Запретная любовь

- Я не понимаю, ты мой адвокат или кто? Я подписала многомиллионный контракт, с девушкой, настоящей фамилии которой ты даже не знал. – чуть повысив голос, я уставилась на Соболева, сверля его взглядом. – Юля, я подумать не мог о таком совпадении. Это мой промах, согласен. Но если бы ты узнала, что она сестра Егора, ты бы отказала ей? – парень стоял напротив, расстегнув пуговицу пиджака. – Я не знаю, не думаю. – ответила я, сев в свое кресло. Теперь я поняла, почему мне были так знакомы голубые глаза Полины. Они такие же как у Егора… - Ну вот. Значит все хорошо? – улыбнулся парень. – Ты не понимаешь, да? Дело не в том, отказала бы я ей, или нет. Дело в том, что ты не предупредил меня о таком маленьком нюансе, как другая фамилия человека, с которым я собираюсь работать, и на проект которого буду тратить огромные деньги. – вспылила я, а улыбка тут же сошла с лица Соболева. – А если бы она оказалась кем-то другим, с кем я бы не хотела сотрудничать? Или подставным человеком? Это твоя работа, Соболев, и ты её сегодня с треском провалил. – строго сказала я, указав на него пальцем, откидываясь на спинку кожаного кресла. – Я понял, Юлианна Валериевна. Больше такого не повторится. – перейдя на официальный тон, парень внимательно посмотрел на меня, собирая бумаги со стола. – От таких мелочей зависит, могу ли я тебе доверять… - добавила я немного тише. – Можете. Мне жаль, что вам пришлось усомнится во мне. Если понадоблюсь, я в своем кабинете. – взяв со стола папку, Лёша молча вышел из моего кабинета, закрывая за собой дверь. Мне был неприятен этот разговор, и я никогда не вела себя так с людьми, но черт… он же знал, что Полина Булаткина, почему не сказал мне, я хотя бы не выглядела как идиотка, спрашивая её о Егоре. Меня удивило, что его сестра ничего не знала обо мне. Конечно, мы не были знакомы, и она никогда не видела меня, но я думала, что Егор поделился с сестрой, о том, что скоро станет отцом, или что у него есть любимая девушка… Но он не посчитал нужным рассказать семье обо мне. Видимо, то, что он сказал мне при нашей ссоре, когда бросил меня, все же было правдой. Для него все было игрой, он не рассчитывал на что-то большее, кроме секса. А то, что все потом перевернулось, было совсем незапланированным. То, чего я боялась и что озвучила ему, оказалось не просто моими страхами. Он начал жить со мной, потому что так сложились обстоятельства. Ему было жаль меня, из-за жалости он не мог бросить меня, оставить тогда там, в больнице. А потом моя беременность, которую мы никак не ожидали, и ему не оставалось ничего другого, как оставаться рядом. Конечно, зачем рассказывать кому-то из близких о таких отношениях, которые тебе по сути навязали. А теперь, после всего, что случилось, больше не нужно ничего говорить и вспоминать. Прошло, как страшный сон, забыл так же быстро, как и полюбил… Да и любил ли… Мороз прошелся по телу, от осознания своей никчемности в жизни человека, которого любишь всем сердцем, по которому скучаешь, о котором думаешь… Закрыв глаза, мне почему-то вспомнилась наша неделя в Питере, в лесу… То, как он смотрел на меня, как целовал, как любил ночи напролет… Неужели можно так играть? Разве можно подделать настоящие чувства настолько хорошо? Мне с трудом верилось в это, но… реальность говорила совсем о другом. Он с легкостью смог изменить мне, променять на дешевых девок, ради нескольких минут удовольствия. Променять все то, что между нами было, через что мы прошли… растоптать всё, оскверняя грязной изменой, предательством… Как он мог прикасаться к кому-то другому? Как мог целовать другую женщину, трогать её, Господи… от одной мысли мне становилось противно. И он хотел какого-то прощения? Да, я тоже не святая, и чуть не наделала глупостей с Лёшей, но черт, это было уже после разрыва наших отношений. И признаться, если бы не алкоголь на том вечере, я бы вряд ли решилась на такой шаг, чтоб просто позволить Соболеву целовать меня, не то что прикасаться. – Зачем ты опять все это вспоминаешь? – пробубнив себе под нос, я тяжело вздохнула, и взяв свою сумку, вышла из кабинета. Проходя мимо стеклянных дверей Соболева, я увидела Лёшу, сидящего за своим столом, но не зашла к нему, и направилась к лифту. Полина говорила по телефону со своей подругой, весело рассказывая, как ей сегодня предложили снять настоящее кино, и что теперь она останется в Москве на какое-то время. Я сидел на диване, переслушивая треки, которые записал сегодня, и краем уха слышал их разговор, улыбался. Наконец-то осуществилась её мечта, и после разговора с подругой, она поспешила поделится радостью с мамой, набрав её. Хорошо, что я не продал её квартиру, кода переехал сюда, теперь сестре не придется искать отель или жилье, пока она будет снимать свой фильм. – Боже, мне реально не верится. – Поля села напротив меня, хлопая в ладошки, как маленькая. – Я давно не видел тебя такой счастливой. – улыбнулся я, вытаскивая наушник из уха. – Я очень рада, Егор. Даже не могу передать тебя свои эмоции, это невероятно. И эта девушка, тоже невероятная. Такая молодая, а управляет такой компанией… - сестра откинулась на спинку дивана, и внимательно посмотрела на меня. – Кстати… мне показалось, что она знает тебя. – Серьезно? – не особо обращая внимание на слова Полины, я щелкал что-то в телефоне, не поднимая глаз. – Да. Она очень странно отреагировала, когда увидела мою настоящую фамилию, а потом спросила, кем ты мне являешься. – продолжила девушка, а я всё так же листал треки на телефоне. – Ну, может и знает… кто меня не знает? Как её зовут? – безразлично спросил я. – Юлианна Беляева. – в этот момент, как будто ток прошелся по телу, заставив меня вздрогнуть от услышанного имени. Медленно подняв на сестру взгляд, я почувствовал, как сердце моментально забилось быстрее, а в горле пересохло. – Как? Ты уверенна? – прохрипел я, не узнав своего голоса. – Я по-твоему, не знаю, с кем контракт подписала? Её зовут Юлианна Беляева, и судя по твоей реакции на это имя, история у вас далеко не заурядная. – блондинка склонила голову на бок, смотря на меня, и я сглотнул. Как такое может быть? Что за дурацкое совпадение? Из всех людей многомиллионной Москвы, спонсором фильма Полина стала именно Юлианна. Это что, карма такая? – Может расскажешь? – продолжила девушка. – Нечего рассказывать. – опустив глаза, я уставился на экран телефона, пытаясь привести дыхание в порядок. Интересно, я еще долго буду так реагировать на неё? – А мне так не кажется. – Полина не отступала, но я молчал. – Егор, завтра за ужином я спрошу у неё, если ты мне все не расскажешь. – подняв глаза, я нахмурился, прищурив глаза. А ведь она спросит, блять. – Ладно… я расскажу. – поднявшись с дивана, я зашел в спальню, и открыв ящик прикроватной тумбы, вынул оттуда наше фото, сделанное в Питере, в том домике в лесу, где мы провели целую неделю вместе. Я часто вспоминаю то время, а это фото всегда согревало душу. Проведя большим пальцем по лицу Юлианны на фото, я тяжело вздохнул, очередной раз понимая, как скучаю по ней, и как мне её не хватает. Но она уже нашла мне замену, и, наверное, счастлива со своим адвокатом. По крайней мере, с ним нет столько проблем, сколько было у нас. Вернувшись обратно в гостиную, я протянул Полине фото, садясь напротив, наблюдая, с каким интересом девушка рассматривает его. – Я увел её у мужа, мы были любовниками. Несколько месяцев жили вместе, Юля ждала от меня ребенка. Но потом всё рухнуло, и осколки, которые разлетелись, больно ранят каждый раз, как я вспоминаю о ней. – на одном дыхании сказал я, чувствуя, как каждое слово царапает душу, вонзаясь в сердце. – Погоди, погоди… Что значит, ждала ребенка? Она родила? У меня есть племянник и ты ничего мне не сказал? – с недоумением Полина смотрела на меня, а её брови поползли вверх от удивления. – Нет, не родила. Она потеряла ребенка, после того, как мама устроила… в общем, высказала всё, что думает о ней. – Мама?! – вскрикнула блондинка, наклоняясь вперед. – Наши родители знали? Что здесь, мать вашу, происходит? Почему все в курсе, кроме меня? – вскочив на ноги, Полина обошла диван, нервно расхаживая по комнате. – Короче, братец. Я с места не сдвинусь, пока ты мне все не расскажешь. Абсолютно всё, в мельчайших подробностях, понял? – сев обратно на диван, девушка скрестила руки на груди, упираясь в меня взглядом, на что я только улыбнулся. Когда я закончил свой рассказ, на что пошло не мало времени, мне казалось у сестры случился шок, потому что несколько минут она просто молчала, видимо переваривая все то, что услышала. – То есть вы так и не говорили после твоего приезда из Германии? – наконец-то очнулась блондинка. – Нет. Я хотел, приехал к ней в офис, но меня даже не подпустили к ней. – с грустной улыбкой ответил я, запрокидывая голову на спинку дивана. – Ты изменил ей? – Что? – с недоумением посмотрев на сестру, я поморщил нос, не желая вспоминать тот вечер, когда хотел забыться. – Ты изменил ей тогда? Только ответь честно, мне надо знать. – Нет, понятно? Я не изменял ей. Никогда. – с какой-то обидой ответил я, поднимаясь. – Ты все еще любишь её? – да что ж такое – то. – Полина, какого хрена? Зачем тебе все это? Я рассказал тебе больше, чем вообще надо было, так что давай без глупых вопросов. – меня начинала раздражать её настойчивость. – Это не глупый вопрос, а вполне логичный. Тебе же не сложно ответить? Так ты все еще любишь Юлианну? – она преспокойно сидела на своем месте, а меня уже трясло, и я начинал жалеть, что рассказал сестре нашу историю. – Да, люблю. Довольна? – резко повернувшись, я уставился на неё, замечая улыбку, которая не предвещала ничего хорошего. – Более чем, братишка. Более чем. – вздохнув, я забрал у сестры фото в рамке, и ушел в спальню, закрыв за собой дверь.