Акция на четырнадцатое февраля

«В честь праздника всех влюблённых наш спортзал объявляет выгодную акцию! Приобретите абонемент вместе со своей второй половинкой и получите скидку пятьдесят процентов за первую оплату и тридцать за последующие. Акция работает с тринадцатое по пятнадцатое число, поспешите!» –вещал женский, приятный голос под ненавязчивую и легкую музыку из телефона в ладони крупного парня. Улыбка на его лице была глуповатая и странная, хоть и отлично смотрелась с веснушчатой мордой. Серый свитшот замялся у кисти, когда он резко выключил телефон и поднял взгляд голубых, будто сапфировых глаз на сгорбившегося, сидящего рядом друга. Тот внимательно пялился в экран, очерчивая его скептичным взглядом, в потом перевёл свое внимание на рыжего парня рядом. Волосы его опустились на лоб и распушились, будто он специально взъерошивал их. На носу сидели белые очки, а он продолжал лыбиться дурачком. Зато выглядел искренне и по-детски. –Ну и что? –цокая языком резко отрезал парень напротив рыжего улыбашки. Он не только характером, но и внешне отличался от него: был слегка смуглым и с тёмными, короткими волосами. С умными карими глазами и весь забитый татуировками. Широкую шею украшала летучая мышь, на которую собеседник засмотрелся. –Зачем это мне? У меня нет девушки, у тебя, если не ошибаюсь–тоже. Дань, завтра четырнадцатое, тебе это надо вообще? Даня фыркнул и покосился на друга, осматривая его внешний вид: черный худак с красным крестом посередине, черные суженные джинсы с дырками на коленях и кепка, одетая наоборот. На пальцах блестели серебрянные кольца, придав ему некой уверенности. В целом, его дружок был очень даже симпатичным. И имя у него было красивое и сочетающееся с его внешностью – Руслан. Кашин опять поглядел на выключенный экран своего смартфона и вздохнул, закатывая глаза на тупость друга. –Русь, всегда такой тупой или только сейчас? Сэкономить можно дохерище, а спортзал реально крутой. Давай купим абонемент вместе, как пара. –он поднял уголки губ и Тушенцов резко округлил глаза, расхохотавшись. Тот отвернулся, закрывая рот рукой в попытке перекрыть порыв смеха, пока Данила поднял брови и поморщился от неприязни. Вот дурак, себя бы видел. –Сдурел? Кто нам поверит? Мы не очень похожи на стереотипную парочки пидоров которые решили вместе ходить в спортзал. Идея херня, пошли смотреть телик. –Да погоди ты. –Данила нахмурился и толкнул его кулаком в ляжку, тормозя пыл. Фыркая, встал с места и оперевшись руками в колени наклонился к тому, встречаясь с его темными, будто черными, глазами своими.–Они же не заставят нас там при всех сосаться, ведь так? Скажем, что мы в отношениях, ну чмокну я тебя в щеку–да и похуй. Зато минус пятьдесят процентов и тридцать на будущее. –Ты даун, Дань? –Руслан вздохнул, потерев переносицу пальцем. –Я не собираюсь в этом участвовать. Нам точно не поверят, о каких отношениях может идти речь? Как ты вообще собирался об этом заявить? –Я сам разберусь, Русь. Я тебя умоляю, это не сложно. Ну пожалуйста, ебаный ты в рот! –Даня нет! Ни за что. Мольба за мольбой с любыми обещаниями и Тушенцов под конец наконец-то начал ломаться. Задумываться, подбирать другие варианты дабы купить этот чертов абонемент. Даже с подругой был готов и просто отдать его Дане, но он был непреклонен. Почему-то ему обязательно хотелось пойти именно с Русланом и именно с этой акцией. Может, заиграл азарт. Тот снова схватил его за руку и наобещал всякой параши, когда парень наконец-то вздохнул и отвел взгляд. –Ладно, отвали! Но если нам откажут – значит уходим. Договорились? –Не откажут. Бело-серое огромное здание, обдуваемое кондиционерами внутри и ярко освещаемое лампами, вмещало в себя целую кучу людей. Оно было поделено на секторы, из-за чего толп тут не было почти никогда. Да и вечером людей стало намного меньше, потише. Лишь какая-то глупая мелодия забитая как «спокойные треки без авторских прав» в ютубе разбавляли обычную, скучную обстановку. Всякие тренажёры, спортивный инвентарь и идеальная чистота. Пахнет хлоркой и новизной. Это даже походило на какую-то картинку с интернета, нежели на настоящий, новый спортзал. На входе был ресепшн, где за высокой стойкой сидела молодая девушка. Темные волосы были собраны в высокий пучок и лишь две пряди упали на округлое личико с большими, зелёными глазами. Рубашка белая с рукавами-фонариками, брюки широкие, выгляженые до илеальности–последний писк моды. Еще бы, ведь сегодня такой день! Середина акции «спорт для влюблённых», четырнадцатое февраля. Она даже специально сидела с значком милого, розового сердечка. Сзади нее встал огромный, пузатый стеллаж с кучей ключей с номерками в раздевалке и браслетами. Самый обычный спортзал, просто новый, из-за чего пользовался популярностью. Людей за сегодня пришло полным-полно и она уже мечтала, чтоб день поскорее закончился. Да и последний час никого, хотя работал он до двенадцати. Ее рутинный рабочий день бы так и закончился, если бы пару минут назад в почти опустевшее помещение не ввалились два парня. Еще и за руку, только темненький из их парочки был явно недоволен. И теперь они просили абонемент-акцию, для влюблённых пар. Только от слова любовь у них только привязанность к спорту. Они выглядели нелепо, глупо и искусственно, тем более когда забитый татуировками их выдавал со своей недовольной рожей. –Молодые люди, я конечно все понимаю..вы уверены, что вам нужен именно этот абонемент? Есть и другие акции, почему бы нет?–сладким голос тянет девушка-администратор, вздыхая очень уж недоверчиво и устало. Ее за день достали уже такие «умняшки», что приходят вместе и говорят, что они пара. Ее и уволить могут такими темпами, если она будет вестись на обманы. Руслан бегает глазами по стенке, стараясь даже не смотреть на что-то доказывающего ей Кашина. Он уж сильно больно усирался. Пусть делает что хочет, это ему надо, а Тушенцов заинтересовано посчитает отсеки в стеллаже. Тридцать седьмой, тридцать восьмой.. –У вас есть подтверждение отношений? Бракосочетание, фотографии с поцелуями, уж если так..–уже неловко мямлит та, понимая, что он не отвалит. Рыжий амбал выглядел как конфликтный подросток в пубертате, хоть и выглядел взросло и даже сексуально с его телом. А руки.. –Девушка, какой брак? Не успели до переезда в Россию. Ну ё-мое.–цокает Данила и та хрустит пальцами, достав листок с подписями. Она продолжала нервно и недоверчиво коситься на них и Даня открыто понимал, что та явно не верит. Ну еще бы, если бы Тушенцов хотя бы подыграл! А он стоит как жертва похищения и глазами водит по ресепшену устало, дожидаясь, пока Кашин решит проблему. Та взяла ручку и вздохнула, резко решив предложить еще одну акцию. Почитала то, что можно предложить (ибо такие неудачники часто из-за стыда берут невыгодную, лишь бы не чувствовать себя так мерзко). Даня злился и закипал, понимая, что терпеть эти мучения он больше не может. Та выебала ему все мозги, да и по лицу Руслана было видно, что он скоро бросит все и сам скажет, что Данила – придурок и потянет его к выходу. Так, в принципе, и было. Он уже считал в голове минуты до того, как просто оттянет его к выходу. И плакала скидочка пятьдесят процентов и тридцать на будущее. Администраторша вновь открывает рот, чтоб задать вопрос надоедливой «паре», когда Даня закатывает глаза и разворачивает к себе отвернувшегося в сторону, но продолжавшего держать его за руку Русю, хватая парня за одежду снизу. Парень уже мат на языке прокрутил от страха. Хватает и сталкивается с его губами, заставляя парня резко вздохнуть и округлить глаза. Шепчет в поцелуй едва слышно «подыграй, придурок», когда проталкивает язык и приоткрывает его рот, слушая сдавленный вздох. Даня целуется отменно: умеючи языком водит, губу покусывает и оттягивает, руками успевает даже под край одежды залезть. Проходит меньше минуты и Кашин отрывается, слегка отталкивая Тушенцова от себя, заставляя его щеки краснеть, а самого парня – отворачиваться от удивлённой девушки. Зато весь скепсис у нее пропал и та лишь писала их имена с паспорта на оформление акции трясущейся рукой. Такое не каждый день увидишь, тем более, когда эти оба – двухметровые широкие шкафы со злобными лицами и похожими на стереотипных гомофобов. Жизнь оказалась обманчива. –Это было не обязательно. –негромко произносит она и протягивает обоим ключ с браслетом. Даня хватает друга за руку и подмигивая администраторше тащит того в раздевалку по пустому, ярко освещенному помещению вглубь. Девушке придётся пить успокоительные. Хватаясь за ручку двери с надписью «раздевалка» он вталкивает Тушенцова внутрь и тот спотыкается, злобно озираясь на друга. Стоит неловкая и давящая тишина. Оба смотрят друг на друга ни моргая, ни отрываясь и молчат, лишь тяжело вздыхая периодически. Щеки после ситуации краснеют у обоих, пока Даня хрустит пальцами в попытках отвлечь себя хоть от чего-то. Сводит свое внимание на обстановке раздевалки – белые стены и кафельный пол такого же цвета, синие, металлические шкафчики оформленные под дерево, и зеркало. Пару дверей, ведущих в душ и туалет, в целом, больше ничего. Горит приглушённый фиолетовый цвет, который давит на мозги. Тут даже нет музыки, из-за чего звон в ушах не дает покоя обоим. Руслан еще стоит у этой дебильной стены, около которой железный станок-труба, как для танцоров и жмётся поясницей к нему. –Дань. –хрипло зовет Тушенцов и тот смотрит на него, опуская уголки губ в интересе. Его напрягает ситуация, но он старается держать себя в руках, дабы не выдать страх перед Русланом. Он и вправду не подумал, когда поцеловал, ведь не знал к чему это приведёт. Привело. К неловкому разговору в пустой раздевалке с почти полностью выключенным светом. С губами горящими, будто он их намазал самым острым перцем на этой планете. –Зачем? –Я хотел, чтоб она отвалила. Извини, я не подумал, серьёзно. Надо было уходить. Прости, Руслан, давай как-то замнём момент? –Данила садится на лавку и поджимает тонкие губы, вздыхая.На нем белая футболка, что моментально зажимается за резинку черных, длинных шорт. Руслан перехватился за край своих, так же мацая в руке штанину, а потом резко перекладывая руку на синий свитшот, будто стараясь не давать себе время дабы ничаго не делать, во избежание нервных тиков. Сука, как же стыдно! До Кашина только дошло, что он вообще сделал. Как он до этого додумался, как мозгов хватило засосать его прямо на ресепшене. –Я не это имел ввиду. Точнее.. Блять, это, но.. –Руся теряется, откашливается, шумно вдыхая носом воздух, когда Данила смотрит на него, не мигая. Сердце бьётся быстро-быстро, сбивая обычный ритм и тот не может подавить в себе импульса ухватиться за эту фразу. Встает и направляется к нему, хватая за одежду и притягивая к своему телу. Тушенцов моментально вытягивает ладони вперед, упираясь ему в грудь и злобно сводит брови к переносице. Старается оттолкнуть, но Даня не отходит. –Что ты, блять, делаешь? Отвали, Даня, хватит! –Руслан, что ты имеешь ввиду? –Отвали! Отпусти, долбоёб, и скажу. Кашин, съебись к черту! –Русь, что ты хочешь сказать! –Я сказал-иди нахер. –Руслан, что ты имеешь ввиду? –Да понравилось мне, блять! Оба заткнулись в одном положении: Даня держал его руки на весу, а Руслан пялился ему в лицо, находясь запретно близко. Чувствует, как чужое сердцебиение отдаёт ему в грудь и как у обоих участился пульс. Глаза бегают в судорожном поиске объяснения ситуации. Язык не поворачивается, дабы как-то переспросить, но Рыжий ищет в себе силы, дабы опустить голову и негромко позвать. –Тебе понравился поцелуй? –Да. –отрезает Тушенцов и хмурится. С такой же злобой смотрит в голубые, родные до трясучки глаза, когда сам тянется к нему, зная Даню-тот засмущается и уберет руки. Пухлые губы вцепляются в его и Руслан чувствует, как Кашин вздрогнул. В эту же секунду чужая цепкая хватка облегчилась и он смог дать кистям время отдохнуть от боли. Кашин толкает того к этим трубам. Руслан болезненно шипит, ударившись спиной о них, но молчит, ибо Даня целует. Языки их вместе сводит, кусает губы, причмокивает, когда отрывается. Рыжий целует ему подбородок, шею, опускает горловину свитшота и впивается губами и в ключицы. Раз за разом он проводит языком, иногда посасывая кожу и оставляя на ней засосы. Кусается, пока Руслан поднимает его за подбородок и снова целует в губы требовательно и мокро, не сдерживая себя. Стягивают с друг друга верхнюю одежду – Даня поднимает на верх его свитшот и бросает куда-то на пол, а Русик избавляется от его футболки, в этот же момент хватаясь за его уже голые плечи, усыпанные яркими веснушками. Он будто солнечный зайчик и лучик, настолько он был ярким в своей внешности. И горячий в данный момент. Даня ладонями гладит ему бока и живот, проводит пальцами по торсу дальше и оглаживает грудь, задевая уже твёрдые соски. Лапает бесцеремонно и грязно. Оба дышут рвано и смазано, через нос не успевают воздух втягивать и поэтому отлипают друг от друга, пока не начинают задыхаться. Опять неловкое молчание, когда оба смотрят друг на друга с непониманием. Что сейчас было? Что они делали? Даня поворачивает парня к себе спиной, Руслан покорно упирается руками в этот станок для танцоров и наклоняет голову в сторону, пока Данила сзади жмется к нему, выцеловавая каждый сантиметр истерзанной засосами шеи. Тушенцов вздыхает, трется о его руку головой, дабы тот погладил его по голове и взъерошил спутанные волосы. Даня опускает вниз его шорты и Руслан помогает себе ногами, оставаясь в одном белье нижнем. Даня прижимается к его ягодицам, скрытым еще одним слоем ткани, бугорком в спортивных шортах. Слышится хриплый голос. Руслан бедрами виляет уже в нетерпении. –Русь, ты же это.. Типо, я тебя? –Да. Ты хочешь наоборот? –Нет. Решил просто удостовериться. –фыркнул Кашин и стал помогать себе снимать одежду. Руслан пока спокойно хмыкнул, упираясь руками в холодные трубы и смотря в зеркало. Его волосы все спутались, он раскрасневшийся не только от стыда и смущения (аж до кончиков ушей), но и из-за грязных меток Дани. Взгляд тёмных глаз мутный и неясный, но зато он прекрасно видит, как сзади Даня нелепо запутался в штаните, от чего рассмеялся. –Придурок, сейчас упадешь. –Закрой рот. –огрызается Данила и отодвигает ногой черные шорты. Руслан снова глядит через отражение, как Даня подходит сзади и кладет руки ему на бедра, прижимая задницей к своему паху. Промежностью чувствуется его эрекция, которая была взаимна. И оба члена ныли в нетерпении. –Блять, ты будешь сегодня что-то делать? Харош меня целовать. –просит Руслан, пока тот и вправду всю его спину уже облизал. Даня закатывает глаза и хватается за волосы на его затылке, от чего тот жмурится, но чувствует приятную дрожь. Аж колени подкосились. Это был просто способ его позлить, на больше, ведь он почти сразу отпустил. Кашин хватается за резинку боксеров Руслана, пока тот опускает голову вниз, дыша негромко. Белье пропадает и Тушенцов ощущает лёгкую прохладу и свободу. Стояк теперь хотя бы не трется об одежду. Даня тоже освобождается от нежелательной ткани и парень вздыхает. –Учти, стонать не буду. Ты не мастер в гейском сексе. –А ты мастер? Не выебывайся, проверю сейчас. Даня заводит руку и кладет пальцы на губы Руслана. Тот облизывает их и берет в рот, обхватывая губами. Языком каждую фалангу очертил, когда так же резко Кашин вытащил их, оставляя каплю слюны на пухлых губах. Руслан облизывается, когда чувствует, как влажные пальцы стали гладить колечко мышц. Он напрягается, но Даня хватает его за ягодицу, оставляя отпечатки пальцев другой руки. Будто заставляет выдохнуть и расслабиться, дабы ему было легче войти внутрь. Пару неловких движений и один палец проскальзывает внутрь, заставляя Руслан проскулить от неожиданности. Вроде бы один, но сука, Данин. Тот что-то неразборчивое шепчет, когда тыкается вторым и не проходит и двух минут, когда он резко оказывается внутри и второй фалангой, причиняя неприятную боль. Тушенцов опускает голову и кусает свою руку, шикая, но ощущает как Данила приятно целует ему плечи. –Русь, расслабься пожалуйста. Я аккуратно, ну. –Да кому он рассказывает! Руслан это и сам понимает, поэтому старается изо всех сил, понимая, что Даня двигается пальцами внутри. Пока лишь взад вперёд, буквально трахая его своими же фалангами. Руслан не может даже утихомирить трясущиеся коленки и сердце, что билось будто он бежал марафон. Тушенцов чувствует, как влажнеют глаза, но приятные ощущения перебивают слабую боль. Надо быть готовым, ибо сравнить пальцы и член.. Второе явно больше. Даня двигается в нем в приёме ножниц, стараясь растянуть его под томные вздохи. У самого уже стояк каменный, но он думает о том, чтоб другу не было больно. Хотя можно их ещё друзьями назвать? Он добавляет третий палец. –Даня ебаный в рот! Да давай уже-е.. –тянет Руслан, выгибая спину. Вздыхает, пока Рыжий смеётся. –Чего давать? Так? –Тот вынимает пальцы и парень чувствует опустошение внутри. Да у него все тело уже сводит от того, как он хочет чтоб этот рыжий придурок оттрахал его в этой сраной раздевалки с уебским освещением и в долбоебской позе. Как же он этого хочет. Кашин облизывает пальцы и кладет ладонь ему на зад. –Выеби меня уже, идиотина. Бля-ать! –рявкает Руслан и получает лишь за это шлепок по заднице. Он резко вскрикивает, но ладонью ему зажимает рот Даня, сам испугавшись его реакции. Опять убирает быстро, когда уверен, что тот не будет кричать. Усмехается, когда второй рукой наконец проходится по его пояснице и перемещает на пояс. Прижимается и помогает себе рукой ткнуться органом в промежность. Руслан дышит ртом, ибо от такой температуры ему просто не хватает кислорода. Брови домиком ставит, вжимается в эту проклятую трубу руками и стоит, хоть уже и устал. Даня входит головкой и парень наконец-то протяжно мычит. –Говорил же, стонать не будешь. Или я все же секс-мастер? –Даня смещает вторую руку на член Тушенцова и обхватывает, проводя ладонью по нему в цикличном движении-от основания до головки. Русик снова ахает в нетерпении и поднимает взгляд на себя через зеркало. Смотрит себе же в глаза и ему даже жалко становится. Он перекладывает одну руку на поверхность зеркала, дабы упереться удобнее и его отражение-двойник делает тоже самое. И их обоих нагнул симпатичный рыжий друг с кучей харизмы. Забавно вышло. Даня толкается до середины и Тушенцов судорожно затыкает себе рукой, что лежала на стойке, рот, выкрикивая маты в неё. Выступает слезы от резкой боли, но в этот же момент чувствуется и расслабление. Мелкая дрожь пробегается по телу электрическими ударами, мурашки не сходят. Его ноги трясутся, будто перед оргазмом, а глаза закатываются от невообразимых ощущений. Даня проводит по члену рукой, дрочит, пока сам начинает медленно двигаться в нем. Не спешит, входит аккуратно и нежно, стараясь не причинять боли. Видно же, как Руслан переживает, хоть и скрывается это все под тонной стонов и вздохов рваных. Он заливается краской, волосы липнут ко лбу от жары, а плечи становятся влажными. Даня одним движением входит до конца и Руслан уже не чувствует этой начальной боли, лишь легкие неприятные ощущения от размера и общей неопытности и неловкости, но это не переставало приносить нехватку удовлетворения. –Сука, Даня, пожалуйста.. Будь каплю грубее. –Даня смеется, глядит на него в зеркало и встречается взглядом с его отражением. Хватает Руслана за волосы под его шумное шипение и наклоняется к его уху. –Каплю не получится. От такого Дани Тушенцову нахер крышу сносит. Волосы влажные спутались, глаза голубые горят, будто пожар, наглостью и похотью, а само ощущение что это именно Данила имеет его сейчас–с ума сводит. Руслан от таких мыслей сдерживает порыв излиться прямо сейчас и лишь стонет под каждым размашистым толчком. Шлепок кожа об кожу, чужие руки на его заднице что хватаются больно и оставляют синяки и следы красные, то снова перемещаются к его шее и перекрывают ему кислород к чёртовой матери. Даня с таким быстрым темпом упирается одной рукой об зеркало, накрывая тыльную сторону ладони своей и переплетает их пальцы. Кусает за шею, портя его татуировку летучей мыши следами от зубов, поднимается выше и прикусывает пробитую мочку уха. Руслан постанывает его имя переодически, дабы попросить помедленнее. –Д-даня..–толчок, шлепок и стон. Снова не даёт ему сказать и тот брови складывает, хныкает жалобно и больше не может терпеть его руки которые изредка возвращались к члену. –Даня.. –Кашин сам мычит и пытается не задыхаться в стонах, когда Руслан выбивает момент. –Даня блять, я сейчас кончу! Тот резко изливается на пол и ноги подкашиваются, но Данила обхватывает его за пояс. Пару толчков правильных и он сам кончает внутрь Руси. Выходит из него, роняя пару капель, пока Тушенцов поднимает взгляд на себя в зеркало, стараясь отдышаться. И перед собой ему аж стыдно, как похабно он выглядел. Как дешёвая проститутка, весь мокрый и горячий. –Дань, ты больной идиот. –Зато сэкономили. Девушка на ресепшене теперь была точно уверена, что эти два придурка не соврали об отношениях. Ее не уволят за то, что продала невыгодную компании акцию каким-то хитрецам. Стонать так из раздевалки друзья бы вряд ли стали.