Запретная любовь

Солнце почти село за горизонт, легкий бриз путался в волосах, немного разбавляя волнение. Я стоял на пляже, возле большой цветочной арки, и ждал своего Ангела. Несколько музыкантов расположились справа, за стульями гостей, играя негромкую мелодию, служившую фоном моему сердцебиению. Возле арки горели свечи в высоких канделябрах, накрытые прозрачными вазами, что предавало месту какой-то особой интимности. Самые близкие, родители и друзья уже заняли свои места, располагаясь на белых стульях, расположенных на небольшом подиуме с обеих сторон от арки, а дорожка ко мне была усыпана лепестками белых цветов. Еще несколько минут, и она станет моей женой. Еще несколько минут, и мы станем одним целым на всю жизнь. Легкий трепет и волнение заполонили душу, не давая спокойно дышать, но увидев её в конце прохода, я замер. Мой Ангел, самая желанная женщина в целом мире. Моя. Юлианна стояла, смотря мне в глаза, и улыбалась. Длинное воздушное платье, на тонких бретельках, оголенная спина, и белая фата, скрывающая лицо. Она была великолепна. И мне казалось, что вокруг нет никого. Только мы вдвоем, только её глаза, улыбка. Музыка заиграла громче, и все поднялись, а мы ни на секунду не отрывались друг от друга. Девушка медленно шла ко мне, держа в руках небольшой букет из экзотических цветов. Проходя возле своих родителей, она взглянула на Старкова, и улыбнулась, от чего мужчина почти пустил слезу. Поправив пиджак светло серого костюма, я расправил плечи, и глубоко вдохнул воздух, не сводя с неё глаз. Моя самая родная девочка, моя любимая. Еще недавно я думать боялся о таком, а сейчас она идет ко мне, чтоб сказать заветное «да», и стать моей на всю жизнь. Как только девушка подошла ближе, я подал ей руку, и помог стать напротив меня, чувствуя, как вспотели её ладошки. Она нервничала, так же как и я, но улыбалась, и светилась от счастья. Взглянув на мужчину, который ведет церемонию, он кивнул мне, и я, взявшись за края фаты, медленно поднял её, открывая красивое лицо своей малышки. – Готова? – прошептал я, держа её обе руки в своих. – Да. – улыбнулась она, смотря на меня, как завороженная. – Мы собрались здесь, чтоб соединить священным браком двух любящих людей… - начал мужчина, а Юля прикусила губу. Как-то само собой в голове мелькали картинки нашего с ней знакомства, нашей первой близости у меня дома, наших тайных встреч… Все это было как будто во сне, и очнулся я только тогда, когда распорядитель спросил меня, желаю ли я взять в жены девушку, которая стоит передо мной, и с уверенностью, я ответил «Да». – Согласна ли ты, Юлианна, взять в мужья Егора, который стоит перед тобой. Быть с ним и в горе и в радости, ценить и уважать его, пока смерть не разлучит вас? – мужчина повторил слова, и девушка вздохнула, ответив «Да». Обменявшись кольцами, по очереди одев на безымянный палец правой руки друг друга, я посмотрел на Юлианну, затаив дыхание. – Властью, данной мне, объявляю вас мужем и женой. Жених, можете поцеловать свою невесту. – улыбнулся распорядитель, и я наконец-то выдохнул, подойдя ближе к своей девочке, не теряя ни минуты, припал к её сладким губам, нежно целуя. Я отдаленно слышала аплодисменты и крики присутствующих, все, что я чувствовала сейчас, это невероятную легкость, радость и счастье, и его губы, которые сводили с ума. Я стала его женой. Женой, Господи. Это были всего лишь мечты глупой, влюбленной девочки, которая пряталась в его объятиях от ужаса, который ждал дома. Холодными ночами, я представляла, какой была бы моя жизнь, будь он моим мужем. Я мечтала об этом, придумывала себе свой идеальный мир, свою историю, идеальную картинку. И вот сейчас, этот мужчина целует меня, прижимая к себе, с обручальным кольцом на пальце, которое одела я несколько минут назад… Это невероятное чувство, переполняло до краев. – Я люблю тебя, мой Ангел. – чуть отстранившись, он прошептал мне в губы, смотря прямо в душу. – Навсегда? – спросила я, обнимая его торс руками. – Навсегда, малыш. – Я твоя жена… - я не могла поверить, и прошептала, чувствуя, как глаза наполняются слезами. – Ты моя жена. – утвердительно ответил блондин, проводя тыльной стороной ладони по моей щеке. – Мы сделали это. – улыбнулся он, и взяв меня за руку, повернулся к гостям. – Поздравляем, дети. – мама первой подошла к нам, плача, и обняв меня, крепко сжала в своих объятиях. – Ты будешь самой счастливой, моя девочка. – прошептала она, отстраняясь, и чуть отойдя назад, освободила дорогу Старкову. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, а потом он обнял меня. Обнял с такой силой, что я не могла дышать, но это были самые лучшие, самые важные объятия в моей жизни. Объятия моего отца. – Поздравляю тебя, милая. Желаю тебе только самого лучшего. Ты это заслуживаешь. – отстранившись, я увидела застывшие слёзы в его глазах, что растрогало еще больше. – Спасибо… папа. – мне так захотелось сказать ему это сейчас, что я не выдержала, а он вытер скупую слезу, широко улыбнулся. Родители Егора тоже подошли поздравить нас, и если Николай Борисович искренне обнял меня и поцеловал, то Марина Петровна долго поздравляла сына, желая ему счастья, а меня обняла чисто формально, чтоб не вызвать подозрений у присутствующих. После всех поздравлений и пожеланий, мы наконец-то сели за праздничный ужин, который расположился непосредственно на пляже. Столы стояли буквой П на специальных плитах, чтоб не проваливались в песке, укрытые длинным скатертями. Перед столами была площадка для танцев, украшена цветочными композициями, а на одной из пальм висел экран, на который на протяжении всего вечера выводились наши с Юлианной фото. Вечер был потрясающим, именно таким, каким мы его представляли. Вкусная еда, напитки, много цветов, музыка, самые близкие и родные люди рядом. Почти после каждого тоста, нам кричали «Горько», и каждый раз мы целовались, уже даже не поднимаясь со своих мест. Когда заиграла Sade и любимая песня Юлианны «By your side», я поднялся, и пригласил свою жену на первый танец. – Ты счастлива? – спросил я, держа девушку за талию, медленно кружа на танцполе. – Очень, любимый. – нежным голосом ответила блондинка, не отводя от меня взгляд. – Это самое главное для меня, малышка. Чтоб ты была счастливой. – крепче прижав её к себе, вдохнув аромат волос, я закрыл глаза, прислоняясь к ней, медленно двигаясь в такт музыки. Счастье, вот оно. Вот это чувство. Я держу его в руках, обнимаю, и не могу поверить, что оно наконец-то мое. И только моё. Как только мы закончили танцевать, отходя с танцпола, к нам подошла Полина, а позади неё стоял Соболев. – А можно мне украсть невесту? На минуточку. – спросила сестра, а я взглянул на Юлю. Да, может это выглядело ненормально, но я оберегал её от своих родственников. Дожили, блять. Девушка кивнула, и я сделала пару шагов в сторону, собираясь уйти к столу, но меня перехватил этот адвокатишка. – А мне можно поговорить с женихом? – спросил парень, подавая мне бокал с шампанским. – У вас заговор с Полей? – нахмурился я, забирая из его рук бокал. – Нет, просто пользуемся моментом. – Ладно. – смерив его взглядом, мы отошли немного от друзей. – Говори. – сухо сказал я, делая глоток игристого напитка. – Я хотел отдельно поздравить тебя. Ты счастливчик, Крид. – чуть улыбнулся он, тоже делая глоток шампанского. – Я знаю, Соболев. Спасибо. – Но, я хочу чтоб ты знал: мои чувства к Полине искренние. Она мне нравится, нам хорошо вместе, мы подходим друг другу. Так почему бы не попробовать? – сказал парень, а я вздохнул. – А к моей жене, какие у тебя чувства, м? – не сдержался я. – Послушай, Егор, я не отрицаю, что Юлианна нравилась мне как женщина. Она слишком привлекательна, чтоб не заметить её. Да и сейчас нравится, я не буду врать. Но она дала мне понять, что я ей не нужен. И как бы я не пытался, мне не удалось добиться её расположения. Так что мне теперь, в монахи податься? – он развел руки в стороны, уставившись на меня. – Нет, зачем в монахи? Просто не трогать мою сестру, вот и всё. Я не хочу, чтоб она обожглась в очередной раз, чтоб свалила в свой Лос Анджелес, зализывать раны, понимаешь? Она влюбится, а ты поиграешь и бросишь… - Почему ты все меряешь по себе, я не понимаю? – он злился, а меня начинал раздражать этот разговор. – Что, прости? – я опешил от его слов. – Разве ты не наигрался Юлианной а потом бросил её? Причем не один раз? – Нет! – резко ответил я, и мне дико захотелось ему врезать. – Это не твое дело, но я, сука, любил её уже тогда. Так что оставь свое мнение при себе, Соболев, и не выводи меня. – прошипел я, толкая его в грудь. Еще не хватало подраться на собственной свадьбе. – Вот я о том же, Крид. Я не играю с твоей сестрой, у меня есть к ней чувства. Я уже прожженный в этих делах, и бросаться громкими словами не люблю, и не могу сказать что это любовь до гроба, но того что я к ней чувствую, достаточно, чтоб она была счастлива, понимаешь? И ты можешь вставлять палки в колеса, орать на меня и на неё, бесится, но это нахрен ничего не изменит, ты просто будешь меньше видеть сестру. А можешь смириться и принять её выбор, и наблюдать, как она счастлива, как строит свою жизнь со мной. – тише проговорив адвокат, не отвечая на мой жест. – Это как в ситуации с твоей матушкой. Разве от её мнения изменится твое отношение к Юлианнне? Нет. Вы стали мужем и женой, не смотря ни на что. Так зачем ты делаешь тоже самое по отношению к своей сестре? Ведь твое мнение и поддержка важны для неё. Зачем же отравляешь её счастье? Зачем пытаешься помешать тому, чему помешать не удастся? Мы взрослые люди, Егор. Нам не нужно твое разрешение, чтоб быть вместе. – парень говорил уже более спокойно, да и мне уже надоело беситься по этому поводу. – Тогда чего вы от меня хотите? – спросил я, ставя бокал с шампанским на стол. – Чтоб ты принял выбор своей сестры, и поверил, что я никак не обижу её и не задену её чувства. – Со вторым сложнее, Соболев. Но ты прав, это как в случае с моей мамой. – проведя рукой по волосам, я нашел глазами Юлианну, пытаясь понять, о чем они могу говорить с Полей. – Ладно, в честь моей женитьбы, так уж быть, живи. – похлопав его по плечу, я обошел парня, чтоб уйти, но был пойман за предплечье. Развернув меня к себе, он молча подал мне руку, смотря в глаза, и помедлив несколько секунд, я ответил на рукопожатие, на что парень только улыбнулся.