Конец Одиума

Мартовское солнце пробивалось сквозь серые облака, стремясь взять власть над небом впервые за долгие недели. Птицы потихоньку позвращались в свою среду обитания, наполняя улицы радостным щебетанием, заставляя людей радостно выскакивать из домов. Стар был бы рад сейчас отдохнуть, но зло не дремлет: с приходом тепла, казалось, работы стало вдвое, если не втрое больше. Парень стоял возле стеллажа со снеками, озираясь по сторонам — в магазине было тихо. Стар не помнил, зачем они с Натаниэлем зашли сюда, но ни за что не признается, почему прослушал эту информацию. В голове тут же вспыхнуло воспоминание пятиминутной давности: капитан стягивает блейзер, закидывая его на заднее сиденье, и ткань майки так плотно облегает его плечи, очерчивая каждый мускул на спине, что у Стара перехватило дыхание. Агент замер, скрестив руки, и взгляд, словно предатель, сам собой скользнул по рельефной спине, задержавшись на том месте, где майка особенно туго обтягивала поясницу. А потом Натаниэль резко обернулся, и их взгляды встретились, к чему ни один не был готов. — Ты тоже оставь в машине, жарко же будет. В фиалковых глазах капитана мелькнуло что-то, от чего Стар не стал сопротивляться и снял с себя блейзер, оставшись в вололазке. Между ними повисла тяжелая тишина — каждый был в своих мыслях. Агенту казалось, что Натаниэль видит его насквозь — хотя он сам был тем, кто читает чужие эмоции. Первым отвел взгляд Далтон, резко развернувшись и бросив что-то невнятное. Стар кивнул, чувствуя некую досаду от завершения их маленькой игры, которая периодически происходит последние несколько недель. Агенту хотелось постоянно быть в поле зрения, обращать взгляды Натаниэля только на себя, а не на назойливых членов четвертого отряда, которые кружили рядом с самого утра. Прямо сейчас Стар глупо смотрел на разноцветные пачки снэков, не сильно понимая отличия: чипсы, сухарики, гренки. Люди потребляли такие продукты ежедневно, но агент не чувствовал в этом нужды. Натаниэль еще минуту назад был где-то недалеко, а уже скрылся из виду в отделе напитков. Стар скрестил руки — капитан сам найдет его, когда закончит со своими делами. Его внимание вовсе неосознанно привлек телефонный разговор мужчины, который выбирал между сырными и классическими чипсами: — Да, сердце ночи будет готово к вечеру, можете завтра по дороге забрать из кондитерской на Окло. «Сердце ночи?» — Стар резко повернулся в сторону говорившего, но тут же вернулся в исходное положение. Агент смотрел на него краем глаза, вовсе не замечая, что его лицо выдавало разнообразные негативные эмоции. «Подпольная лаборатория в кондртерской?» — парень изо всех сил пытался вспомнить, где находится это самое Окло и было ли оно среди возможных мест расположения штаба Солиса. Стар последовал за мужчиной в другой отдел, пытаясь выцепить больше информации. Он изредко брал что-то с полок, как это делали обыватели магазина, которые нисколько не привлекают внимания. — Кольцо будет прямо над каркасом выделено кремом из позолоты, — мужчина расхаживал по отделу молочных продуктов, словно искал что-то определенное, — я вас понял. «Кольцо? Каркас?» — с каждым новым словом Стар чувствовал, как отдаляется от понимания ситуации. Сейчас парню не нужно об этом думать — он подумает, когда поймает негодяя. Агент потянулся за коммуникатором в блейзер, но тут же понял, что оставил его в машине. «Черт» — Стар поджал губы, когда понял, что подкрепления не будет. Он продолжал следовать за неизвестным мужчиной, который уже переместился в отдел алкогольных напитков. Агент надеялся, что Натаниэль уже давно закончил со своими делами и теперь ищет его. — Простите, — Люинн обратился к неизвестному, когда увидел, что тот замешкался возле полки с вином, — вы, кажется, экспрет в здешних напитках? Мужчина окинул Стара слегка удивленным взглядом: юный парень со странной новомодной прической, держащий в руках чипсы и порошок для стирки. — Не сказал бы, — уыбнулся мужчина, стараясь мягко отделаться от этого странного незнакомца. Агент поджал губы, неловко переминаясь с ноги на ногу: — Прошу прощения, я готовлю подарок своему другу, но полный ноль в выборе алкоголя. Стар хотел почесать затылок для убедительности, но его руки были заняты. Парень запоздало понял, что так он никого не поймает, и нарочито поставил все на пол, выпрямляясь. Агент размял плечи, игнорируя растерянный взгляд собеседника. — Какой у вас повод? У него есть предпочтения, — Мужчина сделал небольшой шаг назад, чтобы психологически обезопасить себя от странного человека. — Это свидание, — Стар задумчиво провел большим пальцем по подбородку, — он просто обожает «сердце ночи». Мужчина слегка дернул головой, засовывая руку в карман, предположительно, за средством самообороны. — Что, прос- Подозреваемый не успел договорить, как получил стеклянной бутылкой по голове и рухнул бессознательно на пол.

***

— Он подпольно изготавливает сыовротку «сердце ночи», — Стар срдел в комнате допроса, скованный наручниками. Это был самый настоящий полицейский участок, а не та бутафория, в которой работал четвертый отряд. — Что ты несешь? Этот мужчина — кондитер, который готовит торты на заказ, — детектив начал выходить из себя, слушая этот ответ уже третий раз. — Ты вообще ненормальный, мне психиатра позвать? — Нет, — спокойно ответил Стар, не поддаваясь настроению яеловека напротив. Его больше волновало, что сейчас делают с Натаниэлем в соседнем помещении. — Позвоните в отдел МСС, генерал Клаф должен получить эту информацию. — Послушай меся сюда, — детектив резко прильнул к столу, — если пострадавший напишет заявление, то ты сядешь, а твой дружок будет приходить на посещение только по праздникам. — Вы мне не верите, но поверьте хотябы моему капитану, — парень отвернулся, зависая взглядом на стене. — Ты вероятно не понял, в какой ситуации находишься, малец, — мужчина сделал глубокий вдох, — ты ударил прохожего бутылкой по голове, и просто повезло, что он выжил, а твой «капитан» начал размахиваться кулаками. — Он подпольно изготавливает сыворотку «сердце ночи» и он хотел на меня напасть, — Стар откинулся на спинку стула, снова возвращаясь к своей версии, — я бы его не убил, я просто обезвредил, чтобы успеть вызвать подмогу. Детектив, наконец, сел, сцепляя руки в замок. Он тяжело опустил голову, чувствуя, как устал сегодня: — У вас при себе ни документов, ни доказательств и два нападения, а еще ты несешь полный бред. Агент ничего не ответил, просто смотрел на собеседника, постукивая пальцем по столу. — Посиди в камерея пока мы не свяжемся с МСС, — мужчина поднял голову, — если окажется, что ты никак с этим не связан, я упеку теюя в тюрьму и никакие попытки косить под шизофреника не помогут. — Что с капитаном? — Нападение на сотрудника полиции при твоем задержании. Так просто этот парень не отделается. «Верно,» — подумал Стар, «Генерал заставит его написать 10 извинительных писем». Парень был в неком удивлении в тот момент, когда из-за поворота выскочило несколько сотрудников подилии, которые поспешили задержать не подозреваемого, а его самого. Нисколько не разьираясь в вопросе, люди в форме скрутили Стара на полу, а он просто не мог показать свои документы, ведь оставил их в машине. Натаниэль нисколько не думал о соблюдении правил, когда увидел коллегу, распластавшегося на полу с не самыми приятными чувствами. У него было всего пять секунд, чтобы запустить свой тяжелый кулак в челюсть патрульного, который нависал над Старом, сцепляя руки того за спиной. Так они оказались здесь, в камере-отрезвителе, где содержались не столь опасные преступники, как болезнь, от которой те страдают. Сердце Стара пропустило удар, когда он увидел капитана, которого вели к камере в наручниках. На его лице не было ссадин, но хмурые брови говорили об усталости. Их взгляды пересеклись и агент видела, как уголки губ Натаниэля умиротворенно приподнялись. Стару нравился такое выражение, нравилось осознание того, что оно предназаначалось только ему. — Привет, — капитан поджал губы, с него сняли наручники и закрыли дверь камеры позади. Работник сказал, что будет где-то неподалеку, поэтому им не удастся учинять здесь непорядки. — Капитан, — Стар подскочил к парню, крепко сжимая его предплечье с невероятным чувством, что хочет крепко обнять. Агент сразу понял, что это будет слишком, поэтому просто осмотрел коллегу и прощупал упругие мышцы, неприкрытые майкой с коротким рукавом. Парень ощущал дыхание Натаниэля в районе лба, но не мог поднять голову — слишком волнительно. — Что произошло, Стар? — Капитан прочистил горло, делая шаг назад, почти прислоняясь к двери камеры. — Я оставил тебя всего на пару минут. -Тот человек подпольно изготавливает «сердце ночи» в кондитерской, — агент смог встретиться с требовательным взглядом Натаниэля, который был не очень вообушевлен этой новостью. — Ты в порядке? — Да, я, — Стар отступил сминая пальцы, на которых еще оставалось тепло чужого тела, — поступил слишком опрометчиво? Натаниэль обошел коллегу, пребывая в смешанных чувствах. Он просто сел на скамейку со скрещенными руками. — Нет, это все из-за меня. Привычка капитана — брать на себя все — порой проявлялась слишком резко и беспричинно. В такие времена агент хмурился, пытаясь доказать, что Натаниэль не может предотвратить все.

***

ТУК-ТУК — Входите, — Калистен перебирал бумаги на столе в своем временном кабинете, не отвлекаясь на вошедшего. Он хотел поскорее закончить с делами, чтобы наведаться к Августу на воскресную службу. — Генерал, вы не видели НатСи? Дозвониться до них не могу, — это был Виджей, который в своей манере придумал имя парочке. — Нат и Си? — мужчина только приподнял бровь, не обращая внимания на странные разговоры этого человека. — У них патруль сегодня. — Как?! — Виджей подошёл почти вплотную к столу, чувствуя, что ему некуда деть руки. — В графике ничего такого не значилось, у нас уже сюрприз готов, только Стара и ждем! Агент эмоционально жестикулировал, призывая Калистена осознать масштаб трагедии. — Виджей, что за цирк вы устраиваете? — Генерал, наконец, отпрянул от бумаг, чтобы посмотреть на собеседника, явно негодуя. — У Стара сегодня день рождения, вы забыли? Калистен напрягся, сжимая шарисовую ручку: — Работа есть работа, — мужчина отложил все и встал из-за стола, смотря на агента свысока, — надо будет, назначу патруль в ваш день рождения. Идите займитесь делами и не беспокойте меня. Калистен показательно подошёл к двери и открыл ее, чтобы агент понял намек и скрылся с глаз долой. — Капитан с тобой заодно? — Спросил мужчина, когда Виджей уже вышел за пределы кабинета. — Само собой, он даже подготовил особенный подарок, — агент задорно подмигнул, после чего отвернулся. Эти двое разошлись в абсолютном молчании. Калистен выскочил из кабинета, захлопнув дверь, и тут же поспешил набрать Стару, но ответа не последовала ни после первого, ни после пятого гудка. Мужчина нервно набрал совершенно другой номер — Профессора Джо. — Мне нужно местоположение Си, — без лишних приветствий скомандовал Калистен и выскочил из здания. «Стар не расколется, ни за что не признается, что не знает,» — так генерал себя успокаивал, пока заводил мотор машины. Джо выслал координаты, которые тут же оказались красной точкой на карте города. — Полицейский участок?!

***

— Сколько прошло? — Стар то вставал, чтобы пройтись по камере, то садился обратно на скамейку. Именно сегодня парню было тяжело сидеть рядом с капитаном и вести непринужденную беседу. — Три часа, — Натаниэль глянул на наручные часы, — даже если они не сообщили в МСС, остальные уже должны были нас обыскаться. — С чего бы? Стара напрягала безмятежность капитана, сидящего в отрезвителе, словно тот нашел отличное место для отдыха. Натаниэль издал тихий смешок, опираясь руками на скамейку под собой: — Ты куда-то спешишь, Стар? — Агент сглотнул, когда услышал свое имя, — Ты сделал все, что мог, дальнейшее зависит от генерала. Просто насладись этим моментом. Парень не нашел что ответить, хмуро садять обратно на скамейку, прямо рядом с Натаниэлем. — Знаешь, — продолжил капитан, — мы все время куда-то спешим, в итоге вся жизнь пролетает в мгновение. Стар не смотрел на говорившего, он лишь перебирал пальцы, опустив голову, и ответил: — Иногда, если не поторопиться, то можно многое упустить. Агент увидел, как чужая рука легла на его собственную, наглядно показывая насколько Натаниэль массивнее его. Парень не чувствовал тепла, точнее, концентрировался вовсе не на этом. Тонкое, едва-заметное прикосновение превратилось в сцепленные руки. Стару хотелось схватить капитана сильнее, показать, что ему дозволено заходить дальше. Прикосновение рук — не то, на что агент обыяно растрачивался, предпочитая короткое рукопожатие или словесное приветствие. Но прямо сейчас рука начала гореть, назойливо привлекая к себе внимание. Его рассудок был помутнен некой «радостью», о которой постоянно говорил Август. «Когда это будут нужные обстоятельства, ты почувствуешь трепет в груди, распространяющийся по всем телу» — Стар никогда не понимал этих слов священника, но уже чувствовал, как хочет вжаться в своего капитана. Почувствовать руки Натаниэля, обвивающие его талию, мягко проводящие по спине. Агент не хотел возвращаться в реальность, где они остановились на этом глупом прикосновении руки. Парень поднял взгляд, встречая легкую улыбку Натаниэля, которую он видел десятки раз, вместо настоящих словя которые вертелись на языке. — Вам ведь тоже есть что терять, и время прекрасно справится с тем, чтобы это отобрать, не так ли, капитан? Натаниэль моргнул, неосознанно проводя по костяшке коллеги. Он достал из кармана что-то продолговатое и протянул парню: — С днем рождения Стар, — капитан прикусил губу, чтобы не рассмеяться от досады, смотря на шоколадный батончик, который он протянул имениннику. — Что? — Агент перевел взгляд с Натниэля на батончик и обратно. «День рождения?» — Стар очень быстро анализировал все свои воспоминания, но не нашел никаких связей. Пока это звучало как глупая шутка со стороны капитана. Где-то вдалеке приближался шум мотора, говоря о том, что водитель торопился. — Ты, вероятно, не очень любишь все эти празднования, но Виджей закатил тебе бомбезную вечеринку в штабе. Агент взял в руки батончик, отпуская тепло Натаниэля, чтобы лучше рассмотреть обертку: — Да, я, — Стар лишь придумывал оправдания, — я не люблю шумиху, да и праздновать было не с кем…а это? — Выпало из кармана того мужика, когда он потерял сознание, — капитан потер затылок, слыша легкий смешок собеседника, — это не тот подарок, который я хотел тебе подарить, но…кто знает, что может произойти, пока мы будем здесь. Натаниэль придвинулся ближе, смело хватая агента за талию, а вторую руку он закинул тому на плечо. — Давай посмотрим, что у нас здесь, — он торопил Стара открыть обертку батончика, пока дыхание того ощутимо сбилось от такой близости. Стар сделал одно ловкое движение и на них тут же полился свет, исходящий оттуда, где должна была лежать обычная сладость: — Это…сердце ночи? — Агент улыбнулся. — Верно, — Натаниэль ловил каждое микродвижение на лице парня: эта улыбка была искренней. — Так он и правда подпольный торговец! Стар тут же подскочил, чтобы высказать капитану свои мысли, но его прервал полицейский: — Оба на выход!

***

Когда они прибыли в общежитие, было уже довольно темно. Калистен отправился за проверкой информации о подпольном изготовлении сердца ночи в кондитерской, а парни устало зашли на свой этаж. Длинный коридор общежития встретил их тусклым светом одиноких ламп и давящей тишиной. Шаги гулко отдавались от стен, и Стару казалось, что этот звук — единственное, что вообще существует в мире. Он украдкой взглянул на Натаниэля, который шел расслабленно. — Я просто надеюсь, что Виджей до сих пор не ждет тебя в штабе с тортом в руках, — это была забота со стороны капитана, прикрыта я нотами иронии. — Я предупреждал его, что не стоит делать сюрпризов. — Сегодня ничего не хочу слышать о кондитерских изделиях, — Стар поджал губы, полмечая, как быстро они пришли к комнатам. Агент не хотел расставаться, но не мог предложить стоящего времяпровождения. Парень лишь раскинул руки: — Мы…обнимемся на последок? Стар видел, как люди делают так в знак дружбы не только при встрече но и при прощании, хотя сегодня его лимит объятий капитана без подозрений был исчерпан навсегда. — Конечно, — Натаниэль поджал губы, обахватывая парня большими руками. Обьятие длилось больше положенного просто потому, что никто не хотел отпускать. Стар чувствовал на кончике носа базовый гель для душа, которым капитан пользуется не первый месяц, но именно он заставлял оборачиваться вслед. Вспоминать о тех моментах и неловких прикосновенияхч что они дарили друг другу во время объятия. Капитан мягко похлопал его по спине и отпрянул. — Я, — Натанижль замялся, — совсем прогадал с подарком. Стар не мог думать ни о чем, кроме фиалковых глаз, которые смотрели на него, с лёгким прищуром. «Симпатия» — агент понял значение взгляда с того самого дня, когда это началось. Однако, это был секрет, который Натаниэль старательно хранил, поэтому парень просто не мог спросить напрямую. — Ничего страшного, — Стар наклонил голову вбок, скорее хитро смотря на свой обьект обожания. Это произошло за долю секунды, но агент четко видел, как закрываютя глаза капитана в тот момент, когда их губы соприкоснулись. Руки крепко сжали спину Стара, заставляя прижаться ближе к широкой груди. Натаниэль боялся быть властным, но дал себе разрешение только на этот миг, чтобы придать коллегу к двери прямо в коридоре, где каждый зевака может стать свидетелем. Их языки сплелись в битве, и никто не хотел проигрывать. Стар аккуратно сжал шею капитана, а второй рукой зацепил ручку двери в свою собственную комнату. Она поддалась так легко и агент не успел опомниться, занимаясь исследованием рта Натаниэля, пока тот зажимал его у входной двери. — С днем рождения! — Свет в комнате зажегся, проявляя миру остальных членов четвертого отряда, которые, просидев слишком долго в штабе, проникли к парню в комнату. Стар дернулся, пытаясь осознать, что происходит. Они с Натариэлем глупо остались стоять в обнимку, встречая лишь удивление в глазах коллег. Асех, кроме Виджея, который задорно кричал: — А вот вы и попались!