Святой Бога Тьмы

      Эрухабен — древний дракон. И это не просто звук! Он, возможно, самый старый из драконов и за свою долгую жизнь повидал столько всего, что простым смертным и не снилось. В молодости он славился своим вспыльчивым нравом и агрессивностью. Не проходило и десятилетия, чтобы он не избил парочку сородичей. Парадоксально, что на старости лет Эрухабен стал одним из самых мирных и общительных драконов. Вот уже триста лет он сидит в своём логове и занимается тем, чем положено заниматься пожилым драконам: пьёт чай, изучает заклинания, ведёт записи, периодически ворчит и, если становится совсем скучно, гуляет где-нибудь около своего логова.       Но буквально месяц назад его жизнь, да и не только его, перевернулась. Случилось то, чего все драконы боятся — божественное откровение. Но, вопреки ожиданиям, в нём не было ни слова о демонах. Лишь о том, что нужно найти некого тёмного посланника. Эрухабен и раньше то богов не сильно уважал, а сейчас в конец на них обиделся. Они не удосужились назвать ни имя загадочного посланника, ни примерное местоположение, ни даже внешность! И вот как драконам искать это загадочное существо? Может, это и не человек вовсе, а какая-нибудь зверюшка?       Так Эрухабен не бегал уже лет пятьсот. За этот месяц он буквально перерыл весь Виппер, попутно наткнувшись на не самые приятные эксперименты магической башни, раздав тумаков верховным магам и забрав к себе одного занятного архитектора. Нет, ну а что? Логово тоже нуждается в ремонте, а в таком важном деле лучше довериться профессионалам. В крайнем случае, их можно сожрать. Хотя, пожалуй, «к себе» — слишком громко сказано. Крысюк поселился в одной из эльфийских деревень, которые дракон навещал.       Не обнаружив ничего в Виппере, Эрухабен решил взять небольшой перерыв и навестить старого приятеля. У Олиена всегда была невероятная чуйка. Уж если кто и напал на след посланника, то этот древний ворчун!

***

      Золотой дракон начал терять терпение. Олиен всегда любил поиздеваться над гостями, но Эрухабен был не в настроении шутить. И после получаса ожидания терпение древнего дракона лопнуло.       — Открывай, несносная зубочистка, или я проломаю твои щиты!       Никакой реакции не последовало, и Эрухабен окончательно взбесился. Нет, ну а что? Он даже предупредил! Несколько заклинаний убойной даже по драконьим меркам силы врезались а защиту логова и безжалостно смяли с таким трудом настраиваемые щиты и маскировочные чары.       Эрухабен, поморщившись, слегка покачнулся. Да, не те уже у него годы, чтобы разбрасываться направо и налево такими заклинаниями. Он и во времена своей бурной молодости не часто пользовался подобным.       Логово знакомого встретило непривычной тишиной. Не то чтобы Олиен был очень шумным, но игнорировать такое варварское вторжение он бы никогда не стал.       — Оливка незрелая, ты тут? — крикнул Эрухабен.       Ответом ему послужило молчание.       — Олиен! Ау! Ты снова разлёгся в ванной?!       «Может, его нет дома?» — загорелась слабая надежда, но тут же потухла.       В нос ударил жуткий смрад. На дрожащих вовсе не от усталости ногах Эрухабен двинулся вглубь логова, минуя высокие кусты орешника и бузины.       Огромное тело сгнило более чем наполовину, однако всё ещё чувствовалось величие некогда грозного зверя, короля этой территории.       Эрухабен нахмурился. После смерти драконы сливаются с природой. Однако здесь явно имела место насильственная смерть. Посреди груди зияла дыра. В трупе не хватало сердца.       — Это плохо… — сказал Эрухабен, сам не до конца понимая, кому именно — И на кого же ты нарвался, Оливка?       Огонь полыхал. Именно пламя быстрее всего возвращает к природе — это Эрухабен знал хорошо. Только обгоревшие кости остались лежать на земле среди разнообразной зелени. Олиен не простил бы, если бы золотой дракон сжёг одно из драгоценных растений.       — Мне пора идти, Оливка. Лет через пять встретимся.       Эрухабен развернулся и, не оборачиваясь, ушёл. Остановился он лишь на выходе, чтобы залатать пробитые щиты, пока они ещё не рассыпались окончательно.       — Надо бы ускориться… — пробурчал он себе под нос и исчез.       Горы десяти пальцев были следующим пунктом назначения дракона. Чем быстрее он найдет посланника, тем лучше. Да и всё равно уснуть он не сможет.

***

      А этот самый посланник во время кремации древнего зелёного дракона сидел посреди палатки Нора в лагере Волков и ловил на себе испуганные взгляды. Члены его экипажа, в отличии от зверолюдей, привыкли к его ауре и уже не боялись. А вот местные жители, особенно младшие, тряслись от страха.       Чай (на этот раз не ядовитый, Плакса подтвердил), которым Нор угостил Кейла был сладким до такой степени, что сводило зубы. Хотя то, что в нём не было лимона, уже делало этот напиток прекрасным. Моланы вместе с ненавистными цитрусами, детьми и Кейдж остались в лагере.       — Что же привело вас сюда? — с натянутой улыбкой, которая так и кричала «проваливай!», спросил Нор.       — Да мы просто мимо проезжали — ответил Кейл, привычным уже жестом стряхивая с рук тёмный туман, чем вызвал дружное вздрагивание среди Волков.       Нор вздохнул. «Просто» делать что-то этот человек не мог по определению.       — Что ж, желаю вам хорошего пути, молодой господин. Можем ли мы вам чем нибудь помочь? — с видом «пожалуйста, не надо!» протянул Нор.       — Разве что вы можете подсказать, где находится поселение эльфов.       — Мы его не посещали, но знакомые нам эльфы приходили с запада. Наверное, оно там.       — Большое спасибо.       Немного подумав, глава Волков всё же спросил:       — А что случилось? Эльфам тоже угрожает опасность?       — Нет, мы просто кое-кого ищем.       — Кого, если не секрет?       — Дракона. — невозмутимо ответил Кейл       — Дракона?! — воскликнули Нор, Ганс и Хилисман.       [А ведь с нами уже есть один дракон…]       — Ну да. Чего вы так на меня смотрите? Это даже не моя инициатива, между прочим, а приказ сверху.       Услышав про «верх» всё сразу притихли, а Кейл в очередной раз порадовался такому чудесному оправданию всей той хрени, которую он творит.       — Кстати, это шоколадное печенье просто чудесно! Не поделитесь рецептом?       На секунду Нор впал в ступор.       — Я спрошу у Вирты. — наконец, сказал он.       [О! Это та женщина с жуткой проклятой аурой!]       — К слову, если не секрет, то какому жрецу пересекла дорогу ваша жена? Чисто профессиональный интерес.       — О чём вы?       — Ну, от неё так разит проклятием, что аж…       — Каким проклятием?!       — А мне то откуда знать? Но явно старым, раз Кейдж сказала, что её аура почти слилась с этим проклятием. Понятия не имею, что это значит, но ей в этом вопросе доверять можно. Да и вряд ли это что-то смертельно опасное, иначе она давно была бы мертва.       — А вы можете снять это проклятие? — затаив дыхание спросил Нор.       — Нет — ответил Кейл       — Почему?!       [Почему?!]       Разнообразие голосов, задающих тупые вопросы стало изрядно раздражать Хэнитьюза.       — Потому что я не знаю, как это делать. Вы готовы взять на себя ответственность за её труп? Я нет. А у Кейдж не хватит сил. Так что сидите на попе ровно. Столько лет жили с этим — резко хуже не станет. Наверное.

***

      Кто бы что ни говорил, Кейл остался доволен. Неплохая прогулка выдалась. Даже печенья в дорогу дали. Настроение было до странного хорошим. Возможно, дело в нормальном чае?       Ганс вышеупомянутое печенье активно поедал, даже активнее Кейла и Хилисмана.       — Оставь немного детям… — не удержался Кейл.       Только через пару секунд он понял, что именно ляпнул. Примерно в это же время поняли это и Ганс с Хилисманом.       — Каким детям? — спросил Хилисман.       — Он и Хонгу — ответил Кейл, решив, что скрывать всех детей бесполезно, но про дракона стоит умолчать.       — Молодой господин, кошкам нельзя давать печенье! Им станет плохо! — с видом великого ученого сказал Ганс.       — Так ведь они не обычные кошки.       — То есть?       — Он и Хонг — зверолюди. И я не думаю, что им очень нравится твоя «здоровая» диета без соли, сахара, овощей, лактозы и вообще всего.       Ганс чуть не споткнулся, Хилисман замер на месте. Ну а Кейл… А он просто пошел дальше. Впереди ещё очень много всего, на фоне чего двое котят покажутся мелочью.       [А когда ты этим двоим расскажешь про дракона?]       [Они так реагируют на пушистых котяток. Что же будет с чешуйчатым, зубастым и клыкастым драконом? Хотя, он довольно милый…]       [Иногда ты такой…]       [Какой?]       [Я вот тоже задаюсь этим вопросом…]