Мышка

Вернулся Филипп домой достаточно поздно: дети уже отдыхали в своих комнатах. Но Алла, как верная любящая, пусть и бывшая, супруга, встретила его на крыльце и пригласила поужинать. — Здравствуй, солнышко! - прижал к себе Киркоров приму и ласково поцеловал в щеку. — Филиппчик... - прячась в его объятиях, шептала женщина. — Я очень скучала... Пока тебя не было, ужин приготовила. Ты голодный? - он кивнул головой и они вместе прошли на кухню. По комнате витал аромат запеченной картошки и баклажанов. — Мышонок, ты помнишь, что я любил на ужин? - Филиппа искренне обрадовало, что Алла не забыла за столько лет такую, казалось бы, мелочь. Он раньше и поверить не смог бы, что вновь попробует ее стряпню, и тем более, любимое блюдо. — А помнишь наш вечер в 1997? — Это ты про... — Да. Они сразу же вспомнили, как в девяностые, возвращаясь вечером домой, с порога были готовы наброситься друг на друга, но все же пришлось оставить эту затею. Валившийся с ног от усталости певец, мечтал весь день ощутить вкус любимого блюда - запеченого с баклажанами картофеля, которое для него готовит Алла. — Ммм... - довольно промычал Филипп и положил приборы на опустошенную тарелку. — Не знаю, что лучше - еда или секс? - в шутку задал он вопрос. — А если совместить? - глаза Пугачевой сверкали и мужчина пытался уловить в них намек. Но не успел, прима оставила его и поднялась на второй этаж квартиры, выходя, добавила. — Я жду тебя, - еще немного посидев, он последовал за ней. Вошел в спальню и увидел необычную картину. Недавно подаренная Буйновыми корзина с фруктами, стояла почти пустой у кровати. Алла, повернувшись на бок, вытянула одну ногу. На ее обнаженном теле были рассыпаны ягоды, а на лице сияла игривая улыбка. Ее изгибы манили и, недавно притупившееся возбуждение Филиппа, вновь дало о себя знать. Он подошел ближе, попутно расстегивая рубашку. Прима потянулась рукой, чтобы ему помочь, и вишенка, лежавшая на ее груди, упала низ. Мужчина попытался поднять ее, случайно коснулся бедра и услышал протяжный вздох любимой. Наскоро сняв с себя все лишнее, он опустился губами к ее телу. Поставил одно колено на кровать и начал покрывать поцелуями ключицы, плавно спускаясь вниз. Языком подхватывал ягоды и слизывал их сок с бархатной кожи. Алла прикрыла глаза от получаемого удовольствия. Его ласка щекотала, возбуждала. Освободив ее от сладких плодов, супруг резко поднялся вверх и томно поцеловал, посасывая поочереди ее губы. Языки сплетались, заманивая в глубину страсти. Они ни как не могли насытиться этим прекрасным мгновением, простого поцелуя, казалось, было мало. Хотелось раствориться друг в друге, чувствовать любимого человека всегда. Женщина, решив продлить прелюдию, перевернулась вместе с Филиппом и легла на его торс. Певец улыбнулся, почувствовав ее тепло. Но не ожидал её дальнейших действий. Она, присев на него, опустилась немного ниже, оставив немного влажный след на коже мужчины. Наклонилась к мочке его уха и, коснувшись ее кончиком языка, прошептала: — Сейчас попробуем кое-что... - Киркорову нравилось, что в этот вечер она берет инициативу на себя и готовит разные сюрпризы. Такая смена ролями, которая часто встречается в их супружеской жизни, очень нравилась и давала возможность воплотить фантазии каждого. Небрежно поцеловала его, а затем перекинула свою левую ногу на противоположную сторону и развернулась к Филиппу спиной. Наклонилась к его возбужденному органу так, что бы и любовник мог коснуться ее промежности. Они, словно прочитав желание родной души, практически слились в одно целое. Алла, погружая в себя его стальной член, получала вдвойне увеличенное удовольствие, когда мужчина, словно вакуумом обхватывал ее половые губы и посасывал клитор. Раздвинув языком нежные стенки влагалища, он немного протолкнул его в глубину. Пугачева замычала от получаемого наслаждения и коснулась губами его достоинства. От вибраций ее голоса, прикосновений ладоней к яичкам, мужчина был готов уже кончить и любовница это почувствовала. Снова повернулась лицом к супругу и попросила вернуться в изначальную позу. Как только она легла на спину, Филипп сразу же припал к ее возбужденной груди и, сжав их в своих руках, принялся поочередно целовать, уделяя внимание соскам. — Филь... Больше не могу, - задыхаясь от чувств, говорила она. — Войди... Хочу почувствовать тебя... - обильная смазка и ласки любимого человека позволили плавно впустить в себя мужской член. Сразу задав быстрый темп, он обнимал громко стонущую Аллу, одаривая сладкими поцелуями ее лицо и шею. Почти одновременно их настигла волна оргазма. Выйдя из нее, певец дотронулся пальцами ее лобка, перемещаясь успокаивающими движениями к раскрытой щелке. — Я очень люблю тебя, - прошептал он, откинувшись рядом на кровать. — Я тоже люблю тебя, очень даже, - улыбнулась она и легла на его грудь. — Я вот думаю... Можно, конечно, обходиться без признаний, но это как-то... Будто чего-то не хватает. Если любишь, об этом нужно говорить. — Да, наверное, ты права... - задумчиво ответил Филипп. — Так человек может и не понять истинных чувств к нему. Будет думать, что все хорошо, а потом его вместе с их общем ребенком выгонят из дома. — Это ты про кого? - прима удивленно посмотрела на него, не понимая, о ком идет речь. — Да слышал когда-то, что мужчина сначала изменил, а потом еще и выставил жену с ребенком из собственного дома. — Ужас какой. А женщина разве не понимала, с кем живет? Не за один же день ему пришла в голову такая мысль. — Наверное, думала, что любит. Он подарки дарил, на отдых возил... Но действия не всегда оправдывают чувства... — Да, как такую ночь забудешь?! - ухмыльнувшись, обратилась прима. — Мы же только этим не ограничились... Бедный комод, который мы чуть не сломали, когда упали в порыве страсти! - выделила она пафосным голосом последнюю фразу и засмеялась вместе с бывшим мужем. Но Филипп смог разглядеть надетую на нее маску хорошего настроения, под которой скрывалось что-то, что печалило и тревожило женщину. Убрав со стола пустые тарелки, она подала свежезаваренный чай и села на свое место рядом с Киркоровым. Он коснулся ее руки и решил спросить: — Аллочка, что тебя тревожит? Что-то случилось? - он старался быть ненастойчивым, но при этом должен был добиться того, что бы прима все рассказала. — Все хорошо, - в голосе послышалось волнение и Филипп сильнее сжал ее руку. Почувствовал, как кисть немного трясется и насторожился. — Ты можешь мне рассказывать все. И вместе мы решим проблемы, - его голос звучал мягко, но убедительно. — Иди ко мне... - Алла обняла его, положив одну руку на его плечо. Мужчина гладил ее спину и молча ждал. — Я полностью доверяю тебе, - начала она, собравшись с мыслями. — Даже больше, чем себе. Когда я вспомнила, что раз уже... поступила не правильно, начала бояться, что и сейчас смогу сделать что-то не так... Я хочу быть честной. Но мне тяжело говорить об этом, тем более, я не знаю, как объяснить, что я чувствую... Я заметила, что полностью поменялась, если сравнить меня лет десять назад и сейчас. С одной стороны, мне хочется выговориться, но с другой... Мне это не легко дается. Поэтому сейчас я сижу и мямлю... И ругаю себя за это. Потому что не могу определиться. Сделать, как чувствую, тоже не могу. Я не знаю, что чувствую... - Киркоров слушал и вникал в ее слова, уже пытаясь искать выход их ситуации. — С тобой я так счастлива... Даже описать не могу... Мне так спокойно сейчас, надежно... Но не знаю, заслужила ли я это счастье? Может быть все в моей жизни уже идет к концу и... — Все, что тебя касается, все, что меня касается, все только начинается, - пришла ему строчка из известной песни, которую он сразу же озвучил. — Маленькая моя, нас ждет счастливое будущее полное любви, - может быть эти слова звучали немного наивно, но прима знала, что именно так и будет.