Шахматы

      После того как Рон в конце первого курса выиграл заколдованные шахматы Макгонагалл и принес 50 очков Гриффиндору за лучшую партию в истории Хогвартса, его невозможно было оторвать от игры. Он постоянно решал шахматные задачки на тактику, учил новые дебюты, просчитывал ходы на огромную глубину и предлагал сыграть каждому, кто знал как ходят фигуры. Рон понял, что успех в шахматах — это то, что может позволить ему быть не хуже братьев, добиться внимания и одобрения.       В ежегодных турнирах на чемпионство Хогвартса по шахматам Рон начал участвовать уже на втором курсе. На третьем курсе он впервые выиграл турнир, и с тех пор никто не мог его обойти.       С четвертого курса главным соперником Рона в борьбе за шахматную корону был Драко Малфой. Родители наняли Драко тренера по шахматам еще в пять лет. Как представитель благородного рода он должен был освоить эту интеллектуальную игру, чтобы на вечерах для аристократов уметь скрасить досуг оппонентам.       Драко не сильно интересовался шахматами. Он делал то, что говорили родители, и учил то, что требовал тренер. Годы тренировок позволили Драко освоить игру на приличном уровне. Чемпионат Хогвартса по шахматам был для него еще одной данью родителям. Ему было все равно, кто выиграет, достаточно было занять место в середине турнирной таблицы. Так было до тех пор, пока Рон Уизли не взял первое место.       Позволить себе быть после Уизли в чем угодно Драко не мог, поэтому он начал тренироваться больше обычного. На занятиях он изучал партии Рона, его стиль игры. Драко выучил любимые дебюты Рона за оба цвета на пятнадцать ходов вперед. Это было настоящее помешательство. Но уже через год, на четвертом курсе, он играл с Роном в финале турнира.       Чемпионат по шахматам был для Хогвартса событием: первокурсники дрожащей рукой вносили свои фамилии в списки участников, Фред и Джордж принимали ставки от студентов на победителя, друзья поддерживали будущих чемпионов.       Гарри с Гермионой не пропускали ни одного матча Рона. Они занимали трибуну рядом с первым столом, за которым играют те, у кого лучший рейтинг, и с нее могли видеть некоторые ходы, так как издалека даже с хорошим зрением сложно было отличить ферзя от слона.       Своё присутствие на трибуне Гермиона оценивала как обязательное. Сначала она поддерживала Рона как друга, потом как мальчика, который ей нравился. Она чувствовала, что должна быть рядом, когда Рон ставит мат, когда Рон радуется, что выиграл очередного соперника, когда Рон получает кубок чемпиона.       Но когда Рон на четвертом курсе обыграл Драко Малфоя и второй раз подряд получил кубок, быть рядом стало очень сложно, даже невыносимо. Рон зазнался. Он обыграл самого Малфоя, и теперь ему казалось, что он третий по важности человек в Хогвартсе после Дамблдора и Гарри Поттера. Он, Рон Уизли, был двухкратным чемпионом Хогвартса по шахматам.       На пятом курсе в финале соревнований Рон снова встретился с Драко, что вызвало в Гермионе странное чувство. Она смотрела на ход партии и мысленно желала, чтобы Рон проиграл. Она знала, что Рон играл лучше, что поражение Драко его разобьет, что Малфой вообще-то плохой человек и не заслуживает побед, но тайно она надеялась. Ей казалось, что если Рон проиграет Драко, то все снова встанет на свои места. Рон опять превратится в скромного неуклюжего мальчика, который жалобно просит у нее помощи с домашкой и не чувствует себя таким же умным, как она, из-за своего чемпионства. Но Рон снова выиграл, а Драко проиграл.       Это свело Гермиону с ума. Она стала ненавидеть Драко за то, что он, несмотря на наличие тренера, не может выиграть, и что ее отношения зависят от того, что он играет недостаточно хорошо. На шестом курсе она стала ходить на все партии Драко, гипнотизировать его взглядом и вести с ним мысленный диалог.       “Ну, что, не знаешь, как ответить на c5? А чемпион должен знать!” — возмущалась она у себя в голове. Конь f3 ходил в ответ Драко, показывая, что он учил этот дебют.       Раз в неделю Гермиона наблюдала за партиями Драко на турнире, два раза в неделю она думала о нем перед сном: за день до игры и вечером после. Ей нравилось, как он держался за столом, как элегантно он передвигал фигуры, как он сосредоточенно смотрел на доску и крутил съеденную пешку в руках, пока просчитывал ходы. Ей начало казаться, что ему очень подходит эта игра, что он красивый, когда играет.       По вторникам Гарри с Гермионой болели за Рона, а по средам Гермиона ходила смотреть на Драко. Так продолжалось, пока Рон и Драко вновь не оказались вдвоем в финале и не сели за один игровой стол.       За шестой курс Гермона выучила весь игровой репертуар соперников, и мысленно подсказывала Драко ходы. Она задерживала дыхание, когда он заносил руку над доской, и радостно выдыхала, улыбаясь одними уголками губ, когда он ходил как надо.       В партии каждому игроку давалось по 2 часа на все ходы. Когда через 3 часа и 43 минуты зрители уже устали от игры, а Гермиона от волнения сгрызла губы, Рон поставил Драко мат. Гермиона не сразу поняла это, так как ей казалось, что Драко всё делал правильно. Она не видела, что Рон еще 57 минут назад начал плести матовую сеть. Она так пристально смотрела на то, как Драко щурит глаза, продумывая ходы, как он вертит пешку в руках, что не заметила ферзя Рона рядом с его королем.       Когда игроки пожали друг другу руки, и Рона снова объявили чемпионом, Гермиона смотрела на Драко. Его лицо было недовольным, но он снова казался ей очень красивым. Ей стало жалко Драко. Казалось несправедливым, что Рон снова выиграл. Разве было у него что-то, чего не было у Драко? Разве он мог быть лучше Драко? Гермиона подумала об этом, и вдруг всё поняла про себя. На ее глазах начали выступать слезы. Она выбежала из игрового зала и разрыдалась. Ей вдруг стало ясно, что она влюбилась.