Запретная любовь

С самого утра мне позвонили из офиса, с просьбой срочно приехать, ничего не объяснив. Быстро собравшись, даже не позавтракав, мы выбежали из квартиры, спускаясь на парковку. – В общем Женя отвезет тебя в клинику, сдашь кровь и возвращайся домой, я постараюсь быстро. – подходя к машине, я придерживал Юлю за талию, строго посмотрев на охранника. – А ты даже не думай отходить от нее. И на фокусы её не ведись. – Понял, шеф. – ответил здоровяк и сел за руль. – Он не виноват, вообще-то. – нахмурилась девушка, повернувшись ко мне. – Он должен был пойти с тобой… - Все все, я поняла. – запротестовала блондинка, не давая мне договорить, на что я улыбнулся, и притянул её к себе. – Обещай, что будешь осторожна. – прошептал я ей в губы, нежно касаясь их. – Ты вчера не думал об осторожности, когда связывал меня, любимый. – промурлыкала Юля, целуя в ответ, обхватывая руками меня за шею. – Но тебе же понравилось? – Более чем… - запустив руку в копну светлых волос, я слегка сжал пальцы, углубив поцелуй, обнимая хрупкое тело девушки. Она отвечала на каждое движение, позволяя целовать себя более страстно. – Егор… тебе нужно в офис… - сквозь поцелуй шептала она, и оторвавшись он сладких губ, я тяжело вздохнул. – Я люблю тебя. – А я тебя. – ответив, девушка чмокнула меня в губы, и открыв дверь машины, я помог ей сесть. Зайдя в офис, я сразу же направился в кабинет Курьянова, где меня ждали мои продюсеры. Когда я вошел, парни уже сидели за столом, попивая кофе. – Что за срочность такая? – я подал руку обоим. – И что за лица? – посмотрев на Пашу и Тима, я понял, что новости далеко не из приятных. – Ты садись, Булаткин, в ногах правды нет. – сказал Тимур, указывая на кресло напротив. – Что-то случилось? – медленно сев на стул, я посмотрел на мужчин по очереди. – У нас тут проблемка одна возникла… - начал Курьянов. – В общем… нам отказали в аренде Крокуса на твой сольник. – Тимур как всегда решил не тянуть. – В смысле отказали? Уже ж все решили? Или им дата не подходит? Так давайте перенесем, это же не принципиально? – забеспокоился я. – Да в том -то и дело, Крид. Они не хотят переносить. Они не хотят арендовать зал именно под твой концерт. – вот тут я завис, уставившись на Тима. – Это как? – Ну вот так. Они не хотят сотрудничать с Егором Кридом. – ответил Пашу, поднимаясь с кресла, и до меня начало доходить, что это не просто так. – Беляев, что ли? – я посмотрел на Тимура, а он на друга. – Ну, так выглядит, что он. – Вот же ж сука! – сжав руку в кулак, я громко ударил по столу, морщась от боли. – Ну а чего ты ожидал? Я говорил, что статья — это только начало. Он не тот человек, чтоб остановится только на какой-то грязной статейке в прессе. – Тим тоже поднялся, и обошел кресло, внимательно посмотрел на меня. – Он взялся за тебя очень серьезно, Егор. – И мы, конечно, попытаемся что-то сделать, да и делаем, но… - Я понял. – проведя рукой по волосам, я встал с кресла, упираясь руками на стол. – Егор, ты помнишь, что я просил тебя? Без самодеятельности. Не ищи с ним встреч, не надо еще больше всё усложнять. Позволь нам решить проблему с концертами и организаторами. – Павел подошел ко мне, положив руку на плечо. – Я не отступлю, Тим. – стиснув зубы, я посмотрел на мужчину, выпрямляясь. – Я знаю, Крид. Если бы ты поступил по-другому, я бы перестал тебя уважать. - Юнусов кивнул, и слегка улыбнулся. – Ну вот и хорошо. Ты решай свои дела дома, а мы будем решать их здесь. – Пашу похлопал меня по плечу, и как будто вздохнул с облегчением. Видимо они не рассчитывали на мою адекватною реакцию, и приготовились к худшему. Выйдя из офиса, я написал сообщение Артему, вкратце рассказав о ситуации, и сев в машину, направился к другу. Мчась по дороге, я думал о том, как один человек, у которого есть власть и деньги, может вот так просто уничтожить мечту всей жизни другого человека. Растоптать, уничтожить, разрушить. Буквально ничего для этого не делая. Вроде, какой пустяк, сольник в Крокусе, при чем уже второй, ну отменили, ну и что? А такое чувство, что не концерт, а пару лет жизни отобрал. Сука, что ж ему не живется спокойно, ублюдку этому? Ну ушла от тебя жена, по делу ведь ушла, не просто к любовнику, вонзая тебе нож в спину, такому хорошему, образцовому мужу. Ну будь мужиком, прими это достойно. Нет, блять, своей жизни нет, так нужно же всем остальным испортить. Как таких вообще земля носит? Упырь, сука. Ненавижу. Пробыв у Темы пару часов, я катался по городу, не зная, как рассказать все Юлианне. Ведь я знаю, что она будет винить себя. Новость про отмену концертов в нескольких клубах огорчила её, что же будет, когда она узнает про отмену сольника, зная, как я его ждал и как готовился. Все летит к черту, и я не знаю, как справится с этим наводнением по имени Марк Беляев, ведь совершенно очевидно, что он намного влиятельней и могущественней учредителей Black Star, и пока они не могут никак повлиять на ситуацию. Да, Булаткин… Ты же не мог влюбится в какую-то обычную девушку, чтоб муж у нее был чуть попроще… Нет, конечно… Тебе сразу чтоб весь комплект: и красивая, и умная, и муж-псих, и папа – в первых строчках Forbes. И если что не так, они тебя сразу и прихлопнут. Папаша правда пока не брался, а вот муженек то, уже по полной. Улыбнувшись самому себе, я вспомнил милое, совсем наивное личико своей девочки, которая с таким восторгом всегда встречает меня дома, как будто я с 2-недельных гастролей каждый раз приезжаю. И её теплые объятия, и её улыбка… мягкие губы, самые нежные руки… а теперь еще наш малыш, который растет в ней… Разве можно мечтать о большем? Ну подумаешь, какие-то концерты… Сольник… Сука! Ударив кулаком по рулю, я громко выругался, и развернув машину, поехал в сторону дома. Нужно успокоится, и возможно даже сегодня не упоминать об этом при Юле… а просто насладится вечером вдвоем. Подъехав к Федерации, и припарковав машину, я вышел из неё, нажимая на кнопку блокировки на брелоке, направился в сторону подъезда, но заметил до боли знакомый автомобиль. – Он что, совсем рехнулся? – прошептал я, оборачиваясь по сторонам. Задняя дверца черного Мерседеса открылась, и из неё вальяжно вышел Беляев, застегивая на ходу пуговицу темно-синего пиджака. – Ты что здесь забыл? – обратился к парню, останавливаясь напротив него. – Тихо-тихо, Булаткин. Я с мирным визитом. Хочу поговорить с тобой. – он поднял две руки вверх, делая шаги в мою сторону. – Со мной? Ну давай, поговорим. – скрестив руки на груди, я посмотрел на него с вызовом. – Ты ехидничаешь, а мне вот не смешно, Крид. Знаешь, скольких трудов мне стоило прийти к любовнику своей жены, м? Да еще и с добрыми намерениями. – он подошел вплотную, сверля меня взглядом. – Что ты несешь, Беляев? Ты, и добрые намерения? Не смеши – я смерил его взглядом, вкладывая все призрение. – Ну… предупредить, так сказать. В общем, не буду ходить вокруг да около. – мужчина засунул руки в карманы брюк, чуть качнувшись на носках. – Юлианна кое-что забрала у меня. Думаю, ты знаешь, о чем речь, поэтому давай не будем играть в дурацкие игры. Её зафиксировали камеры слежения, о которых она не подозревала. – его голос звучал жестко, а взгляд метал молнии. – Она забрала то, что принадлежит ей – свои документы, паспорт. Разве это противозаконно? - я почувствовал вибрацию в кармане, и вытащив телефон, сбросил звонок от Юли. – Нет, не только паспорт. Она забрала кое-что мое, документы, очень важные документы, в которых она и так не разберется, а вот мне они нужны. При чем немедленно. – интонация разговора менялась с каждым сказанным словом, и я вспомнил, что мы так и не поговорили с Юлей о том, что же она взяла в квартире. – Что за документы? – Ну это тебя не касается, Крид, ты и так слишком многое у меня отнял, за что еще не рассчитался, но поверь, этот момент уже близок. – он сверкнул глазами, сжав губы в тонкую линию. – Ты теперь мне угрожаешь? Ты правда считаешь, что отмена концертов и отказ в аренде под сольник заставит меня отказаться от любимой женщины? Если ты так думаешь, то ты и правда больной, Беляев. И мне нечего больше тебе сказать. – опустив руки, я развернулся, чтоб уйти, но мужчина окликнул меня. – Знаешь, Крид… Я ведь говорю не о том, что сделаю с тобой, чтоб вернуть её. Я говорю о том, что сделаю с ней, чтоб вернуть свои документы. – от этих слов я замер и повернулся лицом к нему, нахмурившись. – Да, ты хорошо расслышал. Ты ведь не всегда дома, рядом со своей «любимой женщиной», как ты выразился, правда? Да и охранник твой… ну это мелочи, согласись. – брюнет подошел ближе, чуть наклоняясь ко мне, смотря прямо в глаза. – Ты и глазом не успеешь моргнуть, как она исчезнет у тебя прямо из-под носа. А потом я буду возвращать её тебе, по частям. Твою любимую женщину, Крид. – от его слов у меня мороз прошелся по телу, и сжав руки в кулаки я с трудом сдержал себя, чтоб не врезать ему по челюсти. – Да ты конченный псих, Беляев. Ты кричишь о любви к ней, и говоришь мне сейчас такие вещи? – но он только рассмеялся на мои слова, что сбило меня с толку. Он и правда ненормальный… - Я может и псих, Крид, но, если ты не вернешь мне документы, для начала! – уточнил он, поднимая палец вверх. – То твои проблемы с концертами, покажутся тебе сущим пустяком, в сравнении с тем адом, который я тебе устрою. - Марк вынул руку из кармана, и вытащил из него визитку, протянул мне. - Я жду свои документы, Крид. И часы тикают. – он развернулся, и открыв дверь, сел в машину, медленно выехав со двора. Стоя с его визиткой в руках, я смотрел на серебряные цифры на черной матовой бумаге, и, если честно, меня потряхивало от его слов. Ведь он реально больной ублюдок, и чего от него ждать, неизвестно. Что же там за документы такие…? – Да, малыш. Уже поднимаюсь. – ответив на энный звонок от Юлианны, я посмотрел в след черному Мерседесу, и зашел в подъезд.