующие два дня я не появлялась на работе из-за синяка на лице, который было сложно скрыть даже тональным кремом. Но вернувшись в офис, сразу же направилась в кабинет к Тимуру. Постучав, я вошла, застав мужчину за телефонным разговором. Он жестом показал мне сесть, и закончив, внимательно посмотрел на меня. – Тимур Ильдарович, мне нужно поговорить с вами… - запнулась я. – Как зуб? – он сел напротив за свой стол, закрывая крышку ноута. – Что? – не сразу поняла я. – Как твой зуб? Ксения сказала, что у тебя что-то с зубом и ты эти дни была у стоматолога? – Ах, да… все уже нормально. Нужно было срочно лечить. Спасибо. – протараторила я, опуская глаза. Как же мне осточертело врать всем. – Так о чем ты хотела поговорить? – мужчина откинулся на спинку кресла. – Я… Тимур, я хочу уволится. – глаза его нахмурились, но я не дала ему что-то сказать, продолжила. – Я понимаю, что это неожиданно, но я хорошо обдумала свое решение. Я готова отработать по контракту еще две недели и найти среди работников лейбла себе замену, передать ей все дела. – я не могла смотреть ему в глаза, зная, что подвожу. – Постой, погоди. Что ты говоришь такое? Как это, уволится? Тебя что-то не устраивает? Условия? Заработная плата? Что? – брюнет наклонился вперед, сверля меня взглядом. – Нет нет, условия работы и зарплата отличные, но не в этом дело… Тим... – я замялась, и он перебил меня. – Дело в твоем подопечном? Что он натворил? – я сглотнула, поднимая на него глаза. – Ничего. Мое решение его не касается. – А мне кажется совсем наоборот. Ты четко дала понять, что это не мое дело, тогда на показе в Soho, но позволь, я все же влезу, и скажу, что думаю. – Тимур поднялся с кресла, обходя его, упираясь об его спинку. – Крид молод и вспыльчив, он всегда таким был, с того момента, как попал к нам в лейбл, в 16 лет. С того времени ничего не изменилось. Это его характер. Я не знаю, что между вами произошло, но бросать работу из-за какого-то парня… тем более, ты отличный работник, я очень доволен тобой, Юлианна. Подумай, как следует. – он говорил, а в памяти опять всплыли все слова Егора, которым он сказал тем утром, вдребезги разбивая мое сердце. – Я не смогу с ним работать, и не смогу находится в одном офисе… пойми… - опять опустив глаза, стараясь не заплакать. – Тогда я лучше уволю этого засранца. – мужчина сказал строго, и я резко подняла голову, не веря в то, что слышу. – Да, что ты так смотришь? Уволю к чертовой матери, одни проблемы из-за него. – он опять сел в кресло, тяжело вздыхая. – Ты ведь практически спасла его тогда, открыв ваши отношения. – Я не могла поступить по-другому. Его бы посадили за то, чего он не совершал, а если бы не посадили, то поломали бы жизнь и карьеру. – щелкая шариковой ручкой, мужчина внимательно смотрел на меня. – Юля, подумай. Я не хочу отпускать тебя, но и держать силой не имею права. Поэтому прошу, подумай. – Я подумала, Тим. Скорее всего я вернусь в Нью Йорк с мужем, так что… Я благодарна тебе за поддержку и бесценный опыт в твоей компании. Но я правда не смогу. Может быть я слишком слабая… - я опять посмотрела на свои руки, которые лежали на коленях и предательски дрожали. – О нет, девочка. В тебе силы побольше, чем ты думаешь. – я посмотрела на брюнета и улыбнулась. – Спасибо, Тимур Ильдарович. Заявление я принесу ближе к вечеру, и эти две недели… - Не нужно, Юлианна. Заканчивай последний проект, сдай все бумаги и уладь дела с заменой. Большего я от тебя требовать не буду. – он мило улыбнулся. – Хотя нет, буду. – я встала с кресла, и посмотрела на мужчину. – На следующей недели вечеринка по поводу выхода новой капсульной коллекции, заключительная в этом сезоне, и ты просто обязана там быть. Пусть это будет твоя прощальная вечеринка с ребятами. – он подошел ко мне, приобнимая за плечи, подводя к двери. – Хорошо, договорились. Еще раз спасибо. – открыв дверь, я вышла из кабинета.