Запретная любовь

Я стояла на берегу озера, и смотрела на красивый закат. Дул легкий ветерок, и мое длинное белое платье развевалось, облаком окутывая мое тело. На душе было очень спокойно. В голове ни одной мысли, а на сердце умиротворение… Слегка улыбаясь, я обняла себя руками, всматриваясь в даль. – Тебе нужно быть осторожной, принцесса. – услышав голос мужа, я не обернулась, а лишь почувствовала холод рядом со своим плечом. – Ты переживаешь, что я присоединюсь к тебе? – повернув голову, я посмотрела на Марка. Он был в сером костюме, и белой рубашке, несколько пуговиц которой расстегнул. – Мне бы больше всего на свете хотелось, чтоб ты была рядом со мной, милая… но не здесь. – он так же повернул голову, грустно улыбнувшись. – Там так плохо? – заинтересовалась я. – Не плохо, по-другому… и я очень по тебе скучаю. – он отвернулся, смотря на закат. – Почему я увидела тебя, когда тонула? – убирая волосы с лица, я пыталась разглядеть его, те черты, которые мне всегда так нравились. – Я говорил, что всегда с тобой. Я всегда рядом, принцесса. – Марк, ты сказал слушать свое сердце… - повернувшись к нему всем корпусом, я сделала шаг, встав еще ближе. – Да. – он смотрел прямо в глаза, от чего мурашки прошлись по телу. – Оно ведь не может ошибаться? – ветер становился все сильней, и мне пришлось встать вплотную к Марку, чтоб слышать его. От него исходил холод, который чувствовался кожей, покрываясь мурашками. – Ты не доверяешь своему сердцу, Юлианна? – коснувшись моей щеки, он провел по ней большим пальцем, наклонившись вперед. – Просто чувствуй, принцесса. – поцеловав меня в лоб, парень резко развернулся, и пошел в обратную от меня сторону. Я смотрела ему в спину, а ощущение холода не покидало меня. Помедлив несколько секунд, я развернулась и зашагала к воде, уверенно двигаясь вперед, постепенно погружаясь в воду. – Юля! – услышав голос Егора, я улыбнулась, но не повернулась, начиная плыть. – Юля! Вернись! – крик парня звучал с берега, но я продолжала плыть, пока не оказалась полностью под водой. Пытаясь выплыть, я запуталась в собственном платье, чувствуя, как легкие наполняются водой и мне нечем дышать. – Юля! – громкий крик заставил меня открыть глаза, и резко сев на кровати, я не могла понять, где я. – Малыш, посмотри на меня. – Егор сидел рядом, держа меня за плечи, с беспокойством всматриваясь в мое лицо. – Что… что случилось? – прошептала я, чувствуя вкус воды во рту, что не на шутку меня испугало. – Ты говорила во сне, а потом начала кидаться в постели. – парень включил настольную лампу, и опять посмотрел на меня. – А, что говорила? – спросила я, пытаясь привести дыхание в порядок. Егор пристально смотрел на меня, словно не решаясь произнести, что-то важное, от чего по коже пробежал холодок. В комнате воцарилась тишина, разрушаемая только наше размеренным дыханием. -Егор? Что, я говорила? – повторив свой вопрос, я лихорадочно начала перебирать всевозможные варианты, пытаясь по кусочкам восстановить то, что снилось мне пару минут назад. -Тебе Марк снился? – глубоко вздохнув, он нервно провел рукой по волосам, а мое сердце буквально рухнуло вниз. Черт. Неужели он что-то слышал?! – С чего ты взял? – сглотнув, я опустила голову, подтягивая выше одеяло. – Я же сказал, ты говорила во сне. Говорила с ним, отчетливо, каждое слово. Вопросы задавала, про сердце. Что это все значит? – блондин не сводил с меня глаз, а я не могла поднять свои, потому что не знала, что ему сказать, да и стоит ли? – Юлианна, ты ответишь мне? – подняв мое лицо за подбородок, Егор посмотрел на меня, ожидая ответа с какой-то надеждой. И я решилась. По крайней мере, он имеет право знать правду. – Он снится мне. Давно. И очень реалистично. – прошептала я, боясь его реакции. – Что значит, реалистично? Как давно? – вопросы посыпались один за другим, а его взволнованный голос говорил о том, что мне не следовало рассказывать ему. – Уже 4 месяца… - Пиздец. – отстранился парень, садясь ровнее. – И что… Ну, я не понимаю, объясни мне. Ты говорила с ним, как с живым. Как он тебе снится, что вы делаете? – блондин повернулся ко мне. – Ну… сначала это меня пугало, то есть он пугал. А потом… не знаю, мы просто говорим. И… я чувствую его. – мой голос дрожал, я смотрела на Егора, зная, что он не поймет. Никто не поймет. – Как это, чувствуешь? – нахмурился парень. – Он во сне касается, я просыпаюсь, и чувствую это касание. Я не знаю, как объяснить. – Что значит, касается? Где касается? – похоже, ночь сегодня будет длинной. С каждым моим словом, у Егора все больше вопросов. – Например рукой к щеке, или… целует в лоб. Когда я просыпаюсь, это место, где он касался, холодное. И от него всегда холодом веет. – в принципе, его взгляд, которым он на меня сейчас смотрит, говорит только одно – что она несет, и какой номер психбольницы? Но стоит ли его в этом винить? Я, когда озвучиваю все это, сама понимаю, что это смахивает на легкую форму шизофрении с анамнезом, но черт, разве я виновата, что ко мне в снах приходит покойник? – Малыш, ты… Эм… Я не знаю, как это сказать, но… - замялся парень, а я уже поняла, что он хочет спросить. – Нет, я не пью алкоголь, и таблетки тоже. А еще у меня нет провалов в памяти, и вообще, я не психованная. – вспылила я, поднимаясь с кровати, и взяв с кресла свое белье, начала одеваться. – Я не говорю, что ты психованная, но черт, Юлька, это… это нихрена не нормально. Тем более, если ты еще и чувствуешь. – он тоже встал, и подойдя ближе, забрал у меня из рук лифчик. – Я понимаю, что не нормально. Но что я могу сделать? – прикрывая грудь, я выпрямилась и посмотрела на него. Мне было даже обидно, что меня никто не понимает, и считают двинутой на всю голову. – Если, когда он был жив, я могла от него отгородится, не отвечать на звонки, не видится, то сейчас то я что могу сделать? Он мертв, и… его душа, или что там может быть, приходит ко мне, говорит. Он не причиняет мне вред, не угрожает, мы просто говорим. – со слезами на глазах сказала я, стоя перед блондином в одних трусиках, что не придавало особого комфорта. – Ты слышишь себя? К тебе приходит твой умерший муж, умерший, блять, 4 месяца как. И вы с ним просто говорите? Юля, это пиздец, а не просто ненормально. – чуть громче сказал он, смотря на меня, как на идиотку. – Понятно, в общем. – выхватив у него лифчик, я отвернулась, чтоб надеть его. – Только вот если у Алины еще есть право отправить меня в психушку, на правах близкой родственницы, хотя и это будет сложно, я не буйная и не представляю угрозы обществу, то у тебя такого права нет, я тебе не жена. – резко развернувшись, я ткнула в него пальцем, и подхватив с кресла свое высохшее платье, направилась к двери. – Юлианна, дело не в праве, а в том, что эти сны продолжаются уже 4 месяца, и еще в том, что ты считаешь это нормальным, и ничего не хочешь делать, чтоб избавится от них. - Егор сделал несколько шагов ко мне, но остановился, когда я вытянула руку. – А что ты предлагаешь мне сделать? Попить транквилизаторы? Сесть на таблетки и превратится в полную идиотку? Нет, спасибо. Мне эти сны не мешают. И я жалею, что рассказала тебе. – еще раз взглянув на парня, я открыла дверь, и вышла из его комнаты. Как только наступило утро, я спустился вниз в поисках Алины, но везде было еще тихо, ребята спали, и только шеф-повар уже во всю орудовал со своими помощниками на кухне, готовя нам завтрак. Сделав себе кофе, я вышел на террасу, размышляя о том, что услышал ночью от Юлианны. Что бы она не говорила, это ненормально, и с этим нужно что-то делать. Не желая ждать дольше, я поднялся на второй этаж и постучал в комнату Артема и Али. – Булаткин, то ночью спать не даете, то утром. Какого хрена тебе надо в такую рань? – заспанный друг открыл дверь, пропуская меня вперед. – Доброе утро. – я вошел в комнату, проходя к кровати. – Алина, нам поговорить надо. – обратившись к девушке, которая еще досыпала, я сел в кресло, напротив. – Егор, ну в самом деле, что такого срочного? – Артем сел на кровать, потирая подбородок. – Аль, ты давно знаешь о снах Юли? – девушка тут же села, внимательно посмотрев на меня. – Она рассказала? – встрепенулась блондинка. - Я слышал, как она говорила с ним. – потерев переносицу, я откинулся на спинку. – Когда? Сегодня? – я кивнул. – Что говорила? – подтянувшись к изголовью кровати, она сложила руки на груди и принялась меня внимательно слушать. – В общем мы поссорились ночью, она ушла к себе, не желая больше говорить на эту тему, и даже обиделась, что я не понимаю её. А как я могу понимать, ребята? Она с Марком мертвым говорит, что тут понимать, блять? Он ей при жизни покоя не давал, так теперь еще и в сны приходит? Это что вообще? – резко встав с кресла, я подошел к окну, проводя рукой по волосам. – Тише ты, не кипишуй. – проговорил Артем, натягивая джинсы. – Да нет милый, тут есть чего кипишевать, тем более, что он чувствует все, что с ней во сне происходит, боль, прикосновения, слёзы. – поддержала меня Алина, обращаясь к жениху, а я завис на секунду. – Боль? Слёзы? – я уставился на девушку. – Он как-то чуть не изнасиловал её во сне, и когда она проснулась вся в слезах, от собственного крика, то обнаружила синяки в тех местах, куда он касался. – от слов Алины, у меня волосы на затылке встали дыбом. Как это, синяки? Что за бред вообще происходит? Изнасиловать? Во сне? – Она сказал вчера, что они просто говорят, и что он не причиняет ей вреда. – я сел обратно в кресло, закрывая руками лицо, ничего не понимая. – Это вроде было один раз, ну или она просто мне не рассказывает. – По-моему, стоит бить тревогу, Алин. – Тема посмотрел на невесту, а потом на меня, и я простонал. Неужели все эти побои, и издевательства со стороны Марка не прошли бесследно, и у девушки действительно нарушилась психика? Хотя это и не удивительно, после всего, что она пережила. Избиения, изнасилования, потеря ребенка, смерть Марка, опознание его тела в морге… Еще и я добавил ложку дёгтя. Сложно после такого вообще не двинуться. – Только она меня и слушать не захочет, вчера заявила, что у меня нет права навязывать ей обследование, потому что я ей никто. – мысли девушки на этот счет очень огорчили меня, ведь я думал, что лед тронулся, и наша близость и признания — это гарантия того, что мы вновь будем вместе. Но походу так думал только я. – Ну, зато, я не никто. – сказала Алина, вставая с кровати. – Подожди меня, я оденусь, и пойдем к ней. Это и правда ненормально, и так дальше продолжаться не может. – накинув на себя халат, девушка зашла в ванную. – И еще. – она открыла дверь, выглядывая из-за неё. – Если она считает, что ты не имеешь на что-то права, то я так не считаю. Ты самый близкий ей человек, после меня и мамы. Так что не обращай внимания. – подмигнув, Алина обратно зашла в ванную. – Зятек. – рассмеялся Артем, хлопая меня по плечу, а мне вот было не до смеха.