Если всё горит в огне

Вся комната находилась в совершенном беспорядке. Белая рубашка с отлетевшей пуговицей валялась, скомканная, на кровати, там же у подушки сбились два перекрученных галстука, а у чуть треснувшей ножки стояла пара лакированных черных оксфордов. Из незакрытого шкафа вываливались черные джинсы, и Дакота, судорожно пытаясь причесать волосы, на ходу пнул дверцу, не давая штанам и шанса сбежать. Подлетев к зеркалу, парень с досадой поджал губы и шумно втянул воздух носом: расческа намертво застряла во влажных, уже начавших виться каштановых волосах. С неприятным треском выдернув деревянный инструмент, Фарли, не глядя, кинул его на рабочий стол и взял баночку с кремом, отвинчивая крышку. Окунул два пальца в чуть маслянистую субстанцию и нанес на лицо, втирая крем в кожу. — Дакота, ты скоро?! — Раздалось за дверью, и молодой человек чертыхнулся сквозь зубы, бросив банку. — Уже почти готов! — Чуть раздраженно отозвался Дакота, стаскивая со стула черные брюки и надевая их. Заправил черную шелковую рубашку, убедившись, что на этот раз пуговицы целы, и накинул жилет изумрудного цвета, судорожно застегивая. Бабочку в цвет жилета парень нацепил, не пряча под воротник, и потянулся к смирно ожидающим своей участи оксфордам у кровати. Нерасхоженная обувь мгновенно впилась в ахиллово сухожилие, обещая появление натертостей уже через пару часов бала. Но это было неважно. В дверь настойчиво постучали, и Фарли, накинув на плечи чуть мятый черный пиджак, выскочил из комнаты в коридор общежития, где уже ждал Нейтан – его однокурсник. В идеально выглаженном голубом костюме-тройке, с аккуратно уложенной прической набок он стоял, подперев спиной стену и скрестив руки на груди. Светло-серые глаза сканирующе пробежались по Дакоте, и молодой человек тяжело вздохнул, отталкиваясь от стены и в два шага приближаясь к тому. — Я больше не буду ждать тебя, ты собираешься хуже, чем девчонки. — Процедил Нейтан, поправляя чужую бабочку и пряча ее под воротником, а затем критически осмотрел парня и поднял взгляд на чужие светло-карие глаза оттенка дубовой бочки с медом. Фарли мягко улыбнулся, перехватывая чужие ладони и отстраняя их, когда произнес: — Хорошо, прости, Ней. Тот едва заметно нахмурился, кивнув, и отошел на пару шагов, разворачиваясь к лестнице. Уже ступив на верхнюю ступеньку, Нейтан обернулся на шедшего следом молодого человека с едва заметной нерешительностью: — Возможно, тебе не стоило идти на этот бал. — Почему? — Искренне удивился Дакота, вскинув брови. Поравнялся с однокурсником и, улыбнувшись уголком губ, ответил, — Я не могу, мы же договорились с Микой вместе пойти. — Да, я помню… Ней вёл себя странно, но парень не стал обращать на это внимания. Все они нервничали перед рождественским балом, и это было нормально. Пройдя по переходу, Фарли с Нейтаном оказались в главном корпусе, где уже собирались студенты с самых разных курсов. Перед глазами рябило от буйства красок – в этот вечер не вырядился только ленивый. Где-то у лестницы должна была ждать Микаэла. Молодой человек нервно одернул рукава уже надетого нормально пиджака и оглянулся: девушка в нежном серебряном платье, струящемся до самого пола, стояла рядом со своими подругами и о чем-то весело болтала, бросив лишь краткий взгляд на парней. — Мика! — Окликнул Дакота, ярко улыбнувшись, и подошел к компании девушек, в нервозном жесте коснувшись кудрявых прядей и тут же одернув руку. — Замечательно выглядишь. Лиза, Альма, вы тоже. — Спасибо, Дакота. — Вежливо кивнула Микаэла и чуть улыбнулась подошедшему следом Нейтану. — Привет, Ней. Готов танцевать до самой ночи? Нейтан произнес что-то в ответ, коснувшись тонкой руки девушки, и Фарли едва заметно сощурился, почувствовав изменение атмосферы. Его вежливо проигнорировали. Девушка не была рада его видеть. И совершенно иначе, её интересом сейчас был Ней. Так не должно было быть. Молодой человек бросил быстрый взгляд на однокурсника и прикусил щеку изнутри, замечая, с какой нежностью тот смотрит на Мику. Внутри неприятно потянуло, но Дакота загнал это чувство подальше, продолжая вежливо улыбаться. Вероятно, это просто их дружеское общение. Две подруги девушки ушли к своим партнерам, и они остались втроем. «Соберись, Дакота!» — мысленно приказал себе парень и сделал шаг к двоим, решив разъяснить ситуацию, когда Нейтан приобнял девушку за талию и тепло улыбнулся ей. Все мысли тут же вылетели из головы. Микаэла резко подняла на Фарли безразличный взгляд и твердо произнесла: — Дакота, я иду на бал с Нейтаном. Я не могла сказать тебе раньше, извини. Всё равно мы с тобой плохо смотримся. И девушка потянула парня, изобразившего вину на лице, в сторону больших дверей, не оборачиваясь на застывшего однокурсника. Дакота чуть с опозданием обернулся и неверяще проследил за тем, как пара скрылась в бальном зале. Струна внутри болезненно натянулась, когда молодой человек заметил взгляды подруг Мики, и спина невольно выпрямилась, окаменев. Это было неправильно. Они с девушкой были связаны лишь отношениями родителей, но это было оскорбительно. Расправив плечи, Дакота медленно выдохнул и встряхнул головой, приходя в себя. Нельзя было расстраиваться. Не сегодня. — А вот и первое разбитое сердце, Дакота Фарли. — Неожиданно прогремел рядом низкий голос, и парень подскочил на месте, оборачиваясь. Чужие руки потянулись к его воротнику, а их обладатель с яркими зелеными глазами чуть насмешливо усмехнулся, когда заметил испуганный взгляд. — Не кисни, это ж девочки. — Да что ж вы все прицепились к моему воротнику? — С раздражением процедил Фарли и отскочил от чужих рук, намеревавшихся потрепать его волосы. Поджав губы, молодой человек отвернулся от старшекурсника и через пару вдохов выдавил расслабленную улыбку, бросая короткий взгляд на неожиданного собеседника. — Никто не киснет, Лейн. Мы просто договорились вместе пойти, мы не встречаемся. Они с Нейтаном очень красиво выглядят вместе. — Каблук. — Лениво отозвался Лейн и махнул рукой на парня, отходя к своей компании. Дакота лишь закатил глаза, мысленно приклеил улыбку на свое лицо и зашел в бальный зал, тут же направляясь к фуршетным столикам. Он не мог позволить обстоятельствам испортить этот день, и он будет счастлив, даже если всё вокруг сгорит в огне. *** Если бы его спросили, Дакота не смог бы ответить, как через два часа оказался в центре зала, танцующий обыкновенный вальс с пьяной вусмерть Элианной – девушкой со старших курсов. Ее лиловое платье в пол переливалось редкими блестками, от которых у парня рябило в глазах. У него рябило в глазах в принципе, хотя казалось, что алкоголя было не так много. Молодой человек старался вести как можно аккуратнее, чтобы не наступить на подол одежды, но девушке было всё равно. Элианна, едва соображая, щебетала что-то о пришедших гостях: их статус, работа, внешние характеристики и полезность связей. Фарли лишь вовремя кивал, не забывая улыбаться, и медленно отводил их к углу, где стояли остальные старшекурсники – где-то среди них он видел Лейна. Поддерживать пустой диалог со старшекурсницей было категорически невозможно. — Лейн, будь добр, забери её. — Запыхавшись, попросил молодой человек, как только привел Элианну к компании, и невинно улыбнулся. Упомянутый парень тут же подхватил девушку и бросил быстрый взгляд на младшекурсника: — Как она вообще оказалась рядом с тобой? — А я в курсе? — Еще шире растянул губы Дакота и прислонился плечом к стене, переводя дыхание. Он просто стоял и пил, когда Элианна обратила внимание на одинокого молодого человека и утянула его танцевать. Они даже ни разу не общались лично до этого момента. И отдать девушку знакомым казалось лучшим решением. Прикрыв рот рукой, Фарли зевнул и оглядел зал. Взгляд неосознанно сместился на фигуры Нейтана и Мики, стоило заметить серебристое платье в толпе. Они действительно были довольны друг другом. Видимо, сошлись на почве отвратительного лицемерия, которое слишком поздно увидел Дакота. Парень тихо цокнул и тут же отвернулся, разглядывая пришедших гостей. Они, в дорогих костюмах, сильно выделялись на фоне молодых, искрящихся энергией студентов. Для приглашенных личностей организовали отдельные столики, как и для преподавателей, и то и дело среди них мелькали блестящие подносы официантов. За одним из столов Дакота заметил своего отчима и мать Микаэлы и поджал губы – те наверняка снова вели деловые переговоры об объединении компании. Даже на Рождество. Молодой человек резко стянул пиджак с плеч и кинул на подоконник, даже не заботясь об аккуратности. От неожиданно накатившей духоты было трудно дышать, все чувства обострились, и показалось, будто оксфорды уже давно натерли ноги так сильно, что ручейки крови стекают к подошве. — Дакота. Парень медленно обернулся и вопросительно уставился на Лейна, в каком-то заторможенном состоянии оценивая его. Тот уже передал Элианну кому-то другому на попечение и вытянул руку в приглашающем жесте перед Фарли. Пронзительные зеленые глаза смотрели прямо на него, практически не мигая. Улыбка сползла с лица, Дакота бросил нервный взгляд назад, ловя фигуру отчима, а затем отвернулся обратно. Реальность ударила в голову слишком неожиданно. — Ты сейчас прикалываешься? — Почти прошипел парень и перехватил чужую руку, опуская её вниз. — Не позорься! — Я серьезно. Твой отчим скоро уйдет, Мика убежала к ним зачем-то. — Пожал в ответ плечами Лейн, переплетая пальцы и не давая Фарли вырвать ладонь. — Дакота, не психуй. Просто потанцевать, никто даже не увидит. Молодой человек замер, перестав дергать руку из захвата, и сощурился – его не обманывали, но было что-то странное в этой просьбе. Они никогда не общались близко с Лейном. Почему сейчас он решил потанцевать? «Я пожалею об этом» — сдавшись, подумал парень. Кратко кивнув, Дакота медленно выдохнул и сам дернул старшекурсника на себя, отходя в наиболее незаметный угол. Отчим с семьей Мики действительно уже направлялся к выходу, и молодой человек, дождавшись, когда дверь за ними закроется, вопросительно уставился на Лейна. Заставить себя вновь улыбнуться он почему-то не мог. Уголки губ будто весь вечер были натянуты нитками, но сейчас их обрезали, и чувство звенящей пустоты медленно проникало в сердце. — Я поведу. — Мгновенно отозвался парень, и Фарли едва заметно вздрогнул, почувствовав касание к боку. Лейн будто специально перебрал пальцами по талии и обхватил его ещё сильнее, тихо произнеся, — Просто расслабься, левую назад, а дальше схватишь. Дакота не стал говорить вслух, что знает женскую позицию, и лишь кивнул, поднимая взгляд на старшекурсника. Яркие зеленые глаза без улыбки, темно-рыжие, почти красные волосы и острые черты лица – Лейн был похож на лиса. На оголодавшего, озверевшего лиса, который в любой момент может вцепиться в твою шею и разорвать её зубами в клочья. Перед глазами неожиданно возник образ звериного оскала, но стоило парню моргнуть, как всё исчезло. — Почему ты так на меня смотришь? — С едва заметным замешательством спросил старшекурсник. Фарли пожал плечами и отвернулся, не в силах выдерживать прямой взгляд. Лейн хмыкнул и, сделав вид, что не заметил чужого смущения, продолжил, — Зачем ты вообще пошел сегодня? Микаэла бросила у самого входа, сбежав с твоим приятелем, больше ты ни с кем не общаешься, и дата… — Отец не хотел бы, чтобы я каждое Рождество скорбел по нему, а не праздновал. Это не твое дело, Лейн, я буду наслаждаться, даже если всё плохо. — Прервал молодой человек старшекурсника, покачав головой. Смерть отца два года назад сильно изменила Дакоту. На похоронах известного владельца ресторана присутствовало множество людей, и семья Лейна тоже была там. Многие из студентов были детьми влиятельных лиц, и все они знали о том, какой день сегодня для Фарли. Но он не мог позволить себе сдаться, позволить себе запереться в комнате общежития и не пойти на бал, даже если он ненавидел его всем своим сердцем. Ради отца молодой человек должен был быть здесь. Неожиданно ногу пронзило болью, и Фарли зажмурился, кривя нос и тихо зашипев. Остановившись, он сбился с ритма, но Лейн тут же подстроился под него и притормозил. — Что случилось? — Тихо спросил старшекурсник, и молодой человек ещё тише ответил: — Ногу натер, до крови, наверное. — Пойдем. — Лейн оглянулся и потянул Дакоту к подоконнику, поспешно заканчивая танец. Парень, закусив щеку от неприятного жжения, послушно пошел следом и сел на низкий подоконник. Подтянул ногу к себе и стянул ботинок с пятки вместе с носком, уже замечая кровавое пятно на тонкой ткани. Стертая кожа покраснела, и из саднящей раны уже сочилась темная жидкость, пропитывая носок. Фарли на секунду зажмурился, а, открыв глаза, неожиданно оказался едва не нос к носу с Лейном. Молодой человек удивленно моргнул и втянул голову, заметив ненормально горящий взгляд старшекурсника. — Что ты делаешь? — Почти шепотом спросил Дакота. Чужие губы растянулись в пугающей улыбке, и парень был уверен, что на этот раз звериные зубы ему не показались. — Хочу рассказать тебе один секрет. — Жизнерадостно ответил Лейн и перехватил руку, потянувшуюся оттолкнуть его. Фарли сощурился, проследив за тем, как старшекурсник отводит его руку и прижимает к подоконнику. Хватка казалась ненормально сильной. И тот продолжил говорить, — Скажем, если бы я сказал, что могу исполнить любое твое желание, что бы ты загадал? — А какова цена? — Скептично поинтересовался Дакота, хмуря брови, и Лейн неожиданно рассмеялся: — Какова цена…совсем небольшая, Дакота, потому что ты мне нравишься. Скажем так, так или иначе этот бал обречен, а ты на нем – безвинно страдающая душа. Слишком чистая и добрая. И я сегодня слишком добр, чтобы оставлять такое недоразумение без внимания. Старшекурсник неожиданно затих, и молодой человек обернулся, заслышав чужие шаги. Нейтан подошел к ним, нервно поправляя манжеты на рукавах. Парень тяжко выдохнул, поднимая взгляд на двоих, и Фарли резко выдернул руку из чужого захвата, отпихнув от себя Лейна: — Что случилось? — Мика просила передать слова. — Нейтан переступил с ноги на ногу и опустил взгляд, вцепившись кончиками пальцев в подол пиджака. Вздохнул и пробормотал, — Твой отчим очень недоволен, шел разговор о дележке компании и о том, что тебя хотят отсечь. Извини. — Я понял. — Слишком спокойно ответил Дакота. Позвоночник закололо от неестественной прямоты, в горле будто запершило, и молодой человек прокашлялся в кулак, бросая быстрый взгляд на Нейтана. Тот вел себя слишком наигранно и уходить не собирался. — Спасибо. Что-то ещё? — А, да. — Однокурсник, будто выдерживая театральную паузу, замолчал на несколько секунд, а затем посмотрел прямо на Фарли. От прежней неуверенности не было и следа, и пренебрежительная ухмылка кривила чужое лицо. — Хотел поблагодарить за то, что не полез в наши с Микой отношения. Я обязательно пришлю тебе приглашение на нашу свадьбу…в тот ресторан, который твоя семья продаст нам. Как близкому другу, позволю тебе даже ничего не дарить. Тебе и нечего будет… Кстати, Лейн, будь внимательнее с тем, кого и где зажимаешь. Земля слухами полнится. И Нейтан, прикрыв на секунду глаза, развернулся и исчез в толпе танцующих людей. Дакота медленно моргнул, смешок непроизвольно вырвался из груди, затем ещё один, и парень рассмеялся, почти надрывно, держась одной рукой за стену, а второй спрятав глаза. Сбоку раздался медленный шумный вздох. Фарли поднял взгляд на Лейна и вновь расхохотался, даже не пытаясь сдерживаться. Нервное напряжение, накопленное событиями прошедших дней, медленно уходило, и молодой человек чувствовал, как уничижительно становится легче. Легче от собственной бесполезности. — Почему ты смеешься, когда тебя оскорбили? — Почему-то стихшим голосом спросил Лейн. Дакота растянул губы в кривой улыбке и обернулся на того, произнеся: — Это не оскорбление, он просто озвучил правду. Вокруг внезапно стало тихо. Казалось, вся толпа людей на балу исчезла в одно мгновение, но, бросив взгляд в зал, молодой человек убедился, что всё было, как прежде, кроме звуков. Ни музыки, ни разговоров, ни цокота каблуков. Фарли нахмурился, поворачиваясь к старшекурснику, и едва не соскочил с окна — пылающий потусторонней зеленью взгляд был не нормальным для человека. — Хочешь, я убью его? — Без шутки спросил Лейн, и парень почувствовал, как по телу пробежались мурашки. Выдавив из себя нервный смешок, Дакота сместился на подоконнике подальше от того. — С таким не шутят, Лейн. Что происходит?.. — Вопрос вырвался сам собой, когда молодой человек заметил плотный туман, стелившийся по полу. У них отнюдь не стояло дымовых машин в зале или чего-либо ещё. Неожиданно весь обзор на бальный зал перекрыл Лейн, встав прямо перед Фарли. Положив руки по обе стороны от парня, старшекурсник наклонился к нему и склонил голову, растянув губы в улыбке. Сердце пропустило удар. Дакота втянул голову в шею и внимательно посмотрел в чужие глаза, цепляясь дрожащими пальцами за пуговицы на жилете и начиная бездумно их крутить. Пляшущий огонь в чужих глазах был отнюдь не метафоричным. «Лейн? Что это значит?» — Предельно серьезно спросил молодой человек. Он не понимал, что происходит, но подсознательно чувствовал, что старшекурсник с этим связан. — Моё предложение всё ещё в силе. Давай устроим веселье? По хардкору. — Чего ты хочешь от меня? Лейн медленно протянул руку к чужому лицу, приподнял голову за подбородок и провел большим пальцем по нижней губе Дакоты. Фарли напряженно сглотнул, не сводя глаз с исчезающей ухмылки. Совершенно неожиданно пришло осознание: перед ним не Лейн. Это был совершенно незнакомый мужчина, хоть и похожий на старшекурсника, как две капли воды. Но невыносимое ощущение незнакомости, несмотря на внешность, било набатом. И молодой человек понял, что сейчас ему действительно страшно. — Хм… Кажется, до тебя дошло. — Непривычно низким, хрипловатым голосом произнес «Лейн» и наклонился ещё ближе, едва не касаясь лбом чужого. — Так что, малыш, заключим сделку? По просьбе Лейна все находящиеся в этом здании погибнут в пожаре, но я готов сделать для тебя исключение. За небольшую цену, мы уже говорили. — Свидетелей нельзя оставлять в живых. — Непроизвольно ляпнул Дакота и тут же прикусил губу, осознав, что сказал. Кончики пальцев сводило от страха, но парень пересилил себя и на выдохе спросил, — Кто ты? Незнакомец лишь усмехнулся и погладил большим пальцем чужую скулу, зарываясь ладонью в темные волосы. А затем потянул пряди, заставив молодого человека зашипеть от боли. — Думай быстрее, Дакота. Мой контракт с Лейном был слишком коротким, а я не хочу так быстро прощаться с тобой. Тем более, что я предлагаю тебе спасение жизни. — Ладно! Я согласен. — Излишне поспешно ответил Фарли, и в этот момент звуки вновь наполнили помещение. В ужасе парень осознал, что слышит крики, а в воздухе пахнет гарью. Это был дым, а не туман. Начался пожар. — С тобой приятно иметь дело, Дакота. — «Лейн» сощурился, как довольный кот, и неожиданно сильной хваткой сжал чужой затылок, не позволяя молодому человеку вырваться. — А теперь про оплату. Дакота почувствовал горячее дыхание, а затем его губ коснулись чужие, тут же больно сминая. Теплый язык протолкнулся внутрь, и парень зажмурился, безвольно разрешая незнакомцу углубить поцелуй. Руки нашарили ткань чужого костюма и сжали его, но Фарли не решался оттолкнуть или притянуть ближе «Лейна». В голове образовалась каша из запаха дыма, женских криков и блуждания чужого языка в собственном рту. Казалось, что-то внутри сломалось, и силы медленно утекали по мере того, как распалялся поцелуй. Дакота не отвечал на него, но незнакомец в этом и не нуждался, едва не вылизывая верхнее небо. Происходящее было совсем не правильным. Здравый смысл вяло уговаривал молодого человека оттолкнуть «Лейна», сбежать прямо сейчас и как можно дальше, но он же говорил о том, что от этого человека он не сбежит. Не сможет. В сознание неожиданно громко ворвался треск балок, и незнакомец отстранился. Фарли нервно выдохнул и наткнулся взглядом на пугающе яркие зеленые глаза. «Лейн» усмехнулся, заметив направленный взгляд, и отстранил чужие руки, всё ещё сжимающие ткань. — Давид. Назови моё имя, когда я тебе буду нужен. И не забудь его. — Низкий голос казался громче всего остального шума, и Дакота кивнул чисто механически, настороженно вглядываясь в чужое выражение лица. А через секунду его неожиданно поглотила темнота, и лишь горящие глаза казались такими же яркими. В ушах звенела последняя фраза Давида, — Наслаждайся, даже если всё горит в огне, Дакота. Ты сам этого хотел. *** Когда в газете напишут о смерти многих людей на балу, Дакота не сможет объяснить матери, как он остался жив. И точно так же не скажет, как он нашел себе адвоката, чтобы заполучить компанию в свои руки. Дакота будет готов любой ценой выгрызть себе место в этом мире. И лишь мужчина с ярко-зелеными глазами будет знать, какова на самом деле эта цена.