Запретная любовь

Я сидела на кровати, вся мокрая от пота, часто дыша, не понимая где я, и что произошло. И только включив лампу на прикроватной тумбе, поняла, что я дома. И здесь никого нет. Я одна. Дождь все так же стучал по окнам, а в комнате было душно, от чего стало сложно дышать. На часах было 4 утра, и поднявшись с кровати, я поплелась на кухню. Наливая воду в стакан, мурашки прошлись по телу. Сон был какой-то слишком… реалистичный. Я до сих пору чувствую руки Марка у себя на талии, и нежное прикосновение Егора. И эта рука с татуировкой… Что это все значит? Почему он не вытащил меня из воды? Взглянув на безымянный палец правой руки, я вспомнила про свое обручальное кольцо, которое оставила здесь, когда уходила. Поставив стакан на стол, я открыла дверь в кабинет Марка, и войдя, поежилась от холода, которым повеяло из этой комнаты. Обхватив себя руками, я остановилась на минуту, привыкая к темноте, и нащупав выключатель, нажала на него. Здесь чувствовалось его присутствие больше всего, от чего мурашки прошлись по телу. Помедлив еще несколько минут, и подойдя к картине, под которой находился сейф, я отодвинула произведение искусства, набрала код и открыла металлическую дверцу. Как я и предполагала, деревянная шкатулка была здесь, и вытащив её, поставив на стол, я села в кресло Марка. Проведя рукой по лакированной поверхности с красивым узором, я повернула маленький ключик и открыла её. Все драгоценности были на месте. Кольца, серьги, наборы украшений, заколки, броши и колье. Все было аккуратно сложено по небольшим полочкам. Потянув за красную ленточку, я открыла еще одно отделение, где увидела кольцо, которое Марк подарил мне на помолвку, обручальное кольцо, и то, с розовым бриллиантом, которое он купил в свою последнюю поездку в Нью Йорк. Почему-то его он положил вместе с теми, что я никогда не снимала. Взяв обручальное кольцо, я рассматривала его несколько мгновений, а потом надела на безымянный палец, сравнивая с тем, что видела во сне. Такое же кольцо было на пальце у Егора, когда он держал меня за талию, не давая упасть в воду. Что это все значит? Эти кольца с Марком мы делали на заказ у известного ювелира на Манхеттене, таких больше нет. Мое в шкатулке, а Марка с ним похоронили… Боже, мне кажется, я схожу с ума… Это всего лишь сон, и всё. Сняв кольцо, и захлопнув шкатулку, я положила её обратно в сейф, и выключив свет, вышла из кабинета, плотно закрывая за собой дверь. Утро выдалось просто ужасным. Я так и не смогла уснуть до самого утра, и замазав круги под глазами, поехала на очередное совещание. Теперь, кажется, я только то и делаю, что совещаюсь. Когда все вышли из конференц-зала, было уже почти 12 часов дня, а у меня было чувство, что все 16. – Ты какая-то рассеянная сегодня, что-то случилось? – услышав голос Алексея, я повернулась к нему. Что мне нравилось в общении с этим человеком, так это то, что мне не надо было притворяться. Я повернулась к нему, и я знала, что мне не надо надевать дежурную улыбку. Он отлично понимал меня, улавливая мое настроение, даже когда я молчала всю дорогу из офиса, или ковырялась вилкой в салате за ланчем. – Не выспалась. Снились какие-то кошмары. – придумывать что-то я просто не хотела, поэтому ответила так как есть. – Хочешь пообедать? Можем перекусить перед встречей с Старковым. – он складывал свои бумаги в папку, поглядывая на меня. – Да, давай. В кабинете все равно ремонт, а ждать здесь у меня нет желания… - вздохнув, я взяла свою сумку и направилась к двери. Мы обедали молча, я была погружена в свои мысли, Алексей видимо не хотел меня отвлекать, за что я была ему очень благодарна. В небольшом ресторане, недалеко от офиса, я была впервые, и войдя сюда, мне казалось, что все на меня смотрят. Было очень некомфортно, но Лёша выбрал самый дальний столик на небольшой террасе, на втором этаже здания, поэтому мы были малозаметны. На улице было очень тепло, и сняв свой пиджак парень остался в белоснежной рубашке. – Ты уже слышал, да? – я решила начать первая, потому что знала, он молчит и не трогает меня не просто так. Сплетни в офисе распространяются со скоростью света, и шушуканье за моей спиной я заметила сразу. – Думаю, об этом уже все слышали. – вздохнул парень, не поднимая на меня глаза. – У меня, наверное, нет права спрашивать, но… Это правда? – он посмотрел на меня. – Да. – тихо ответив, я отвернулась, смотря на шумную улицу. - Когда позвонил Максим Викторович, и сообщил о смерти Марка, я лежала в больнице, после выкидыша. Егор тогда уже уехал в Германию. – продолжила я. – Извини, я не знал. – парень продолжил есть, решив не спрашивать подробностей. – Никто не знал, только семья. – вздохнула я, возвращаясь к обеду. – Поэтому мне очень интересно, как эта информация попала на этот долбанный канал? – Есть предположения? – отложив вилку, Лёша сделал глоток воды из бокала, изучая мой профиль. – Я не знаю… я хочу ошибаться, но… - Ты думаешь он слил информацию о таком? – парень нахмурился. – Я не знаю, правда не знаю. – откинувшись на спинку кресла, я отодвинула от себя тарелку. – И позвонить он не может, потому что ты сменила номер… - задумался брюнет. – Да. Кстати о канале. Я бы хотела что-то сделать. Они уже не первый раз поливают меня грязью, но на этот раз это перешло все границы. Я не могу это так оставить, это слишком личное, понимаешь? – мне хотелось, чтоб он понимал, ведь кроме него, мне никто не поможет в этом деле. – Понимаю. – нам принесли второе блюдо, и принявшись за мясо, парень продолжил: - Ты можешь купить их. – от услышанного я чуть не подавилась, и закашлявшись, подняла глаза на Соболева. – Ты с ума сошел? Зачем мне музыкальный канал? – чуть улыбаясь, я выпила воды, приводя дыхание в порядок. – Ну как зачем? Будешь у них босом, ну или закроешь к чертовой матери. – он говорил абсолютно серьезно, аккуратно разрезая стейк. – Боже, нет. Я не хочу их закрывать. – запротестовала я. - Устрой мне встречу с их программным директором, Разыграевым. Он был когда-то лучшим другом Егора, но связи Марка решали всё, и под давлением они писали все эти ничтожные выпуски и статейки. Но сейчас то Марка нет, и он мог как-то реабилитироваться в глазах друга, но он этого не сделал. Поэтому у меня и закрались сомнения по поводу того, кто слил все это. – ароматный запах мяса сделал свое, и я принялась за блюдо. – Без проблем. Но ты все-таки можешь их купить. – Лёша указал на меня вилкой, от чего я засмеялась. Вернувшись домой несколько дней назад, я не находил себе места. Мне очень хотелось её увидеть, и поговорить, но я не представлял, как это делать. Предполагал, что за эти две недели девушка немного успокоилась, и возможно не так остро восприняла бы наш разговор, но включив вчера телевизор, я буквально потерял дар речи. Такого от Разыграева я не ожидал. Я все понимаю, рейтинги, популярность, но не на таком же… Сука, а еще писал мне о встрече, когда я вернусь в Москву. Ну я тебе устрою встречу, мать твою. Поговорив утром с Артемом, и узнав реакцию Юлианны на всю эту дрянь, я еще больше убедился, что нам нужно увидеться. Она не может думать, что это я слил информацию на канал. Просто не должна. Я бы никогда с ней так не поступил, да и с собой тоже. Затронуть тему беременности и потери ребенка, что являлось святым для нас обоих, просто нечеловеческий поступок со стороны бывшего друга. Да и не его одного. Понятия не имею, откуда они все это узнали, но обязательно выясню, и так этого не оставлю. Выйдя из квартиры, я сел в машину, решительно настроен встретится с Беляевой. Номер она сменила, это точно, хотя нового даже Артем пока не знал, но думаю, если бы мне срочно понадобилось, то он бы прижал свою невесту. Набрав брюнета, я вырулил из стоянки, и направился в центр. – Да, брат? – сразу ответил парень. – Артем, мне нужно с ней поговорить. Сегодня. Узнай, где она, и я подъеду в любую точку Москвы. – я протараторил, сворачивая на светофоре. – Егор… - парень замялся. – Тема, я прошу тебя. Мне больше не к кому обратится, только ты можешь мне помочь. Узнай, где она сейчас? – взмолился я. – Ладно. Жди. – скинув вызов, я остановился на обочине, чтоб не возвращаться потом, если блондинка сейчас на другом конце города. Получив смс от друга, о том, что Юля в офисе, я направился в сторону бизнес-центра, вдавливая педаль газа, набирая скорость. Я старался не гонять, да и пробки этого не позволяли, но сейчас я хотел быстрее оказаться рядом с ней, поэтому не особо обращал внимание на знаки. Подъехав к зданию, я припарковал машину, и вышел, поднимая голову вверх, осматривая стеклянный фасад небоскреба. Просто так в офис Холдинга не попасть, нужно что-то придумать. Но каково же было мое удивление, когда, подходя к центральному входу, я увидел Юлианну, которая спускалась по ступенькам вниз, к своей машине. – Юля! - крикнув её имя, сделав несколько быстрых шагов, я не успел подбежать к девушке, как меня остановила охрана. Амбал в 2 метра роста, встал передо мной, не позволяя подойти ближе. - Да отойди ты! – толкнул я его, но амбал не тронулся с места. В этот момент я увидел её глаза. Синие, как океан, бездонные глаза, с грустью и каким-то сожалением смотрели на меня. Блондинка стояла у открытой задней дверцы автомобиля, а рядом с ней еще один охранник. – Юля, пожалуйста, нам нужно поговорить. – я опять дернулся, но амбал молча схватил меня за плечи, не дав подойти к девушке даже на миллиметр. – Юль… - тише проговорил я, не найдя в её взгляде того, на что надеялся. Никакой нежности, или тепла, только боль, холод и обида. Все это время она не сводила с меня глаз, и не проронив ни слова, повернулась, и села в машину. – Юля! Прошу! – крикнул я, когда дверь машины закрылась. Охранник, который стоял рядом с ней, сел на переднее сидение, и автомобиль тронулся с места. – Извините. – отпуская, проговорил амбал, который держал меня, и развернувшись, поднялся по ступенькам наверх. Я стоял посреди улицы, не понимая, что сейчас произошло. Она даже не захотела выслушать меня. Сука, меня просто не подпустили к ней, что за хрень? А этот взгляд… Господи, я никогда его не забуду… Девочка моя любимая… Что же мы натворили...?