Драконье лето

Охранников нанимали в речной караван для дела, нападения случались — и порою очень странные. Агрессивной нашарской живности будто было без разницы, атаковать одну отошедшую от костра драконицу, как тогда Зои, или пикировать посреди дня на палубу хорошо защищённой лодок. Лисса сразу сообразила, что эти крупные летуны, зубастые и оперённые динозавры с рогами, кружат над кораблями не просто так, а выбирают, чем поживиться. Стало неожиданностью только то, что они налетят так резко, что Лисса даже пропустила нужный момент для постановки энергетического щита и получила длинные порезы когтями тварей по перепонке от одной ящероптицы, а Веронда еле успела отдать приказ кораблю запутать вторую в снастях — и то на секунду, быстро же их порвали. А может, хищников вообще направили деструкторы, чтоб избавиться от слишком любопытной расследовательницы? Если получится отбиться, надо бы это выяснить! Нырнув за штабель досок, серая драконица оценила полученную рану. К счастью, крупные сосуды когти крылатых хищников не задели, но повреждённая перепонка всё равно быстро начала болеть и кровоточить. Да, пистолет против таких противников был слабым аргументом. Воплотив в лапах винтовку, хоррианка сняла её с предохранителя, проверила патрон и крикнула Веронде: — Прячься в каюту! Туда не заберутся! — и начала выцеливать одного из крылатых ящеров. Тот как раз зашёл на разворот, на полсекунды будто бы замерев на месте, и Лисса воспользовалась моментом — выглянула из-за штабеля досок и, положив на него цевье винтовки, поймала в прицел крылатую бестию и нажала на спуск. Курок ударил, но выстрела не произошло, будто патрон отсырел. Веронда, несясь в каюту, схватила и Лиссу, утащив за собой спиной вперёд и еле вырвав из совместного наскока птицезавров. За самками и перед чудищами дверь каюты захлопнулась сама собой. Лисса, вставая с пола, заполнила энергией раны, чтобы они отрегенерировали по шаблону ауры, пока аурический шаблон здорового крыла не рассеялся. — Кто ещё кого охраняет… — хоррианка посетовала на себя, отбрасывая осечную винтовку и проявляя трофейную — ту, которая приобрела архетипическое свойство после убийство птицы-воплощения. Если неисправность оружия тоже навели деструкторы, уж на подобный артефакт это у них не получится! — Открывай дверь! — скомандовала Лисса, приводя трофейную винтовку к бою, — Сейчас будем их по одной отстреливать! В магазине винтовки было пять патронов, ещё один такой же магазин был растворен в ауре, да ещё некоторое количество патронов россыпью — этого должно было с лихвой хватить на неожиданно налетевших птиц. А ведь ещё можно было вооружить Веронду. — Стрелять умеешь? — спросила у неё Лисса, — Могу для спокойствия дать пистолет. — Всё лучше, чем когтями, — Веронда приняла дар цивилизации. Дверь пнулась сама собой, вдарив одной из протоптиц по носу. Веронда, едва выглядывая из проёма, затарабанила по сваленному хищнику пулями всей скорострельностью пистолета — но толку мало было, перья будто покрывал энергетический щит, а шкура только слегка царапалась. Заряд «зачарованной» винтовки вдарил чуть лучше, но тоже туго. — Кто их так намолил?! — Веронда рявкнула. — Сама хотела бы знать! — отозвалась Лисса, уже закрывая затвор, — Шкура у них будто бронированная! И клюв большой! — именно в открытый клюв хоррианка и попыталась положить следующую пулю, благо расстояние было совсем мизерным. А не удастся прямо в клюв попасть — хороший удар пулей по голове ещё никому здоровья не прибавил. Пробило нёбо, тварь поперхнулась кровью и опала. Теперь надо было так же свалить вторую! Сначала только пришлось ставить энергобарьер на весь двереой проём, чтобы рассвирепевший от потери пары ящер не ворвался в каюту, а потом подгатывать момент и ракурс, чтобы этот барьер снять. Второго добила Веронда. Конда наступила тишина, обе драконицы не сразу поверили, что кровожадные и по-деструкторски безумные существа угомонились. — Они себя так ведут в здоровом состоянии? — Лисса протянула ладонь забрать пистолет, но Веронда не желала от него отцепляться: — Только в брачный период, и он сейчас есть… но живут перитоны в горах, а не поймах рек! — Жрать в горах нечего стало, что ли? — Лисса, подрагивающими пальцами устанавила винтовку на предохранитель. — А ведь ты неплохо стреляешь, и второго свалила, и вообще выстрелов не боишься. Был уже опыт с пистолетом? — Некоторый, — она задумалась, глядя на него. — Разрешишь до конца маршрута себе оставить? — Конечно. Ты с ним неплохо обращаешься, — вообще хоррианке не жалко было бы в конце маршрута его подарить Веронде, а уж как оправдать «утрату» оружия в Клане она непременно бы нашла. — Только давай сначала этих летунов куда-нибудь утащим, а потом и пистолет почистим. И, подавая пример, серая драконица отставила винтовку к стене и пошла вперёд, к телам протоптиц. За возней с телами поверженных противников она собиралась спрятать подрагивающие от пережитого стресса пальцы и ещё не отпустившую напряжённость во всем теле. Веронда захотела было разделать их прямо на палубе, но заметила странность с тенями их созданий — они будто бы принадлежали нашаранам, а не перитонам. Это сложно заметить было, пока никто не присматривалась и не занималась тасканием тел. — О-па… — Что? — отвлеклась Лисса, но затем взглянула туда же, куда и был устремлён взгляд Веронды, — О-па… Вот так номер… На какой-то миг в душе хоррианке всколыхнулся страх, она неплохо знала, чем наказывается в Нашаре убийство. Но затем слегка расслабилась… Но только слегка. — Ты как знаешь, а вот я это есть не буду. Тени эти мне радикально не нравятся! И, кстати, не только у них… — Ты сейчас в каком смысле? — настала очередь насторожиться Веронде. — Да тут такое дело, что у торговца птицами я двоих рарогов видела, у которых ауры как у взрослых драконов. Вот только по поводу теней не помню… Как будто где-то завёлся кто-то, кто может драконов превращать в птиц. — Они ещё живы? — Веронда переспросила о рарогах, убирая нож. — Может, выкрасть их и расколдовать? Или они тоже могут быть убийцами под маскировкой? А если их не только превратили, но и внушили им что-то? Над этим вопросом серая драконица реально задумалась. Здесь уже получалось противоречие — «рароги» в клетках на Лиссу бросались, но после вопроса о свободе утихомирились. А эти птицы пытались именно убить. По всему выходило, что кому-то крепко обработали разум, и вряд ли это сделал тот, кто желает хоррианке добра. — Расколдовать… Я примерно представляю, как превращение могло происходить, но не очень детально. А ты? — Одно дело представлять, а другое расколдовать… — на всякий случай Веронда сняла с каждого существа по перу, и одно отдала Лиссе. — Если встретишь опытного мага, покажи. — Наверное, это и остаётся сделать. Знаешь, а я могу попробовать превратить их обратно. Тень тут однозначно драконья, не велнар и не человек. Сейчас попробую… Только при попытке принудительно поменять облик птицам хоррианка быстро поняла, что это — совсем не её уровень. Энергетика стремительно расползалась на куски, как лист тонкой бумаги в воде при попытке выловить его пальцами. А для того, чтобы нащупать в ауре узел, связанный со сменой облика, не хватало контроля, и не хватало просто катастрофически. «Да, это я точно не потяну. Вот Харру бы точно справился, но он на то и руководитель магического обеспечения Клана. Так что тут я ничего сделать не смогу. Разве что попробовать поймать их души… На допрос или энергию, как получится». Из-за того, что над тварьками пытались манипулировать и превращать их, души были уже слишком порваны на клочки и частично вышли из тела — вряд ли в них остались бы чёткие воспоминания, не на уровне владения магией Лиссы. Оставалось только собрать энергию в кристалл-кошелёк. — Веронда, не зевай! — скомандовала серая драконица, воплощая в пальцах кристалл, — Собирай со своего трофея энергию! Есть это лично я точно не буду, а вот потерять энергию будет обидно. За этой фразой, что была довольно-таки «не в характере» хоррианки на самом деле скрывался лёгкий «отходняк» после пережитой смертельной опасности. Не пристало опытной наёмнице трястись от адреналина после короткого и быстрого боя. Веронда, наоборот нормально на это всё отреагировала — собирать душу разумного существа для неё было словно бы проще, чем разделать животное. Энергию души купчиха не стала зажимать себе, а отдала Лиссе для выкупа рарогов. — Ты уверена? — решила всё-таки уточнить хоррианка, — энергии в них было очень даже немало, практически полновесная душа. По всем правилам это твой честный трофей. — Если не хочешь принимать — займи мою долю. Вернёшь в том случае, если рароги окажутся не антейками… или их не нужно было спасать. А в ином случае скажи им, что их свобода и моя заслуга. — Вот в этом я как раз и не уверена, — честно призналась серая драконица, — подумать нужно. Только первым делом давай решим, что делать с телами этих птиц, а затем надо почистить оружие. Тела предлагаю сбросить в реку, не поленюсь их отнести к другому берегу. Всё-таки подозреваю, что это были драконы, а я разумных не ем. — А если их загипнотизировали и потом воскрешать захотят, где их будут искать? — Веронда оглядела соседние корабли, но их экипаж не особо обращал внимание на то, что происходило на Первонавте. Самое большее — ауры выражали облегчение, что птицеящеры не на них напали. — Какие твои предложения? — с интересом спросила хоррианка. — Я накладывать чары стазиса не умею и в лёд эти тела заковать не смогу. А по здешней погоде они долго не пролежат, банально протухнут. — Привяжи к ним что-нибудь необычное, но ненужное, что потом поисковым заклинанием найти получится, и только потом скидывай. Если найдём их товарищей и они того будут стоить — скажем их, по какой примете тела найти. — Хороший вопрос, чего-нибудь необычного привязать, — Лисса озадаченно почесала в затылке. — Хотя, знаешь, есть вариант. Привязать серая драконица собиралась давший осечку патрон от карабина. Если он не выстрелил через две-три секунды после накола капсюля, что редко-редко, но бывало, то не стоило бояться взрыва сейчас. А Веронда предоставила верёвку из своих запасов. Когда трупы свалили за борт, с третьего корабля на Первонавт снова прилетел тот проныра, что выдавал себя за гайдука. — А что не отрофеили-то? Если мясо птицы не нравится, можно в ресторан продать. — Это же хищники, у них мясо жёсткое и с привкусом, — покачала головой хоррианка, — Его только с хорошей голодухи или в глубоком рейде есть можно! Или мариновать долго и старательно, гораздо дешевле и проще купить мяса на берегу. — Да, на любителя… — задумчиво посмотрел на воду он. — Молодцы, неплохо отбились вы от них. — Гайдук прилетел бы на помощь! — Веронда проиронизировала. — Зато я знаю, кто мог бы их натравить на вас, — он уверенно оскалился на самок, явно подразумевая, что просто так, без поощрения, не расскажет. — Знаешь, кто мог БЫ? — выделила голосом серая драконица. — Так это не знание, а чистое предположение, так и я могу предполагать. Например, птичника с последнего корабля назвать можно — а что, у него тоже крупные птицы в клетках есть, вполне мог бы из тайных клеток выпустить. Или вон, на корабле впереди один из пассажиров в плаще с шипами — ну вылитый деструктор с виду, а деструкторы и не такое могут. Забыв уже, что хотел торговаться, он хмыкнул и улыбнулся, говоря тише: — Птичнику с последнего корабля продают птиц драконы из какого-то культа. У них явный сговор… И возможности такое проворачивать. Ну а мотив… какой, как вы думаете? — Золото, оружие, души… В смысле энергия, которая в Нашаре идёт как средство платежа, — уверенно ответила Лисса, подбирая с палубы личный, привезенный из Хорриана карабин и откидывая барабан. — Энергии в птичьей душе немного, но за эту птицу можно выручить куда как больше. Вон, за рарогов он по две души хочет, за каждую птицу! А на эти души вообще что хочешь можно купить… Ну ладно, не все, но очень и очень многое. — Они столько не стоят. Да и оплату они не получали, — добавил он, сощурившись. — Как в подобных случаях говорит один мой знакомый — «на рынке два дурака, один продает, а другой покупает». Понятно, что он не выручит такую сумму. Непонятно другое. Откуда эти культисты могут брать птиц? Те же рароги — они же далеко отсюда водятся, нет? В процессе разговора серая драконица вынимала из барабана патроны и выкладывала их на палубу. Надёжный, ухоженный карабин раньше осечек не давал, и мысль о том, что патроны каким-то образом могли испортить дистанционно, не давали ей покоя. Выход был прост — зарядить свежие патроны, а эти отложить. Не выкидывать, применение для них всегда можно было найти. Например, по-тихому засунуть в чужой костер. Пуля никому бы вреда не причинила, но взрыв раскидал бы угли и вообще отвлек сидящих у костра от каких-нибудь событий. — В Амаранте они их дали, — собеседник загляделся на процесс. — И потребовали везти весь маршрут до Утгарда, никому не продавая. Заметив это, Лисса решила попробовать слегка отвлечь «гайдука» от дозирования информации. Если сначала она хотела воплотить в ладони сразу восемь патронов, то сейчас воплощала их по одному и лёгкими, изящными движениями вкладывала в барабан. — Странно ты говоришь… Если он не хочет их продавать, то зачем назвал цену? И явно не был против того, чтобы я рассказала об этих птицах другим пассажирам. — Может, прикрытие соблюдает. Назвал спонтанно случайную цену, которую ты точно не заплатишь, судя по внешнему виду, — повёл он головой в раздумии. — Возможно, — кивнула серая драконица в ответ, защелкивая барабан на место и фиксируя его рычагом. — А что, если бы на мои рассказы о редких птицах откликнулся какой-нибудь любитель экзотики? — Не такие они вроде и редкие… Ну, не в Антее, — он смутился под взглядом Веронды: — Где-то и эндемики не редкие! Плохой довод. — Вот именно, не зря этих рарогов называют антейскими, — согласилась Лисса. В её мыслях начала выстраиваться версия, что антеек некий праник или техномаг «засёк» в Амаранте, превратил в птиц и отправил вместе с кораблем в столицу. В пользу этой версии говорило то, что ещё две птицы с тенями и аурами, насыщенными энергией как у полноценных драконов, напали на слишком любопытную охранницу. Но тут был и факт, противоречащий этой версии — рароги на свободу явно не хотели. И это противоречие требовалось ещё обдумать. Возможно, непрошеный визитер ещё чего-нибудь разболтает. — А тебя как звать? — Веронда спросила то, что по-хорошему ещё вчера надо было. — Лосвий, — он ещё раз показал свои иркальские документы на голографической карточке. Лисса в силу происхождения вполне представляла, как должны выглядеть документы стражей порядка из самых разных краев Нашара и близлежащих земель. Вид карточки у неё подозрений не вызвал, и она продолжила расспросы: — А по поводу нового пассажира в плаще с шипами что думаешь? — Он уже из вполне определённого культа, из «Ониксового пути» бааров, — Ловисий приосанился. — Те самые, кто поклоняются Господину Смерти и жертвуют ему украденную у других энергию, чтобы научиться уничтожать несуществование чего угодно и творить этим любую хрень. Но этот тип — из самой низшей ступени, последователь-вампир. Иначе он бы тут устроил… нечто вроде Чумы Двойников, дела лап его предшественников. — Уничтожать несуществование? — хоррианка непритворно удивилась, — Вот это формулировка! Несуществующее — это же то, чего нет, как его уничтожить? Или это они так называют кобничество? Разумеется, Лисса знала, как работает кобничество — магия и философия, где практик уничтожает различие между собой и внешним миром «вселяется» во Вселенную и контролирует её практически как собственное тело. Информация эта была в отчётах отца, да и брат со своей избранницей кое-чего рассказывали. Но сейчас было бы уместно показать, что охранница знает далеко не все, а в том, что знает — слегка путается, чтобы вывести Лосвия ещё на один рассказ о чужих магических практиках, пусть и такой короткий. — Там у них своя философия о бездонных океанах возможностей и о том, что смерть предшествует жизни... — помахал Ловисий ладонью у уха. — Это близко к кобничеству, но только попробуйте их принародно сравнить с кобниками, назудят, что они-то полноценные пенисы, а кобники клиторы. Не в обиду, кхм... — вспомнил он, что общается с самками. — Без обид, — отмахнулась Лисса. По ее мнению, методики кобников и этих бааров различались достаточно серьезно, но Ловсию она об этом решила не говорить. Зато назрел вопрос у Веронды: — Как думаешь, этот баарец ничего незаконного не сотворит? — Буду за ним следить дальше, — повёл Ловисий пером от своих глаз в сторону кораблей за кормой. — Он вполне может. — Приняла, тоже присмотрю за ним. И за птичником тоже, — согласилась серая драконица, — А сейчас нужно смыть с палубы кровь и почистить оружие. Помочь не желаешь? — взглянула она на иркалльского гайдука. Он скрипнул зубами и цокнул языком по нёбу: — Я бы рад, но начальник спросит, чего подрабатываю на стороне… До скорого! — Ну ладно, — Веронда фыркнула через ноздри, когда он улетел, причём не на свой корабль, а дальше, — он и так нам помог серьёзно. Как думаешь, не наврал? — По ауре не наврал, — Лиссу тоже вполне устраивало, что этот подозрительный тип всё выдал и улетел. Не хотелось при нём обсуждать дела, выболтает ещё. — А теперь давай, действительно, займёмся наведением порядка. Где у тебя ведро?