Запретная любовь

После разговора с Полиной, я все же собралась на работу, и хоть с опозданием, но приехала в офис. Работа кипела, как всегда, каждый занимался своим делом, и поздоровавшись с несколькими сотрудниками в холле, я прошла в свой кабинет. Поняв, что работать нормально я не смогу, все же собралась с духом, и выйдя в приемную, кивнула Саше на двери Соболева. Девушка понимала меня без слов, и так же молча, положительно кивнула в ответ, на что я улыбнулась. Помедлив несколько секунд, я постучала в дверь и открыла её. – Доброе утро. – поздоровалась я, входя. – Скорее, добрый день, Юлианна Валериевна. – парень сидел за столом и что-то усердно разглядывал в ноуте. – Я начальник, значит, доброе утро. – улыбаясь, я села в кресло напротив. – Ну, как знаете. – сухо ответил адвокат. – Ты злишься на меня? За что? – я ненавижу ходить вокруг да около, и если возникают какие-то обиды или непонятки, люблю расставить все точки над и, не отходя от кассы. То есть сразу. – Я не злюсь, с чего бы мне злиться? – Лёша все так же не смотрел на меня, и щелкал мышкой, всматриваясь в монитор. – Я тоже считаю, что не за что злиться, вот и спрашиваю. – скрестив руки на груди, я рассматривала его профиль, а парень тяжело вздохнул, соизволив наконец посмотреть на меня. – Я не злюсь, Юлианна. Я просто в легкой растерянности, если можно так сказать, после вчерашнего вечера. – Не ты один. – наигранно улыбнулась я. – Но я тут не за этим… - начала я, поднявшись с кресла, обтянув белую юбку-карандаш. – У меня сегодня утром была Полина. – я посмотрела на парня, упираясь об спинку стула, чуть наклоняясь вперед, а Лёша опять вздохнул. – Я понимаю, почему ты ей не сказал о нас, по сути и рассказывать нечего. Но я согласна, это касается нас двоих, и ни Полине, ни Егору знать каких-то подробностей не обязательно. – спокойно говорила я, правильно подбирая слова. – Ну на счет Крида, тут дело другое, да? Он же в курсе обо всем? – съязвил брюнет, откидываясь на спинку своего кожаного кресла. – Ну, во-первых, ты сам виноват в том, что мне пришлось ему все рассказать. А во-вторых, Егор обладает искусством вытягивания любой информации. По крайней мере, у меня. – подойдя к столу, я взяла ручку, прокручивая её в руках. – Я не сомневаюсь. Так, и что дальше? – он вел себя вызывающе, и меня это раздражало, но я решила немного сменить тактику. – Так вот, Егор считает, что ты связался с Полиной из-за того, что я тебе отказала, да и с ним у тебя отношения не ахти, на сколько все знают. – вот тут парень нахмурился, и именно такой реакции я ждала. – Я же уверенна, что ты не такой ублюдок, каким тебя считает мой жених, и верю, что ты с Полей, потому что она хорошая, умная, и добрая девушка, и действительно тебе интересна. Развей мои сомнения, Соболев. – нервно щелкая ручкой, я встала перед столом, смотря ему прямо в глаза. – Ты знаешь ответ на этот вопрос, Юлианна. – все так же сидя, он сверлил меня взглядом. – Я хочу озвучку. От тебя лично. – я опять наклонилась вперед, упираясь об стол, на что парень усмехнулся и покачал головой. – Скажи мне, что ты не делаешь это ради какой-то выгоды, Лёша. Или назло Булаткину. Просто скажи мне, и я уйду в свой кабинет работать. – почти шепотом сказала я, пытаясь различить хоть какие-то эмоции на его лице. – Она нравится мне, Юля. – бархатным голосом проговорил он. – Но? – нахмурилась я. – Нет никаких «Но». Она мне просто нравится, так иногда бывает, знаешь? Когда человек тебе интересен, близок по духу, по интересам, когда вам есть о чем поговорить и помолчать. – продолжал он, а я с облегчением выдохнула. – Как ты вообще могла подумать, что я встречаюсь с ней, назло Криду? – он нахмурился и поднялся к кресла. – Я о таком не думала, Лёша. Но мне нужно было услышать от тебя. Я искренне рада за вас, правда, но вам нужно было подготовить Егора к такому повороту, тогда бы не было вчерашнего шоу. Если бы Поля сказал брату раньше, или ты хотя бы мне, то всех этих эмоций и оскорблений не было бы. – я села, облокачиваясь на стол. – Ну мы не были обязаны кому-то что-то рассказывать или во что-то посвящать, Юля. Мы взрослые люди, и советоваться с братом или с начальником, как-то не камильфо, знаешь ли. - резко закрыв крышку ноута, он обошел стол, подойдя к окну. - Скандала вчера можно было бы избежать, если бы Егор знал заранее, кого приведет Полина на ужин. – спокойно ответила я, откидываясь на спинку. – Ну, как бы там ни было, сейчас Полина со мной не разговаривает, видеть не хочет, слушать объяснения тоже. А все из-за твоего женишка. – он повернулся, тыча в меня пальцем. – Кстати, поздравляю. – Спасибо. – улыбнулась я. – Тебе стоит позвонить ей. – вздохнув, я поднялась, походя ближе к брюнету. – Поговорите спокойно. И прошу тебя, давай оставим подробности той ночи в Нью Йорке между нами. Не надо ей знать, это уже ничего не изменит, а вот отношения ваши может подпортить. Ничего не было. – взглянув на парня, я могла поклясться, что заметила нотку грусти в его глазах. – Ничего не было. – повторил он, выдавив из себя улыбку. – Лёшь, я серьезно. – сделав шаг вперед, я оказалась очень близко к нему, чувствуя запах парфюма. – Я понял, Юлианна. Ты права, не стоит рассказывать, а то еще допридумывает… - он провел рукой по волосам, как Егор, и я улыбнулась. – Вот и отлично. – звук телефона раздался на весь кабинет, и парень поспешил ответить. – Да, слушаю. – сказал Лёша, но тут же поменялся в лице, уставившись на меня. – Да, она как раз со мной. Да, конечно, мы приедем. – сбросив звонок, парень чуть помедлил. – Где твой телефон? – спросил брюнет. – В кабинете оставила. Что случилось? – сердце начало колотится, отдавая пульсацией в висках. – Следователь звонил. Они кого-то нашли, и… просят подъехать. - замялся он. – Ну хорошо, едем. Я только Егору позвоню. – вздохнула я, понимая, что меня ждет очередной сюрприз. Булаткин был занят на съемках для обложки какого-то очередного женского издания, и решив не ждать его, мы с Лёшей поехали к следователю в полицию. В кабинете мы опять сидели одни, парень смотрел на меня, разглядывая, а я нервно постукивала каблуком по паркету, держа сумку на коленях, и когда дверь открылась, я даже вздрогнула от неожиданности. – Добрый день, Юлианна Валериевна. – Здрасьте. – ответила я мужчине, усаживаясь поудобней. – Вы всегда приходите со своим адвокатом, как будто боитесь, что мы выдвинем вам какие-то обвинения. – улыбнулся следователь, садясь за свой стол. – Лучше перестраховаться. – ответил Лёша вместо меня, закидывая ногу на ногу. – Что вы узнали, и кого нашли? – спросив, я откинулась на спинку, рассматривая серый пиджак мужчины. – Да, приступим. Дело в том, что пару дней назад нам удалось поймать одного интересного человека, который засветился в нескольких делах, и достаточно популярен в определенных кругах. – он открыл папку и взял из нее небольшой листок, подав мне. – Посмотрите внимательно, вы знаете этого человека? Может быть видели? В гараже вашем, возле офиса? Не торопитесь, хорошенько присмотритесь и вспомните. – сказал следователь, а Лёша наклонился ко мне. – Нет, впервые вижу. – спустя несколько секунд, ответила я, не узнав лицо человека, которое было на фото. – А при чем здесь авария Юлианны и Беляева? – спросил Соболев, отдавая мужчине фото. – Так вот, этот человек проходит по совершенно другому делу. Но! – он бросил ручку на стол, откинувшись на спинку кресла. – Камера видео-регистратора из вашего автомобиля засняла этого человека. – мужчина постучал пальцев по карточке. – Я не совсем понимаю. – нахмурилась я. – Просматривая запись с видео-регистратора, наши эксперты распечатали фото людей, которые находились вблизи от машины. Ведь для того, чтоб испортить тормоза, нужно было залезть под нее, именно под переднюю часть. – И? – Лёша наклонился вперед, внимательно слушая. – Среди всех фото, было и его. Точнее часть лица, по которой его узнали. – довольный собой, рассказывал следователь. – Ну и дальше? – я не могла дождаться развязки этой истории. – Именно этот человек испортил тормоза в вашем автомобиле, и он же поработал с колесами в машине Марка Беляева. Но он всего лишь исполнитель. – Исполнитель? – мы задали с Лёшей один и тот же вопрос одновременно. – Да. И пообщавшись с подозреваемым, мы узнали имя заказчика. – вот тут его лицо изменилось, и мужчина стал более серьезным. – Юлианна Валериевна, мне очень неприятно это вам говорить, но… - следователь наклонился вперед, скрестив руки, положив их на стол, и чуть помедлив, произнес: - … заказчиком аварии он назвал вашего отца, Вознесенского Валерия Эдуардовича. – он замолчал, а у меня пропал дар речи. – Вы шутите? – непонимающе посмотрев на Лёшу, а потом на следователя, я поднялась с кресла. – К сожалению, нет. – отозвался мужчина. – Это ничерта не смешно, а выбить из парня вы могли что угодно. – повысив голос, сказала я, обходя свой стул. – Никто из него ничего не выбивал. Он дал нам имя заказчика, взамен на чистосердечное, что уменьшает его срок. – продолжил мужчина, обращаясь уже к Соболеву, на что тот вздохнул, и закрыл руками лицо. – Лёш, это не правда… Это ошибка какая-то… - чувствуя, как подкашиваются ноги, я села обратно, схватившись за край стола. – Тише-тише… - подоспел Лёша, медленно усаживая меня, а следователь, подсуетившись, подал мне стакан воды. – Я подозревал, если честно. Но до последнего надеялся, что ошибаюсь, и он не такая тварь. – проговорил адвокат, держа в руках воду, помогая мне сделать несколько глотков. У меня не было слёз, а скорее какой-то ступор. – Парню не зачем врать. Это ваш отец… - продолжал следователь. – И что теперь? – переводя дыхание, я подняла на него глаза. – Составлен ордер на его арест. Но… - он замялся и посмотрел на Лёшу, а тот кивнул. – Что? Что происходит? – я не понимала, чего они так пересмотрелись. – Я знаю, что с Вознесенским у вас был еще один, так скажем, конфликт… - начал мужчина, а я перевела взгляд на Лёшу, который все так же сидел на корточках возле моего кресла. – Я рассказал о таблетках. Они имеют право знать. У него был мотив, Юля, он хотел свести тебя с ума, и устранить от руководства Холдингом, а когда не получилось упечь тебя в психушку, тупо заказал. Он заказал Марка, а потом тебя, собственную дочь. – возмущался Лёша, а я вспомнила, что он ничего не знает о Старкове, но решила, что сейчас не время для таких подробностей. – Вам нужно написать заявление, Юлианна Валериевна. – вмешался следователь. – О чем? – О факте отравления, подкупа медицинского сотрудника, в результате чего вы оказались в невменяемом состоянии. – продолжил он. – Но он не признается, а доказать будет сложно… - прошептала я. – Это уже не ваша головная боль, позвольте этим заняться компетентным органам. – он обошел стол, и достал чистый лист бумаги, а я опять посмотрела на Лёшу. – Юля, он убить тебя хотел, кого ты жалеешь? – практически прошипел Соболев, подав мне свою ручку. – Ваш адвокат прав. Чем быстрее он сядет, тем быстрее вы сможете спокойно жить, не оглядываясь. – Набери Старкова. – сказала я, не сводя глаз с брюнета. – Что? Зачем? – парень нахмурился. – Набери его, он мне нужен. Сейчас. – попросила я, взяв ручку из его рук. Чувство, которое возникло мгновенно, заполнило все внутри. Мне хотелось видеть его, просто послушать его совет, послушать, что он скажет и принять решение. Мне хотелось услышать не мнение адвоката, а мнения отца. Впервые, я подумала о нем, как об отце, именно в этой стрессовой ситуации, именно сейчас, мне нужен был отец. – Он едет. – отложив телефон, Лёша сел в кресло, а я выдохнула, и придвинувшись ближе, стала писать заявление.